Любовь на троих

Время мчалось. Дни сменяли друг друга, события неизбежно приближались к третьему испытанию турнира. Галдёж среди учеников начался уже с первых чисел жаркого июня. Картер же с приходом лета лишь окончательно погрязла в обязанностях. Составление расписания, предупреждения об экзаменах, дополнительные занятия у первогодок — всё это тяжким грузом легло на девичьи плечи. Само собой, Фланнаган старался помогать и порой даже чрезмерно брал обязанности на себя, но большинство преподавателей поручениями занимали лишь Киару, считая её более ответственной в этом вопросе. К середине июня Картер превратилась в призрака, обменивающегося с друзьями одними приветствиями. В свободное от обязанностей время девушка досыпала всё то, чем не успевала насладиться по ночам из-за поздних дежурств. — Может, стоит носить для неё подушку? У неё лицо скоро в каше окажется. — с беспокойством заметила Алисия, гляда на сонную подругу. — Эй, Фланнаган, а почему это ты носом не клюёшь? Вроде оба старосты, но только ты бодрячком держишься, а она… Сам видишь. — возмущался Джордж, придерживая девичий локоть, на который Картер с трудом опиралась. — Я много раз ей предлагал поделить её обязанности, но она всё «сама-сама». Не вините меня. Все претензии к профессорам. Катаются на нас, словно мы лошади какие-то. — фыркнул парень, пренебрежительно оглянув учительский состав за столом. — Ки, проснись. Джордж несколько раз потормошил подругу, но та, словно болванчик, лишь мотнула головой, сильнее зажмурив глаза. — Ещё минуточку. Две минуточки… — И как часто она так? — усмехнулся Фред, покончив с завтраком. — По четыре раза на дню. Иногда она засыпает на уроках, иногда сразу после них. Сегодня она прикорнула, когда переодевалась. Вчера мы пошли искать её, когда вечером не застали в спальне, в итоге обнаружили сопевшей на лестнице у библиотеки. Спала, облокотившись на перила. — спокойно обьясняла Анжелина. Окружение привыкло, что Картер время от времени требовалось полетать где-нибудь в олабках. Девушка, словно по армейском режиму, бодрствовала с пяти утра. Зато засыпала всегда не раньше полуночи. Пробудившись, словно по сигналу, Киара вскочила со скамьи, невольно толкнув Джорджа, схватила сумку и помчалась прочь из зала. — Это что сейчас было? Она случайно не одержима демонами? Шутку Ли никто не оценил. Более того, никто даже не удивился странному поведению Картер. Даже Барбара понимающе повела носом, решив промолчать. Киара же бежала недолго, ещё на половине пути она врезалась в кого-то, больно ударившись носом. — Простите, простите! Девушка хотела ринуться дальше, но двинуться ей не дали, схватив за локоть. Преградой на пути оказался никто иной как Барс, собственной персоной. — Тебе повезло, что ты наткнулась на меня, а не на кирпичную стену. Куда ты так торопишься? — добродушно улыбнулся парень, глядя на растрёпанные женские волосы. — Александр? Прости вдвойне, сразу не узнала. Я должна занести кое-какие бумаги декану. —Картер тревожно потопталась на месте, глядя на наручные часы. Время было совсем не подходящим для воркования. Сблизившись с парнем по настоянию Джинни, Киара вдруг поверила, что сердце её стало биться чаще при виде него. И пусть факт этот девушка тщательно скрывала, боясь ошибиться, поспешно солгать, Барс, словно почувствовав зелёный свет, стал увереннее, настойчивее. Александр был идеальным во всех смыслах этого слова. Вид его всегда был отточен до ниточки, улыбка скромна и добра, а манеры… О таких манерах даже истинным джентльменам оставалось лишь мечтать. И именно по этой причине Картер медлила. Чувства вроде и были, но с другой стороны — как не влюбиться, когда перед тобой такой эталон. Больше всего Киара боялась поспешить, признаться, а потом вдруг развидеть, что так называемая любовь оказалась дружеской симпатией, простой, далеко не той, о которой мечтает любая девочка. Картер было с чем сравнить. Были ещё два человека, при виде которых сердце девушки билось, словно в пучине бури. Два человека. И это было ужасно. Только спустя время Киара поняла, что предупреждения Джордана — не такой уж и пустой звук. Влюбиться в друга страшно, но куда страшнее, если друзей оказывается двое. — Я могу чем-то помочь? «Очень поможешь, если перестанешь мешать.» — Картер с трудом сдержала грубую мысль. — Давай встретимся позже. Как насчёт фонатана во дворе? В четыре часа. Спасибо. Даже не выслушав ответ, девушка помчалась дальше, придерживая ремешок раскрытой сумки, из которой вот-вот грозились выпасть учебники.

