Бирюзовое Око

      Наступил шестой год с момента вылупление.       Мидель всё ещё является тем, кто следит за ним и заботится.       А с недавнего времени стал тем, кто участвует в экспериментах.       Хотя… Будет точнее сказать, что он присутствует, чем участвует. Он только стоит и следит, чтобы он никого не убил, когда, приходя в себя от лекарств, понимал, что с ним делают.       Его тело начало привыкать к лекарствам и начало адаптироваться к ним. Вот тебе и «Невосприимчивость к ядам». Получено пассивным путём.       Из-за чего выходило, что он просыпался во время очередной вивисекции и, вырываясь из пут, пытается отбиться от них.       Он знает, что это мало чем ему поможет. Вот только он не хочет просто лежать и принимать всё, что они с ним делают.       Пусть они помнят, что не игрушку держат у себя на цепи.       Поэтому Куратор и стал приходить вместе с ним в операционную.       Он не хочет этого признавать, но ему стало почему-то обидно, когда узнал об этом.       Так обидно видеть тебя среди них в операционной.       Мидель хоть и не многословный, но разговаривает с ним иногда, а он отвечал так же редко.       Может, он просто сам того не осознавая искал поддержку в Миделе в этом месте? И что-то нашёл для себя.       А понимание того, что Мигель теперь тоже «обогрел руки» в его «крови», неприятно заскребло в его груди.       Только он не дал этим эмоциям одолеть себя. Не позволил и слезинке вырваться из глаз.       — «Нельзя плакать. Нельзя плакать. Нельзя плакать. Нельзя плакать.»       Как мантру он вторил себе. Он не должен казаться слабым, но и не сильным.       Он не должен больше необходимого привлекать внимание к своей персоне.       Он должен надеть маску прекрасной куклы с маленькой улыбкой, но с повадками животного.       У куклы нет связей и эмоций,       У животного нет разума.       — «Только вот я не кукла или животное…»       Элион, как всегда, ненадолго заглянула к нему и также вскоре покинула его. Через пару минут зашёл Мигель, его Куратор, и как всегда в это время пришёл с подносом безвкусной, но очень полезной еды.       — «А очень даже живое существо.»

***

      Ему исполняется семь лет, и начались жёсткие тренировки по магии. А учителем стал Куратор.       Его заставляют применять магию.       То с каким-то магическим камнем, то без него.       Его учат только определённым заклятиям. Не дают ему разгулять или узнать больше необходимого.       Браслеты всегда жгут ему запястья и шею мелким током как предупреждение, если поток маны больше, чем нужно.       Для чего они это делают? Он не знает, но это как-то связано со словом «Пятно» и его влиянием на Фейри.       Какое ещё «Пятно» он не понимает, но что-то подсказывает ему, что это что-то плохое.       И по тому, как сверкают глаза неистовым огнём у Элион, это только подтверждает его теорию.       Он видел, как магический камень чернел в его руках, и как у него тут же забирали кристалл, и он возвращался обратно в клетку.       После чего его некоторое время не трогали с тренировками. Но надевали провода, брали кровь и всё, что возможно, чтобы получить более чёткие данные о нём.       Также, чтобы он не играл с магией, наверное, ему на полную включали подавляющие ману браслеты.       Он чувствует её, но не может высвободить из себя.       — «Как же это ужасно…» — бегут бестелесные мысли, пока один из учёных, как по инструкции, берёт у него кровь.       Сейчас примерно середина дня. Тренировки обычно происходят по утрам сразу после завтрака.       Только эти питательные коктейли язык не поворачивается назвать едой.       Так. Лишь замена ему.       — «Как же хочется вонзить зубы в мясо и погрызть кость.»

***

      Предчувствие чего-то нехорошего скребёт ему затылок.       Он только чуть хмурится и медленно садится в своей клетке.       Цепь звенит и скользит за ним по металлическому полу.       Не проходит и пары минут, как он видит, как открывается дверь в его персональную камеру. Заходит Куратор, охранники со столиком, каких-то шприцами и баночками.       И он сразу понимает, что будет дальше.       Пришло время исследования его «внутреннего мира».       Один охранник открывает клетку с наручниками, намордником и перчатками.       Второй заходит и отстёгивает цепь от пола и даёт первому зайти за ним.       Сначала охранник надевает намордник, потом перчатки и наручники прямо на цепь с браслетами-подавителями. После чего отходит и даёт дорогу Куратору со шприцом.       Короткий контакт глаз, и игла касается его кожи.       Жжение в шее, и мир начинает плыть через пару минут.       Он остаётся ещё в сознании, когда охранники подхватывают его под руки и тащат из клетки, где ждёт персональный стол на колёсиках. Он всегда остаётся в камере.       Уложив его, они пристёгивают к столу и покидают комнату.       Лампы коридора в ряд горят на потолке и слепят его.       Его глаза начинают потихоньку слипаться, а свет от ламп сильнее раздражает сетчатку. Он слышит, как открывается дверь операционной, и когда стол останавливается над ним, склоняется лицо Элион в маске.       — «И что же ты на этот раз у меня заберёшь?» — мелькает тихо мысль перед тем, как разум проваливается в тьму.

