Бесполезно

Что такое начало осени на Урале? Жёлтые листья, дождь и холодный ветер? Нет, все это наступит значительно позже, ближе к октябрю или даже его середине. А вот самое начало осени больше походит на лето, когда солнце всё ещё жарит и сушит все вокруг, а зелёная трава и листва продолжают шуршать на теплом ветру. Вода в речке всё ещё тепла и притягательна, а потому, желание начинать такую нудную и ненавистную всеми детьми учёбу отсутствует полностью. Однако по двору школы уже разносится дребезжащий звонок, а шумная толпа подростков неохотно плетётся в кабинет, толкая друг друга в спины. Сегодня первый учебный день, но многие одеты не по форме. Кто-то давным-давно забыл про неё, считая ненужным атрибутом, а кому-то при всем желании не хватало денег. Поэтому, сонные и ленивые фигуры старшеклассников, спрятанные за широкими кофтами и старыми рубашками, рассаживаются по местам и принимаются за свои дела, игнорируя учительницу, которая и сама не была заинтересована в плодотворной работе. Тёплая погода всё ещё напоминала о каникулах и не давала никому сконцентрироваться на учёбе, заставляя всех присутствующих бесконечно зевать и потирать глаза. Некоторые из подростков, коснувшись стула, тут же погрузились в приятную дрёму, а учительница принялась лениво заполнять пустые строчки нового журнала, вписывая туда фамилии давно знакомых ребят и игнорируя шум, создавшийся из-за особенно активных детей, обсуждающих свои каникулы или то, как они проведут сегодняшний день по завершению школы. Неожиданно для всех, дверь в класс открылась, впуская в кабинет высокую и достаточно крупную женщину с туго затянутыми на затылке волосами. Лицо её было серым, а морщина между бровей намекала на серьёзный и весьма строгий характер женщины. В полной тишине, возникшей в кабинете инстинктивно, она прошла в центр, цокая каблуками. За ней медленно следовал неизвестный никому парень, одетый в голубой свитер и белую рубашку, воротник которой торчал из-под горловины. Парень этот был достаточно худой и бледный, сам по себе напоминающий то ли снег, то ли белый лист бумаги. Белоснежные волосы, светло зелёные глаза, спрятанные за круглыми очками, и тонкая фарфоровая кожа. Все это придавало парню одновременно необычный и больной вид. Лицо же его было слегка напряжённым. Таким, словно он старательно пытался скрыть свою то ли нервозность, то ли интерес. ⁃ Десятый «В», за время каникул совсем забыли, что нужно вставать, когда в класс входит завуч? — громко сказала женщина, с пренебрежением осматривая детей и ожидая, пока они встанут, но никто не двигался с места. ⁃ Понятно. — раздраженно проговорила она, сжав и без того тонкие губы в линию. — Это ваш новый одноклассник. Антон Петров. — быстро проговорив это, женщина показала на класс, призывая парня сесть на любое свободное место, и повернулась к учительнице, начиная обсуждать в полголоса какие-то рабочие вопросы. - Сюда, сюда. — зашептал темноволосый паренёк, хлопая по столу перед ним и параллельно толкая соседа, что почти лежал на парте рядом. Антон, удивленный таким приветливым настроем, вскинул свои белые брови и быстро последовал указания новоиспеченного одноклассника, садясь на указанное место. - Бяша. — парень протянул руку и получил тот же жест взамен. Теперь, сидя прямо перед дружелюбным одноклассником, Антон может хорошо разглядеть его и подметить такие особенности, как смуглая кожа, узкие глаза и конечно отсутствие двух передних зубов. На первый взгляд — настоящий хулиган, но беззубая улыбка выглядит достаточно искренне, поэтому, напряженный до этого Антон позволяет себе ненадолго расслабиться и улыбнуться буряту в ответ, наблюдая за дальнейшими действиями Бяши, что пытается растормошить спящего соседа. - А это… — Бяша ещё раз сильно толкает сидящего рядом друга. — А это Ромка на… Рома, одетый в широкую спортивную кофту и полностью истыканный локтем друга, наконец просыпается и отрывает голову от стола, открывая Антону вид на свое вытянутое лицо, покрытое мелкими ссадинами и шрамами. Он медленно и не совсем понимая происходящее, протягивает руку новенькому, попутно зевая и растирая карие глаза. Дружелюбный Бяша, в свою очередь, открыл было рот, чтобы начать свой расспрос, но столкнулся взглядом с учительницей, что уже поднялась с места и решила наконец начать настоящее занятие. Парень стушевался и закрыл рот, принимая максимально безразличный и занятой вид, на который он только был способен. Прошептав, напоследок, лишь «На перемене у повешенного на», что бы это ни значило. Школьные минуты, медленно тянулись друг за другом, мучая учеников и заставляя их постоянно бросать взгляд в сторону окон, но наконец часы отмерили сорок пять минут, и толпа учеников высыпалась в коридор и на улицу, желая вытянуть максимум удовольствия из пятнадцатиминутной перемены. Первой из кабинета вышла пара друзей, похожих на местных хулиганов. Это был тот самый беззубый паренёк — Бяша и его друг Рома, что все еще пытался бороться со сном, но постоянно проигрывал, прикрывая глаза на ходу и игнорируя смеющегося над ним бурята. Ребята вышли из школы и уселись на привычное для них место, которое представляло собой металлическую лестницу, служившую пожарным выходом. Рома сразу выудил из кармана олимпийки помятую пачку сигарет и протянул её другу, попутно укладывая голову на собственные колени и вновь возвращаясь в полусонное состояние. Вскоре на улице показался и новенький. Слегка растерянный, он огляделся по сторонам, и заметив единственных людей, чьи имена ему уже были известны, подошёл к ним. ⁃ Ещё раз привет. — проговорил Антон, привлекая внимание. ⁃ О, здарова на. — ответил Бяша, рассматривая Петрова и вновь толкая засыпающего друга, что упёрся лицом в согнутые колени, но тот лишь поднял руку в знак приветствия. ⁃ Что с ним? — спросил Антон, указывая на еле живого и бледного Рому. ⁃ С этим? Да нормально все, просто пару боковых пропустил вчера. — Бяша громко усмехнулся и похлопал друга по плечу, издеваясь над ним также, как делала это парой минут ранее, шагая по школьному коридору. ⁃ Бяха, ещё слово и сам пропустишь пару ударов, но уже ножевых. — неожиданно прорычал хмурый парень, отрывая голову от колен и забирая у бурята дымящуюся сигарету из губ. ⁃ Ой, боюсь-боюсь на. — насмешливым и высоким голосом парировал Бяша, однако лицо его сразу приняло серьезный вид, будто его друг мог говорить правду. - Ты сам то вообще откуда будешь? — сказал оживившийся от нескольких тяжек сигареты Рома. Обращаясь к Петрову, он не скрывал своего изучающего и слегка надменного взгляда, направленного из-под полуприкрытых век и густых черных ресниц. Антон вскинул руку и почесал затылок, немного смутившись то ли вопроса, то ли внимательных глаз собеседника. - Из Москвы. — тихо и коротко проговорил он, продолжая рукой лохматить собственные белоснежные волосы. ⁃ Оо… — протянул удивленный Бяша и уже собирался задать новый вопрос, как вдруг, его опередили. ⁃ Переехали из-за папиной работы. Пришлось срочно перебираться сюда… — блондин хотел сказать еще что-то, но за спиной раздался высокий девчачий голос. ⁃ Ребят, подымить будет что? Испугавшийся и почти подпрыгнувший от неожиданности, Антон обернулся и увидел девушку, что была на две головы ниже него. Черные прямые волосы, доходившие до плеч и убранные за уши, были украшены несколькими розовыми заколками, налепленными как попало. На бледном лице виднелись серо-синие круги, обрамляющие серые узкие глаза, что сильно контрастировали с тёмными волосами. Девушка маленького роста и достаточно худого телосложения, одетая в клетчатую юбку чёрно-красного цвета и белую помятую рубашку, стояла впритык к Антону, но смотрела за него, словно он был стеклянной перегородкой между ней и Ромкой. - Тебе зачем? У самой полная коробка на. — резко ответил Бяша. Голос его звучал холодно, улыбка впервые за день сползла с лица, а тёмные глаза смотрели на девушку с прищуром и тенью злости. - Не коробка, а портсигар и нихуя он не полный. Потому что кто-то стащил половину вчера вечером на. — огрызнулась девушка в сторону парня, нарочито копируя его голос и манеру речи. Затем она повернулась к Роме и улыбнулась уголками губ, прося о помощи и хлопая длинными ресницами. - На, только не ори и так голова раскалывается. — ответил Рома и протянул девушке сигарету, спрятанную до этого за ухом и словно специально припасённую для девушки. ⁃ Благодарю, сэр! — она ещё раз улыбнулась ему, забирая тонкий бумажный сверток, а затем посмотрела на незнакомца, впервые удостоив его своим взглядом. — Новенький курит? ⁃ Нет… — скромно ответил блондин, заливаясь лёгким румянцем. ⁃ Что ж, еще не вечер. — заключила она, пожимая плечами, достала из кармана металлическую коробочку и, всунув в зажим новую сигарету, ушла в обратном направлении. ⁃ Это кто? — удивленно проговорил Петров, смотря в след удаляющейся девушки. - Лиза… Сестра… — сквозь зубы, прошипел Бяша, забывая добавить свое излюбленное «на».

