Get your hands off me

Поцелуй становится требовательнее, чувственнее. Арс не отрываясь, направляет Антона в сторону комнаты, опрокидывает на кровать. Это происходит не быстро, не резко, а с чувствами и расстановками. Арс ластится, как котик. Облизывает мочку уха, радуется, когда видит удовольствие Антона. Он кусает открытые ключицы, заходит руками под футболку того, оглаживает живот, талию, касается кончиками пальцев, создавая мурашки по телу. Оба тяжело дышат. Когда Арсений спускается ниже, пытаясь расстегнуть молнию на джинсах, Антон останавливает его. — Нет, Арс, — хрипло сказал он. — Почему? — Я не думаю, что ты этого хочешь. Он поднимает одну бровь, спрашивая: «Ты придурок что-ли?». В знак доказательства своего возбуждения, он трётся своим пахом о его бедро. — Тело может хочет, но ты готов морально? Я не вижу в твоих глазах уверенности. — Я хочу тебя, потому что... Потому что люблю, — он всё больше начинает произносить это слово, — и знаю, что ты мне ничего не сделаешь. «Но боюсь за свои действия» — Ты хочешь, чтобы я был... Сверху? — Я очень хочу тебя чувствовать, — он устал ждать, поэтому снимает с себя футболку, кидает куда-то, снимает штаны, оставаясь в нижнем белье. — Арс... — Антон, пожалуйста, — чуть ли не плача говорит он. — Мы не знаем, что произойдёт завтра. Антон решает довериться. Срывается с цепи, меняет их местами. Теперь ласкам поддаётся брюнет. Арсений немного боится, одно дело — флиртовать, другое — делать. К тому же у него с Антоном ещё не было. Было, конечно, когда его заменяли, но он об этом не знает, точнее ему попросту не дали к этому доступ. Физическая близость между влюбленными является неотъемлемой частью любых романтических отношений. В первую очередь, физическая близость способствует укреплению эмоциональной связи между партнерами. Когда люди находятся рядом друг с другом физически, они чувствуют себя более комфортно и уверенно. Им жарко. Антон тоже раздевается до белья, давая возможность разглядеть себя. — Ты очень красивый. — Не такой как ты. Арс тянет на себя. — Я волнуюсь очень. — Не представляешь, как я нервничаю, — усмехается Арсений. Действительно, как можно сравнивать их? Антон переживает из-за того, что перед ним Его Арсений, а не кто-то другой в его облике, из-за того, что это его первый секс, когда он не принимающий. Кажется он больше нервничает сейчас, а не тогда, когда входили в него. Он надеется, что Арс идёт на поправку, потому что его «смену» он не видел давно. К тому же, он решил не говорить Арсу о том, что у них секс уже был. Арсению страшно быть принимающим, потому что всплывают ужасные картины. Секс с Павлом был будто то сном, он и вовсе не уверен, что это было явью. Тогда он хотел просто отвлечься, но цели так и не достиг. Да, секс помог на время, но осадок всё равно остался. Скорее всего из-за того, что его он не любил. Он внушает себе, что «это Антон, он хороший. Я люблю его. Да, люблю, а он любит меня». Эндрю всегда был снизу, да и вообще, в основном трахались, когда был Граф, парнишка не выдержал деспота и тирана. — Антон, хватит, — с одышкой произносит он. — Тебе не нравится? Прости, я не умею просто. — Не-ет. Всё прекрасно, более чем, поэтому лучше растяни меня. — Что? — Ну, Антон! Вставь в меня пальцы. — А. Да, точно. Как? Арсений рычит от нетерпения, тянется к прикроватному столику, достаёт принадлежности, ложится обратно. — Налей смазку на палец. Вообще смазку не жалей. Потом постепенно добавляй фаланги. — Господи. — Всё хорошо. — Ты говори, если больно. Арсений мычит в знак согласия. К нему приставляют холодные, смазанные пальцы. Антон старается отвлечь того и углубляет поцелуй. Рукой он двигает плавно, чтобы стенки разошлись. Вскоре добавились пальцы, стало неприятно, но потом привычно. — Ты готов? — Д-даа, скорее, — Арсений выпускает слезы из глаз. Он хочет до дрожи. Это самое сильное чувство, что он испытывал в своей жизни. «Вот что такое любовь...» Антон вставляет себя, в подготовленную дырочку. Закатывает глаза от удовольствия, тихо стонет, когда начинает двигаться и полностью чувствовать стенки, хоть и через латекс. — Я люблю тебя, — говорит Антон в губы, не переставая двигаться, потому что иначе это целая пытка. — Я буду вечно тебя любить. «Больше нечего ловить Всё, что надо, я поймал»