Сердце Бога

-Леди Фурина! Звучит откуда-то неподалёку, однако Фокалорс не приносит этому необходимого внимания. Вокруг лишь тьма и тишина, изредка пронзаемая чьим-то голосом, звучащим таким родным, но при этом и слишком неузнаваемым в данный момент. Что происходит? Как она в целом сюда попала? Девушка обращает взор на свое полупрозрачное тело, осматривает свои руки, видя в них лишь едва узнаваемые перчатки, разорванные почти в клочки и окрашенные багровой кровью. Двигаться тяжело, голову кружит, а череп при этом словно сдавливает неведомая сила. Дыхание сбито, ком внутри горла не позволяет сказать и слова вновь звучащему, такому отчаянному мужскому голосу, однако Фурина пытается, настолько, насколько это позволяет энергия, добраться в его сторону, шипя себе под нос и прикусывая губы, что на вкус отдавали чем-то металлическим. Ещё немного, и она дойдет до небольшого клочка света, хватаясь за него со всей возможной силой, резко проваливаясь в пространство, жмуря глаза. -Леди Фурина! Очнитесь, Вы слышите? Очнитесь!- вновь кричит Нёвиллет, пытаясь прорвать нити, сдерживаемые его тело и не позволяющие воспользоваться элементальными силами во всю мощь, чтобы хоть как-то помочь и скрыть своего Архонта, скрытого собственным барьером, что вот-вот исчезнет. Замечая, что та наконец раскрыла глаза, небольшая надежда сверкнула в сознании, вынуждая того воскликнуть ещё громче. --Моя леди, бегите! Я не смогу долго сдерживать барьер! Очнувшаяся Архонт потёрла свинцовые глаза, стараясь привести зрение и чувства в порядок, прикрывая очи от ярко взрыва робота неподалёку. Увиденное заставило её на секунду прийти в шок, не позволяя воспоминаниям до обморока пробиться и дать понять, что происходило в данный момент. Вокруг происходила битва, которую явно не выигрывала армия Архонта, раскиданная по всей окрестности вокруг суда. Механические дребезги, пролитая кровь, крики испуганных граждан, обваливающиеся плиты и здания, прибивающие уже неживые тела ещё сильнее к земле, ливень, являющий плач Гидро дракона, смывающий стекающуюся с трупов жидкость. -Ч...Что происходит... Нёвиллет...? -Умоляю, бегите! Она идёт за Вами! За Вашим сердцем Бога! Сердце Бога... Она... Фатуи? Точно... Арлекино... Арлекино, явившаяся в Фонтейн так внезапно и скрытно, что обычный день мигом превратился в кровавую бойню, происходившую в центре владения. Суд, проходящий как обычно, с обвинениями и попыткой защиты, вдруг прекратился из-за внезапных и громких, раздающихся по всему зданию хлопков в ладоши, являющих женскую фигуру одной из Предвестников, растянувшей губы в ухмылке. Наблюдающие граждане в начале сидели словно зачарованные, глядя за элегантной походкой, но вскоре сменили свое удивление на тревожные вскрики, поднимаясь со своих мест, в попытке убежать из суда, видя форму Фатуи, организации, что являлась всегда с явно недобрыми намерениями. Кадры, сменяющиеся на возникшую в руках Фурины рапиру и выброс элементальной силы для защиты людей, сотрудники, эвакуирующие к выходу. Нёвиллет, частично превращающийся в дракона, в попытке прикрыть госпожу. Резко битва сместилась на место у Фонтана, а после и проявившаяся темнота и откинутое орудие, после того, как Арлекино завладела сознанием Архонта с помощью нитей. Взрывы, крики, запах мяса, плач. Всё это до сих пор отдаётся по округе и в голове Фурины, жмурящейся и поднимающейся с земли, вновь схватив свою рапиру в ладонь, стараясь не обращать внимание на сломанную и почти что не поддающуюся руку. -Я не могу оставить тебя и своих граждан! Вы - это всё, что у меня есть! Иначе для чего меня назначили Архонтом?!