***

Тёплый ветер пробегал по спине, а солнце грело темноволосую голову девушки, сидящей на бетонном парапете, который расположен на заднем дворе школы. Девушка открыла перед собой металлическую и слегка ржавую коробочку, являющуюся портсигаром — единственной вещью, оставшейся ей от отца. Портсигар был заполнен сигаретами самых разных марок, среди которых встречались даже несколько кривых и помятых самокруток, неизвестного происхождения. Поглядев на стройные ряды сигарет и проведя по ним тонким пальцем, девушка наконец выудила из зажима один сверток с надписью «Ява» и пометкой из маленьких золотистых букв «суперлегкая». Брюнетка покрутила сигарету между пальцев и, зажав её тонкими губами, закурила, откидывая голову к голубому небу. Этой девушкой была Лиза — младшая сестра Игоря Будаева, больше известного в школе и всём посёлке как Бяша. И хоть назвать Лизу младшей можно было лишь с сильной натяжкой, ведь появилась она на свет лишь на пару минут позже брата, тот всё равно продолжал всю жизнь звать её «мелкой», «малявкой», «малой» и другими аналогичными прозвищами, что достаточно сильно раздражали и бесили девушку. Очевидно, что всё детство близнецы провели вместе, бегая по грязным дворам посёлка и играясь в бесконечном и зелёном лесу, так сильно манившем в себя детвору с самого детства. Однако, вдвоём дети были не долго, ведь стоило им пойти в школу, как сначала Бяша, а затем и его сестра сдружились с Ромкой. Задиристый, но достаточно смелый и весёлый характер Пятифана сразу отозвался в сердцах близнецов чем-то родным и тёплым, а сам Рома почувствовал рядом с ними невероятное спокойствие и преданность, с первых минут понимая, что дружба их продлиться очень и очень долго. Каждый из ребят чувствовал ответственность друг за друга. Бяша и Рома часто ввязывались в драки, то стараясь защитить собственную честь и принципы, то вступаясь за Лизу, хоть та и сама могла нанести пару ударов своим недругам, неожидающим нападок со стороны худой и мелкой девчонки. Однако парни всё равно раз за разом вступали в новые драки и позднее, оказывались на летней веранде в доме Пятифана, где Лиза, заранее припрятав небольшую аптечку, терпеливо обрабатывала ссадины парней и тихо бурчала себе под нос что-то вроде «когда вы уже научитесь нормально драться…» Время шло своим чередом, а детство всё сильнее отступало в прошлое, открывая ребятам дорогу во всё более и более мрачное и неизвестное будущее. Будущее, где появлялись новые проблемы, интересы и страхи, постепенно рушащие отношения в тройке. С возрастом и появлением у Пятифана собственной банды, парни всё больше стали отдаляться от Лизы, стараясь оградить её от криминала и, как сами они выражались «мужских дел». Конечно, её это обижало. Девушке было плевать на опасность и риски, она просто хотела быть рядом, хотела помогать и защищать родных людей так же, как они защищали её. - Что толку мне быть в безопасности, если с вами может произойти что угодно? — говорила она, вцепившись в рукав куртки брата, что пытался уйти ночью из дома на какое-то «очень важное дело». Девушка смотрела в глаза Бяши, стараясь найти в их черноте ответ на свой вопрос, но тот лишь опускал веки и, выдернув руку из хватки сестры, выходил на улицу, сразу удаляясь от дома быстрыми шагами, не дожидаясь даже Рому, что стоял на пороге. - Сиди дома и никуда не суйся. Всё будет нормально. — строго и уверенно говорил Рома, а затем, потрепав девушку по голове, уходил вслед за другом, оставляя ошарашенную и тревожную Лизу у распахнутой двери покосившегося от старости дома. Из воспоминаний Лизу вытащила лёгкая девичья рука, аккуратно расположившаяся на плече девушки. Брюнетка слегка дернулась и повернулась, чтобы посмотреть на обладателя ладони, но та уже перегнулась через её плечо, заглядывая в лицо. Это была длинноволосая девушка с широкими голубыми глазами, обрамленными густыми черными ресницами. Она была одета в идеально выглаженную белую рубашку, ворот которой украшал бантик из синей ленты, превосходно сочетающийся по цвету с юбкой-карандаш. Раньше девушка носила ещё и жилетку такого же оттенка, но с