Ничто не вечно

— Я по работе до обеда в офис. Папа вечером приедет. — мама в торопях собирается в коридоре. — Если поедешь до бабушки, то возьми с собой мясо из морозилки. — Хорошо. — Енджун кивает. Он смотрит, как женщина заканчивает свой образ последними штрихами: пшикается духами. — Давай. Я приеду к ней в часа два. — мама мягко приобнимает сыночка, Енджун обнимает ее в ответ. Он закрывает за ней дверь и быстро сам собирается в поездку. Бабушка жила в частном секторе в своем небольшом доме. Когда-то Енджун часто там бывал, будучи ребенком. Потом что-то не так пошло. Енджун надевает старые джинсы, которые не жалко. Сверху просторная футболка. Он долго думает, прежде чем берет с собой кофту. Из папки достал те самые часы, снова надел на свою руку. Давненько он их не видел. Но теперь, должно быть, родители не будут отбирать их у Чхве. Ехать к бабушке занятие своеобразное, такое долгое и скучное. Зато, когда она встречает тебя с теплом и объятиями все недостатки забываются. Чхве здесь не просто так. Он, конечно, рад повидать свою бабулю, но сегодня у брата было бы день рождение. Рю исполнилось бы 27 лет. Родители сходят к нему после работы отца, а у Енджуна есть сегодня еще дела, поэтому, он идет первым его поздравить. Глупо все это звучит, и, должно быть, очень печально, но Чхве будет так проще и легче. Он идет вдоль забора. На телефон приходит смс. Кай приедет через пятнадцать минут, Енджуну хватит, чтобы поговорить с самим собой. Пройдя в ворота, Енджун чувствует, как по коже пробежались мурашки. Жуткое место, несмотря на солнечную погоду и зеленые веточки. Он старается не смотреть на окружающие его лица и проходит вперед по длинной дорожке. Совсем скоро поворачивает налево и скользит между зелени и кустов. Через несколько метров замечает знакомый памятник. Он проходит вперед и молча смотрит на изображение Рю. На душе становится тяжело, он робко присаживается на корточки рядом, теперь находясь на одном уровне с той картинкой. Рю здесь улыбался, но его строгость никуда не делась. Енджун помнит лишь самые добрые моменты с ним, хоть и понимает, каким гадом был его братец. — Привет. — слышит Чхве за спиной и чуть с испуга не падает. Рядом встал тот самый Джон, он зажигал сигарету, глядя куда-то вдаль. — Так и думал, что увижу тебя тут. — Тебе очень повезло, через пятнадцать минут я бы ушел. — говорит Енджун. Он опирается бедрами на тонкий заборчик позади себя. Джон появился здесь так внезапно, но, должно быть, он тоже приехал поздравить Рю. — Увиделись бы в другом месте. — кряхтит Джон. Он достает из пачки пару сигарет и кладет их на самый край памятника. Кажется, этот парень имел тесную связь с умершим. Енджун внимательно за ним наблюдал, но ни слова сказать не мог. Заметив заинтересованный взгляд подростка, парень лишь неловко улыбнулся. Он знал местами больше, чем родной братишка Рю. Но сколько времени он это правду скрывал. Его глаза бегали с памятника на подростка. — Да мы с ним дружили долго очень. — Ты знаешь, как он умер? — сразу же задает свой вопрос Енджун. У него отчего-то было чувство, что человек напротив напряжен. Напряжен постоянно и в голове у него, явно, целый рой мыслей. Это было правда, Джон еле держал себя в руках. У него внутри все закипело после вопроса Енджуна, и, видимо, пришло время рассказать все, о чем он когда-то молчал. — Мгм. — Джон кивает. Он переводит свой взгляд на юношу. — Мы раньше в одной… да что уже скрывать, барыжили много. Но мы же не одни такие умные. Были ребята, которые мешали очень. У них уже была своя крепкая компания… Что-то типа опг, понимаешь? Чхве молчит и кивает. Он ловит каждое слово Джона, ведь, наконец-то, пришло время узнать правду. Джон еще пытается слова выбирать, только непонятно для чего. Осветлить себя у него уже точно не получится. — С нами был твой друг. Он тогда только познакомился с нами, хотел втереться в доверие. — парень кряхтит, отводит взгляд. По нему было видно, что ему тяжело вспоминать события прошлого. Стоит ли это вообще того? Но снова заметив взгляд подростка, он понимает, что Енджун должен знать. К тому же, выносить душевные муки с каждым годом становилось невозможнее. — В общем, ему поручили одного из той «опегешки» убить. У нашего Старшего связи были с ментовкой. Кая жалко не было, он еще мелкий был, ничего толком не понимал. Даже если бы и посадили его, ничего бы не случилось. Может, ума бы набрался. Джон опирается на заборчик рядом с Енджуном. Он медленно делает еще одну тягу и тушит бычок. Парень отводит взгляд куда-то в пустоту, когда продолжает свой рассказ. События прошлого не забылись, чувства не угасли, все словно происходит заново. — В общем, он убил парня по кличке Черный. Я был там, видел все. После этого Хюнина сразу в долю включили, еще бы! Я в тот момент ушел. Успел свалить. Рю тоже хотел уйти, нахуй такие игры. Кай тогда зассал очень, он всем рассказал, что, якобы, это Рю застрелил