- раздался громкий, настроенный решительно голос, лишь слегка дрогнувший от страха происходящего. Ей было страшно. Но наверняка не настолько, как мирным людям, не настолько, как всем тем, кто попал сюда по случайности в такой момент. Она чувствовала все эмоции вокруг, коря себя за то, что посмела отключиться и не успеть защитить погибших. Отчаяние накрывало с ног до головы, заставляло трястись, желать спрятаться и сбежать туда, где всё это прекратиться, сжаться в углу, словно маленького ребёнка, но разум напоминал об обязанностях, придавая больше решимости. Неподалёку от плеча послышался смешок, а Арлекино пригнулась, шепча на ухо и заставляя пробраться тело мурашками от свисающих белых прядей женщины. -Правда? Мне казалось, ты уже вышла из игры. Достойно похвалы... Однако, почему ты предпочла отдать жизни этих людей, вместо гнозиса?... Они могли выжить, но благодаря тебе, их не стало. Не хотелось разрушать родной город, но ты сама на этом настояла. Сама этому поспособствовала. И что же ты за Архонт? Нравится, когда прячешься за спинами граждан? Или понравилось наблюдать за реальной драмой и трагедией вокруг, любительница театра?... Низковатый голос словно пробивал все внутренности собственной рапирой до отвратительных, гниющих дыр, с каждым словом разлагающихся сильнее, заставляя сомневаться в своих действиях всё сильнее, задумываться о своей ничтожности. Резкий взмах, и гидро энергия откинула не ожидавшую этого Предвестницу в здание суда, треснувшее от силы удара, поднимая всю пыль с земли в воздух, пудря глаза и нос. -Хватит, чёртов кукловод, ты не промоешь мне мозги! Если умеешь что-то большее, нежели трепаться и убивать, то покажи мне это, а не пустую болтовню! Женщина смахнула со своих одеяний грязь, смеясь во весь голос с ощутимой ноткой безумия, заметной и в сильнее покрасневших зрачках. -Как жаль, что ты не замечаешь происходящего вокруг. Возможно, тебе стоило бы быть повнимательнее, маленькая Фурина. -О чём... О чём ты, черт возьми, говор...ришь...?- застывая на месте с направленным на Арлекино мечом, она, с кивком Предвестницы в другую сторону, обратила туда взор, широко раскрывая глаза, наполнившиеся крупными каплями слёз. -Нёвиллет! Гидро Архонт бежала к своему измученному дракону, на котором почти не оставалось живого места из-за нитей, что хоть и исчезли от отвлечения Арлекино на себя, но лишь сильнее позволяли алой крови выливаться из ран, покрывая тело и площадь вокруг себя. Один из его рогов был вырван, словно трофей для убийцы другим фатуистом, на его месте зияла уродливая рана. У шеи сверкнуло лезвие, нажимающее на горло всё сильнее, чтобы приблизить кончину дорогого сердцу Фурины существа, заставляющее фатуиста улыбаться кривее и омерзительнее. -Ф-Фурина... Брось меня... Я тебе говорил, беги, почему ты никогда меня не слушаешься... Хотя бы сейчас... Так ласково, но так горько прозвучавшее собственное имя, заставило девушку вмиг, почти что не думая, двинуться в его сторону со всех сил, рапирой, наполненной энергией, разрезать, буквально разорвать мышцы руки чуть выше локтя, взвывшего вмиг фатуиста, отбросившегося в сторону с диким воплем полным агонии, а после и растворившегося вмиг в воду с щелчком Архонта. Подбегая к возлюбленному, она наклонилась к нему, пытаясь влить свои силы в Нёвиллета, чтобы приостановить кровь хотя бы на мгновение, осторожно прижимая его к себе с тихими, непозволимыми всхлипами. -Фурина... Фурина, берегись! Мужчина приподнялся, пытаясь закрыть тело девушки собственным, но никаких усилий для этого не хватило. Несколько быстрых шагов, резкий, полный боли девичий вскрик, и погасающие глаза падающей на плитку Фокалорс, пронзённой рукой Предвестницы, отнявшей переливающееся