возрастом решила, что это слишком по-детски, и жилет остался в далёком шестом классе. - Полина? — слегка растерянно проговорила Лиза, смотря на румяное лицо девушки. - Ты что решила меня игнорировать?! — моментально выпалила она, сводя аккуратные брови друг к другу. — В классе не подошла, после звонка сразу убежала на улицу и спряталась тут… - Не подошла, потому что ты с Катей сидела и не пряталась я, а просто от окон отошла. Или ты предлагаешь мне учителям в лицо курить? — Лиза скептически закатила глаза и отвернулась от обиженной подруги, поднося тонкую сигарету к губам. - Я предлагаю тебе вовсе не курить. - Предложение отклоняется — равнодушно ответила бурятка — Ещё что-то? - Злая ты… — Полина надула губы, но тут же поменялась в лице, вновь заглядывая в глаза одноклассницы. — Мальчики сказали, что сегодня будет вечеринка. Говорят, надо отпраздновать первый учебный день и познакомится с новеньким. Ты как? Пойдешь? - Мальчики? — Лиза вскинула одну бровь и повернулась к Полине, заинтересованная не столько в вечеринке, сколько в её организаторах, ведь придумать подобное могли только двое. - Ну да. Рома и Бяша. Я подходила к ним только что, пока искала тебя и Рома сказал, что прийти должны все. А тебе они ничего не говорили? — удивленно проговорила девушка. - Не говорили… — раздраженно ответила Лиза и, потушив сигарету, спрыгнула с парапета. — Пойдем. Звонок скоро.

***

Вечер. Солнце только-только начинало свой гордый путь к горизонту, одни взрослые возвращались домой, а другие, напротив, направлялись на ночные смены, желая заработать чуть больше копеек на жизнь. Так и происходило в одном из домов поселка, расположившемся в конце улицы и принадлежащем парню из десятого «Б» — одному из шестерок Пятифана. Стоило отцу десятиклассника выйти за ворота и поплестись на вахту, как из-за угла сразу показались довольные и хитрые рожицы школьников. Озороно позвякивая бутылками в рюкзаках, они прошли в дом и стали готовиться к вечеринке, дожидаясь остальных желающих повеселиться. Толпа подростков, полутьма комнат, запах дешевого алкоголя и музыка. Все проходило как обычно. Такие вечеринки не были чем-то необычным. Старшеклассники любили повеселиться и делали это как могли — напивались, смеялись и тряслись под музыку, подпевая популярным песням. В гостиной собрались самые активные и общительны. Например, Рома и Бяша, что стояли возле магнитофона со стаканами в руках и весело переговаривались о чем-то. Несколько девченок, с ярким и, откровенно говоря, вызывающим макияжем, кружили вокруг местных авторитетов, стараясь привлечь к себе внимание, но парни продолжали разговаривать о чем-то своем, громко гогоча и хищно оглядывая комнату время от времени. Лиза сидела на кресле, расположившемся в углу комнаты, и тихо попивала какую-то химозную и до жути противную субстанцию, отдаленно напоминающую сидр. Всё происходящее в доме, её, откровенно говоря, бесило и она не скрывала этого от других, кидая раздраженные взгляды на девушек, что крутились возле парней, и влюбленные парочки, успевшие изрядно выпить и теперь занимающиеся лобызаниям по всем углам. Скучно. Ей было просто скучно находиться здесь и пришла она сюда то ли только ради выпивки, то ли из-за Полины, которой «жуть как хочется развеяться». Правда вот развеялась Полина не хило и очень быстро, ведь теперь, она пьяная лежала в соседней комнате и мирно посапывала в обнимку с тазиком. Теперь девушке оставалось только напиваться в одиночестве непонятной химией и глазеть на брата с другом, чьи довольные физиономии вызывали только раздражение. - «И ведь даже не подойдут» — обиженно думала она, прожигая их взглядом. А почему не подойдут? Что же мешает её самым близким людям подойти и провести с ней время как это было год назад? Лиза не знает. Не знает, потому что не было у них ссор и проблем, парни просто отдалились от нее ещё сильнее, а она изрядно устала стучаться в закрытую дверь. Устала биться об неё головой и расшибать лоб в кровь, крича детское и глупое «Ребят, я тут! Посмотрите!». Они не смотрели, отмахивались, словно девушка была назойливым комаром, и продолжали