Растратить себя в попытке понравиться тебе

             Минхо влюблён.       Влюблён в того, чей голос нежнее шёлка, чьи руки мягче шерсти альпаки, чьё имя карамелью разливается на языке.       Минхо влюблён в того, кто сейчас жалуется, что его снова бросили. В третий раз за последние пару месяцев. В десятый — за год. И кажется, в сотый — за всю жизнь.       — Это так нечестно! Я же просто... Просто хотел провести с ней этот вечер. Мы же договаривались! Это не спонтанно было. А она... Она просто накричала на меня, что у неё вообще-то дела, и я не имею права так нагло портить её планы. А это и были наши планы! Понимаешь, хён? Я ведь ей ужин приготовил. Вкусный такой. Честно. Я пробовал. Мясо получилось очень сочным, а десерт и того лучше. Феликс меня неделю учил печь брауни.       — Понимаю, — кивает Минхо, прожигая взглядом асфальт, и делает глубокую затяжку, поднося фильтр к губам.       — А я не понимаю, — топает ножкой Джисон. — Она же дала мне шанс! И сама его украла, — он закусывает губу от обиды. — Я просто хотел ей понравиться. Хотел угодить...       — Все мы растратили себя в попытке кому-то понравиться, — задумчиво произносит Минхо, вдыхая едкий сигаретный дым и опуская голову вниз. — Но ты не переживай. Не она первая, и не она последняя. Уверен, завтра ты найдешь новый объект воздыханий, — он выбрасывает окурок в мусорку, хлопает младшего по плечу и натянуто улыбается.       — Не хочу так. Надоело. Хочу тепла и любви, понимаешь? — Джисон поднимает взгляд полный надежды.       — А кто не хочет? — усмехается Минхо, засовывая руки в карманы и уводя взгляд в сторону.       — Ты, — хмыкает Хан.       — Что?       — Ты не хочешь. Сколько тебя знаю, тебе никогда не было даже дела до всех этих любовных отношений.       Минхо качает головой, нервно облизывая губы, и думает о том, как же сильно Джисон ошибается.       — Если я не хочу бегать за всеми, кто приглянется, это не значит, что мне не хочется тепла и ласки, — уверяет он.       — Да ладно? — зрачки Джисона расширяются.       — Ты такой не прозорливый, — по-доброму усмехается Минхо.       — Неразделённая любовь?       — Может быть.       — А кто она? Ты говорил с ней? Признавался? — искры так и сыпят из глаз Хана.       — Она, — хмыкает Ли. — Знаешь, я не успеваю. Она вечно с сердечками в глазах рассказывает о своей новой любви, а после жалуется на то, как ей не повезло с тем или иным парнем. Слова вставить не получается.       Джисон хмурится, кажется, понимая, о чём речь, но не успевает что-то сказать.       — Не бери в голову. У меня пара. Увидимся, — подмигивает Минхо и уходит раньше, чем Хан всё же откроет рот.       Минхо познакомился с ним пару лет назад, вот так же стоя на курилке, как и мгновение вспять. Джисону тогда семнадцать было. Он только поступил. Забыл сигареты в сумке, которая осталась в аудитории, и Ли любезно угостил его. Минхо не помнит, как так вышло, но слово за слово — и вот они уже обменялись номерами; пара сообщений — и вот вместе проводят свободное время: ходят в кино, гуляют в парке, зависают в комнатах друг друга, слушая музыку.       На посвящении, будучи далеко не трезвым и в возбуждённом состоянии от слишком впечатляющего мероприятия с морем алкоголя и красивых девчонок, которое впервые посетил Джисон, он поцеловал Минхо. Сам. Просто потянулся к его губам, и прилип к ним своими. У Минхо в голове в ту секунду что-то щёлкнуло, а внутри разлилось тепло, словно кто-то канистру бензина опрокинул и поджёг.       Джисон тогда отстранился со скоростью света и стал лепетать, что это эмоции и он вовсе не гей. Минхо с пониманием отнёсся к этому, шепнув что-то успокаивающее, но из головы не выбросил.       Мягкие сладкие губы с привкусом дешёвого алкоголя въелись в сознание столь остро, что спустя почти два года он так и не смог забыть их.       Минхо уже не так больно слушать рассказы Джисона о его шушуканьях с разными девчонками, но сердце всё ещё неприятно колет. Тем не менее Минхо переживёт. Ему не пять и не пятнадцать, чтобы равнять свои неразделённые чувства с концом света.       Всё будет хорошо.

