Чёрный браслет

Люди по своей природе трусливы и лживы, и редко можно встретить человека, которому не страшно довериться и открыться. У Рэя таких людей в жизни не было. В его жизни были деньги. Обычно этого хватало, чтобы хорошо развлечься или привлечь к себе внимание окружения. Но очень часто богатые люди были глубоко несчастны. Деньги давали им практически неограниченные возможности в жизни, но лишали основных источников счастья как дружба, любовь, доверие и покой. У Рэя были все возможности испытать судьбу, он не был оторван от простого общества с их интересами и развлечениями. Но у него были деньги, которые в большей степени усложняли жизнь, а не облегчали её. У него появились друзья, а вскоре и любовь, которая слишком быстро стала тайной и невзаимной. У него было всё, но он не понимал, как жить эту жизнь и в чем заключалась её суть. Его студенческая жизнь стала чередой попоек и быстрого веселья. И в этот раз суббота не стала исключением – он напился до тошноты и потери сознания, а уже утром воскресенья очнулся в чужом доме. Попытки утопить тлеющие в груди чувства алкоголем и сигаретами провалилась, и на утро болело не только тело, но и душа. Если она была у него, конечно. Он помнит, как бил себя по груди кулаком, проклиная свою нерешительность и трусливость, помнил и как кто-то пытался отговорить его от поездки на машине. Весь прошедший вечер смазался в одно мутное пятно с отчетливым именем – Мью, каждый раз будто снова и снова вырезающемся на теле при одном только упоминании. Было странно больно внутри, но не знал как от этого избавиться. Осмотревшись, Рэй понял, что его снова занесло в чужую квартиру, и его ужаснейшее состояние никак не могло помешать сотворить очередное непотребство с незнакомцем… Он поднялся с дивана и покрутил головой по сторонам. Его подобрал кто-то не богатый, но чистоплотный и умеющий готовить – запах готовящейся еды смешивался с легким ароматом одеколона, исходящего от одежды на нём. Жалобный рёв желудка заставил пойти на запах. На маленькой кухне, куда он попал, у плиты стоял высокий и худощавый парень. Незнакомец, заметив его присутствие повернулся, и Рэй усмехнулся. Даже пьяным в дерьмо он оказывался поразительно удачлив на симпатичные мордашки. - Ты вполне неплох собой, я не буду жалеть, если мы все-таки переспали, — вырвалось из него, потому что он не контролировал себя. Он в принципе не любил контролировать свою речь и поведение, мог себе позволить. Но вот человеку напротив это не пришлось по вкусу, его густые брови сошлись на переносице, а сам он выглядел рассерженным. - Ешь, одевайся и убирайся. – Рэй уже жевал завтрак, оставленный на столе, поэтому Сан, как представился парень, ушел одеваться. Сан не выглядел заинтересованным в нём или ситуацией в целом, а слова благодарности за помощь застряли у Рэя в горле острым камнем. Рэй поступил ровно так, как сказал Сан, ему и самому не хотелось задерживаться на чужой территории. Хоть этот парень и был достаточно груб, он обошелся с ним весьма дружелюбно и обходительно, учитывая, что именно с оскорблений и упреков началось их знакомство. Разряженный телефон и возвращающиеся воспоминания прошедшего вечера толкали Рэя к одинокому вечеру, который он снова затопит в алкоголе и самобичевании. Он попробует не убегать от этого, а обдумать и понять, чтобы не сойти с ума и не выйти в окно. Дом встретил его привычной угнетающей тишиной, и хоть он был огромным и светлым, пустые комнаты лишь нагоняли тоску. Комната, которую он занял с переездом сюда из родительского дома, была самой жилой из всех пяти в особняке. Тут была и спальня, и кабинет, и гардероб, на что нередко сетовали уборщицы, но Рэй только пожимал плечами, не желая каждый день наматывать круги по дому от комнаты к комнате в поисках одной нужной вещи. Он не любил, когда его шаги отражались от стен и растворялись в тишине. Самым востребованным местом в доме был кухонный бар, обновляющийся регулярно, но в этот вечер Рэй хотел опуститься на дно своих мыслей