заниматься своими «мужскими делами». - Ну и пошли вы нахер. — обижено бурчала девушка всякий раз, когда парни начинали заливать ей о своей особой занятости. И как бы всё было просто, если бы она и правда могла разом послать их куда подальше и начать строить свою собственную жизнь так, словно их вовсе не существует или так, словно не было никогда их святой троицы, постоянно лезущей на рожон и прикрывающей жопы друг друга в любой ситуации. Но нет, она не могла позволить себе такой роскоши как безразличие. Слишком сильно любила своего бесячего братца и слишком сильно тянуло к его другу — высокому хулигану с раскосыми карими глазами. Когда это началось? Когда она первый раз посмотрела на Рому не как на друга и названного брата? Лиза и сама не помнила наверняка. Может когда они бегали по лесу и хохотали, играя в снежки или когда они вместе пошли на речку и её взору предстал стройный и загорелый торс хулигана? А может когда она впервые увидела его с какой-то девчонкой из параллели, что строила ему глазки, а он заливисто смеялся, смотря на неё сверху вниз и самодовольно улыбаясь? В любом случае этот момент был и, кажется, что был уже очень давно — два или три года назад. Именно столько девушка живет с этим непонятным чувством привязанности к лучшему другу, который вовсе не воспринимает и не может, при всем желании, воспринимать её как девушку. - Но какого черта?! Почему это не может? — вопила брюнетка в собственной голове, зарываясь под одеяло и утыкая в подушку заплаканное лицо. — Потому что ты ему как сестра, дура! — отвечала сама себе и плакала ещё сильнее, ведь не было сил ни признаться, ни поделиться хоть с кем-то своими чувствами. Вечеринка продолжалась в негласном, но уже давно привычном всем распорядке и казалось, что ничего нового уже не произойдет- все просто напьются и разойдутся по домам, шатаясь и икая, однако всё изменилось, когда в дверях возник силуэт белобрысого паренька. Антон стоял на пороге и осматривал комнату, словно попал в какой-то квест и теперь пытался изучить все детали и улики, дабы разобраться во всем и скорее найти отгадку на главный вопрос. Он по-прежнему был одет в свой голубой свитер, а на носу красовались очки в тонкой серебристой оправе. Белоснежные волосы, хоть и были слегка растрепаны, казались на вид невероятно мягкими и чистыми, отчего в голове у Лизы, что всё это время пялилась на него, вдруг вспыхнуло: - «Он не должен тут быть. Ему тут не место.» — Да, настолько чистым и аккуратным выглядел парень, что на фоне серых стен дома и разбросанных по полу бутылок он выглядел слишком неестественно. Словно снежок кинули в лужу, и он вот-вот начнет впитывать в себя эту грязь. - Антон! А мы тебя заждались на! — воскликнул Бяша и, закинув руку на плечо блондина, повел его к Роме. - Здарова. Ты чего вырядился, принц? Тут все свои, можно и не при параде. — улыбнулся Пятифан, разглядывая новенького. - Я…Я не вырядился. Просто в чем был пришел… — тихо произнес Антон, смущенный и явно готовый порозоветь как помидор на грядке. - Да расслабься, Тох. Это Ромыч шутит на. — весело загоготал Бяша. — На-ка выпей. Сразу смелее станешь. — бурят протягивает Антону открытую бутылку пива, но тот растерянно трясет головой. - Я не пью, спасибо. — всего одна фраза, но лица всех присутствующих, кто хоть краем уха слышал этот диалог, изменились. Девушки противно брызнули в кулак и поскорее отвели взгляды, делая вид, что нисколько не заинтересованы в разговоре. Парни, наоборот, впялили глаза в Петрова и вытянули лица, удивляясь сказанному. Но стоило пройти паре секунд, как Рома снова заулыбался, обнажая белесые клыки, и улыбка эта больше походила на оскал. - Ты че, Тох? Это не по-пацански. Глотни хотя бы пару раз. Мамы с папой тут нет. — растягивая гласные и ухмыляясь, говорил Пятифанов. Он уже успел перенять Антона из рук Бяши и стоял, приобняв блондина за плечи. Сам Рома был почти на полголовы выше Антона, а ещё значительно крупнее. Поэтому, когда он навис над блондином словно хищник, Лиза, что наблюдала за этим со стороны, напряглась, отставляя собственную бутылку в сторону. Неожиданно рядом с парнями