***

Уроки, казалось, тянулись часами. Летом ученики всё время теряли настрой, отдаваясь солнечным жарким денькам. Зато преподаватели, наоборот, увеличивали нагрузку, устраивая внезапные тесты и проверки недельного домашнего задания. К концу для учащиеся еле доползали до гостиных. — Я так рада за тебя! У тебя наконец появятся отношения. — лепетала Джинни, следуя за спещащей подругой. — Джинни, я ничего ещё не решила. Если честно, мне сейчас вообще не до них. К тому же, есть одна очень большая проблема. Турнир закончится, и он уедет за тысячи километров от меня. — Ты же говорила, что он собирался приехать в Лондон на каникулы. Думаешь, его так покорила Англия? Он же ради тебя… — Не надо ничего делать ради меня. Я не могу отплатить ему тем же. — грубо остановила Картер. — Киара, я тебя не понимаю. В тебя по уши влюбился настоящий идеал, мечта, а не парень. Ты же сама говорила мне, что и у тебя есть к нему чувства. — Я говорила не так. Я сказала, что меня трогает его забота и внимание. — Разве это не одно и то же? Твоё сердце трепещет при виде него. Это самая настоящая любовь. — не унималась Уизли, пробираясь сквозь толпу студентов. — Что тебе знать о любви, Джинни? Ты ещё мала для всего этого. — Мне тринадцать! Гарри, будучи четырнадцатилетним, участвует в очень опасном турнире. А мне, по-твоему, не отличить любовь от симпатии? — Джинни, пойми меня правильно. Я просто не хочу спешить. Если я обнадёжу его, а потом разобью сердце, не прощу себе этого. Он очень хороший и добрый. Я боюсь обидеть его. — Пф! Он парень, а не хрустальная ваза. После отказа не разобьётся. Если ты не поспешишь, он скоро уедет. Вы больше никогда не увидитесь. — Может, оно и к лучшему? Всё у нас как-то сумбурно. Мы толком не знаем друг друга, а уже говорим о каких-то чувствах. — Киара, ответь честно. — нахмурилась Джинни, преградив подруге путь. — Дело точно только в этом? И тебя не терзает любовная мука по ком-то ином? Разговор в оживлённом коридоре, полным лишних ушей, был не лучшей затеей. — Думаешь, я без ума от Ли? — отшутилась девушка. — Он тот ещё фрукт. Заранее сочувствую той, которая его выберет. — Киара, я серьёзно! Дело же не в близнецах, правда? Картер тяжело сглотнула, думая над ответом. Точно ли не в них? — Знаешь, что меня сильно смущает? Почему вы все вечно говорите о двух близнецах? Кто я, по-вашему? Блудница, которая западёт сразу на обоих? То, что они близнецы, не делает их одним целом. — Так дело всё-таки в ком-то из них? В ком, Киара? Это важно. — Да ни в ком, Джинни! Ты не представляешь, как же я устала от всего этого. После статьи Скитер на меня косятся ещё сильнее, разглядывают, будто я цирковая зверушка. И всё из-за вседозволенности твоих братьев. Отстаньте хотя бы сегодня от меня и моих чувств. Я разберусь со всем сама! Сжав плотнее сумку, Киара обогнула Джинни и убежала далеко вперёд. Уизли вздрогнула, когда кто-то ударил ее по макушке. — Ты чем её так разозлила, что она так рассвирепела? — хмуро спросил Джордж. — Вы что, подслушивали? — О чём ты, сестрица? Мы просто следовали за вами. — невинно признался Фред. На вид он был мягче брата, но вместе с тем и задумчивее. — Как много вы слышали? — Только то, что наша вседозволенность в чём-то виновата. О чём речь, Джинни? — Я и сама не знаю. Она не в первый раз, Джордж, говорит о чем-то таком. Что вы себе позволили, что она до сих пор припоминает вам это? Джордж бессмысленно пожал плечами. Теперь настало время хмуриться старшему близнецу. Долька понимания залегла у него меж бровей. — Фред, ты что-то знаешь? — сощурила глаза младшая Уизли. — Не больше вашего. — соврал Фред, прекрасно зная ответ. «Неужели всё никак не может забыть тот казус на Рождество?» Фред всегда упоминал поцелуй в мыслях именно под кротким названием «казус». Так было легче считать, что всё, что произошло, было ничем иным как ошибкой. Маленькой, глупой, и, к сожалению, незабываемой. Причём, как оказывается, для обоих. — О чём вы говорили до этого? — Киара собирается признаться сегодня Барсу в любви. У них свидание. — приукрасила Джинни. — В какой ещё любви? Хочешь сказать, что наша Ки и правда питает чувства к этому, этому… — Тюфяку. — продолжил за брата Фред. — Именно! — всерьёз рассвирепел Джордж. Уж чему-чему, а этому случиться он не позволит. — Джордж, я понимаю, что тебе может быть неприятно, но с этим просто нужно смириться. Твоя симпатия пройдёт, а Картер… — Смириться? Ты хочешь, чтобы наша Ки досталась тому, кто её не достоин? Неужели я настолько плохой вариант, что даже какой-то какой-то качок из другой страны будет лучше? Чем, Джинни? Отвечай! — Не ори на меня! Фред, скажи ему… Фред? Но близнеца уже давно по видимости на месте не было. Заругавшись, Уизли даже не заметили, как он покинул их компанию.

