Heal me

Зия стоял у плиты в чёрной футболке и шортах, и готовил завтрак. Аланур спустилась на цыпочках вниз, но он почувствовал её появление спиной. — Почему ты меня не разбудил, я бы сделала что-то вкусное, — она не решалась обнять его, поэтому стояла прислонившись к стенке. — Выспалась? — он продолжил своё дело даже не взглянув на неё. — Мне не сложно, не беспокойся. — Я — да, а ты так и будешь спать на диване? — женщина взглянула на место, где он провёл ночь и внутри всё сжалось. — У тебя есть кровать, если что, я приставать не буду. Она пыталась улыбнуться, но получалось плохо. — Я сделал кофе, — Карлы проигнорировал её вопрос и поставил перед ней чашку с тёплым напитком, — яичница скоро будет готова, ещё есть тосты с авокадо, ты вроде любишь его. — Спасибо, — Аланур села за стол и сделала пару глотков. «Я люблю тебя больше авокадо», пронеслось у неё в голове и застыло комом в горле. В дверь настойчиво позвонили. Зия выключил плиту, отставил яичницу в сторону и пошёл открывать. — Что происходит? — на пороге появилась Нергис с недовольным видом. — Ты убежал ничего не объяснив, мою дочь задержали в аэропорту и она со вчера не берёт трубку, вы оба издеваетесь надо мной? Женщина скрестила руки на груди в ожидании ответа. — Успокойтесь, уже всё хорошо, — он говорил очень спокойно, — не будем горячиться, лучше позавтракайте с нами. Мужчина услышал как Аланур поперхнулась тостом. — Я не хочу есть, я хочу знать какого чёрта моя дочь решила сбежать со страны?! — она решительно двинулась к ней. — Ты скажешь мне что тебе взбрело в голову или нет?! Нергис нервничала и срывалась на крик. — Мама, я не маленькая девочка и не должна спрашивать у тебя разрешения. — Ты решила отказаться от всех и уехать? Ладно я, ты о муже подумала? Он и так места себе не находит. Нельзя быть такой эгоисткой! Теперь нервничать начала Аланур. — Давай не будем выяснять отношения, я не готова сейчас всё это слушать. — Ты никогда не воспринимаешь критику! Неужели так тяжело признать, что я могу быть права? — Всё, хватит, — Зия подошёл к жене, — оставь нас наедине, пожалуйста. — Как скажете, господин Карлы, — она демонстративно поднялась, — Ваш дом — Ваши правила. У Аланур с глаз летели искры, но она гордо развернулась и пошла в спальню. — Ничего не понимаю, — Нергис пыталась разобраться в ситуации, — что между вами происходит? — Ваша дочь беременна и она хотела сбежать от меня, — он взял тост и спокойно откусил кусочек, пока его теща поднимала с пола челюсть. — Что?! — женщина пыталась переварить информацию. — Я стану бабушкой? Нергис налила себе воды и немного выпила. — И она ничего мне не сказала… — Если Вас это успокоит, то мне тоже. — Я должна поговорить с дочерью! Это очень безответственно с её стороны! Она совсем сошла с ума?! — Этого не будет. Зия спокойно доедал свой завтрак. — Не поняла… — Что бы не сделала Аланур, она носит моего ребёнка, и я не позволю её лишний раз доводить, даже родной матери. Ей и так непросто, и поверьте, она прекрасно понимает что сделала, не нужно добивать её ещё больше, когда ей и без того тяжело. — Как ты можешь так говорить? Её задержали в аэропорту, ты хоть представляешь чём всё могло обернуться? — Мы говорим о взрослом человеке, моя жена может совершать ошибки и пусть я не до конца могу с этим смириться и принять, но это не значит, что её можно отчитывать и тыкать в них носом. Мы со временем сами разберёмся с этим, а пока моё предложение по поводу завтрака ещё в силе. Зия улыбнулся и протянул тосты Нергис. — Садитесь, я сделаю Вам кофе. — Она хоть понимает, как ей с тобой повезло? — Очень на это надеюсь, — он рассмеялся, хотя на душе скребли кошки. Его ровный тон успокоил женщину и она села туда, где до этого сидела её дочь. — Сильно злишься на неё? — Нергис внимательно посмотрела на зятя. — Такие поступки выведут из равновесия любого, я тому яркий пример. — Не стану отрицать очевидного, — Зия положил кофе на стол и сел напротив неё, — я прекрасно понимаю, что есть причина и она боится, и страх мешает ей