без помощи алкоголя. Ему стоило разобраться в том, что происходило, потому что дальше только хуже. Когда он начал влюбляться в Мью? – первый вопрос, но не верный, и он стоит все на той же ступеньке перед разверзнувшейся пучиной личного Ада. С чего всё началось? – первый шаг. Они подружились легко: это был день первокурсников и Рэй, и Мью, и Бостон нашли друг друга практически сразу, а после к ним присоединилась девчонка. Рэй вдруг ощутил, что у него появились друзья, и его жизнь перестала казаться такой провальной и пустой. Второй шаг – его влюбленность родилась из чувства одиночества. И это выбивает почву из-под ног, и он камнем летит вниз, прямо в Ад. Он позволил этому произойти, и не заметил, как это медленно утащило его на дно безнадежности. Потому что Мью был так близко и так далеко одновременно. Потому что Мью был человеком, не влюбиться в которого было невозможно. Потому что Рэй не придал своему интересу в начале дружбы никакого значения. Потому что Рэй привык не сдерживать себя ни в чём, и желать своего друга тоже. Потому что Мью знал о его чувствах. Потому что сам Рэй был напыщенным идиотом. Он одним движением скинул со стола посуду, и та с грохотом разбилась об пол, разносясь по периметру множеством осколков. Крик отразился от стен кухни и также быстро потух, уступая горячим слезам. Гребанное дерьмо, в которое он вляпался. Мью всегда звонил ему, когда у него были проблемы или нужно было убить время. Рэй знал какими способами можно было развеселить его, знал его предпочтения и вкусы в еде, фильмах, даже в одежде. Рэй выслушивал нудные тренировки перед выступлениями и поддерживал перед экзаменами, он делал всё, что мог, но часто его действия не воспринимали с тем посылом, который он вкладывал в них. Его друзья и сам Мью нередко не понимали его, не улавливали сути между строк и спрашивали, как с человека, знающего толк в простых взаимоотношениях. Рэй рассыпался каждый раз, когда не получалось помочь или когда кто-то упрекал его в ошибке. Даже для незнакомца Сана он был «обузой для общества». Мью позволял их объятиям длиться дольше обычного, положенного по дружбе, и обожал, когда Рэй отпускал в его сторону тонны комплиментов. Звонкий и веселый смех Мью пробуждал в Рэе аппетит до чувств и эмоций, которые были такими простыми и не купленными. Мью любил прищуривать свои невозможные глаза, спрятанные за тонкими очками, и долго вести взглядом по телу Рэя, пока наконец их взгляды не пересекались и дружеские улыбки не скрывали все подоплекой дружбы. Но Мью согласился на предложение Топа, и теперь они были официальной парой. Это было точкой финала Рэя. Он больше не понимал, как себя вести и что делать с миром, который рушится вокруг него. Головной боли добавляли странный переглядки Бостона с Топом, от которых у Рэя зарождались не самые позитивные мысли. Без стакана крепкого алкоголя разобраться уже было невозможно – Рэй открыл бутылку виски. Злоба медленно поднималась в нём, и ей требовался выход, и обычно таким спасением был секс или алкоголь. Они думали, что он просто парень из богатой семьи, не умеющий ценить ни людей, ни вещи. Но никто из них не знал, что главным его страхом было глубокое одиночество, такое же как и у его родителей. Им было пропитано всё в главном доме: стены, вещи, сами люди, натягивающие фальшивые улыбки для гостей. Рэй не имел настоящих друзей и не видел, чтобы люди вокруг имели искренние чувства друг к другу, поэтому с малых лет искал в своём окружении то самое. То самое, что поможет ему понять какого это не быть одиноким в доме полным людей. То самое, что укажет ему на подходящего человека. Это чувство схоже с тем, когда у тебя есть всё, но ты не знаешь, что делать и выбирать. Был избыток, но не было примера. Это слезы, которые текут внутри, а не снаружи. Это одиночество в кругу близких друзей. Это протоптанный круг, сотканный из нитей проклятия на боязнь ошибиться и всё разрушить. А если он остановится, то этот песок поглотит его, уничтожит. Это немой крик, в