💔

      Минхо звонит Чанбину в вечер пятницы и предлагает напиться. И нет такой причины, которую Со бы ему назвал, отказав.       Минхо напивается и плачет ему в жилетку о том, как ему сложно с этим всем.       У Минхо были отношения с девушками, в которых он не чувствовал себя счастливым. Слишком небесные эти создания — дамы — чтобы суметь осчастливить их и быть рядом таким же счастливым. Для Минхо по крайней мере.       У Минхо был парень, с которым он чувствовал себя хорошо, но вот с ним, кажется, недостаточно.       У Минхо проблемы с доверием. У Минхо тысяча заморочек и одна беда под именем Хан Джисон. У Минхо чистое сердце и добрые помыслы, но он боится. Изливает душу Чанбину и разреветься хочет, но не может. Слишком низко.       Чанбин сочувствует ему, поглаживая по волосам, а после отвозит в клуб, чтобы развеяться.       Минхо достаточно пьян. Настолько, что подкатывает к кому-то, чьё лицо рассмотреть не может из-за пелены перед глазами. Этот парень очень похож на Джисона. Такой же ласковый голос, нежные ладошки и мягкие щёчки.       Минхо уводит его в кабинку туалета, встаёт на колени и с упоением отсасывает, представляя, как волшебно смотрелись бы его губы на члене Джисона.       Минхо плевать. Он слишком пьян, слишком разгорячён и слишком хочет. Хочет Джисона. И пусть сейчас нагибает какого-то незнакомца, чей номер даже не спросит после всего, Минхо представляет, что так же сладко стонал бы Хан.       Минхо шепчет на ухо пареньку что-то пошлое, называет его дорогим и грубо вжимает в грязную стену общественного туалета, словно желает душу его вытрахать.       Это не что-то о любви; это что-то о желании. И пусть Минхо представляет рядом с собой Джисона, он отыгрывается за годы мучений. С силой тянет за волосы, больно шлёпает по заднице, сдавливает тонкую шею пальцами и оставляет яркие засосы на плечах. Достигая собственного удовольствия, целует невинного парня, который дышит так, словно сейчас лёгкие выплюнет, в макушку, словно извиняется, и уходит, выбросив использованную резинку в мусорное ведро и хлопнув дверцей кабинки.

💔

      Минхо не помнит, что происходило дальше, когда просыпается ближе к полудню в своей кровати. Долго лежит, накрывшись одеялом с головой и спрятавшись от режущих глаза лучей солнца, и думает, что пора класть всему, что отдаётся пусть и слабой, но болью в сердце, конец.       Выпуск не за горами, а дальше взрослая жизнь, работа; и пора бы выстраивать что-то прочное, чтобы иметь фундамент под ногами, а не страдать, как сопливая школьница по самому классному парню в классе.       Минхо долго решается, но берёт себя в руки, потому что если обрывать связи, то резко, не затягивая болезненный момент.       Отказывает Джисону во встрече, когда тот зовёт прогуляться в воскресенье, а после просто игнорирует.       Немного не по себе от своих же действий, но Минхо правда больше не хочет.