Сердце Бога. Успевая поймать тело Фурины в объятия, Нёвиллет пытался привести её в сознание, мягко оглаживая по щеке еле дышащую девушку, -Фурина...? Очнись... Прошу... Свет очей моих... -Спасибо за сотрудничество, хоть его и пришлось дождаться. Прозвучал насмехающийся голос, исчезающей на месте Арлекино вместе со своими фатуистами. Дождь пошёл сильнее. Вскоре, по прекращению всех звуков на улице, люди и приехавшая из другого края страны стража, прознавшая про всё, выбежали на место происшествия, пытаясь вытащить каждого выжившего, но также и умершего, чтобы достойно похоронить и позволить опознать семье. Операция по спасению длилась несколько дней, лазареты были заполнены гражданами и случайно попавшими в катастрофу приезжими, город начинали восстанавливать все те, кто имел возможность помочь денежными средствами, либо собственными роботами и элементальными силами. Несмотря на всё произошедшее, почти никто не мог вставить и одного плохого слова в сторону Фокалорс, понимая, что она пыталась защитить их до последнего, как и подобало Архонту, ведь без жертв в любом случае бы не обошлось. Пострадало немало построек, но сплотившиеся люди не теряли надежды, кирпич за кирпичиком строя точную копию, возвращая мирные дни в порядок и молясь у фонтана, чтобы их Архонт, дремлющий с того момента, как было отнято сердце Бога, пришла в сознание. Спустя долгий по ощущениям месяц, когда многое уже было отстроено до конца, а люди отвлеклись от происшествия, Нёвиллет в очередной раз посетил личную комнату Фокалорс, находящуюся на самом высоком этаже в богатом здании. Каждый день после суда, что продолжил свою работу, заодно вновь разгоняя энергию по стране, он возвращался в одно и то же место, сидя у её постели с балдахином и держа за руку, прижимая к сердцу и почти невесомо целуя костяшки, в надежде, что она наконец откроет глаза, прекратив пугать своим мёртвым, таким долгим, словно вечным, сном. -Милая Фурина, молю, очнись... Мне не хватает твоего громкого смеха, твоих неожиданных шуток, твоего иногда надоедливого, но такого привычного характера... Твоих ярких и живых улыбок, твоих великолепных глаз, в которых я каждый раз утопаю... Мужчина в очередной раз осторожно прилёг головой к её груди, слушая мелодичное и приятное сердцу сердцебиение Фокалорс, прикрывая слезящиеся глаза. Засыпая так возле неё, он вскоре проснулся, ощущая лёгкое поглаживание по волосам, и то, как его богиня убирает мешающие глазам пряди, прижимая к себе ближе, слегка улыбаясь. -Нёви... И давно ты так сидишь?... Ноги свои древние не жалко? Заноют же. Ни одного слова со стороны дракона не было произнесено, он лишь кинулся её обнимать, уже не сдерживая вытекающих из глаз слёз, сжимая губы от едва слышного всхлипа счастья, видя, что она жива, что она не покинула его, не оставила одного среди Фонтейна. Спустя столько тысяч лет, которые они провели вместе, Нёвиллет уже и не мог представить свою жизнь без неё, привязавшись намертво, словно скрепившись наручниками и выбросив ключ, чтобы никакое резкое желание не дало ему уйти от Фокалорс, хоть иногда и терпеть её было сложновато. Все самые нежные чувства, что пришли к нему со временем, были только в адрес своего Архонта, принадлежали только ей, как и полностью его оболочка и мысли. Уйди она ко дну - и он бы не задумываясь ушёл вместе, крепко держа за руку и прикрывая от всех невзгод, что могли бы на нее обрушиться. -Тихо-тихо, ты чего?... Неужели я в раю, если такое есть у Архонтов? Прошло же всего ничего с тех пор, как я упала в обморок.