***

Когда Фред добрался до гостиной, Картер как раз отдыхала в кресле. Не сумев ничего объяснить, юноша схватил девушку за руку и уволок в свою комнату, не обращая внимания на её возражения. — Да отпусти же ты меня! Фред! Встав посреди спальни, Уизли всё ещё не выпустил её ладонь из рук. Киара упрямо уставилась на друга, желая получить ответы. — Что происходит? — Не ходи. — отрешённо заявил Фред. — Я и не могу уйти. Ты намертво вцепился в мою руку. — фыркнула девушка, надеясь, что юноша всё же отпустит ладонь, но тот лишь сильнее сжал её. — Не ходи на свидание с Барсом. Не признавайся. — Свидание? Ох, Джинни… Слушай, что бы тебе не сказала сестра, всё совсем не… Договорить Киара не успела. Губы Фреда заткнули ей рот, стремительно и вместе с тем невероятно жадно. Поцелуй вышел почти требовательным. Если в первый раз юноша медлил, не переходя черту, то на этот раз он точно знал, чего хотел. Он хотел её поцеловать, как бы разум не твердил обратное. Фред мечтал об этом с тех самых пор, лишь поджидая подходящий момент. Когда, если не сейчас? Услышав и осознав слова сестры, юноша понял, что времени у него больше нет. Глядя на брата, Фред уже знал, что тем самым предаст его, но Киара стоило этого всего. Когда Картер наконец сообразила оттолкнуть его, было уже поздно. Поздно для возражений, поздно для обвинений, ведь уйди она сразу, можно было бы попытаться Фреда упрекнуть, но Киара просто стояла и не двигалась, потому что хотела, а не потому что вдруг остолбенела от неожиданности. — Что ты творишь?! — раздалось из прохода. В дверях стоял Джордж, а заодно и перепуганная за ним Джинни. Картер отскочила от Фреда, словно обожглась о пламя. В ушах стоял гул, а в глазах — непонимание, даже страх. Девушка просто проскочила мимо друзей и помчалась прочь, едва не спотыкаясь. Джинни поспешила следом за ней, кинув на Фреда оскорбительный взгляд. Щёки Джорджа заалели от раздражения. Никогда ещё юноша не смотрел на брата так ненавистно. — Я доверял тебе! — надрывисто прокричал младший близнец. —Я всё злился на этого Барса, на Пьюси, а, оказывается, врага стоило искать среди близких. — Что я такого сделал? — небрежно кинул Фред, облизнув губы. Это действие не прошло мимо Джорджа, всполыхнувшего с новой силой. — Ты знал, что она мне нравится, но всё равно полез целовать её! Зачем?! Обычно спокойный и рассудительный Джордж вдруг набросился на брата, схватив за грудки. — Ты сделал это назло мне! Ты всегда так поступал. Я помню, как ты в детстве воровал мою плюшевую обезьянку. Мама предлагала купить тебе такую же, но ты вечно брал мою. — тараторил юноша, не в силах сдерживать гнев. Или же обиду..? — Хочешь расскажу секрет? Я поцеловал её раньше, чем ты признался мне, что что-то к ней чувствуешь. Помнишь Рождество? Она проиграла спор, потому что раскраснелась после нашего с ней поцелуя, а не потому что ты удачно пошутил. Джордж не выдержал, врезав брату в нос. Фред повалился на пол и утёр дорожку крови, подступившую к губам. Бить в ответ юноша не собирался. Он знал, что виноват, но признать это вслух значило признать и этот поцелуй ошибкой, а на это Уизли не был готов. — Какого чёрта ты молчал всё это время?! — Почему вам можно иметь общий секрет, а мне нет? — вопил в ответ брат. — Секрет? Мерлин, ты всё ещё о том дне? Ничего не было. Она просто… Знаешь, я