Черного. — Джон выдыхает, стучит пальцами по железке. — Ну и выследили его, также пристрелили. Ты же помнишь, какого его хоронили? Всего забили… Енджун смотрит, как Джон достает еще одну сигарету. В его взгляде читалась вина и жалость. Его пальцы еле дрожали. Он словно мог что-то сделать, но не сделал это вовремя. Чхве вздыхает, он переваривает все те слова. Только через пару мгновений у него получилось сложить, вроде как, все по полочкам. — А те парни, которые сели после расследования? — Да, это из их банды Черный был. Видишь, как круто Старший избавился чужими руками от конкуренции. После этого они целый район снабжали. И ради этого двое пацанов легло. — Джон хмурится, в его губах совсем скоро появилась еще одна сигарета. — Я себя винил. Не знал, что делать. Не думал я, что все до этого дойдет. Я сбежал, о себе только переживал. Если бы дал показания, то Рю, наверное, не убили бы. Джон посмотрел в сторону юноши. Он по-дружески похлопал того по плечу. На его душе стало легче, но теперь Енджуну стало тяжело. — Ты должен был это знать. Я видел Кая на похоронах. Он, наверное, тоже сожалел о содеянном. Может быть, когда за тобой гонялся, так пытался вину искупить. Но он нехороший человек. Он убийца, с такими шизиками лучше вообще не общаться. — Кай убил человека, точно. — тут же мямлит тихо Енджун. Его взгляд скользит с лица Джона на памятник брата. Ему еще, кажется, только предстоит пережить волнение и тревогу, которая с каждой секундой все больше нарастает. Он не мог воспринять эту информацию, как реальную. Ему как будто бы сказку рассказали. Но Джон был очень серьезен. — Я хотел рассказать все, но тогда сам боялся. А потом думал, что прошлое ворошить не стоит. Но когда увидел тебя с этим ублюдком, ничего не мог сделать. Я должен был тебе рассказать. — Спасибо? — Чхве поднимает брови. Он обхватывает ладонями свои плечи и в очередной раз прокручивает все события в своей голове. Тот самый Кай, который казался нормальным все это время, убил человека. Более того, теперь Енджун припомнил тот пистолет, который нашел в его куртке. Быть может, он до сих пор продолжает старое дело. Не зря же он замалчивает о том, где он работает, чем он занимается и где порой пропадает. Какой опасности себя подвергал Енджун. Джон тоже молчал. Он не знал, что еще сказать. Теперь Енджуну нужно пережить эту информацию и принять новую реальность. Этот парень не понаслышке знает, каково это. Знать и не в силах исправить. Где-то на ветках пели птички, в траве стрекотали насекомые. На кладбище стояла тишина, которая мешала думать. Телефон завибрировал. Это Хюнин написал сообщение. Он уже на месте. Как же Енджун будет с ним разговаривать? В один момент Кай превратился из доброго парня в нечто смутное и далекое, такое холодное и опасное. Он словно перестал быть для Енджуна человеком, лишь эмоцией или чувством. — Спасибо. — уже твердо сказал Чхве. — Я обязательно поговорю с тобой еще раз. — На, позвонишь. — Джон протягивает какой-то скомканный маленький листочек с номером телефона. — Нам есть, о чем поговорить, приятель. Енджун осторожно убирает листочек в задний карман джинсов. Рядом с воротами стоял серебряный хендай, Кай сразу же вышел из машины, а Чхве замер на месте. Он думал, что сможет на пару секунд справиться со своим телом. Что он в силах будет попрощаться и забыться. Но тело его совсем окоченело, он и шага не мог ступить ближе. Кай убийца, более того, его дела привели к смерти Рю. Что это за человек? Почему Енджун должен с ним церемониться? — Енджун? — Кай неловко улыбается. Он вроде протянул свои руки, но так и не дождался даже шага в свою сторону. Чхве выглядел перепуганным и сразу побледнел. — Все в порядке? — Ты… Просто исчезни. — еле выговорил Енджун, он не мог собраться с силами. Перед ним стоит настоящий преступник, который все это время казался другом и поддержкой. Кай все это время хранил свои секреты, проник в его сердце и в счастливые моменты жизни. Но сегодняшний день перечеркнул все. Если бы Енджун знал об этом раньше… Если бы Джон не побоялся сказать тогда… Что бы было? — Чего? — Хюнин стоял в паре метров. Он увидел, как Чхве его остерегается, поэтому не стал пугать Енджуна еще больше. — Что случилось? Совсем скоро на горизонте появилась еще одна фигура. Джон не мог оставить Енджуна наедине с Хюнином и взял на себя обязанность проводить его до дома. Еще бы, он помнит, каким слабым был тогда. Как никто не мог ему помочь и каждый казался врагом. Теперь, Джон не хочет, чтобы кто-то остался в одиночестве с теми мыслями, какие проживал он. Даже маленькое дело уже будет огромной поддержкой. Кай не обрадовался встрече со старым знакомым и сразу понял, в чем дело. Его лицо помрачнело, а по телу пронеслась дрожь. Он забыл и не хотел вспоминать. Он засунул все свои воспоминания в дальний ящик, где все покрылось пылью и сгнило. Он не чувствовал вины, не слышал голос совести. Он крутился, как