***

      Сознание с трудом выбирается на поверхность и с трудом пробуждает тело.       Первые ощущения от пробуждения были пустотой. Ни одна мысль не даёт о себе знать.       Ноющая боль в спине лишь мельком касается кончиком его разума и растворяется где-то за горизонтом.       Это всё, что он успел осознать, прежде чем снова отключиться от мира.       А когда он просыпается в следующий раз, то узнаёт, что на этот раз ему вырезали кусочек кожи, часть мышц и кровеносные сосуды на спине.       И то, что он был в отключке неделю.       Видно, так сказывается шок на нём.       Поэтому он чувствовал, как горит и тянет именно определённую часть спины. Всё, что они порезали, начало регенерировать, как только они вынули инструменты, чтобы держать рану открытой.       Шрам на спине сошёл только через полтора месяца.

***

      — Еще раз.       Команда, и ребенок, все еще тяжело дыша, встал с колен и вытянул руку с магическим камнем на палке. Магия в нем бурлит и хочет вырваться, чтобы разнести все к черту, но Он не дает ей вырваться и заставляет выполнить его команду.       Он не хочет снова ощутить шок от браслетов.       Щелчок и магия вырывается в нужную ему сторону и принимает форму огненной сферы.       Яркая сфера из пламени бирюзового с белым отблеском цвета прожигает манекен и тут же затухает.       Ноги подкашиваются, и он наклоняется вперед, почти касаясь пола, когда его хватают за воротник одежды. Без слов его тащат из тренировочной комнаты.       Это признак того, что тренировки на сегодня закончились.       Несколько поворотов, один коридор и он оказался в своей привычной камере. Он приходит в себя уже в душе с включенной водой.       Приказ понятен и без слов. Ему пора помыться.       Вздохнув, Он взглянул на лужу, что образовалась из-за душа. Отражение без эмоциональных глаз, но они приобретают яркость, стоит всем, кто мог это увидеть, уйти из виду.       Маска, что время от времени сдвигается с лица. Он не позволяет ей прирасти. Не позволяет ему забыть свое настоящее лицо.       Не дает забыть себе, что он не кукла или животное, а живое существо.       Его рога стали длиной в десять сантиметров и начали загибаться интересным образом назад. Волосы ему всегда стригут почти под корень, но все же он видит их темный цвет.       Он взглянул на свои черные ногти на ногах и руках. Они неровно отпилены из-за того, как трудно их обработать.       Отведя глаза бирюзового цвета, он закончил с душем и покинул кабину. Обтирается полотенцем и надевает чистую, до тошноты огромную майку и плавки. Все стерильно.       Все белого цвета.       Куратор встречает его у душа и проводит его до клетки.       Маску на этот раз не надели, как и цепи.       Браслеты заменяют их все.       А пульт от них у охраны, что следит по камерам за ним да и ладно.       Как только клетка закрывается, Куратор покидает его камеру. С тихим щелчком дверь запирается.       С секунду ребенок смотрит на прутья, а потом ложится на матрас.       Чуть понаблюдав за дверью своей камеры, он прикрывает глаза.       Грезы начинают плавать перед глазами и танцевать хоровод из огней.       Он видит, как в прошлой жизни играет на ПК. Потом что-то читает в телефоне и смотрит ролики.       Потом как он ходит в школу, а затем в институт и на работу.       Все это наполнено приятным послевкусием.       Но все это омрачают воспоминания из этой жизни.       В жизни, где он должен играть роль безвольной куклы с животными повадками.       В руках тех, кто считает, что они имеют на это право. На его тело, на магию, на его личность.       Он просто не может дождаться, чтобы наконец-то сбросить свою маску и притворство покорного существа.       Он не может дождаться, когда устроит пир из их тел.       Из всех, кто причастен к тому, что он находится здесь и играет роль нескончаемого научного ресурса.       Проходит его восьмой год с момента вылупления.