вообще не должен сейчас оправдываться. Зачем ты поцеловал её? — Она собиралась на свидание с этим… — Я не про сейчас. — давил Джордж. — В Рождество. Зачем ты тогда поцеловал её, если клялся, что у тебя нет никаких чувств к ней? — У меня нет… — Лжёшь! Ты не стал бы играться с ней. Ты сам говорил, как она дорога нам — Слушай, Джордж, я не знаю. Ясно? Не знаю. Я хотел выиграть спор и почему-то вдруг подумал, что поцелуй будет отменной идеей. А сейчас… Я просто сделал то, что хотел. — Так и думал. — выплюнул слова Джордж. — Тебе «неожиданно» захотелось ровно после того, как я сказал, что она мне нравится. — Может, хватит собачиться? — раздался голос Ли из дверей. По виду юноша слышал приличную часть разговора. — Не комната, а проходной двор. —цокнул Фред, закатывая глаза. — Я серьёзно. Хватит на сегодня споров. Разбежитесь и остыньте, а уже потом говорите. Сейчас вы только сильнее злите друг друга. — Замечательная идея. Фред выскочил из комнаты, невольно задев плечом друга. Джордж запустил руки в волосы, прикрыв глаза. Им и правда необходимо было остыть. — Ты как? — Как придурок, врезавший своему брату. Думаешь, было лишним? — с опущенной головой мямлил юноша. — Из того, что я услышал, Фред виноват. Считай, что он получил заслуженно. Расскажешь всю историю, или мне придётся теряться в догадках? — Думаю, ты и сам всё слышал. Фред, как оказалось, уже дважды целовал Ки, а я всё это время ходил в неведении. Чёрт! Чувствую себя преданным идиотом. Никто из них даже не пытался сознаться. Не знаю, на кого обижен сильнее. — Не вини Картер, Джордж. Уверен, она и так винит себя не меньше. — разумно заметил Ли, опускаясь на кровать вслед за другом. — С каких пор ты защищаешь её? — С недавних. Мне жаль её. По-моему, она сама не понимает, что происходит. Теперь вот знаю, что запутал её Фред. Для девчонок вся эта чепуха со знаками внимания и чувствами — важная муть. А тут, представляешь, её целуют уже дважды, никак не объясняя. Представь, какой бардак у неё в голове. — В чем-то ты прав. Но что ты предлагаешь? Злиться только на Фреда? Была бы моя воля, послал бы его к чертям. — И на брата не злись. Вы близнецы, вам ссориться нельзя. Поговорите, как оба разберётесь с тем, что чувствуете. Может, и у него была причина. — Какая может быть причина вести себя, как последний козёл? Я, в отличие от братца, давно разобрался в чувствах. — Да неужели? А чего же молчал? Джордж молчал, потому что признаться вслух было сложно. Струсил. Так испугался, что Картер откажет, что решил молчать до хорошего момента. Само собой, это было лишь отговоркой. Моментов было немеренно, но Джордж продолжал бояться невзаимности, бояться собственной ребячливости. — Фред меня остановил. Теперь вижу, что он просто приберёг Ки для себя. Чёрт, каким же глупцом я был. Знаешь, Ли, я с детства делил с Фредом всё. У нас не было его и моего, у нас всегда было наше. Кровать, конфеты, рубашки, имена — всё общее. Но Картер — другое, она то, чем мне совсем не хочется делиться. — Да-а-а… — протянул Джордан, почесав затылок. — Ну и дилемма. Вы с братом в полной заднице. — Как думаешь, он побежал за ней сейчас? — Сомневаюсь. Я бы на вашем месте Картер не трогал ближайшее время. Рука у неё тяжелая, такого леща даст, что праотцов вспомните. Злой я её побаиваюсь. Только ей это не говори.