котором он задыхается, без шансов на свободный вдох. Невысказанное вставало поперёк горла каждый раз, когда к ним в баре подходили познакомиться, когда он ловил на Мью взгляды или когда сам же преступал границы дозволенного, вступая в их особую игру. Когда касания говорят громче слов. Когда взгляды полны неозвученных желаний, а главной проблемой остается боязнь разрушить всё между ними. Шаг вперёд, два назад. Обратно. Рей хотел бы предложить Пи`Йо ввести новые браслеты – чёрные, чтобы каждый желающий мог ударить Рэя. Разбить его, чтобы помочь собраться заново. Иначе он не знал, как жить дальше. Ему требовалась перезагрузка. И он не знал, хочет ли после неё иметь дело с Мью. Пока он в состоянии решительности и бесстрашия, он пишет Мью, что уезжает на время по делам. Ему нужен перерыв. Искать всё равно не будут, ведь Мью всегда это сваливал на Бостона, а у того никогда не было на это времени. Самое частое место их встреч именно университет, и туда он пока что закрывает себе дорогу. С учебой он успеет уладить проблемы потом.

***

Срыв случается на следующий же день, когда в сети он натыкается на совместное фото Мью и Топа. Его сутки проходят в алкоголе и рвоте, а на следующий день он просыпается с ощущением пустоты внутри и желанием, чтобы это закончилось. Он устал. Он не встаёт с пола, на котором проснулся, до вечера, когда приходится с силой отрывать своё раздавленное тело и заставить себя хотя бы умыться. Ночью он обнаруживает, что поставил пароли на все социальные сети и не помнит его, и в итоге решает оставить всё как есть. Скука и опустошенность медленно сжирали его, пока он лежа на кровати рассматривал потолок своей комнаты. В его распоряжении оставался личный бар, полный хорошего алкоголя, но впервые у него не было желания мутить себе сознание, хотелось остаться с самим с собой наедине как можно дольше. Опуститься на самое дно. Редко он выбирался на веранду, вдыхая свежий воздух и моментами переговариваясь с гувернанткой, приносящей ему закуски или напитки. Ночи давались ему нелегко, ведь боящиеся солнечного света мысли заполняли голову под покровом ночи. От матери они скакали до Мью и будущего. Ночная темнота окутывала и давила всезнанием, будто всё, что его сейчас тревожило просто ерунда в сравнении с будущим. О том, что впереди думать не хотелось, но… Его будущее – это бизнес отца или собственный, тогда уже будет не так много времени на построение личной жизни или дружеских отношений. После семья будет требовать от него брака, и не исключение, что выгода будет их главным аргументом. Сны, в которые иногда удавалось проваливаться от груза надуманного, были беспокойными и короткими. В них он кричал и плакал, а при пробуждении чувствовал высохшие дорожки на щеках. От скуки он вернулся к тренировкам, которые когда-то забросил. Первая цель была ясна – вернуться в прежнюю физическую форму. За здоровым телом стоял чистый разум. Надежда выбросить лишний стресс и эмоции в упражнениях оправдалась. Массаж, корректировка имиджа и ночные разглядывания потолка, пока пресс из мыслей снова не отправит его в сон.  Его дни становились однообразными и серыми, он не понимал зачем делает это, изнутри грызли сомнения, ведь он оставил своих друзей, забросил общение со всеми вокруг, а потом выйдя на свой балкон спальни поздней новью вдруг очнулся. В ту ночь глоток воздуха отличался от предыдущих и это казалось тем, чего он хотел добиться своими действиями – свободы. Для одного вдоха ему понадобилась неделя и три дня. Он с трудом разобрался с паролем и добрался до социальных сетей, впервые озабоченный учебой – хотелось увидеть удивление на лице преподавателей, когда он придет к ним без долгов и с подготовленными материалами. А ведь когда-то он был заинтересован в учебе. Затем он начал торговаться с собой – может Мью не хотел обидеть его своим прямым ответом? Может сам Рэй лишь выдумывает? Это низвергло его в пучину раздумий еще на несколько дней. Это казалось Адом, из которого путь был лишь вниз.

