The first sight

Неодолимое желание завести диалог заглушается очередным стаканом с алкоголем. Голова приобретает приятную ватную лёгкость, от которой понемногу клонит вниз. Но не на подушку или диванчик, на котором Джисон сейчас сидел. Хочется погрязнуть в парне напротив, укутаться в желанных объятьях, заблудиться в шелковых волосах и утонуть в слишком красивых, для того, чтобы существовать, карих глазах, так и просящих, чтобы на них обратили внимание. Начинает казаться, что вот он, совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки, что можно прикоснуться, но крохотная частичка сознания из последних сил напоминает о том, что двоих разделяет отметка не менее пяти метров в длину. Джисон уже давно прекратил все попытки противиться неимоверному влечению. Его не волновало то, что ему ни разу не нравился человек его пола, что он видит его впервые, и что Минхо уже давно заметил его продолжительные взгляды. Кажется, количество выпитого алкоголя дало о себе знать. Веки начинают предательски тяжелеть, а голова послушно спускаться на стол, опираясь на руки. Буквально пара минут, и всё, что сейчас было перед глазами, погрузилось в кромешную тьму. Считая Ли Минхо. Джисон не спит. Он четко отдает себе отчёт в том, где сейчас и в каком положении находится. Но что-то не даёт снова распахнуть глаза. Оно давит на череп и веки, притупляет играющую музыку и резко меняющийся свет. Создаёт уютный вакуум, из которого нет выходить ни малейшего желания. Сама судьба матушка велит не думать о кошачьем мальчике? Хан скрещивает руки, создая иллюзию подушки, опускается на одну щёчку, ту, что помягче, левую, и окончательно погружается в мир грез. Мысли улетают куда-то вдаль, оставив после себя лишь визуальные образы. Полную тишину нарушает мягкий, бархатистый голос: — во сне ты выглядишь ещё прекраснее Джисон резко открывает глаза от неожиданности, хлопает ресницами, тело все ещё ватное от алкоголя. Взгляд падает на пустое место, где, как казалось, только что сидел объект его обожания. Щеки обдает мягкий, приятный воздух, обволакивая лицо. Первые десять секунд парень лежит и безмолвно смотрит на опустевшее сидение, но с постепенным возвращением в реальность осознает, что такого источника воздуха в клубе быть ну никак не может. Голова инстинктивно поворачивается. Ли Минхо. Напротив него в таком же положении, как и он сам, сидит Ли Минхо, облокотив подборок о ладони. И он чертовски близко. Парень напротив дарит обворожительную улыбку, щурит глазки, наполненные разноцветными бликами. И, не отрываясь, смотрит на Джисона, изучает, проходится по каждому миллиметру его лица, прокрадывается куда-то глубже, заставляя сердце перекачивать кровь в два раза быстрее обычного. Хан судорожно вздыхает и пытается отвести взгляд, но не может. Минхо выглядит, будто только что сошел с обложки какого-нибудь популярного корейского журнала. Весь его внешний вид дарит невыносимое тепло, разливающееся от грудной клетки по всему телу. — меня зовут Хан Джисон. — все, что смог вытащить из себя юный дизайнер. Казалось бы, человек с такой профессией должен обладать широким складом ума и фантазией, но в момент, когда перед ним сидит такой. Не сейчас. — Ли Минхо. — ответил тот, улыбаясь. Разговор, на удивление, зашёл о самых обыденных вещах. В диалоге выяснилось, что Минхо учится на хореографическом и подрабатывает благодаря сменам в круглосуточном магазинчике и индивидуальным танцевальным урокам. Является довольно-таки популярным сеульским танцором, о котором, что очень странно, Джисон до сегодняшнего дня не знал. Говорили много. Парни оказались друг для друга теми самыми людьми, которые быстро побороли стадию неловкости в своих взаимоотношениях. Но даже у самых общительных знакомых наступает стадия молчания, но оно отнюдь не напрягающее и даёт возможность обдумать сказанное, ну, или снова рассмотреть и так досканально изученные лица друг друга. Спустя некоторое время тишины Ли аккуратно встаёт и протягивает руку. Джисон моментально понимает, чего от него хотят, приподнимается, и дрожащими пальцами касается чужой ладони. Минхо крепко переплетает их пальцы и направляется в другую сторону зала, время от времени оборачиваясь на парня, идущего рядом с ним, и взглядом спрашивая: «ты доверяешь мне?». Через пару минут парни оказываются в кладовом помещении. Тусклый свет лампы слабо освещает пространство, вокруг аккуратно сложены коробки с провизией, а в углу стоит одинокая швабра. Удивительно чистая комната, с учётом того, что она располагается в таком заведении. Минхо садится на пол, взглядом приглашая присоединиться. Джисон садится напротив так, что колени парней слегка соприкасаются, от чего по телу проходит небольшая волна тока. Не найдется слов ни в одном языке, чтобы описать чувства к Минхо. Ли начинает двигаться чуть ближе, постепенно, проверяя реакцию прекрасного создания напротив. В конечном итоге парень оказался довольно близко, бережно оплетая Джи своими ногами. Руки Джисона удивительно быстро оказываются на чужой талии, заставляя лица обоих парней залиться лёгким (что мягко сказано) румянцем, в то время как ладони Ли оказываются на беличьих щеках, поглаживая осторожными круговыми движениями. Кажется, будто все накопленные чувства и эмоции за девятнадцать лет жизни пробуждаются и бушуют внутри. Каждое новое прикосновение, движение глазных яблок, каждый вдох и выдох человека рядом заставляют брюшную полость переворачиваться. Ещё никогда не доводилось чувствовать такого. Никогда. Словно ещё немного, и сердце не выдержит нагрузки, разобьётся в дребезги. И только его оставшиеся крохотные частички смогут поведать о том, что творилось на душе в данную минуту. Взгляд Минхо пристально скользит от глаз к губам, задерживаясь у второго, после чего опускается на миг, обдумывая что-то. Ли самодовольно улыбается, подаётся чуть ближе, хотя, кажется, уже некуда И целует.