***

— Ты в порядке? — заботливо поинтересовался юноша, глядя на поникшее лицо спутницы. — Нет, не уверена. Сегодня произошла одна ситуация, потом ещё и неудобный разговор… У меня в голове бардак вместо мыслей. — Можешь поделиться со мной. Ничего не обещаю, но постараюсь распутать твой клубок из мыслей. Я умею вязать крючком. — Что? — исрунее улыбнулась Картер. — Ты умеешь вязать? — Бабушка научила. А ещё у меня четыре младших сестры. Не хвастаюсь, но я мастер в женских штучках. Грусть смыло волной смеха. Александр замер, глядя на лучистую улыбку. Всё в этом моменте казалось идеальным, только вот… «Уф, какого же чёрта он полез меня целовать?! Увижу Фреда, растерзаю его на кусочки, на много кусочков.» — Четыре младших сестры? Наверное, это большая радость. — попыталась отвлечься девушка. Рой мыслей почти преследовал. — Можно и так сказать, но я бы предположил, что это скорее большая беда. Не представляешь, как часто в доме бывает громко, очень громко, даже чересчур. Я думал, что девочки спокойнее мальчуганов, но на деле они те ещё занозы в боку. Ты, получается, одна в семье? — Да, поэтому немного завидую. Хотелось бы, чтобы и в моём доме было немного шумно. — Зато твои родители, наверное, очень много уделяли тебе внимания. Думаю, ты настоящая мамина радость и папина гордость. Так ведь обычно говорят? — Мои родители в разводе, но у меня прекрасный отец и милая мачеха. — с толикой грусти ответила Картер. Тема матери всегда считалась табу. Отец и вовсе не терпел даже малейшего её упоминания. На почве этого часто происходили ссоры. — Прости. Мне следовало спросить, прежде чем говорить подобное. Меня самого воспитала одна лишь бабушка. Я почти не помню своих родителей. — Где-то мы свернули не туда. Думала, разбавлю атмосферу, а в итоге мы пришли к не самым радостным разговорам. Это мне стоит извиниться. Не думаю, что сегодня я настроена на прогулку. — Дело в твоих друзьях, да? — добродушно усмехнулся юноша. — Это так очевидно? — Я давно понял. Когда ты сильно радостная или сильно печальная, дело всегда касается твоих друзей. У тебя с ними особая связь. — Александр… — Не нужно. Я не хочу давить на тебя и уж точно не собираюсь заставлять тебя извиняться. Я знаю, что шанса у меня нет да и никогда не было. Думаю, больше не стоит откладывать этот разговор. Киара, ты, если уж быть честным, понравилась мне с нашей первой встречи. Да, это может звучать глупо, но я влюбился, как только увидел тебя. Ты была такой простой и забавной, что развеселила меня, хотя я очень нервничал по прибытии в новое место. — Александр, я… Слова не клеились в предложения. Киара так долго оттягивала этот разговор, потому что боялась признаться себе, что ей нравилось это внимание со стороны иностранного гостя. Впервые кто-то открыто проявлял к ней симпатию, без липкого флирта или глупых заигрываний. Картер эгоистично наслаждалась моментом, прекрасно зная, что не готова ничего предложить в ответ. — Я бы хотел договорить. Мне непросто даются слова, потому что для меня такое впервые. Киара, ты удивительная. Я просто хочу, чтобы ты всегда помнила это. Ты очень добрая, любезная, милая, ты всегда горой стоишь за своих друзей, ты ответственная и серьёзная, но не без доли юмора. Никто не заставлял меня так много смеяться, как ты. Я знаю, что не нравлюсь тебе. Только вот не знаю, дело в твоих друзьях или во мне, но я рад, что ты свалилась на меня в первый день. Без тебя этот год не был бы таким запоминающимся. Я не хотел бы терять такого друга, как ты, поэтому склоняюсь в надежде, что ты согласишься хотя бы быть моим приятелем по переписке. Александр, как и сказал, застыл в поклоне, не поднимая головы. Плечи его, казалось, дрожали в ожидании ответа. Ему определённо было неловко признаваться в том, в чём он никогда не получит взаимности. — Быть твоим другом — честь для меня. — выдавила из себя Картер, прикрывая волосами раскрасневшиеся щеки. Ей признались в любви! Столь трогательно и откровенно, что Киара была готова растечься лужей прямо посреди двора. Никто и никогда не говорил ей таких тёплых слов. — Спасибо за всё, что ты сказал мне. Я буду ценить в памяти, как зеницу ока, каждое слово. Не выдержав, Картер прильнула к юноше, обхватив его туловище. Сквозь кроваво-красную мантию Киара услышала, как звонко забилось его сердце. Руки парня застыли в воздухе, в паре сантиметров от девичьих плеч. Метнув взгляд в сторону, Киара увидела знакомую фигуру среди колонн. Фред или же… Джордж? На расстоянии не разглядеть. Отскочив от юноши, девушка вновь посмотрела в ту сторону, но пространство оказалось пустым. Померещилось?