мог, в этом была его работа. Он существовал так, даже не жил. Лишь после встречи с Енджуном что-то в нем ёкнуло. Он старался быть хорошим для Енджуна и подарить ему все, о чем он мечтает. Кай хотел защитить его от невзгод и уберечь от печали и грусти. Но теперь все, что связан с ним, будет вызывать лишь чувство отвращения и ненависти. Неужели все рухнуло? Джон обхватил плечи юноши рукой и поторопился уйти. Енджун сразу сдвинулся с места и крепко схватился за руку парня. Ему стало спокойнее, хоть сердце продолжало колотиться, как бешенное. Хюнин проводил старого знакомого взглядом. Он видел, как Енджун уходил не оглядываясь. Кай сразу же сел в машину, дал по газам и уехал. От него остался лишь дым. Енджун дошел до дома бабушки в абсолютном отчаянии. Джон еще какое-то время, стоя перед забором, пытался что-то сказать Енджуну и как-то его приободрить. Чхве смотрел на его лицо, губы, парень что-то активно говорил. Видок у Джона был жалкий, но по глазам видно, что он хороший парень. Енджун только, вот беда, не слышал ничего, что он говорил. Может, оно к лучшему? Неделька выдалась ужасной. Чхве не рассказал ничего родителям. Он разговаривал с Субином и говорил, что чувствует себя плохо для прогулок. Енджун разговаривал с Джоном, часто. Он не только писал ему в социальных сетях, но и созванивался порой. Душа у Джона освобождалась от тягот прошлого, а Енджун заполнял новой информацией пробелы в своих знаниях. Часто брюнет говорил о чем-то хорошем. Он старался рассказывать о Рю, как о самом хорошем человеке на свете, пусть часто упоминал о том, что он страдал зависимостью и торговал нелегальщиной. Время от времени становилось то тяжело, то легко. Джон убеждал Енджуна постепенно, что они ничего не смогут исправить. И если сам Джон в это верил, то подросток не желал слушать. Во второй раз они решили встретиться в парке, чтобы обсудить все на свежем воздухе. — Это было давно. Думаешь, кому-то дело есть до неблагополучных наркоманов? — Джон пришел на встречу. Сегодня он не выглядел хмуро, наоборот, под глазами даже синяков не было, а на губах была полуулыбка. Енджун не мог усидеть на месте. Все это время он лежкой лежал на постели и думал, думал, думал. Постоянно думал, и единственное, что ему в голову пришло, так это попробовать все исправить. Раз Джон не смог, может быть, он сможет. Но чем больше Енджун думал об этом, тем больше понимал, что все это лишь частичка прошлого, которое никого не интересует, кроме их двоих. — К тому же, я слышал, что у них какая-то заварушка с соседним городом. Это слухи, но, может, скоро и Кай присядет. — Мне трудно тебя понять. — наконец-то Енджун садится на лавку и притягивает колени к себе. — Не удивительно. Ты еще мелкий и ничего не понимаешь. Береги себя, это главное. — Джон явно «умел» подбадривать. А еще он бросил все попытки сделать что-либо. Он знает, что у тех людей есть связь с полицией. Он знает, что семейка Рю и без того на плохом счету у нехороших людей. Нечего высовываться, когда итак живешь нормально. Это он и пытался объяснить Енджуну все время. — Лучше займись своими делами и живи сегодня. — Так тяжело. Я, вроде, понимаю, что не смогу ничего изменить, но очень хочу что-нибудь сделать. — Енджун понимает прекрасно, что это опасно, что это не надо трогать. В нем скопился ужасный стресс, из-за которого из раза в раз его тянет покурить. Каждый раз дается сложно, да еще и мысли о Рю добивают его! — Сходи на свиданку. Че еще пацаны делают в восемнадцать лет? — парень поднимает одну бровь. — Знаешь, как любовь от всего отвлекает? — В наше время пацаны учат математику, а не любовь строят. — фыркает Енджун. Брюнет его подбадривает хлопанием по плечу. Наверное, у Джона такая привычка была. Разговоры с Джоном часто спасали Енджуна. Этот парень знал намного больше, пережил намного больше. Часто он давал хорошие советы, как, например, этот. Енджун же совсем забыл, что ему, вообще-то, нравился Субин. Он стал забывать о себе самом, лишь погружался все время в прошлое. — Чтобы там не случилось, уже ничего не вернешь. Умершие не вернутся, здоровье не прибавиться. Ты можешь думать о нем сколько угодно, но от этого станет плохо лишь тебе самому. И близким, разумеется. — кивает Джон, глядя вдаль. Там гуляла компания шумных подростков. Наверное, они были младше Енджуна и еще учились в школе. — Сегодня и завтра тебе должно быть хорошо, несмотря на то, что было вчера. Вчера не изменишь. — Понимаю, понимаю. — кивает Енджун. Джон лишь мягко улыбнулся. — Спасибо. — Это мой долг. — смеется Джон, ведь совсем скоро Чхве пихает его под ребро. — А говоришь, не имеет смысла, что было «вчера»! — Это другое, мелочь, тебе еще предстоит понять! — ворчит брюнет, поднимается с лавочки. Следом за ним Енджун. Вдвоем они еще поболтали о чем-то далеком, а после разошлись. Кажется, в этот раз Чхве освободил свои мысли и смог спокойно посмотреть на ситуацию со стороны.