💔

      Минхо стоит в курилке после второй пары, потому что первой не было, и ждёт, когда придёт Джисон с улыбкой до ушей и расскажет о своей новой любви. Минхо даже выслушает его, а после огорчит чуть раньше, чем его новая влюблённость.       Минхо думает, что они похожи с Джисоном — оба выбирают себе что-то, что сулит головной болью. Но если Джисон перебирает дам, как перчатки, то Ли застрял на первом уровне и двинуться не может.       — Привет, хён, — понуро здоровается Хан, махнув рукой, и выводит старшего из потока мыслей.       Джисон выглядит странно. Обычно он быстро переключается. Заморочки не его конёк. Он быстро отходит. Неужели так зацепила та девчонка? Или уже новая отшила?       Неважно.       Или сам расскажет, или нет. Минхо всё равно. Он выдерживает паузу, чтобы Джисон начал говорить, но тот молча курит, облокачиваясь о стену, и даже не думает ронять слова.       — Чего печальный такой? — безэмоционально — просто из вежливости — спрашивает Ли.       — А ты как думаешь? — на грани слышимости.       Минхо не отвечает. Пеняет на то, что не отпустил ещё ту девчонку, и даже не хочет развивать эту мысль в голове.       — Ты там предлагал сходить на выставку в четверг, — вспоминает Минхо. — Я не пойду.       — Почему?       — Не знаю, — пожимает плечами, туша окурок, и опускает голову, наблюдая на искры, что летят в разные стороны, затухая до того, как долететь до земли. — Просто не хочу.       — Ты же говорил, что мечтал сходить туда, — негромко произносит Джисон.       — Передумал. Так бывает. Вкусы меняются, — фыркает Ли, поворачивая голову в сторону младшего.       — Буквально за день? Охотно верю, — язвит Хан, мельком бросая взгляд на Минхо, но тут же потупляет его в пол.       — Так бывает, — вторит Ли.       — Так не бывает, — перечит Джисон, поднимая тяжелый взгляд. — Что ты хочешь мне сказать?       — М? — Минхо вскидывает бровь.       — Ты хочешь что-то сказать. Скажи.       — Ладно, — закатывает глаза Ли. — Просто не хочу с тобой больше общаться, — давит из себя, стараясь казаться незаинтересованным. — Не хочу проводить время. С тобой. Больше нет.       Минхо тяжело сохранять зрительный контакт, но он держится до талого.       — Это из-за того, что произошло пару дней назад?       — О чём ты?       — О том, что ты трахнул меня безо всякого удовольствия, а после наорал, объясняя, что для тебя это ничего не значит.       — Что? — у Минхо рот приоткрывается и зрачки расширяются.

Вечер пятницы.

pov Jisung

      — Минхо, — зовёт Хан и бежит за ним через танцпол. Его не слышат из-за громкой музыки, но Джисон ловит Ли на улице.       — Да отстань ты, Бога ради, — одёргивает плечо, как только Джисон касается его.       — Почему? — не понимает он, становясь лицом к лицу.       — Потому что мне похуй, — хмыкает Минхо, отворачивая голову в сторону. — Я трахнул тебя просто потому, что ты оказался рядом. Мне всё ещё не интересен ты. Оставь меня в покое, — шипит и делает шаг вперёд, словно специально задевая плечо Джисона.       — Ты сказал, что любишь меня, какого хрена!? — кричит вслед ему Хан.       — Да кто ты такой, чтобы любить тебя? — достаточно грубо чеканит Минхо, останавливаясь. — То, что мы с тобой трахнулись, не значит , что на тебе свет клином сошёлся, — он роняет голову набок. — Ты просто никто в моей жизни. Отвали.

Утро понедельника.