оказалась одна из девчонок, что ранее крутилась возле хулиганов. Противно улыбаясь и искоса поглядывая на Пятифана, она подошла к парням и стянула с носа Антона очки. Покрутив их в руках, натянула на себя и обернулась ко всем, демонстрируя «добычу». - Мне идет? — лелейным голосом проговорила она, обращаясь не то к подругам, не то к парням, и получила в ответ тихое хихиканье других девушек. Пятифан лишь молча проследил за ней взглядом и вновь вернул свое внимание к растерянному Петрову, который весь напрягся и втянул голову в плечи, словно это могло его защитить. - Не ссы, Тох! — подбодрил хулиган парня и вновь поднес к нему бутылку, прикладывая горлышко той к бледным губам. Он наклонил сосуд и жидкость тут же коснулась рта блондина, однако он не размыкал губ, противясь действиям хулигана и моля внутри, чтобы это поскорее закончилось. - Прекрати. — строго раздалось за спиной Пятифана и, повернувшись, он увидел Лизу, что зло уперлась в него взглядом. Картина эта выглядела весьма странно и даже комично, ведь девушка была хрупкой и на целую голову ниже Пятифана, так что каждому было понятно, что она попросту не сможет противостоять ему. Однако она уверено стояла перед хулиганом, расправив плечи, а в глазах горела жуткая смесь из злости и отвращения. - Лиз, съеби на. — пренебрежительно шикнул Бяша, хватая её за плечо, но та вывернулась и вновь уперла взгляд в Ромку, что все ещё удерживал Антона. - Пятифанов, отъебись от пацана. — с расстановкой проговорила девушка, находясь под изучающим взглядом друга, который всё это время будто наблюдал за фильмом и ожидал дальнейших действий героев. - Да че ты докопалась, Будаева? Сдрысни обратно в угол. — вклинилась девушка, стащивщая очки, и все одарили её недобрым взглядом, явно давая понять, что ей следует заткнуться. - Ты вообще завались, подстилка. — прошипела Лиза и, выхватив у неё очки, резко потянула Петрова за рукав свитера, отчего тот шатнулся, но всё-таки успешно был вытянут из лап хулигана, который давно расслабил хватку, лишь делая вид, что продолжает его удерживать. Лиза уверено и быстро потянула Антона на выход из дома, оставляя в комнате недовольных девушек, удивленного брата и ухмыляющегося Ромку, который провожал их взглядом до самого конца. - Скажи мне, нахуя ты сюда пришел? — девушка захлопнула дверь и рывком уселась на ступеньки, попутно доставая из кармана безразмерной кофты портсигар. Антон, всё ещё ошарашенный, слегка трясущимися руками надевал очки и не спешил отвечать, чем начинал вызывать у девушки раздражение. Лизу всегда бесили люди, неспособные или постоять за себя или быстро принимать решения в стрессовых ситуациях. «Бей или беги» — этому научил её сам Рома ещё в детстве. «Не можешь бить — Беги. Бежать — лучше, чем бездействовать» — говорил он, глядя девушке в глаза и стараясь вдолбить ей в голову это незамысловатое правило. Сам бы он никогда не убежал, предпочитая быть избитым, но нанести хотя бы один удар, однако подругу нужно было учить другому. Она слабая, а значит не всегда сможет дать отпор. Тогда пускай лучше сбежит, сверкая пятками, но не получит лишних тумаков или проблем. И вот теперь, когда худая девчонка, ниже и меньше каждого парня, присутствующего в доме, встает на защиту какого-то незнакомца, она испытывает только отвращение. Ко всем. К Петрову, потому что то не смог даже убежать и позволил издеваться над собой, к Роме и Бяше, потому что те вновь стали задирать всех подряд и конечно к той девушке из параллели и её подругам, потому что те пытаются постелиться под парней и готовы на всё, лишь бы их заметили. Мерзость — единственное слово, которым бурятка может описать всё произошедшее. - Если не хочешь, чтобы они тебя сожрали, то будь добр, собери яйца в кулак и хотя бы пошли их нахуй в следующий раз. — с этими словами девушка подожгла сигарету и глубоко затянула в легкие дым, смотря на блондина. - В школе они были дружелюбнее. — Антон чешет затылок, и девушка усмехается, качая головой. - А они и есть дружелюбные, но только с теми, кто с ними на равных. Так что постарайся доказать им, что ты мужик. Такие тут понятия.