****

Когда Рэй узнал, что Топ имел связь с Бостоном, первое его желание было ринуться к целующейся парочке и хорошенько ударить высокого засранца по лицу, но вместо этого он громко рассмеялся. Тон уставился на него с негодованием, видимо надеялся найти утешение в безответно влюбленном Рэе, но прогадал. Рэй радовался своим маленьким победам, и пил не так много, как раньше, танцевал и флиртовал с красавчиками. Если присмотреться, то в пьяном мареве можно было разглядеть причудливые переливы, бегающие по тонкой паутине, что хитросплетёнными действия создал Мью. Рэй отдалился достаточно, чтобы заметить: попавшего в ловушку Топа, зыркающего на него Бостона и непринужденного Мью. Он привлек к себе внимание всех троих, и покрутив своей карточкой, пообещал этот вечер за свой счёт. Хотелось утереть нос красивому засранцу, но еще больше хотелось впервые проиграть. Топ, состроив свое обычное высокомерное выражение лица, достал свою карточку и отдал её официанту. Мью на такой пафос лишь улыбнулся. Рэй вышел на улицу покурить, но спазм сложил тело пополам слишком неожиданно, и его стошнило прямо на дорогу. Он вытер рот рукавом рубашки и усмехнулся, приходя к мысли, что с него хватит. - У тебя два места обитания: туалет и улица. – Раздался знакомый голос рядом. - Ещё слово и меня стошнит на твои ботинки, — шутливо пригрозил он в ответ, выпрямляясь и заглядывая в глаза Сана. – Считай, я очищаюсь от скверны. - А домой тебя личный экзорцист отвезет? - Такси, — деловито протянул Рэй, демонстративно заказывая его через приложение на телефоне. Оставаться в этом месте больше не было желания, да и не для кого было. - Неужели ты поумнел с нашей последней встречи? – Сан прикурил и Рэй немного подзавис, наблюдая за ним. Кажется, теперь он понимал, почему так много людей пищали от восторга, когда он выступал на сцене. Сан был привлекательным, и харизматичным, его популярность была неизбежна. - Стремлюсь к твоему уровню, малыш, — его уверенное выражение лица хотелось стереть глупыми словами или шутками, и это почти удалось, потому что его «малыш» подняло в Сане бурю негодования. Но музыкант не успел ничего ответить, потому что Рэй сел в подъехавшее такси и помахал ему рукой на прощание, будто подшучивал над ним во второй раз. Злость была детской и до того нелепой, что хотелось потыкать в уезжающую машину факами, но радовать коротышку таким спектаклем не хотелось. Выбросив окурок Сан вспомнил, как давал этому нахальному парню прикурить. Между им тогда, и сейчас была незаметная разница, но в чем она выражалась было непонятно.

