Только всё копится где-то в душе.

15 декабря, 1975 год. Сириус, после благополучного избиения Снейпа и примирения с братом, вернулся в купе мародёров. Те что-то обсуждали, но Сириус их не слушал. Он молча опустился на своё место и, расфокусированным взглядом, стал смотреть в стенку напротив. Он опять думал о жизни. Джеймс - как самый внимательный и бестактный - начал разглядывать Сириуса в открытую, в отличии от Римуса, который лишь изредка бросал в его сторону обеспокоенные взгляды. -эй, Земля вызывает Бродягу, - попытался докричаться до друга Сохатый. Сириус был настолько занят своими мыслями, что не услышал Джеймса. Все мародёры, осознав, что что-то не так, переглянулись между собой. Этого Сириус тоже не видел. Джеймс, сидевший ровно напротив Сириуса, и, будучи практически единственным человеком, которого может послушать Сириус, встал со своего места (ну как встал, скорее упал), подполз к Сириусу на коленях, и осторожно тронул его за плечо. -эээй, Бродяга, - тихо протянул Джеймс, заглядывая в глаза Сириусу. Остальные мародёры смотрели на всё это в ожидании. Все знали, что Сириус может убить их всех за любое неправильное движение. Всех, кроме Джеймса. Сириус, только что услышавший, что его зовут - точнее почувствовавший - оторвался от своих раздумий. -а? Чего говоришь, Сохатый? - рассеянно спросил он. Мародёры так и продолжали смотреть на них, с нескрываемым удивлением. Похоже, с их другом творилось что-то не то. -я говорю: "у тебя всё в порядке?" - ответил Сохатый. -конечно, а что не так? - попытался улыбнуться Сириус. На несколько мгновений в купе воцарилась полная тишина. Джеймс переглянулся с остальными. На этот раз это не ускользнуло от внимания Сириуса. Он тоже повернулся на мародёров. Их крайнее удивление, которое они даже не пытались скрыть, немного насторожило Сириуса. -вы чего? - недоумевал Бродяга. Джеймс снова повернулся на него, и, насколько это было возможно, спокойным голосом заговорил: -мы тебя звали, но ты на нас никак не реагировал, - пытался что-то объяснить другу Джеймс. -наверное, вы тихо звали, - оправдывался Сириус. -то есть когда мы почти орём - это тихо? - завозмущалась Мэри. Сириус не знал, что ответить. Он уже давно понял, что стал часто уходить в свои мысли, и абстрагироваться от мира. Слишком часто. Все мародёры, тем временем, смотрели на него. -Мерлин! - выругался Сириус - вы перестанете когда-нибудь так на меня смотреть? Все, почти синхронно, отвернулись. Смотрели только Джеймс и Мэри, которые, похоже, были озабочены больше всех. Ну конечно, они всегда были кем-то вроде: "Джеймс-и-Мэри-родители-мародёров-которые-то-сами-лезут-на-рожон-то-являются-голосом-совести". Джеймс выгнул одну бровь, и выжидающе посмотрел на Бродягу. Видимо, он опять задумался. -Си-и-и-ри-и-и-у-ус, - скучающим голосом протянула Мэри - ты собираешься что-то говорить? Сириус не понимал, что от него хотят, поэтому так и спросил: -а что говорить? -Мерлин, Бродяга, кончай спектакль, - терпение Марлин лопнуло - либо ты сейчас нам говоришь всё, как есть, либо... - она показала кулак. -придурки, вы мне не хотите объяснить, что я должен вам сказать? - раздражённо вопрошал Сириус. -что слу-чи-лось? - по слогам произнёс Джеймс, будто Сириус был особо непонятливым ребёнком. -ничего, - отозвался он. "Да что им от меня надо-то? У меня же и правда всё хорошо, - думал Сириус - я помирился с Регом, разве это плохо? Я набил хлебало Нюниусу, разве это плохо? Нет. Это более, чем хорошо." -так прямо и ничего? - не верил Джеймс. Терпение Сириуса лопнуло: -да твою ж дивизию, Поттер! Как вам ещё объяснить, что у меня всё хорошо? - орал он - могу по слогам повторить: у ме-ня всё хо-ро-шо! Так понятно? Я просто задумался! Все мародёры повернулись на него. Сириус, оказывается, не заметил, как соскочил со своего места, и теперь рвал на себе волосы. -тихо, тихо, - вскочил со своего места Римус. Он стал усаживать брыкающегося Сириуса на место. Не вышло. Тогда на помощь подоспел Джеймс. С горем пополам они смогли усадить Сириуса, пытавшегося перерезать им всем глотки. Когда он немного успокоился, Джеймс повторил свой вопрос, разделяя слова: -что случилось? -ничего, - продолжал отпираться Сириус. Вдруг в его голове стали всплывать отрывки его первого сегодняшнего разговора с Регулусом. То, как он