поделиться со мной своим волнением, но без доверия этот брак теряет свой смысл. — Скажу тебе как женщина, возможно очевидные вещи, но когда мы что-то теряем, нам трудно с этим смириться, а если эта потеря это часть тебя, это буквально выбивает почву из-под ног. Я расскажу тебе кое-что, а ты послушай и реши как с этим быть. Она сделала глубокий вдох и продолжила. — До тебя Аланур довольно долго встречалась с мужчиной, которого звали Хасан, если мне не изменяет память. Он мне сразу не понравился, вот было в нём что-то такое, что вызывало недоверие, но разве моё мнение ей было важно? Конечно же нет. Влюбленное сердце не слышит здравый рассудок и не видит подвоха. На этой почве моя дочь разругалась со мной окончательно и мы прекратили наше общение. Конечно я присматривала за ней, хоть она об этом и не подозревала. Так вот, — Нергис сделала несколько глотков ароматного кофе, — когда она узнала что беременна, он тут же осознал, что не готов взять на себя такую ответственность, снял деньги с её счета и улетел первым же рейсом в тёплые края. — Даже представить не могу, как ей было тяжело… — Это ещё не всё. Моя дочь была настолько расстроена его поступком, что выходя с работы её сбила машина и в этот день она потеряла ребёнка. Я конечно нашла лучших врачей, но не смогла к ней прийти сама. — Почему? Мне кажется, ей как никогда нужна была поддержка, — Зия потёр виски пальцами, представив себе эту картину. — Она отказалась от нашего общения в его пользу, а когда он её бросил я должна была явится? Чтобы она увидела мать у которой на лбу написано «я же говорила»? — Не мне судить, но возможно из-за Вашего отсутствия, в этот период возле неё пригрелась змея по имени Кэмаль. — Я признаю что сглупила, все мы не святые, и всех нас держат гордыня и наши страхи. Эта упущенная возможность вылилась сейчас в то, что происходит, и я понимаю что в её действиях есть и моя вина, поэтому рассказала тебе всё как есть. — Это очень важно для меня, Вы даже не представляете насколько. — Глупо говорить что мне бы хотелось повернуть время вспять и протянуть ей руку, — женщина тяжело выдохнула, а на её глазах проступили слёзы, — но меня радует то, что ты даже сейчас остаёшься с ней рядом и делаешь то, чего не смогла сделать я. Он встал, подошёл к ней и слегка приобнял. — Чувство вины ситуации не поможет, а вот если Аланур увидит что мы развели здесь влагу, ей точно станет плохо, — Зия улыбнулся и убрал посуду в умывальник, пока Нергис поправляла свой безупречный вид. Аланур спустилась к ним уже одетая в зелёное платье и бежевое пальто. — Не хотела вам мешать, но мне нужно прогуляться на свежем воздухе и заехать в торговый центр, — она по привычке надела каблуки и посмотрела на себя в зеркало. — Хорошо, Мурат поедет с тобой, — Карлы взял телефон и написал кому-то смс. — Это ещё кто такой? Мне не нужно сопровождение. — Я поехать не могу, у меня совещание в офисе, а одну я тебя, если ты помнишь, больше не оставлю. — Может он будет жить в нашем доме и ходить со мной в уборную? Я ведь там тоже одна! — Язви сколько хочешь, но будет так, как я сказал. Его тон не терпел возражения. — Прекрасно! — Аланур надула губы и отвернулась от него, скрестив руки на груди. — Вас куда-то подбросить? — Зия посмотрел на её мать. — Спасибо, не нужно, мой водитель ждёт в машине, нужно разгрести текущие дела и окончательно уладить твоё. Она направилась к двери. — Тогда я пойду собираться, — мужчина подошёл к жене и чмокнул её в тёмную макушку, — он уже ждёт. Будь осторожна, если что, я на связи. — Угу, — Аланур кивнула, открыла дверь и они с матерью вышли на улицу. — Если родиться девочка, наше трио сведёт Зию с ума окончательно, — Нергис рассмеялась, глядя как дочь закатывает глаза. — Не маленький, как-нибудь справится. — Храни его Аллах ещё много лет и дай стальные нервы, чтоб пережить аттракцион, который устроила Аланур. — Что тут сказать. Аминь. Она развела руками и обреченно направилась в сторону ждущего её парня. Нергис листала почту в телефоне, как вдруг, почувствовала