***

Субин переживал. Он не слышал никаких новостей. В последний день, когда они ели мясо и ковырялись в гараже, все ему казалось очень романтичным. Но после пары дней вся романтика куда-то делась. Енджун стал молчать, он перестал говорить о том, что происходит. Субин помнил, что он собирался расстаться с Каем, но даже по этой теме ничего не слышал. И что ему ждать-то? Он уже не может ждать. Учеба учебой, лечение лечением. Субин каждое утро пьет витамины, а после думает, как там дела у Енджуна. Но никто ничего не писал и не отвечал. Чхве прекрасно понимает, что Енджуну может быть тяжело, но из раза в раз получал однотипный ответ — « я расскажу тебе сразу, как смогу!». Что там происходит в его жизни? Субин сидит на лекции, смотрит в окно и думает, как бы он хотел встретить поздний закат на берегу озера. Взять Енджуна за руку, заглянуть еще раз в его глаза и поцеловать. Сминая губы, он представлял свою идеальную жизнь, но раз за разом его мечты рушились об реальность. Печально, однако! Но с другой стороны, Субина радовало то, что у него было, на что отвлечься. Сессия, больница, мысли о Енджуне. Он просыпается, сразу идет по делам, пропадает то там, то здесь, потом едет к Бомгю, помогает ему с ремонтом. Жизнь кипит, и у него не было ни минуты, чтобы задуматься о наркотиках. Честно, Чхве был готов прожить в таком бешеном темпе еще пару лет, чтобы точно вся дурь забылась. Время от времени, конечно, он чувствовал жажду, но у него были варианты ее погасить. То время, когда было адски тяжело, уже позади. Субин знает и понимает, к чему он идет. К тому же, он не может подставить Енджуна, который в прошлый раз слезно просил ему помочь. Как тут сорваться-то? — Але-але! — радостно Субин принимает входящий звонок. — Привет, Субин. — слышно голос Енджуна, он словно улыбался в трубку, а еще точно немного смущался! — Я завтра буду свободен после пяти, может, хочешь прогуляться? — После пяти… — задумчиво проговаривает Субин и быстро тянется за своим блокнотиком, чтобы записать место и время их встречи. — В шесть? — Да, в шесть будет хорошо. В центре, у Оскара, ладно? — У Оскара, записал! — кивает Субин. — Как ты? Как у тебя дела? Все в порядке? Ты в последнее время совсем мне не пишешь. — Все неплохо! Не переживай. У меня правда были причины исчезнуть. — говорит Енджун. — Я обещаю завтра тебе все рассказать, ладненько? — Да, конечно. Я буду ждать! — Если что, то мы сможем потом поехать к тебе? Я не знаю, будут ли у меня силы на полноценную прогулку. Но в центр очень надо! — Без проблем. Я фильмов на нотик закачаю как раз. Так что, все будет так, как захочешь. — Как мило, спасибо. — хихикает Енджун. — Тогда до завтра? — Да, до завтра. — кивает сам себе Субин. Ему сразу становится так радостно на душе! В тот же миг он строчит себе список дел на сегодня и утро завтрашнего дня, ведь, если что, к нему в гости должен прийти Енджун. На завтрашний день Енджун запланировал поездку на кладбище. Ему нужно будет по дороге отдать бабушке какие-то вещи, а после пойдет и еще раз поговорит с Рю. Мама в этот раз отвезет его на машине, отец сегодня едет вместе с ними. Как главе семейства, ему было поручено выбросить мусор, поэтому, Енджун мило говорил с мамой наедине. — Я тебе кое-что отдать должна. — говорит женщина, она открывает бардачок машины и достает оттуда железный контейнер. Там Енджун раньше хранил косяки. Отчего-то, когда Чхве увидел родную железку, по его коже прошлись мурашки. — Я знаю, что ты не будешь использовать ее в плохих целях. — Спасибо. — неловко говорит Енджун и берет ее в руки. Он осторожно вертит ее в руках, будто до этого никогда не видел, изучает каждую потертость и вмятинки. Совсем скоро в авто сел отец. — Поехали. — говорит он, пристегнувшись. Мама надевает на лицо очки и меняет скорость, машина тронулась. Енджун нервно сжимает в руках железянку, смотрит то в окно, то на нее. Когда он смотрит на нее, вспоминает многое, что хотел бы забыть. Не только горе, но и радость. Джон правильно говорил, что Чхве еще мало что понимает. Енджун сам не знает, что он чувствует. Сунув ее в карман, Чхве отвлекается на городские пейзажи, которые совсем скоро меняются на деревья. Снова Чхве видит любимую бабулю. Она кормит приезжих родственников вкусностями, а после, когда мама и отец собираются идти в огород, Чхве идет на кладбище. Он обещал скоро вернуться и помочь. Ему знакома та тропа, по которой он идет до кладбища. Сегодня было так