***

      Магия делится на несколько видов.       Прирожденную, приобретенную и отобранную.       Он родился с ней, как Элион, Куратор и многие в этом мире. Но свою можно усилить, если долго тренироваться, или проще отобрать у кого-то другого.       Он предполагает, что они хотят его магию не для себя, а для чего-то другого.       Или не только ее.       Он осознает, что времени у него мало. Элион к чему-то готовится, как и все ученые в этом месте.       Ему уже давно исполнилось десять лет, и вроде подходит время, когда ему стукнет одиннадцать.       Магия его растет, как и его контроль над ней. Даже под браслетами на запястьях и шее.       А те пятна на камне стали появляться чаще из-за нескончаемых тренировок и тихой злости.       Люди вокруг этому почему-то рады. Еще больше его напряг разговор Элион и Миделя, который он услышал, когда действие лекарств начало ослабевать раньше, чем обычно.       — Какие шансы на Оверблот? — Голос Элион звучит взволнованно, но управляемо. Мидель спокойно отвечает ей.       — С каждым днем повышаются. Приближается день, когда он потемнеет.       — Отлично.       Он приходил в себя после очередного исследования его внутреннего мира. И только краем уха слышал, но и то, что услышал, ему не понравилось.       Оверблот. Что-то знакомое, но он не может вспомнить, что это точно означает.       Также он заметил, что в его комнате и клетке стали появляться странные черные кристаллы. Только глядя на них, его тошнит.       От них так и разит зловонием. Словно это не какие-то кристаллы, а гниль.       Иногда он чувствует нотки крови на кончике языка, если принюхивается к ним.       Но он не может от них избавиться, как и тронуть их. Ему приходится сглатывать комок в горле и терпеть.       И содрогаться, когда ему прямо на шею начали надевать один из этих черных кристаллов на последующих тренировках и заставили с ним колдовать.       Так началась его неделя тренировок с новым аксессуаром.       — «Боже… Как же я устал…»

***

      Все началось внезапно, но в то же время как-то ожидаемо.       Они этого ждали долгие годы. Планировали, готовились, нанимали нужных людей, да и просто закупали необходимое оборудование.       Мидель это знает, он все это видел и сделал один вывод.       Добром это не закончится.       Мужчина хмуро наблюдал, как волшебный камень в руках Зеро почти мгновенно темнеет, как только тот произнес первое заклинание и пошатнулся.       Вторая тренировка за день только началась.       И то, чего он опасался, все же происходит сейчас перед его глазами.       Черная слизь начала стекать из носа, ушей и рта. Глаза начинают терять четкость, но приобретают потусторонний блеск.       Опасный, злой блеск.       Вертикальный зрачок Зеро сузился, а потом расширился, пока полностью не стал черным вместе с белком.       Элион почти дрожит от возбуждения за защитным стеклом в комнате наблюдения, когда, как и он, понимает, что сейчас происходит.