толчок, словно кто-то стукнул машину в бок. — Метин, там на одного бессмертного на дороге стало больше или мне показалось? — Сейчас мы это выясним. Они остановились и женщина вышла оценить ситуацию. Из соседней машины вышел мужчина на лет 5 старше её и подошёл к ним. — Прошу прощения! С Вами всё в порядке? — ему было крайне неловко. — Подписать приговор Вам сейчас или дождёмся суда? Вы что, первый раз за рулём?! Женщина смотрела на вмятину и облезлую краску с недовольным лицом. — Я оплачу ремонт, не волнуйтесь, просто отвык от наших дорог. — Конечно, оплатите, это даже не обсуждается, — Нергис заметила, что он довольно симпатичный и смягчила тон, — на новичка вроде не похожи. — Буду считать это комплиментом, — он улыбнулся, — позвольте мне загладить свою вину и пригласить Вас на ужин. — Допустим, этот вариант возможен, — женщина вытащила свою визитку, — наберите меня вечером, мне нужно чтоб этот день закончился чем-то хорошим. — Постараюсь оправдать Ваши ожидания, — он протянул ей руку, — начнём со знакомства, Осман. — Нергис, — она подала ему руку в ответ и он её поцеловал, — не расслабляйтесь, Вы всё ещё должны мне за ремонт. — Как только я получу от Вас счёт, тут же его закрою. — Хочется верить в Вашу порядочность, но скажу сразу — со мной лучше не шутить, и это я говорю не от себя, а от имени закона. — Вечер ещё не наступил, а Вы уже меня заинтриговали. — На этой прекрасной ноте, я продолжу свой путь. До ужина ещё далеко, а дела сами себя не решат. — Не буду спорить ни с Вами, ни с законом, — Осман помог ей сесть в машину, — теперь я знаю, что ничего случайно не происходит. Он смотрел ей вслед с довольной улыбкой. Аланур выпила кофе и успела заскочить в несколько магазинов, прихватив оттуда с собой пару костюмов и любимые десерты. Она остановилась возле детского мира и желание зайти туда взяло над ней верх. Женщина оставила Мурата с пакетами возле входа и начала разглядывать детские вещи. — Я могу Вам чем-то помочь? — девушка-консультант подошла к ней и улыбнулась. — Честно говоря, я не знаю что хочу. Я даже не знаю, кто у меня будет, — Аланур провела рукой по белой распашонке со звездочками и погладила ладонью свой живот. — Не страшно, есть одежда которая подойдёт и мальчику и девочке, Вы как раз на неё смотрите, — девушка развернула перед ней вещь, — никакой привязки к полу и цвету, и звезды очень мило смотрятся и украшают ткань. — И правда мило, мне нравится… — она задумчиво смотрела, не отрывая свой взгляд. — Как вариант можно посмотреть погремушки или ночники, у нас как раз есть со звездочками и в виде разных зверушек. — Упакуйте пока это, остальное мы выберем с мужем, — Аланур не хотела уходить отсюда с пустыми руками. Девушка кивнула и пошла на кассу. — Сколько лет, сколько зим, — она услышала за спиной голос от которого ей стало не по себе и медленно развернулась. — Хасан?! — женщина не верила своим глазам. — Я думал ты меня уже забыла, — он улыбнулся и подмигнул, — где бы мы ещё встретились. — Тебя забудешь…звучит как издевательство, после того, что ты натворил, — она начинала злится на него, вспомнив все свои обиды, — что ты вообще здесь делаешь? — То же что и ты, выбираю с женой вещи для малыша, — он указал пальцем на женщину, которая общалась с продавцом, — ты ведь снова в положении… Его слова прошлись, словно нож по её хрупкому сердцу. — Как тебе вообще хватает совести стоять сейчас передо мной и что-то говорить?! — Аланур буквально кричала на него. — Тише, успокойся, знаю, что в это трудно поверить, но я изменился, — Хасан говорил очень убедительно, — я должен был уже давно извинится, правда, прости меня… — Изменился? — она истерично рассмеялась ему в лицо. — Такие как ты, никогда ничего не ценят и никогда не меняются. Ты хоть представляешь, что заставил меня пережить?! Женщина сжала кулаки от злости так, что они побелели. — Я попала под машину, после того как ты меня бросил! Я потеряла ребёнка! Ты просто сломал мне жизнь! Ты бы видел глаза водителя! — Я знаю, что мне нет оправдания, знаю, что