- она была явно удивлена реакцией своего дракона, не сразу соображая, как его возможно утешить, лишь продолжая мягко оглаживать щёку мужчины и сцеловывать слёзы мягким касанием губ, что не были привычно накрашены помадой как в обычные дни. Хотя оставить отпечатки губ на его лице звучало для Фурины слишком соблазнительно, но явно не сейчас, когда необходимо было просто быть рядом. -Леди Фурина... Прошёл уже месяц. Месяц Вы были в коме. -М...Месяц? А что... Что с гражданами и Фонтейном?... Неужели... -За это можете не беспокоиться. Всё, что было сломано - уже отстроили, оставшихся в живых спасли и помогли всем нуждающимся. Всех жертв передали в руки родственникам и после достойно почтили их память. Если желаете, при восстановлении я проведу Вас, чтобы вознести цветы и повидать их. Многие уже пришли в порядок, словно ничего не произошло, хоть и нелегко смириться с тем, что было. Суд возобновил свою работу, но Вам пока не стоит перенапрягаться для серьёзной работы. -Снова ты на Вы... Хотя бы при мне мог бы и называть так, как звал тогда. Просто "Фурина" мне было более чем достаточно.- та надула губы, слегка обиженно фыркая и давая лёгкий щелбан. Нёвиллет же тихо усмехнулся, оставляя поцелуй на щеке богини, --Так значит, темп жизни был почти восстановлен... Пока я бесполезно лежала здесь... Забавно... А ведь я та, кто должен был помочь всем... -Милая Фурина, ты и так многое сделала для них, не вини себя за произошедшее. Ты с самого начала успела спасти многих, ограждая своим мечом и силой. Не нужно обесценивать весь свой вклад в битву. Все граждане сейчас молятся за тебя, каждый день толпы людей стоят у Фонтана, преподнося дары. -Многое сделала... Они не злятся...?-- голос прозвучал довольно тускло, а на глазах засверкали слёзы. Богиня выглядела совсем потухше, но натянула довольную улыбку, глядя на Нёвиллета, вновь приобнимая его. -Это радует. Да, ведь так и должна вести себя Архонт Фонтейна. Передай всем, что я очнулась, и мои величайшие благодарности своему почтенному народу. Я обязательно вскоре покажусь и вернусь к своим обязанностям в суде, а пока, пусть наслаждаются шоу и без моего участия. Дракон взаимно улыбнулся, на секунду лишь заподозрив неладное в поведении госпожи, но думая, что это лишь из-за того, что она не полностью восстановилась. --Обязательно передам, Фурина. Они будут рады твоему приходу в себя и твоему возвращению. -Ладно-ладно, мне ещё нужно привести себя в порядок и переодеться, наверняка моей оболочке надоело находиться в одной и той же простой одежде, да и наведение красоты само собой не сделается. Иди, и скорее сообщи им, что их богиня цела, устройте со служащими им роскошное празднество. Нёвиллет поклонился своей леди, оставляя поцелуй на губах и ладони, и лишь после покидая комнату, на секунду останавливаясь возле двери, встретившись с ней взглядом. Та лишь показала язык, довольно усмехаясь, и он без беспокойства ушел из здания. Прошло около минуты, и лишь после Фокалорс приподнялась с постели, на подрагивающих после долгого лежания в постели ногах. Доходя до шкафа с вещами и надевая привычную великолепную одежду, сделанную из лучших тканей и у лучших мастеров, та присела за стол с обрамлённым рамкой зеркалом, рассматривая свое отражение. Вдруг одежда вновь начала покрываться кровавыми следами, проявляясь широко раскрытыми ранами на коже, глаза потеряли свой блеск и были белыми, потухшими, а зияющая пропасть посередине туловища, где хранилось сердце Бога, заставила Фурину схватиться со всей силы рукой за оголившееся в отверстии настоящее, сделанное по подобию человеческого сердце, что виднелось всем на вид. Из-за прилива паники она отскочила со стула, упав на пол и отползая к углу кровати, сжимаясь в калачик и вцепляясь в кожу ногтями, царапая её изо всех сил. Слёзы