солнечно, ветер охлаждал разгоряченное тело. В траве стрекотали кузнечики, а рядом с цветами часто кружили осы или пчелы. Совсем скоро Ен вышел на асфальтированную дорогу, начался забор, который окружал памятники. Енджун торопится по знакомой дороге, обходит мусорные баки, скользит в ворота и снова чувствует особую атмосферу этого места. В этот раз он пришел не просто так. Пройдясь по кустам, Чхве выходит к памятнику Рю. Он пальцами убирает с него пару опавших листочков. — Мне кажется, я должен тебе вернуть. — говорит тихо Енджун. Он натягивает на свою ладонь кофту и протирает пыль с фотографии. — Так лучше. Немного смутившись, Чхве достает из шорт железный маленький контейнер, он кладет его рядом с памятником. — Мне больше некуда торопиться. — неловко смеется Енджун, снимает с левой руки часы. Их отдавать было жалко, но как же легко на душе стало, когда он их положил рядом с контейнером. Словно его выпустили из оков. Сразу на лице вылезла улыбка, солнышко так приятно пригрело его лицо. Еще раз взглянув на изображение Рю, Енджун вздыхает. Пора отпустить. Совсем скоро Чхве поторопился вернуться домой.

***

Сегодняшний вечер обещал Субину ответы на все его вопросы. Только вот, ждал он уже минут тридцать. Енджун опаздывал и так ничего не написал. Брюнет неловко смотрит на парочек неподалеку. Он почувствовал себя как-то глупо, решив, что он нравится Енджуну. Но совсем скоро он заметил знакомую фигуру. Енджун вышел из торгового центра с бумажным пакетом. На нем широкие штаны, короткая футболка, а на лице смятение. Он долго оглядывался, пока не заметил Чхве, сидящего на лавочке, недалеко от фонтана. Сразу же юноша подбегает ближе, садится с размаху и чуть ли не сносит самого Субина с нагретого места. — Извини, я тебе подарок купил, чтобы ты не обижался. Держи, скорее, бери. — в руки Субина Енджун кладет пакетик. Ручки из ткани были перекрещены, поэтому то, что там лежит, не было видно. — Привет, что ли. — неловко улыбнулся Субин. Он берет в руки пакет и лишь наблюдает за тем, как Енджун рядом переживает и волнуется. — Привет, да. — Чхве кладет свои ладони на чужое колено. — Я честно торопился! У меня телефон разрядился… Брюнет кивает. Енджун выглядел очень мило, к тому же, когда принес какой-то подарочек. Сам-то Субин до такого не смог додуматься. Он осторожно вытягивает ручки пакетика, заглядывает внутрь и достает со дна картонку, на которой были два плетенных браслета с прикольным брелоком виде смайлика. Сразу же Енджун забирает из рук Субина эту картонку и снимает один из браслетов. Он осторожно берет ладонь Чхве и надевает на нее этот браслетик, после осторожно застегивает его. — Это браслеты дружбы! Чтобы ты всегда про меня помнил! — Видимо, Енджун не мог не торопиться. — И мне одень. — Дружбы? — Субин немного удивился. Несмотря на легкое разочарование, Чхве был доволен проявленным к нему вниманием. Брюнет берет осторожно тонкий браслет и надевает его на запястье Енджуна. Застегивает его и любуется. — Мы теперь лучшие-друзья-навек? — Правда здорово? — робко спрашивает Енджун. Зато он не смущается, когда Субин перекинул руку на спинку лавочки позади его спины. — Поехали к тебе, возьмем чипсы и поиграем во что-нибудь? Я сегодня весь день корячился на бабушкином огороде, так устал! Енджун падает на скамейку, поближе подсаживается к Субину, делает так, чтобы Чхве точно растаял рядом и не требовал от юноши невозможного. Невозможно сейчас Енджуну было говорить о том, что случилось, и почему он все это время молчал и пропадал. Сначала ему нужна мягкая постель, кола и чипсики. — Только обещай, что, хотя бы там ты мне расскажешь, что у тебя стряслось. — Субин смотрит внимательно на Енджуна. Сегодня он выглядел не обычно. Чхве всегда выбирал удобные и простые вещи, смотрелся он в них, конечно, как и всегда, бесподобно. Но сегодня Чхве был одет иначе. И этот наряд отлично подчеркивал его фигуру. Субин предпочел думать, что Енджун оделся так красиво для него. Ну, или не для него! Просто, Енджун выглядит сегодня красиво! — Обещаю, конечно. — кивает Енджун. Парни поднимаются со скамьи и идут в сторону остановки транспорта. Субин по дороге рассказывает, что он потихоньку справляется с экзаменами, что он к ним готов, и, возможно, после сессии поедет с Бомгю и Тэхеном отдыхать на море. Енджун внимательно слушает его, забывая о своей усталости. Субин заставлял его сердце бешено стучать и одновременно замирать. Касаться его плеча одними