pov Minho

      — Ты шептал мне на ухо о том, что души во мне не чаешь. Звал меня по имени. Обещал, что хотел сделать это достаточно давно! И дело не в сексе, как ты и мурчал. Лепетал о вечном: об объятиях до судорог, о поцелуях до саднящих губ, о любви до гроба. А после секса решил сбежать? — Джисон говорит на повышенных тонах, да так чтобы слышали все в округе, но ему едва ли не всё равно.       Минхо стоит, опешив, и слушает с замиранием сердца.       — Не мудрено, конечно. Но... ты реально такой, да? — шипит Хан и смотрит стеклянными глазами в глаза старшего. — Был рядом со мной всё это время, потому что хотел просто трахнуть? Тогда нахера вся эта поддельная дружба, если ты мог сделать на посвяте это?       — В смысле? — давит из себя Минхо, делая глубокий вдох и кусая до крови нижнюю губу.       — В прямом! Ты знал, что нравишься мне; знал, что у меня трепет в сердце просто от твоего присутствия рядом! Я даже поцеловал тебя... — шепчет Джисон под конец, сжимая ладони в кулаки.       Минхо хочет протянуть руку вперёд, чтобы смахнуть капельки слёз с глаз Джисона, но не может себе этого разрешить.       — Ты сказал, что ты не гей.       — Я и не гей, блять! — кричит Хан. — Мне нравятся девушки. Но ещё нравишься ты. Пиздец как нравишься. И ты знал. Я сам тебе сказал.       — Я... Я не помню, — по щеке Минхо катится одинокая слеза, оставляя влажный след. Он утирает её тыльной стороной ладони и тяжело сглатывает.       Джисон открывает рот, чтобы возмутиться, но быстро захлопывает его, и вдруг смотрит с пониманием.       — Ты правда... не помнишь?       — Нет, — медленно машет головой из стороны в сторону Минхо.       — Ничего из того, что я сказал?       — Нет, — очень робко.       — Ты должно быть шутишь.       — Нет, правда, я не помню, — спешит оправдаться Ли. — Алкоголь — мой враг, по ходу дела. Я помню, как ты поцеловал меня, но быстро дал понять, что не гей, а дальше....       — А вчера?       — Вчера, — повторяет Ли, отворачивая голову вбок, и нервно сглатывает. — Я не помню, что это был ты, — признаётся, затаив дыхание. — То есть... я не помню лица. Для меня это был не ты. Это был кто-то, на кого мне всё равно.       — Но ты... Ты звал меня по имени. Ты обманываешь сейчас, — с отчаянием шепчет Хан.       — Нет, — уверяет Минхо. — Хотел, чтобы это был ты, но не знал. Я был слишком пьян, и я... не помню. Но обещаю, если это было обращением к тебе, это правда была.       — Ты не врёшь? — шепчет с недоверием Джисон, протягивая руку вперёд, и Минхо тут же берёт его ладонь в свою.       — А что я говорил?       — Ну, — Джисон мнётся, будучи явно смущённым. — Даже не знаю, что ответить. Ты много говорил.       — Назови то, что тебе было приятно слышать, — Минхо делает шаг вперёд, оказываясь почти вплотную к Хану.       И плевать ему, что кто-то может понять неправильно. Или правильно, что вроде хуже, но так всё равно.       — Ты называл меня дорогим, — шепчет Джисон, тяжело вздыхая, и смотрит в глаза Минхо. — Называл, — резко опускает глаза, — любимым.       Минхо ловит его подбородок пальцами и приподнимает, чтобы шепнуть в самые губы:       — И это правда.       — Знаешь, я искал тебя в других, — скованно лепечет Джисон. — Я правда не гей и не хотел искать кого-то похожего на тебя в плане пола. Мне немного мерзко от этого. Возможно, я гомофоб. Не знаю, — старается усмехнуться, опуская глаза. — Но знаешь, мне очень нравишься ты. Не потому что ты́ парень или не потому что я́ гей. А потому что это просто ты. Такой всегда понимающий и иногда капризный. С тобой всегда комфортно, даже если ты ругаешься. На меня или ещё кого-то. Неважно. Я просто, как дурак, влюбился в тебя в тот день, когда ты угостил меня сигаретой, и ничего не могу с собой поделать.       — И не надо, — шепчет на ухо ему Минхо, аккуратно целуя в шею.       — Но мне так неприятно от того, что ты сказал, — всхлипывает Джисон.       — Эти слова были предназначены не тебе, а кому-то, кого я не знаю, — судорожно выдыхает Ли.       — Но...       — Я души в тебе не чаю, Джисон, — шепчет Минхо. — Мне так больно было от того, что ты с другими и никогда со мной.       — Мы два придурка, да? — Джисон поднимает голову, и Ли заправляет выпавшие прядки ему за ухо.       — Это даже не обсуждается, — усмехается Ли.       — Но... теперь будет по-другому, правда? — Джисон смотрит на Минхо так, словно это весь его мир.       — Нет, — чеканит Минхо, но Джисон не успевает испугаться, потому что он продолжает. — Мы точно останемся такими же придурками, какими были пять минут назад.       — Но... я, кажется, люблю тебя, — вздыхает Хан.       — Это теперь значит только то, что мой парень придурок, но я тоже очень люблю его, — Минхо ласково-ласково улыбается и касается губ Джисона своими, аккуратно их сминая.       Минхо больше не влюблён.       Минхо в любви.