Увидимся во снах

Эндрю в буквальном смысле не мог дышать. Органы будто просто отказывали. "Его нет. Нам не удалось его спасти. Соболезнуем." Теперь Миньярд ненавидел ещё и слово "соболезнуем". Им не удалось вытащить человека из подвала, и единственное, что они могут это соболезновать. Он чуть не убил агента, который им это сказал, но благо Ваймак удержал его, хотя тренер сам был в шоке, его лицо побледнело, под глазами мешки, а сам он будто постарел лет на 20. Эту новость потом сказали лисам, которые сначала решили, что это розыгрыш, и попросили доказательства, но когда им сказали, что тело привезут только через 3 суток, казалось все наконец-то поняли, что это правда. Нил Джостен, 10 номер, нападающий лисов ушёл навсегда. Эндрю просто не мог это принять, Нил буквально всегда сражался за свою жизнь, а тут он просто, раз и все, умирает в каком-то подвале. До Миньярда только потом дошло, что значили те слова "Спасибо. Ты был великолепен." И каждый раз хотелось закричать, поубивать всех и вся, найти этих тварей, которые забрали Джостена. Когда его отпустили от тренера, он начал бить зеркала, что были в номере, рвать журналы, лежащие на столиках, он просто делал это со всей злостью. Аарон и Ники пытались хоть как-то его остановить, но они чуть не напоролись на ножи. Тренер сказал оставить его, Миньярд придёт в норму, ему просто надо выплеснуть эмоции. Рене тоже хотела помочь, даже спарринг предложила, но Миньярд грубо послал её. Старшекурсники были вне себя от горя, разочарования и боли. Они просто не могли в это поверить, Дэн буквально все время была в слезах, в этот раз она не смогла быть капитаном, не смогла помочь своей команде. Ни Эндрю, ни Нилу. Ваймак сказал, что придётся переночевать ещё одну ночь в этом сранном отеле, а завтра они поедут в Пальметто, где к тому времени привезут тело Джостена. Никто не спал. Все были в одной комнате, кто на полу, кто на диване. Все просто молчали, не зная, что говорить. Были все, кроме Эндрю. Миньярд сидел на крыльце отеля и курил уже пятую сигарету. Ему было все равно, без разницы уже кто и что. Он просто чувствовал, что все его тело буду потухло. Он не хотел спать, зная, что сейчас ему во сне явится чертов Нил Джостен, со своими блядскими рыжими волосами и ярко-голубыми глазами. — Сука, блять. — Эндрю выкинул сигарету, которая задела его кончик пальца. — Ебучий Джостен, как же я тебя ненавижу, ублюдок. Он точно его ненавидел. *** Лишь под утро лисы смогли уснуть, но тренеру пришлось их разбудить, а также накормить безвкусными булками с кофе. Эндрю так и не смог уснуть, куря практически всю ночь. Эбби пыталась заставить его хоть как-то поесть, но Миньярд просто проигнорировал её. Спустя время, лисы молча начали садиться в автобус, Эндрю сел на самый последний ряд, зная, что никто больше к нему не подсядет. Всю дорогу до Пальметто никто не сказал ни слова. Доехав до общежития, Ваймак осторожно остановил автобус, все лисы вышли, взяв свои сумки, ждя выговор тренера. — Завтра в десять похороны, встречаемся у стадиона, поедим вместе. — с болью в голосе сказал Ваймак, Эбби рядом положила ладонь ему на плечо. А потом все ушли кто куда. Один Миньярд пошёл на крышу общежития. Теперь сидя на краю, он просто не знал, что делать, он больше не чувствует ничего. Казалось вся боль просто вышла, на её месте была пустота, чёрная дыра, поглощающая все. Как бы он не хотел сейчас взять лезвие, он просто не мог, он должен держаться, ради Аарона, Ники и Кевина, он дал им обещания, он сдержит их. Но его он не сдержал. Даже если он и отказался от него, Миньярд все равно винил себя, он знал, что Джостен не просто так отказывался от обещания, знал, но все равно позволил. Тут дверь открылась и зашёл Аарон. — Иди помойся и поспи. — тихо произнес он. Эндрю просто проигнорировал его. Аарон, поняв, что его не слушают, просто ушёл обратно. Выкурив половину пачки сигарет, Миньярд наконец-то пошёл в свою в комнату, в которой никого не было, разумеется все лисы были у девочек. Тихо сидя там, и плача. Не хватает только одного, точнее двух. Простояв час под кипятком, Эндрю вышел из душа. Вся кожа покраснела, но даже это никак не помогло избавиться от мыслей. Но когда он лёг в кровать, он просто провалился в