пальцами было уже чем-то невероятно нежным и приятным. Чхве часто так делал, когда они ехали в тесном автобусе или трамвае. Вдвоем они пошли в магазин, чтобы закупиться на всю ночь вкусняшками. Конечно, про ночь никто ничего не говорил, но на город медленно опускался вечер, а их посиделки только начинаются. Чхве присел на скамью возле подъезда Субина. Сам брюнет побежал в магазин, потому что парни забыли купить напитки. Енджун так устал, что решил подождать здесь. Тихо себе сидел, вилял ногами взад-вперед и думал о чем-то своем. В нем просыпалась непонятная тревога, но она была ему незнакомой. Нечто приятное и пугающее одновременно. Сердце бьется, в голове рой мыслей, за ним не угнаться. Сам себе Чхве улыбается, смотрит на ноги и ждет, когда вернется его верный спутник. Во двор медленно проезжает машина. Корпус ее поблескивает на вечернем закате. Автомобиль проезжает большой круг, так спокойно, а после вальяжно останавливается недалеко. Сначала Енджун не предал этому значения, но когда дверь машины хлопнула, Чхве из любопытства обратил на нее внимание. Это был серебряный хендай со знакомыми номерами. Енджун сразу напрягся, ведь навстречу шел не кто иной, как Кай. Хюнин выглядел так обычно, даже выражение его лицо никак не изменилось с их предыдущей встречи. Он просто шел вперед и смотрел в упор, Енджун не знал, куда себя деть и что произойдет в следующее мгновение. От Кая он мог ждать чего угодно в этот раз. — Что ты тут делаешь? — спрашивает Енджун, его охватил страх, а помимо него желание защищаться. — Я хотел с тобой поговорить. — Кай оглядывается по сторонам. Пусто, дети на площадке напротив во что-то играют. Края его светлой рубашки нараспашку тихонько раздувались ветром. Волосы, привычно собранные в кудри, также еле-еле шевелились на ветру. Кай не выглядел как маньяк или убийца, он выглядел самым порядочным человеком в мире, но от одного его присутствия здесь у Енджуна сердце замирало. От его тени словно скользили жуткие темные руки, которые вот-вот дотянутся до Чхве. — О, привет! — вдалеке слышит Енджун и сразу оборачивается. Субин выскакивает из угла, и, как ни в чем не бывало, спешит к ребятам. В руках он несет коробку сока и большую бутылку колы. Ставит их рядом с пакетом, и лишь после замечает напряженную атмосферу. — О чем говорите? — Я не виноват. — говорит Хюнин, глядя на Енджуна. Он не обращал ни малейшего внимания на Субина. Было все очевидно, но Кай хотел заслужить последний шанс, он хотел, чтобы Енджун выслушал его, узнал правду с его стороны. Но у Чхве сразу же глаза слезами залились, и Кай оттого сам вздрогнул. — Я тебе расскажу, чуть позже. — говорит совсем тихо Енджун, обращаясь к Субину. Он поднялся и подарил ему нежную улыбку. Позже, собрав свои силы в кулак, шагнул навстречу Каю. Брюнет неловко стоял недалеко от той лавочки, где пару мгновений назад сидел Енджун и смотрел на них двоих. Что стряслось то? Хоть кто-то когда-то объяснит? Кай, совсем занервничав, сразу улыбается, когда видит перед собой лицо Енджуна. Несмотря на то, что Чхве не выражал ни радость, ни любовь. На лице Енджуна был отпечаток боли и сожаления. Но на его же лице читалась решительность… решительность закончить это все? — Зачем ты здесь? — в голосе Енджуна слышно раздражение. Та скопившаяся в глазах вода испарилась, остался лишь его хмурый взгляд. — Я хотел поговорить с тобой, рассказать тебе то, что знаю я. — Мне это неважно, исчезни, просто. — слова Енджуна больно бьют по Хюнину. Его вгоняет в злость, внезапно ниоткуда взявшаяся уверенность Чхве. Сколько бы он хорошего не сделал для Енджуна, все резко было перечеркнуто рассказом старого знакомого. — Я. Не. Виноват! — тихо шипит Кай. Ему хотелось сильно просто взять Чхве под руку и засунуть в свою машину. Увезти куда-нибудь и «спокойно» поговорить. Почему Енджун не желает его слушать сейчас? — Пусть будет так, Кай. — мягко отвечает Енджун. Он давно научился читать Кая, несложно было догадаться и сейчас, что он в бешенстве. — Я не хочу быть с тобой, прими мой отказ. Губы сжимаются, Кай выдыхает тяжело через нос и не может поверить в происходящее. — Что было не так? — Хюнин не теряет попыток. Он берет руку Енджуна и замечает на ней тонкий красный браслет. — Я старался сделать для тебя все. — Эй, у вас там точно все нормально? — в разговор лезет Субин. Он давно заметил, что это их общение на нормальное не похоже, словно у них двоих сейчас «рванет» и неясно, что случится. Чхве