пропитали новую одежду, пряди слиплись у лица, а глаза вновь стали предательски красными на фоне побелевшей от ужаса кожи. Пустота внутри себя пугала, заставляла ощущать себя дефектной, больше не богиней, больше не Архонтом Фонтейна. Нужна ли она была такой своему народу, который справился за её отсутствие и без помощи божества? Действительно ли всё то время Фонтейн вообще нуждался в ней? В слабой, проигравшей каким-то Предвестникам, отдавшей свой источник полной силы, заставившей погибнуть невинных и покрыться и так грешному Фонтейну кровью? Заслуживает ли она теперь их прощения, их веры, сможет ли она теперь вернуться и сделать вид, что ничего не изменилось, будет ли всё так, как было раньше? Стыд заиграл внутри, как и на поле боя ей захотелось просто сбежать и не появляться больше в этом месте, не отравлять регион собой. Гнусной, взбалмошной, наглой и самоуверенной девчонкой, что могла лишь для красоты, как она посчитала, появиться в суде, раздражая Нёвиллета и выставляя по ошибке честных людей виновными, очерняя их имя. Губы были искусаны в кровь, а вновь уставшее сознание клонило в сон после панической атаки, заставляя глаза прикрыться, однако этому не позволил сделать стук в дверь, а после и вход в комнату из-за отсутствия ответа. Её гидро дракон вернулся, он вернулся к ней, полной слабачке, и всё ещё не покидал. Либо... Он хочет дать ей надежду, и при удобном случае покинуть это место? Но почему он не сделал этого раньше? Зачем Нёвиллет поддерживает сердце богини недолгими и сладкими речами, своим вниманием и присутствием? Возможно, она просто заслуживает таких мук, и это лишь первый урок за её продолжающуюся жизнь? Да, верно. Это еще лишь начало... Пока богиня сидела в углу, Нёвиллет прошел в комнату, оглядывая пространство и сжав ладонь в кулак, не наблюдая присутствия Фурины. --Ушла?... Но куда?...-- произнес тот себе под нос, но слыша лёгкое шуршание одежды у кровати, он прошел ближе, видя заплаканную и сжимающуюся в поиске защиты Фокалорс, мигом присаживаясь на колено возле неё и убирая ладони госпожи от её лица, мягко обнимая и гладя по волосам, после прижав к себе. --Милая Фурина... Что заставило тебя пролить свои слёзы?... -Я безнадёжна... Ты пришел со мной попрощаться? Ты сейчас уйдёшь? Оставишь меня здесь одну, как я того и заслуживаю, верно?... Почему ты не мог уйти раньше, почему, почему...- она билась в его руках, ударяя в приступе его по торсу, не сдерживая эмоций и буквально крича это на всю комнату, -Почему даже ты от меня отвернулся? Я настолько ничтожна? Прошу, ответь мне хотя бы на это... Я так люблю тебя... Не оставляй меня, не оставляй, не оставляй...! Её голос был всё громче, подрагивая и заставляя сжиматься сердце дракона от плачущей и умоляющей Фурины, которую он видел в таком состоянии только после кошмаров, что изредка случались из-за переутомляемости или после неверных по её мнению судов. -Фурина, спокойно... Всё хорошо, я тебя не собираюсь оставлять... Я всегда буду за тебя, и всегда буду рядом, что бы ни случилось. Все невзгоды, все радости, все кошмары - мы переживём вместе. Я не могу существовать без тебя. Ты для меня словно кислород, и лишь твоя улыбка способна привести к истинному счастью и равновесию в моей душе. Многое повидав за свою длинную жизнь, ничто не могло так украсить её, как твое присутствие возле меня, как ты держишь меня за руку, как ты заставляешь меня проявлять эмоции... Ты моя госпожа, ты моя богиня, богиня моего сердца... И только ты можешь ей быть и оставаться. Если бы тебя не стало - я бы ушел вслед за тобой, не стерпев тоску расставания. Гладя успокаивающуюся Фокалорс по спине, не позволяя ей ранить себя