****

Учеба вышла на приемлемый уровень. Его тело окрепло и на руках начали возвращаться мышцы, а на животе вновь очерчиваться пресс. Он делал успешные попытки корректировки своего образа жизни и, оглядываясь назад, понимал, что его направление правильное. Дни летели и его изменения в поведении стали заметны большинству окружения. Не отставали и поклонники, задаривающие богатого и популярного студента закусками и разного характера предложениями, но он предпочитал вежливые отказы или же вовсе игнорирование особенно настойчивых. Идея забыть неудачную любовь с помощью новой, с самого начала была выброшена в мусорку, как непригодная к жизни и опасная уходом в длительный запой. Он всё так же флиртовал и общался, хоть и намного меньше прежнего, больше не забивая своё время пустыми и ненужными людьми дабы избежать одиночества. Нет, оно всё так же пугало его, но в меньшей степени. Теперь, когда оно накрывало его плечи своими прохладными руками, стоило переступить порог пустого дома, он боролся с ним с помощью музыки, телевидения, спорта. Его посещали мысли завести домашнего питомца, но ответственность казалась ему слишком большой. Неожиданно раздался телефонный звонок. Глубокого вздохнув, Рэй принял решение, что игнорировать друзей и дальше не получится. Нужно было спуститься обратно в этот бардак, чтобы наконец навести порядок и если не добиться желаемого результата, то оставить все попытки окончательно. На том конце послышались тихие всхлипы и жалобный голос, Мью говорил тихо и медленно. В голове Рэя была лишь одна причина этому – отношения с Топом. Они договорились встретиться у кинотеатра, чтобы провести немного времени вместе и поговорить, всё как раньше в самом начале их дружбы. Рэй приехал немного раньше, заказал билеты и выбрал места, всё оплатил и остался ждать. Он сжимал и разжимал ладони, нервно поправлял прическу и до жути боялся сорваться рядом с Мью. Когда Мью появился у входа в кинотеатр бежать или прятаться было уже поздно, оставалось лишь принять бой с самим собой. Украшающий его запястье черный латексный браслет служил отличным помощником в борьбе со стрессом, он оттягивал его и отпускал, чтобы хорошенько ударить себя, и вновь взять контроль над разумом. После того как Мью выбрал закуски они отправились в зал, заняв один из удобных диванчиков. - Хорошо, что ты знаешь мои вкусы, — сказал Мью, кидая в рот несколько шариков попкорна, — мне нужно отвлечься сейчас. - Без проблем, после фильма можем зайти поиграть в автоматы, как раньше. - Предложил Рэй, надеясь, что его лицо максимально спокойное, и не отражает той бури страхов и сомнений, что одолевала его. Мью придвинулся ближе, когда погас свет, и на кране появился трейлер фильма. Рэй почувствовал через одежду тепло чужого тела и закусил щеку, не отрывая взгляда от чужих глаз. - Всё так и начиналось, приятно знать, что ты помнишь. Этот человек был его личным Дьяволом, сжигающем его в котле заживо. Их фильм шел недолго, и Рэй успел немного заскучать после опустошения коробки с попкорном. Напряжения добавляла чужая голова, покоящаяся на его плече где-то с середины фильма, и не дающая нормально дышать. Кожа на запястье уже неприятно ныла от частых ударов. Он смог вздохнуть полной грудью лишь после завершения фильма, когда на экране замелькали титры. Дальнейшие планы прерывает ливень с грозой, и Рэй предлагает отвезти Мью домой, но друг, чуть ли не плача, просит не делать этого. Уже в машине между ними случается откровенный разговор. - Топ знает где я живу, и я не хочу пока что возвращаться туда. Можно остаться у тебя на эту ночь? - В моём доме много спален, так что это не будет проблемой. – Рэй заводит двигатель и ведет машину в сторону своего дома, попутно пытаясь разузнать больше о ситуации. Он всё ещё пытается быть