знает, что Енджун мальчик не из робкого десятка, и сможет защитить себя, но в любой момент Субин был готов ему помочь. Кай мельком смотрит на Субина. Но в глаза бросается лишь одна вещь — такой же красный браслет на руке. Сразу же он смотрит на Енджуна. Да неужели? Словно гром разразился над ним, внутри все загорелось пламенем. Он чувствует, как Чхве пытается вырвать свое запястье, а после из глубины себя, его достает тихий писк. — Мне больно, да что ты вообще делаешь?! — кричит Енджун, со всей силы, резко, толкает Хюнина в плечо, и, наконец-то, освобождается. Сразу же Чхве делает шаг назад. — Какого хрена?! — ругается Хюнин, он напирает вперед. Только не к Енджуну, к Субину. Ему совсем все равно, кто вокруг и что они видят. Он поверить не может в то, что его самого вокруг пальца обвели. Он не сделал ничего плохого, за что мог получить нож в плечо. Он грубо двумя руками хватает Чхве за его футболку. — Это все ты подстроил, я знаю! Все было бы хорошо, если бы ты не появился в моей сраной жизни! — И что, что ты сделаешь? — тут же подскакивает Енджун, пытаясь разнять двоих. Субин до сих пор был в смятении, но когда к нему полез Кай, он сразу же схватился за его запястья, откидывая его руки от себя. — Убьешь его тоже?! — Убьешь? Тоже?! — у Чхве глаза на лоб лезут, Енджун встает прямо перед ним и совсем не боится. — Кай, ты сошел с ума! Может, то было воля случая, я прощаю тебя, если ты так этого хочешь! — Енджун совсем срывается на крик, ведь сил у него совсем не осталось. — Но сейчас не причиняй мне страданий! Если тебе и правда не все равно… Под конец воздух в легких кончается. Енджун тяжело вздыхает и смотрит на Хюнина. Он чувствует, как его тело постепенно становится все слабее и слабее. Чхве впервые думал и понимал, что он сейчас делает. Он выражает свои чувства невероятно ясно и на душе становится вроде бы легче, но тут же все окутывает тревога. Кай замер, и лишь молча смотрел на Енджуна. «Я прощаю тебя» — скользит в голове обрывок фразы. Прощает он, будто Каю действительно это прощение нужно было. — Да к чертям вас двоих… — тихо выговаривает парень и, поторопившись, возвращается к авто. Он оглядывается, прежде чем открыть его. — Мы еще поговорим. Дверь машины хлопает, тут же серебряный хендай уезжает. Енджун выдыхает и тут же падает на скамью, закрывает лицо руками. На площадке стало тише, наверное, потому, что многие гуляющие обратили внимания на выходки тех троих. Или, двоих? — Эм, Ен? — Субин в смятении продолжал стоять недолго, он довольно скоро присел рядом с Енджуном и пытался начать диалог, но ни слова он сказать не мог. Енджун рядом не плакал, не ругался, он будто застыл и не выражал абсолютно ничего. Словно он на эти мгновения ушел в свой далекий мир и еще пару раз прожил эту скоротечную встречу. Субин ждал, неловко глядя то по сторонам, то на юношу. — Пойдем домой, а то я сейчас сквозь землю провалюсь. — мямлит тихо Енджун. На нем лица не было, Чхве сразу кивает, берет пакеты и звенит ключами. Дверь открывается, сначала они оказываются в подъезде, потом в лифте, потом в квартире. Енджун без слов снимает с себя кроссовки, проходит в комнату и тяжело падает на постель. Субин слышит, как это все происходит, но опять не решается спросить, в чем же дело. Он выключает свет в коридоре и, пройдя в полутемную комнату, присаживается на постель. Их двоих освещали остатки солнечного света. В квартире было тихо, только холодильник внезапно начал гудеть. Из приоткрытой двери лоджии доносился теплый ветерок, шторы еле покачивались из-за него. Енджун обводил глазами потолок, так и не поймешь, нервничает он, или устал, или думает что сказать. Субин не находил себе места, при этом боялся спросить, вдруг случайно надавит на больную точку? Благо, у Енджуна их уже не осталось, и он сам это хорошо понимает. — Что случилось? — Субин еле касается своей ладонью чужого колена. Ему как-то неловко спрашивать, даже после такой эмоциональной сцены. Енджун сначала пожимает плечами. Но после сразу понимает, что Субин также переживает и, возможно, даже еще больше, чем сам Чвхе. Сразу же парень собирается, садится на постели, поджав ноги под себя. Он встречается взглядом с Субином, который нервно трет свою шею. — Джон рассказал мне одну маленькую деталь из жизни Кая. — говорит Енджун. Он снова отводит глаза куда-то вдаль. — Он убил человека, за которого потом отомстили моим братом. Енджун сминает неловко губы, он видит, как Субин