глубокий кошмар. Эндрю стоял в подвале, а в углу лежало какое-то тело, которое безуспешно пыталось встать. Подойдя ближе, Миньярд увидел, что это Нил. Только вот на лице ужасные ожоги и кровавое месиво, руки были в том же состоянии. Эндрю подошёл к телу и упал перед ним на колени. — Нил. — дрожащим голосом позвал Миньярд. — Эндрю. — отозвалось тело, а когда его голова повернулась, он увидел пустующие глазницы. Блондин быстро отпрянул. "Нет" — хотел было закричать Миньярд. — " Только не это, нет-нет." — Да. — словно прочитав его мысли, сказал человек, вышедший из ниоткуда. Этот человек был полной копией Джостена, только старше. Это был Натан Веснински. Никто иной, как отец Нила. Этот человек улыбнулся жестоким оскалом. — Что понравилось, хочешь посмотреть, как я отрезаю его ноги? — Только тронь его. — ответил Эндрю, хотя он даже защититься не мог. Ножей не было. Но Миньярд не успел среагировать, как мужчина навёл тесак, и одним лёгким движением перерубил ноги Джостена. Его кровь попала на мужчину, на Эндрю и на стены. — НЕТ, НЕТ. — начал было кричать Миньярд, но тут он почувствовал, что кто-то держит его за плечи и трясёт. Через боль ему пришлось открыть глаза, и он увидел Аарона, который тряс его за плечи. — Эндрю, проснись, это всего лишь сон. Теперь Миньярд сфокусировал взгляд и увидел, что он на своей кровати, в общежитии, а рядом стоят заплаканный Ники, обеспокоенный Кевин, и Аарон, сидящий на его кровати. — Ты кричал, очень громко, мне пришлось тебя разбудить. — сказал Аарон, а потом встал с кровати. — Умойся и собирайся, через тридцать минут мы должны быть у стадиона. Братья и Кевин вышли, и Эндрю остался один, его все ещё колотило от кошмара, все было настолько реалистичным. Особенно Нил. Нил, которого сегодня будут хоронить. Быстро приняв душ, он одел какой-то чёрный костюм, он вышел из комнаты, где все монстры собрались. У всех не было лица, все были нахмурены, разочарованы. Только Эндрю казалось выглядел спокойным, хотя внутри все падало и рушилось. Эндрю довёз их до стадиона, а дальше они уже вместе со старшекурсниками, поехали в какое-то здание. Войдя, лисы увидели открытый гроб, они подошли, и все, как один издали вопли, крики. Девочки, не сдерживаясь зарыдали, Ники присоединился к ним, Мэтта казалось сейчас вырвет. А Кевин просто смотрел на пол, как и Аарон. Эндрю, увидев Нила, подумал, что он живой, но потом он заметил отвратительные ожоги, которые кое-как замазали, его лицо было расслабленно, словно Джостен спал глубоким сном. Но Миньярд понял, что это конец, теперь он никогда не откроет свои блядские глаза, никогда не скажет какую-то глупость, теперь он навсегда в вечных объятиях сна. Эндрю просто не смог больше на это смотреть, поэтому он тупо выбежал из здания, и побежал к какому-то лесу, лисы пытались ему что-то крикнуть, но он не слышал, он ничего больше не слышал. Он добежал до какого-то оврага, и присел прямо на край. Он знал, что возможно пропустил церемонию и погребению, но ему было все равно. Какая теперь разница, если он больше никогда не увидит его. Спустя время, когда начало темнеть, Миньярд пошёл обратно, он увидел, что все уже закончилось и не было ни души, возможно Ваймак знал его местонахождение, но не хотел трогать лишний раз. Идя к свежей могиле, Эндрю задевал какие-то цветы, положенные на могилы других. На кладбище было тихо и умиротворенно, это атмосфера очень давила на Миньярда. Но наконец-то дойдя до могилы Джостена, он сначала подумал, что ошибся, но нет. На мраморной плите было написано "Натаниэль Веснински". Настоящее имя Нила. Но Эндрю знал, что Джостен точно не хотел бы умирать со своим настоящим именем. Правда теперь он этого никогда не узнает. Взяв камень, Миньярд начал зачеркивать имя и фамилию, и теперь начал аккуратно выводить "Нил Абрам Джостен". Он знал, что охрана по-любому это заметит, но было все равно. Наконец-то выводя, закончив свою надпись, Миньярд последний раз посмотрел на мраморную плиту, на свою работу, которая выглядила очень небрежно, на землю, под которой разлагалось тело. — Я люблю тебя. — сказав это, Эндрю Миньярд покидает кладбище, зная, что больше он туда никогда не вернётся. Он оставил себя, свою душу, свои чувства и эмоции на могиле Нила Джостена.