хорошим другом. – Что за проблема у тебя с Топом? Если он пугает или угрожает тебе, то можно обратиться в полицию. - Нет, не нужно полиции, просто… Думаю, что у Топа есть чувства к Бостону. Наедине они ведут себя очень странно, больше чем просто друзья. Сейчас не хочу видеть никого из них. Хочу побыть с тобой, ты даришь мне спокойствие. Рэй в недоумении: внутри все разрывается от противоречий, хочется обнять Мью и заплакать, хочется высадить его и отправить разбираться со своими проблемами самому. Больше всего хочется выпить, но к алкоголю он сегодня не прикоснется. Дом встречает их тишиной и пустотой, потому что прислуга справилась с делами еще днем и покинула особняк. Они принимают душ, каждый в отдельной комнате, и встречаются в просторной гостиной за широким телевизором, чтобы поиграть в приставку. Рэй проигрывает, обдумывая происходящее – он не собирается вмешиваться в чужие отношения, хотя раньше посчитал бы это прекрасным шансом для себя. Но Мью смотрит на него практически всё время, и Рэй каждый раз глупо шутит, сбивая напряжение. Они ужинают, каждый зависая в социальных сетях, а потом расходятся по комнатам. Рэй выдыхает, наблюдая за окном разбушевавшуюся бурю и немного пугается, когда над домом бьют молнии. Дверь в его комнату подозрительно медленно открывается, и на пороге появляется взволнованный Мью в пижаме Рэя, которую он так любезно ему одолжил. - Могу я поспать с тобой этой ночью? – Рэй запоздало кивает, припоминая, что Мью не любит грозу. Широкая постель встречает гостя прохладой, и он укутывается в плотный кокон из одеял, высматривая Рэя. Рэй смотрит на часы, еще слишком рано ложиться спать, да и кровать теперь занята. Он решает, что спать этой ночью не будет. Он проводит несколько часов за ноутбуком, выполняя какую-то часть домашнего задания и отвлекается лишь на голос со стороны. - Что за чёрный браслет? – Спрашивает Мью, нарушая тишину между ними. - Не знаю откуда он у меня, но он… – спасает меня от тебя, – хорошо выглядит. Почему не спишь? Уже поздно. - Не могу уснуть, всё время думаю о Тоне и Топе. – Одеяло шуршит и вскоре Мью оказывает совсем близко к Рэю, усаживаясь на подлокотник его кресла. – Двое дорогих людей лгут мне в лицо, и я не знаю, чем заслужил это. Возможно, я не так хорош, как Бостон, но Топ знал это. Я говорил ему, что он у меня первый. А Тон… Друзья ли мы теперь? Свет от ноутбука на коленях Рэя подсвечивал кожу Мью, делая его образ более загадочным и светлым, в таком положении. С такой историей он был несчастным милым героем. Раньше бы Рэй уже распинался и не стеснялся бы в выражениях, проклиная и обличая Топа, возможно, выгораживал бы Бостона. Но не сейчас. В этот момент он внимательно следил за чужими эмоциями и поражался тому, как прекрасно Мью играл перед ним роль невинного агнца. Слышал как трещала маска, падающая с лица его лучшего друга, когда его взгляд плыл по телу Рэя. Случайно, будто бы не зная, куда себя деть, он невольно напрашивался на ласку, искал тепла и уюта в чужих объятиях. - Только сейчас я понял, что ты всегда был рядом со мной, а я не ценил этого. Прости меня, это так эгоистично с моей стороны сейчас, жаловаться тебе на свои проблемы. Но у меня больше никого нет, кому бы я мог довериться. Рей укреплялся в своих убеждениях, пока ошметки иллюзии падали на пол. - Я сделаю тебе успокаивающий чай. Помогает уснуть и снимает головную боль. - "Знал бы ты, сколько я его выпил, сколько чашек разбил". - Рэй? – Мью успевает ухватить его за запястье, когда тот поднимается, убрав ноутбук. – Я обидел тебя? Рэй молча хлопает друга по плечу с успокаивающей улыбкой на губах. - Позволь позаботиться о тебе. – Сказал он, и выпутав запястье из чужих пальцев, вышел из комнаты. Мью расслабляет плечи, улыбаясь. Гроза постепенно утихает.