перед ним весь встрепыхнулся. Он пытается что-то спросить, но никак не может связать слов. Его можно понять: сначала передряга у подъезда, потом внезапные такие страшные новости. Чхве осторожно кладет свою руку, уже привычно, на ладонь Субина. И им двоим становится гораздо спокойней. — Я, как бы, очень удивлен и даже не знаю, что тебе сказать. — говорит Субин, он неловко чешет свой затылок. — Теперь ты понимаешь, о чем я так долго думал. — отвечает Енджун, их пальцы переплетаются и становится невероятно тепло. В комнате с каждой секундой становилось все темнее, теплый солнечный свет догорал где-то за горизонтом. — Но тебе не надо переживать, я уже в порядке. Снова комната погрузилась в тишину, и даже холодильник ее не разбавлял. Где-то там, вдалеке, на площадке, до сих пор играют дети. Сердце неожиданно быстро начало биться, Енджун чувствует, как огонь подливает к его щекам и ушам. Внезапно он смотрит на Субина. Он такой растерянный, немного подавлен и печален. Он где-то глубоко в своих мыслях, откуда Енджуну безумно хотелось его вытащить. Субин не должен больше переживать из-за Енджуна, они вдвоем должны дарить друг другу радость, и, быть может, любовь? Енджун не может отвести взгляда и наслаждается его лицом, шеей, плечами. Его теплой рукой, его позой, его запахом. Он не может поверить, что сидит с ним, рядом, и наконец-то чувствует не тревогу внутри, а нечто такое тихое и умиротворенное, словно он нашел свое место и теперь, как цветы на подоконниках Субина, готов расцвести рядом с ним. Медленно, Чхве скользит второй рукой по мягкому пледу. Он чувствует, что пора сделать шаг, о котором он думал давно. Коснувшись рукой ноги Субина, Енджун привлекает к себе его внимание. Субин приподнимает брови, смотрит так, будто спрашивает, в чем дело. Чхве ему улыбается мягко, он наконец-то может отдать всю свою нежность, которую годами упорно скрывал за маской безразличия и пьяного веселья. Пальцы Енджуна так осторожно касаются руки Субина. И их двоих тянет друг к другу, словно магнитом. Их тела еле наклоняются ближе, в желании стереть дистанцию. Ладонью, Енджун скользит по плечу брюнета, после касается шеи. Это был лучший момент. Субин поддается вперед, он второй рукой опирается на постель, неподалеку от Енджуна, позволяет собой управлять так, как вздумается. А думается им одно и то же. Солнечные лучи вовсе скрылись с неба, комната погрузилась в темноту, теперь на стенах гуляли холодные отражения, воздух стал совсем другим, особенным, ночным. Первое прикосновение было совсем невесомым. Их губы соприкоснулись так легко, словно перо упало на гладь воды, не потревожив ее. Но внутри уже не было огонька, там был пожар, сожравший абсолютно все, не оставивший после себя ничего, привнеся собой дикое желание, горячую страсть и возбуждение. Их второй поцелуй был другим. Руками Енджун обхватил шею Субина и прильнул к нему всем телом. Он чувствует, как сильные руки обхватывают его . Каждая мышца, даже самая маленькая, была напряжена. И это напряжение передавалось ему самому. Комната заполнилась шумом: прерывистым дыханием, причмокиванием губ и редким скрипом кровати, когда кто-то устраивался поудобней. Воздух в легких кончался и, позволив себе прервать их желанную близость, Субин утыкается в плечо Енджуна носом, а тот скромно кладет свою голову на его. — Я, наверное, должен был тебя поддержать, а не так… — Субин не знает, как «так» он сделал, но сказать это было необходимо. Невыносимо было бы проигнорировать тот взгляд Енджуна, его пальцы, скользившие по чужому телу, его близость и особая энергия. Субин поддался, ведь давно мечтал об этом, но не сделал ли он хуже? — Ты меня очень поддержал, Субин. — тихо отвечает юноша, забирается пальцами в волосы. Так спокойно ему не было никогда. Он словно впервые ощутил, насколько сильно он изменился в последнее время. Он чувствует что-то новое, необъяснимое, будто он в руках держит не голову Субина, а своего ребенка. Быть может, это гормоны и влюбленность играют на его мировосприятии? Ну и ладно, какая сейчас разница? Не найдя ответа, Енджун добавляет. — Я всего лишь хочу быть счастлив. — А что для тебя счастье? — спрашивает Субин. Он поднимает свою голову, смотрит на Енджуна немного снизу вверх. Чхве улыбается ему. — Ну, мне кажется, что сейчас я вполне себе счастлив. — хихикает Енджун, опускает голову так, чтобы оба парня соединились лбами. — Знаешь, мне кажется, что я тоже. — отвечает ему Субин.