сломал тебе жизнь и это худшее, что я мог сделать, но даже тогда ты была лучше меня, ты ведь не стала ломать жизнь парню, — он запнулся и замолчал. — Погоди, — её сердце забилось с бешенной скоростью, — откуда ты знаешь кто был за рулём, ты улетел, когда я попала в больницу и сейчас я этого не говорила. Глаза Аланур расширились от осознания происходящего. — Я просто предположил, — он попытался натянуть улыбку, — смысл в том, что я правда очень виноват перед тобой, и если ты сможешь меня когда-нибудь простить… — Я не говорила кто был за рулём, — Аланур повторяла, не отводя глаз, — ты мог это знать, только если приложил к этому руку… — Это бред, в который ты хочешь верить, я понимаю что ты себя винишь. Воздух разрезала звонкая пощечина. Она замахнулась и ударила ещё раз. К ним тут же подбежала его жена, а в магазин влетел Мурат. — Что происходит?! Кто эта сумасшедшая?! — женщина удивленно смотрела на мужа. — Госпожа Аланур, что с Вами? — парень был взволнован. — Всё в порядке. — Всё хорошо, — Хасан взял жену за локоть, — нам пора, придём сюда в следующий раз. — Я хочу знать, что случилось! — То, что выходя за него замуж, ты совершила самую большую ошибку в своей жизни. Такую мразь, нужно ещё поискать. — Да как ты… — она не успела возразить. — Пошли говорю, — он буквально прошипел ей в лицо, — я объясню всё потом. Только когда Хасан с женой исчезли с виду, Аланур схватила парня за предплечье и начала тяжело дышать. — Ничего не в порядке, — её глаза наполнились слезами, — забери то, что я купила и отвези меня домой, я не хочу здесь больше находиться. — Как скажете, — Мурат понимал, что придётся рассказать Зии плохие вести. Зия мчал домой быстрее обычного. Он выслушал рассказ парня по телефону и его порадовало только то, что Аланур была не одна. Он знал, что дело серьезное, она никогда бы не подняла руку на постороннего человека, тем более в магазине. Ему срочно нужно было увидеть что с ней происходит. Мужчина влетел в дом и поднялся в спальню, но её там не было. Он услышал звук воды и пошёл в душ. Аланур сидела на полу в его чёрной футболке, в которой он был утром и плакала, вытирая слёзы распашонкой, которую купила, а с крана со всей силы лилась вода. Зия её выключил и подняв жену на руки, понёс в комнату, после чего усадил на колени и прижал к себе, целуя в макушку. — Ты же понимаешь, что так нельзя? — он гладил её по спине, пытаясь успокоить. — Нужно поговорить, иначе легче не станет. Она ещё больше зарыдала, уткнувшись лицом в детскую вещь. — Дорогая, если бы я мог забрать твою боль, я бы сделал это не задумываясь, — мужчина убрал её руки от лица и отложил распашонку в сторону, — поговори со мной милая, я прошу тебя… — Ещё вчера тебе невыносимо было спать со мной в одной кровати, а утром мы играли в вежливых взрослых, что мне тебе сказать? — она смотрела на него опухшими красными глазами. — Ты прекрасно понимаешь, что все люди проживают свои эмоции по разному, я могу злиться на тебя, быть расстроенным, но это не значит, что я люблю тебя меньше, — Зия вытер влагу с её щеки, — твоё недоверие ранит меня больше всего и я не хочу чтоб ты замыкалась в себе, ты же не одна, Аланур, видишь, я рядом… Он прижал её крепче к себе. — Расскажи мне что случилось в этом магазине, кто тебя так расстроил, кто заставил мою беременную красивую жену нервничать. — Я не знаю, что происходит, что со мной не так, — она заплакала с новой силой, — прости, что я хотела уехать, прости, что не сказала про ребёнка, ты такого не заслужил. Её руки сжали края его пиджака, и женщина всхлипывая, уткнулась в его шею. — Поплачь, если тебе станет легче, — Зия гладил её волосы, согревая тело своим теплом, — может сделать тебе что-то попить? горячий чай или твой любимый кофе? Она отрицательно покачала головой. — Ну хорошо, это был он? Ты увидела своего бывшего? — он говорил тихо и спокойно. — Да… — И он снова тебя ранил? Сказал что-то про ребёнка? Я знаю, дорогая, что ты пережила. — Откуда? Кто тебе рассказал? — Сначала Кэмаль, а сегодня Нергис, когда заходила