еще сильнее с потрескавшимися костяшками от ударов, он мягко поцеловал девушку в макушку, не желая отпускать от себя и отделяться от такого трепетного соединения душ. -Правда?... Ты не врёшь...? Но зачем я нужна такая, без сердца Бога и без способности защитить всех?... Я даже тебя не сумела прикрыть в тот момент, когда ты так нуждался в этом... Т-ты почти погиб на моих глазах, пока я лежала в обмороке, и даже после... -Это не твоя вина. Ты все равно остаешься великим Архонтом, Фокалорс де Фонтейн. Прекрати отравлять свои мысли такими доводами, они к хорошему не приведут. Ты всё ещё та же прекрасная богиня, необходимая своему народу, и главное, необходимая мне. Мы переживем это вместе, и я обещаю, что гнозис вернётся к тебе любой ценой. Если ты не веришь, мы можем выйти к суду, чтобы ты увидела, как твои граждане переживают и радуются за тебя. Фурина последний раз всхлипнула перед тем, как вытереть слёзы со своего лица, лишь чуть кивая и с помощью Нёвиллета приподнимаясь на ноги, -Х-хорошо... Раз ты так просишь... Но мне нужно привести наконец себя в порядок, я не хочу являться так перед всеми...- говоря это и идя к туалетному столику, она на мгновение остановилась, вспомнив собственное отражение и чуть отшатываясь. Замечая это, и понимая, что наверняка произошло, мужчина мягко взял её за ладонь и другой рукой за талию, подводя к зеркалу, и показывая, что всё в порядке. Уродливое отражение исчезло, явив лишь облик великолепной богини и дракона, без кровавых ран, без кромешной тьмы на месте гнозиса и пустых глаз. -Все в порядке, ты что, думаешь, что я чего-то боюсь? Это меня надо было бояться этой глупой Арлекино.- пытаясь вернуть себе уверенный вид, она чуть топнула ногой с каблуком на любимых туфлях, садясь и доставая все необходимое. Нёвиллет с очарованием посмотрел на Архонта, позволив себе улыбку и отодвигая её стул, повернув к себе. На вопросительный взгляд девушки, он взял все принадлежности, сам мягко и осторожно нанося ей макияж, в конце, перед нанесением помады, оставляя глубокий и нежный поцелуй на губах Фокалорс, лишь после очерчивая контур кисточкой. Щёки Фурины пылали явно не от макияжа, а от испытываемого смущения и трепетных чувств к возлюбленному, хоть она и пыталась на это отшутиться, вроде "ты слишком жестко водил кисточкой по лицу". Закончив наносить туалет и укладывать волосы, надевая привычную шляпку, она под руку с Нёвиллетом выдвинулась к зданию суда, слегка неуверенно подходя к площади, что совсем недавно, словно сутки назад, была разрушена и окровавлена. Не останавливаясь на своём пути, чтобы не показывать слабость перед людьми, Фурина отпустила руку судьи, проходя и становясь перед народом. -Дорогой народ, Ваша Фокалорс наконец смогла явиться к Вам, чтобы прекратить беспокойства, и увидеть моих драгоценных граждан. Я проспала непозволительно много, за что извиняюсь перед Вами всеми, надеясь, что Ваша жизнь претерпела изменения за этот период лишь в лучшую сторону, и мир воцарил вокруг. Вселяя уверенность в эти слова, произнося их привычно громко по всей площади, она поклонилась в знак уважения ко всем. Она боялась услышать отказ от своего Архонта, однако была готова принять это, несмотря ни на что. Однако её страх не оправдался, и вся толпа, собирающаяся вокруг, лишь приветственно зааплодировала, радостно вскрикивая и встречая улыбками. -Наш Архонт вернулся! -Слава нашему Архонту Фокалорс! -Наконец-то, мы увидели Вас! Эти слова повергли её в заметное и приятное удивление, заставляя улыбнуться ярче сверкающего солнца, что также дополнило мягкое, незаметное прикосновение к спине от Нёвиллета, и его шёпот. -С возвращением, дорогая Фурина.