Опущенные

Сентябрь, 1991 год Алый поезд Хогвартс-экспресса мчался вдаль, везя с собой юных волшебников. За окном с невероятной скоростью сменялись красивые пейзажы. Близился вечер. Кто-то из волшебников ехал не впервой, а некоторым лишь предстояло войти в одну из лучших школ чародейства и волшебства - Хогвартс. Волнение малышей-первокурсников можно было буквально ощутить на вкус, ведь от того, куда их распределят, будет зависеть их дальнейшая жизнь. Хотя, кому-кому, а одной девочке с огромными карими глазами и копной каштановых волос было не о чем волноваться. Гермиона Грейнжер. Эта умная не по годам малышка уже давно перечитала все заинтересовавшие её книги, которые она приобрела при первом посещении Косого Переулка и была полна уверенности в том, что она попадёт на Когтевран, ведь её тяга к знаниям была просто ошеломляющей. Она изучала все, что могла, чтобы не попасть в просак из-за незнания магического мира. Да-да, её родители были магглами и они очень гордились своей дочерью. Ведь это просто невероятно! В семье обычных дантистов родилась волшебница! И она сделает все, чтобы стать лучшей и не разочаровать родителей. Дальнейшее повествование о событиях, произошедших до распределения вовсе не обязательно, так как оно не имеет никакого значения для будущей истории. Имеют значение слова Распределяющей шляпы... - Гермиона Грейнжер! - громко произнесла женщина в забавной остроконечной шляпе. Профессор Макгонагалл. Именно так её представил директор Хогвартса - Альбус Дамблдор. Из толпы детишек вышла наша героиня, приговаривая себе под нос: - Спокойно... только без паники... всё будет хорошо, - не смотря на всю свою показную уверенность, она очень волновалась. - Она точно чокнутая! - раздалось из толпы. Кажется, это был Рональд Уизли. Вот болван! Как можно судить о людях, ничего о них не зная? Гермиона села на табурет и ей надели шляпу. Она будто в своей голове услышала слова: - Хмммм... Очень интересно... Умна, невероятно умна. Жаждешь знаний. Трудолюбива, хитра, изворотлива. Верна, храбрости и самоуверия тебе не занимать.. И, что же? Хмм... готова пойти по головам ради цели... - Что? Я не...., - пыталась возразить девочка. - Деточка, я у тебя в голове, я все прекрасно вижу. И я знаю куда тебя отправить. Это будет нелегко, но именно на этом факультете ты сможешь добиться невероятных высот. Ты сможешь либо изменить магический мир в лучшую сторону, либо уничтожить... выбор за тобой. - СЛИЗЕРИН! - последнее слово услышал весь зал. - Что? Нет-нет-нет! Как Слизерин? - но с нее уже сняли шляпу и отправили к её новым однокурсникам. Это был конец. Или начало конца. В любом случае, Гермиона была в шоке. Как маглорождённая могла попасть на Слизерин? Если все то, что она прочла об этом факультете правда, то её там живьём съедят. - Так значит ты Грейнжер? Не слышала о такой фамилии... кто твои родители? - спросила девочка с короткими волосами смольного цвета. Насколько она помнила по распределению, это была Пенси Паркинсон. - Они дантисты, - ответила Гермиона. Она не знала, как на это отреагирует её новая "семья", с которой ей предстоит уживаться целых семь лет, поэтому приготовилась к худшему. - Что? - губы Паркинсон скривились в презрении. - Они что.... магглы!? - Она произнесла это так громко, что на её крик повернулся весь Слизеринский стол. Белобрысый мальчик, который сидел рядом с Пенси повернулся к Гермионе. - Что? Шляпе пора на пенсию! Грязнокровка на Слизерине! Быть не может! Гермиона еле смогла сдержать подступившие слёзы. "Неужели статус крови - это клеймо?" Но Грейнжер была бы не Грейнжер, если бы не смогла ответить. - К твоему сведению, на Слизерин берут не за красивые глазки, Шляпа сказала, что именно здесь я смогу себя проявить и показать свои таланты и амбиции, - произнесла она, с высоко поднятой головой. После этого некоторые из старших Слизеринцев одобрительно хмыкнули, а младшие промолчали, посчитав мнение старших более авторитетным, чем у этого зализанного индюка. - Хм, ну посмотрим, - сказал мальчик, не найдя поддержки, и вернулся к еде. Гермиона облегчённо выдохнула, выпила воды и немного успокоилась. Она была безумно горда тем, что смогла достойно ответить и её голос ни разу не дрогнул, не смотря на волнение. Но все же она не могла понять почему Распределяющая Шляпа так с ней поступила? Из всех факультетов она её решила отправить именно в тот, где презирают таких, как она. Не успела Гермиона продолжить рассуждения, как напротив опять раздался визгливый голос одной неугомонной бестии со смольными волосами: - И что, ты ей больше ничего не скажешь? - провизжала Паркинсон - она же мерзкая грязнокровка! - она побагровела от ярости - знаешь что, Грейнжер, - Она протянула её фамилию, скривив губы в отвращении - ты никогда не станешь одной из нас! Ты всегда будешь жалкой, отвратительной грязнокровкой, - выплюнла она. Грейнжер с вызовом посмотрела на Паркинсон, и когда уже открыла рот, чтобы ответить, её опередил мальчик, который сидел справа от неё. - Паркинсон, если ты ей ещё слово скажешь, останешься без волос, - он смотрел на Пенси с высока, ни во что не ставя, и это могло означать, что его статус был довольно высоким в обществе, что ещё больше приводило Гермиону в замешательство. Почему он за неё