к нам в гости. — Кэмаль? И ты так долго молчал и не спрашивал меня? Аланур удивленно посмотрела на мужа. — Я не хотел на тебя давить, ждал пока ты сама расскажешь. — Представляю, что наговорила мама… — Она беспокоилась о тебе и тогда и сейчас, даже если в это трудно поверить. Так что он тебе сказал? — Зия гладил её по щеке, пока она дёргала его пуговицу на рубашке, пытаясь успокоится. — Ты же знаешь, что нельзя ложиться спать, если тебе тяжело на душе. Посмотри на меня. Она взглянула ему в глаза, а по щеке снова покатилась слеза. — Он сказал, что я лучше него, потому что не посадила парня, который меня сбил в тюрьму, но… — Аланур запнулась, пытаясь сглотнуть ком, который подобрался к горлу, — но он не мог знать кто был за рулём, если… — Если не он это устроил? Она кивнула и начала вытирать влагу с лица руками. — Конечно ты лучше, ты смелее и сильнее его. Иди ко мне, — Зия поцеловал её руки и взял в свои, — всё уже прошло, ты дома, ты в безопасности и я не дам тебе навредить. — Я думала, что не переживу это тогда. Я не чувствовала ничего кроме боли, глушила её алкоголем и была на грани полного отчаяния. А он спокойно смотрел мне сегодня в глаза, хвастаясь тем, что у него всё хорошо. — Мне очень жаль, что так случилось, что ты столько пережила, но теперь твоя боль это и моя боль, твоё отчаянье это моё отчаянье, ты не будешь больше страдать в одиночестве, тебе не нужно глушить всё алкоголем, мои объятия всегда открыты для тебя и я могу укрыть тебя в них от окружающих бед и спрятать от тревог, и я верю, что наш малыш принесёт большую радость и сделает нас чуточку счастливее. Тем более его мама уже купила ему подарок. Он взял распашонку и улыбнулся. — Эти звездочки такие милые. — Ты тоже так думаешь? — Аланур на секунду улыбнулась и снова заплакала. — Ну чего ты, жизнь моя, ну всё… — Зия укачивал её как ребёнка, осыпая поцелуями, — ты хотела залить дом и водой и слезами? — Я так сильно тебя люблю, — она обняла его за шею и прикрыла глаза, — ты самый лучший и терпеливый муж. — И я тебя люблю, милая, — он аккуратно поцеловал жену, нежно касаясь её губ своими, — тебе нельзя нервничать из-за уродов, которые не стоят ни одной твоей слезинки. — Пусть радуется, что я его не убила, — она успокоилась в его руках. — Мы точно не семья какой-то мафии? В тебя стреляли, похищали, на меня убийство повесить хотели, что мы детям рассказывать будем, — Зия рассмеялся, целуя её в шею. — Что их родители сошлись психологическими травмами, — Аланур погладила его бороду и поцеловала в кончик носа, — я совсем забыла, я же принесла тебе кое-что очень вкусное. — У меня уже есть кто-то сладкий, — он снова её поцеловал. — Но ты должен попробовать, — она поднялась и взяла его за руку, отводя за собой в кухню. Женщина открыла холодильник и достала небольшой пакетик. — Эти моти просто сказка, особенно с кокосом и миндалём, — Аланур взяла одну и поднесла к нему, — я знаю, что тебе понравится, сама за них душу продам. — За пирожные, даже не за меня? — Зия улыбнулся и откусил половину. — И правда, очень вкусно, чур все мои. — Так нечестно, мне надо есть за двоих, и нельзя нервничать, я же беременна. — А мне значит можно? — И тебе нельзя, у тебя жена беременна. Он рассмеялся и притянул её к себе за талию. — Почему мои вещи на тебе смотрятся намного лучше? — Потому, что ты меня любишь? — Аргумент железный, — Зия погладил её по волосам и заглянул в глаза, — ты знаешь, что ты мой комочек счастья? — Этому комочку холодно спать одному, — она расстегнула его рубашку и запустила под неё руки, проводя кончиками пальцев по спине, — ты же не хочешь, чтоб я замёрзла… — Не провоцируй меня, иначе в спальне станет душно… — Мне нравятся твои угрозы, — Аланур облизала губы и притянула его к себе, — не смей больше засыпать один. Он запустил руки под футболку и страстно её поцеловал. — Любой каприз, моя девочка, кроме побега. Она мило надула губы и Зия снова поднял её на руки. — Я найду тебя даже на краю света, — он направился в спальню, по пути целуя своё сокровище.