грубо развернулся, и ушёл, ни сказав ни слова. То, как он сказал, что не собирается никуда сбегать. И наконец, ту короткую истерику в коридоре. Сириуса стала пробирать изнутри чистая ярость. Ему захотелось найти Регулуса, и высказать всё, что он о нём думал последние несколько лет. Потом ситуация стала усугубляться: он захотел высказать всё матери, а потом навести на неё хорошенькую порчу, а лучше проклятие. Тыкнуть палочкой ей в шею. Заорать так громко, как ей никогда не снилось. Высказать столько ругательств, сколько она никогда не слышала. Смотреть на неё с чистым отвращением, параллельно проклиная. Да, это было именно то, что он хотел сделать уже давно. Заветная мечта Сириуса Ориона Блэка. Вдруг, на его лице отразилось то самое презрение, то самое отвращение и чистая ненависть. Он представил себе Вальбургу, стоящую напротив. Мародёры нехило перепугались, но его это не волновало. Бродяга выскочил из купе, с грохотом захлопнув дверь, и оставив мародёров растерянно смотреть ему вслед. "Нечего было меня на эмоции выводить, - говорила в нём ярость - сами виноваты. Заладили одно и то же, вот пусть теперь и страдают." "Но, наверно, стоит вернуться? - рассуждала в нём совесть - извиниться, рассказать всё по порядку?" Победила ярость. Сириус распахнул ближайшее купе. К его счастью, оно оказалось полностью пустым. Он обрушился на сидение, дрожащими руками достал пачку сигарет и зажигалку, но не успел даже поджечь табачное изделие. В купе, словно ураган, залетели Джеймс и Римус. Все знали, что Сириус в ярости может поколотить кого угодно, навести порчу, проклясть. Он мог сделать всё что угодно и с кем угодно. Единственными, кто не боялся этого, были Сохатый и Лунатик. Только этим двоим он не мог сделать ничего. Да даже если бы сделал, им было бы плевать. Кто-кто, а они точно были его лучшими друзьями. Не Хвост, не Марлин, не Мэри и не Лили. Сохатый и Лунатик. -Сири... - начал что-то говорить Джеймс, но Римус заткнул его рукой. Он жестом указал Джеймсу оставаться на месте, а сам подошёл к Сириусу, упорно игнорирующему их появление. Римус лучше остальных был в утешениях. Видимо потому, что долгое время именно этого ему и не хватало. Джеймс стоя, в углу рядом со входом, наблюдал за Сириусом. Оба, что Римус, что Джеймс молчали, ожидая хоть каких-то реакций со стороны Сириуса. И они их дождались. Спустя секунд сорок полной, абсолютной, гробовой тишины, он взорвался: -чего стоите, молчите? - Сириус старался сделать голос максимально спокойным, но у него ничего не вышло. Раздражение, ненависть (конечно к семье, не к Джеймсу с Римусом) и ярость, были в каждой букве. В каждом звуке. -Си..Сириус, - начал запинаться Люпин. Похоже, Сириус и вправду сильно их перепугал - мы только хотим помочь... мы поймём, - он украдкой посмотрел на Джеймса - если ты не захочешь, чтобы мы тебе помогали, но пойми, мы просто за тебя боимся. Все боимся. И я, и Джеймс, и Питер, и Марлин, и Лили, и Мэри. Все. Только сейчас до Сириуса дошло, что он ведёт себя как последний дебил. "Придурок, - корил он себя - давай извиняйся. Ведёшь себя, как конченный идиот." -я...я... - Сириус пытался подобрать слова. "Что ты? Что ты мямлишь? - продолжал ругать самого себя он." К его счастью, Джеймс и Римус быстро всё поняли, и Джеймс, мягко улыбнувшись, подошёл к Сириусу. Он похлопал его по плечу. -не надо ничего говорить, - тепло сказал Джеймс - всё и так понятно, Бродяга. Просто признайся, что у тебя всё-таки случилось. -ничего, - продолжал упорствовать Блэк. -я так понимаю, ничего - это Блэки? - уточнил Поттер. Римус шикнул на него, как-бы говоря: "не задевай за больное!". Сириус увидел это, и, попытавшись выдавить из себя подобие улыбки, сказал: -ничего страшного. Не бойся Лунатик, я же не кусаюсь. -ну на счёт этого я сомневаюсь... - пробормотал Римус. Джеймс рассмеялся: -да уж, похоже, ты ко всему в добавок, ничего не помнишь. Сегодня же только утром меня за руку тяпнул. Собака недоделанная... -в смысле недоделанная? - оскорбился Сириус. Он в мгновение ока превратился в большого чёрного пса. -натренировался, собака, - одновременно пробурчали Джеймс и Римус, и тут же рассмеялись. Всё было хорошо. Всё было как обычно. Будто ещё пять минут назад Сириус не пытался перерезать всем глотки. С этими двумя было как-то по-домашнему уютно.