заступился? - Да как ты... смеешь, Нотт? Это ведь..., - сказала Паркинсон, но, увидев его ожесточившийся взгляд, запнулась и промолчала. Кудрявый брюнет с зелёными, как изумруды глазами повернулся к Грейнжер и посмотрел на неё оценивающим взглядом. Гермиона не смутилась, вздернула свой носик и взглянула ему прямо в глаза. Ей было безумно приятно, что кто-то заступился за неё. Буквально через минуту мальчик хмыкнул, протянул ей руку для рукопожатия и сказал: - Теодор Нотт, для тебя Тео, - он шутливо поклонился и выжидающе посмотрел на Гермиону. - а ты?... - Гермиона Грейнжер, - она протянула ему руку в ответ и улыбнулась. - спасибо тебе, я не ожидала, что за меня кто-то вступится... - Не стоит меня благодарить, Паркинсон давно было пора заткнуть, она уж слишком раздражающая особа..., - Гермиона хихикнула, а он снова улыбнулся ей и продолжил есть. Под конец распределения с другой стороны от Гермионы сел темнокожий мальчик. Его осанка, манеры и новая мантия, которая по меркам Гермионы стоила целое состояние, говорили о том, что он тоже принадлежал к чистокровным. Он осмотрел весь стол и взглядом остановился на Гермионе. - Привет, я Блейз Забини, а ты? - он выглядел очень милым и Гермионе бы очень хотелось с ним дружить. Только она хотела назвать свое имя, как напротив раздался голос Паркинсон: - А она грязнокровка, - хмыкнула Пенси Слева от Гермионы кто-то очень сильно ударил кулаком по столу. Это был Тео, - Пенси, я что-то непонятно тебе сказал или одна твоя извилина в мозгу больше двух слов не воспринимает? Ах да, - протянул Нотт - здесь же нет твоих слуг, которые разжёвывают тебе каждое слово, - было видно, что Тео говорил вполне серьёзно и шутить с ним в этот момент явно не стоило. Даже Гермиона немного сжалась от его холодного тона, хоть эти слова и были в её защиту. - я надеюсь, ты хоть считать умеешь? Так вот если да, то считай себя лысой, если ещё что-то скажешь Гермионе по поводу чистоты ее крови. Я конечно понимаю, что чистокровность это единственное, чем тебе можно гордиться, но у некоторых есть заслуги помимо этого. - В этот момент глаза Пенси наполнились слезами и она выбежала из большого зала под нескрываемый смех однокурсников. Гермиона с полными удивления глазами уставилась на Тео. - С...спасибо, - тихо произнесла Грейнжер. - это было очень... мощно, но..., - она запнулась - тебе за твои слова ничего не будет? - Тео улыбнулся и похлопал её по плечу. - не переживай, Грейнжер, прорвемся, - на этой позитивной ноте они продолжили есть. Все это время Блейз удивлённо наблюдал за развернувшейся сценой, - Обалдеть... неужели ты действительно маглорождённая? Невероятно, я ни разу не слышал, чтобы вы учились на Слизерине... Потрясающе, это насколько же ты амбициозна, что Шляпа решила определить тебя сюда. - он, казалось, был действительно удивлён и говорил искренне. А в каком шоке находилась Гермиона и словами трудно описать. Она смотрела на Забини широко распахнутыми глазами и не могла поверить в то, что кто-то посмотрел на неё с этой стороны. Она и надеяться не могла, что с ней захотят здесь общаться. В это время Блейз задумался, но через мгновение снова спросил: - Так... как тебя зовут? - он с любопытством рассматривал Гермиону и ждал ответа. - Гермиона Грейнжер, - она тепло ему улыбнулась. - Будем дружить, Гермиона Грейнжер? - он снисходительно улыбнулся и протянул ей руку, но не успела Гермиона протянуть свою в ответ, как тут по руке Блейза легко ударили. Теодор. Опять. - Эта подруга уже занята, ищи себе другую, Забини, - шутливо произнёс Тео. - Гермиона, ты же не собираешься дружить с этим засранцем? - он выжидающе смотрел на неё, пока Гермиона удивлённо хлопала глазками. - Я... - ну, вот тебе, здравствуйте. Наша умная Гермиона Грейнжер и слова вымолвить не может. Пока она соображала и не понимала, что же происходит, парни переглянулись и расхохотались. - Да брось, Грейнжер, я же шучу, - просмеявшись сказал Тео. - я и сам дружу с этим засранцем. Но ты бы видела своё лицо, - парни продолжали хихикать, пока Гермиона хмурила брови. - Ой, да ну вас, - обиженно протянула она, облокотилась щекой на свою ладонь и уткнулась вилкой в тарелку. - Ну что, Грейнжер, будешь дружить с засранцем? - сказал Блейз, играя бровями, - ты посмотри, какой я очаровательный, - он облокотился о стол и шутливо подмигнул Гермионе. - Конечно буду! - Гермиона улыбнулась и парни обняли её за плечи. - Ох, Блейзик, какую мы с тобой милашку оторвали, - сказал Тео и шутливо потрепал Гермиону по волосам. Она зажмуриласьи попыталась убрать голову. - Это да, - ответил Забини, все трое рассмеялись и продолжили есть. После пира старосты факультетов повели сытых и уставших студентов по гостиным и показали первокурсникам их новые спальни. Гермионе в соседки достались неугомонная бестия - Пенси Паркинсон, блондинистая стерва - Дафна Гринграсс и толстая корова - Милисента Булстроуд, которые, судя по всему, были давно знакомы и решили не обращать на Гермиону никакого внимания. Но ей, если честно, это было только на руку, потому что и так впечатлений за один день предостаточно, а ещё и с "этими" пришлось бы разбираться, нет уж, спасибо, это завтра. А сейчас, с глупой улыбкой на лице, она отправится спать, зная, что у неё появились друзья.