****

Бар был полупустым, и еще оставалось время для персонала и музыкантов на подготовку к вечернему шоу. Пятничный вечер обещал быть жарким, потому что популярный у местных студентов музыкант вновь собирался выступать у Пи`Йо. Их столик был забронирован на весь вечер и Рэй проплатив всё наперед, обещал восполнить все пропуски за один вечер. Рэй и Мью ждали друзей, и их компанию неоднократно пытались дополнить чужие люди. Особенно настырных персонажей не отпугивал даже Мью, прижавшийся к плечу Рэя, и играющийся с его запястьями, облаченными в часы и черный браслет. - Спасибо, что стал спонсором моих попыток всё уладить. - Поблагодарил Мью, сжимая его ладонь в своей. – Ты никогда не просишь ничего взамен, боюсь, что даже в следующей жизни не смогу расплатиться с тобой. - Мы друзья, так что забей, — легко отвечает Рэй, делая глоток из своего стакана. Его взгляд блуждает по бару, пока не натыкается на знакомую фигуру в углу сцены. Сан настраивает гитару и весело переговаривается с другими участниками группы. Рэй замечает подведенные макияжем глаза и недовольно хмурит брови, думая о том, что у Сану будет неудобно. Постепенно в баре появляется больше народа и за столиком собирается прежняя компания четверых друзей, а после добавляется еще и Топ. Незаметное напряжение проскальзывает в движениях Бостона, и когда Рэй ловит его взгляды на себе и Мью, то салютует стаканом с алкоголем. Бостон подозрительно дерганный, а учитывая поведение Топа, пытающегося залить в себя весь алкоголь бара, это складывалось в неутешительную картинку. Мью не отлипает от его плеча, бросаясь редкими фразами в своего парня и тоже изрядно напивается, оттягивая момент с разговором. Блядский любовный треугольник, думает Рэй, и поднимается, чтобы пойти заказать еще выпивки, как его останавливает рука Мью. Глаза Топа чернеют в доли секунды, и Рэй успевает услышать крик подруги прежде, чем в его нос впечатывается кулак Топа. - Блять, что ты творишь?! – Кричит девушка. И Бостон с Мью пытаются успокоить вспылившего Топа. Их ссора утопает в общем шуме и музыке, Рэй смеется, глядя на своих друзей. Кровь из носа течет ему в рот, но он глотает её, не заботясь о вкусе. - Какого хера? Ты говорил, что между вами ничего нет, но провел с ним эту ночь! Ты мог просто поговорить со мной! - Ты тоже мог поговорить со мной, а не спать с моим лучшим другом, мудак! – Ругается в ответ Мью, тыча пальцем в Бостона. Топ хватается за волосы, подруга падает на диван, продолжая наблюдать за перепалкой. Рэй говорит, когда Топ снова пытается ударить его, но в этот раз Бостон останавливает его. - Я не люблю Мью, между нами никогда и ничего не было, мы только друзья, не более. Я не собираюсь участвовать в этом дальше, разбирайтесь с вашим проблемами сами. - Рэй, как ты можешь бросить меня?! – Удивляется Мью, и отпускает Топа, готовый наброситься на Рэя прямо сейчас. – Что с тобой вообще происходит? Ты полностью забил на нашу дружбу и сейчас вместо того, чтобы поддержать, сваливаешь! - Единственная причина всех этих неприятностей ты, Мью. Ты не дружбы хочешь, а внимания. Разберись со своим чердаком и тогда поговорим. – Рэй одергивает свою рубашку, и уходит в сторону туалета, растворяясь в толпе. - Оставь его в покое! – Просит подруга, когда Мью собирается отправиться следом за Рэем. Она единственная, кто никогда не была заинтересована в Мью, потому что была лесбиянкой и прекрасно видела всю ситуацию изнутри. Подняв свой коктейль, она произнесла – звоните мне, когда разберётесь со своими тараканами. Трое парней остались одни за столиком, и Мью обессиленно упал в кресло, прикрыв глаза рукой. Рэй пробился в туалет, и добравшись до умывальника, попытался привести своё лицо в порядок. Он умылся холодной водой и остановил кровь, вытерев всё сухими полотенцами. На его телефон пришло восхищенное сообщение от подруги, и он был рад тому, что у него остался кто-то после разбора полетов в этом хаосе. Оглядев своё лицо ещё раз в зеркале он пришел к выводу, что лучше будет отправиться домой зализывать раны. Дверь туалета скрипнула и в отражении показалась мордашка Сана с довольной улыбкой. - Почему все наши встречи случаются здесь? – Задался философским вопросом Рэй, поворачиваясь с хитрой улыбкой к высокому парню. - Глюк системы, — пожал плечами Сан, остановившись напротив с видом, будто специально не шел за ним в сортир. – С таким видом за руль тебе лучше не садиться. Рэй ухмыльнулся, делая шаг в его сторону.