Оверблот

      Состояние, при котором маг теряет над собой контроль, над своей магией, и на свет рождается Фантом.       Она наконец-то добилась чего хотела.       Черная слизь стала стремительно заполнять пространство вокруг фейри и подниматься по его ногам, животу, груди и голове. Второй слой, отдельно, но слитно, поднялся вверх, как стена, чтобы сойтись наверху.       Пока не окутал его полностью и не собрался в подобие яйца.       Наступила тишина…       Элион и Мидель пристально смотрят на это, и женщина готова разочарованно принять, что объект сейчас просто умрет и ничего больше не будет.       Охранники судорожно задвигались в смотровой комнате. Кто-то вышел из нее, кто-то встал у окна ближе к женщине на случай атаки.       Мидель сделал шаг вперед и приготовил свою волшебную палочку.       Инстинкт сработал раньше тела и магический щит возник перед ним.       Дзин! Треск! Бум!       — Граааа! Аааа!       Звериный вой волной вырвался из лопнувшего кокона.       Щит в его руках задребезжал и треснул в нескольких местах.       Сжав зубы, Мидель резко опустил глаза на запястье и цыкнул.       Браслет а точнее пульт, что управляли подавителями маны на Зеро, покраснели и, мигнув, почернели.       Ответ на это только один.       Подавители не просто отключились…       Они сломались безвозвратно.       Не медля, он поднял глаза на центр тренировочной комнаты и неосознанно сделал шаг назад.       Темный Дракон со стеклянным шаром вместо головы, в котором плескаются чернила, возвышается над ним и всеми присутствующими.       Маленькая фигура в его объятиях смотрится смехотворно несоизмеримо.       Лампы замигали, комната стала покрываться трещинами.       Элион взглянула в планшет и улыбается. Ее не волнует, что защитное стекло перед ней дребезжит и уже начало покрываться маленькими трещинами.       Ведь данные набираются стремительно и записываются компьютерами.       На миг опустив глаза на компьютер, она поднимает их обратно и улыбка застывает на ее губах.       Бездонные глаза смотрят прямо на нее. Губы Зеро искривляются в оскале. У того на миг вспыхнули глаза бирюзой, и он что-то проговорил.       Никто не смог разобрать, что он сказал.       Да и времени не было.       Почерневший начал наступать, запускать в них магию и плеваться огнем. Фантом, принявший форму черного дракона с бирюзовым брюхом и стеклянным шаром с черной слизью вместо головы, с изогнутыми назад рогами. Кандалы на его лапах и ошейник со сломанной цепью задребезжали от движения.       Мидель уклоняется и отбивает плазменные шары магии от Зеро.       Быстро переместившись к выходу, он в последний миг захлопнул дверь за собой. Он запечатал вход.       Элион встретила его в коридоре. Охрана рядом с ней застыла. Мидель видит, как те в тревоге поглядывают на запечатанную дверь, и обращается к женщине.       — Какие дальнейшие указания?       Маршейль на секунду задумалась и пристально взглянула на фотографию фантома, что возвысился над маленькой фигурой. Камера успела заснять объект и отправить данный файл в сеть лаборатории. После чего она преспокойно развернулась и покинула коридор, приказав ему с последней командой:       — Дайте Фантому захватить тело объекта. Как только это произойдет, мы начнем следующий этап наших исследований.       После чего она достала телефон и быстро выбрала нужный ей контакт.       — Это Элион Маршейль. Начинайте приготовление ко второй фазе проекта.       — Есть. — Мидель бросил последний взгляд на запертую дверь и пошел следом за начальницей.

***

      Дверь с шипением сдвинулась в сторону и пропустила женщину, которая, положив планшет на стол, достала папку с документами. Дверь за ней закрылась.       Сев за стол, Элион открыла папку перед собой.       Она довольно улыбнулась и положила документ в центр стола.       А на нем крупными буквами отпечатано:

Проект: Оверблот

      — Наконец-то… — Проходя кончиками пальцев по странице, губы женщины растянулись в оскале. — Мы узнаем все этапы Оверблота и то, как можем ими управлять.

***

      Мидель стоически стоит и смотрит на мониторы. Следит за тем, что происходит в тренировочной комнате.       И он видит, как постепенно комната разрушается, а тень поглощает тело Зеро.       Как фантом ломится в дверь и пытается выбраться на волю. Зеро же только стоит на месте да покачивается время от времени.       И все это длится примерно час, если не полтора.       Пока в какой-то момент камеры не закоротило, и они не потухли, и все, что могло бы подсказать, что происходит в комнате, не уничтожилось.       Мидель хмурится. Он понимает, что ему не осталось ничего делать, кроме как пойти и лично пронаблюдать, что происходит за теми дверями.       Он выходит из центра видеонаблюдения и связи. Проходит коридор и берет с собой четырех охранников.       Дойдя до нужного места, он заглядывает в комнату наблюдения. Зайдя, он смотрит в окно, из которого Элион наблюдала за ними.       От увиденного на его лице появляется хмурость.       Фантома нет. В комнате есть только тело Зеро да чернильные пятна от фантома.       Каких-либо признаков сознания не наблюдаются у объекта. Может, ребенок вообще умер от фантома, и тот растворился от недостатка маны.       Постояв, он выходит в коридор и достает карту, чтобы отпереть дверь в тренировочный зал.       Сделав это, Мидель убрал карту и достал волшебную палочку, после чего осторожно открыл дверь и, не наступая на «чернила», стал подходить к телу. Двое охранников следуют за ним, но еще двое остались у входа.       Мужчина остановился и пристально стал изучать костлявое тело с крыльями, рогами, острыми ногтями и чешуей. Лицо Зеро бледное больше обычного, и грудь у фейри не двигается.       — «Ну точно сдох.» — Скривив губы, он присел и, оглянувшись, громко приказал: — Позовите ученого Маршейль сюда!       Один из охранников, что остался рядом с дверью, кивнул и ушел выполнять приказ.       Проводив того мельком взглядом, Мидель вздохнул и, вернув внимание к телу, потянул руку к нему, чтобы схватить за рога…       — Повинуйся мне: стань моим рабом!       Мидель дернулся и замер.       Как и все, кто слышал голос Фейри-Дракона в этом пространстве.