Пляж

— блять, Минхо, что ты, черт возьми, делаешь? — спрашивает Джисон, пытаясь убрать руку Ли с его задницы. Они, вообще-то, приехали на курорт и в данный момент находятся на пляже. В воде. Где много народу и детей. Хоть и был вечер, людей меньше не становилось, потому что кто-то не любит самый солнцепек, как и, например, Минхо с Джисоном, поэтому приходят вечером. Что этот котяра снова удумал? — да ладно тебе, Хан-и, я каждый день так делаю, — он сильнее сжимает ягодицу, от чего Хан весь напрягается. Ладно если бы Мин делал это в месте, где меньше народу, но здесь, посреди, мать его, пляжа, Джи не очень хотел делать что-то подобного характера. И, словно читая мысли своего парня, Минхо произнес: — а что ты себе там уже надумал? — и лыбится во всю харю, будто не встречается с Ханом уже третий год и не знает, что он пиздецки тащится по его рукам, особенно, когда те сжимают его бедра или задницу. Мин сильнее то сжимал, то разжимал. Прям массаж, спасибо. — ничего такого, но учитывая твой характер, Хо, ты был бы вовсе не против отыметь меня здесь, — закатывая глаза, отвечает Джисон, хотя внутри дико пищит от рук Минхо. Повезло, что Мин стоит сзади, и увидеть красные щеки Джисона не может, иначе его радости не было бы предела. — а ушки то красные, Хан-и, — шепчет Ли в загривок, смеясь еще больше. Блять. Джисон ненавидел и одновременно любил свою реакцию на своего парня, потому что Минхо явно нравилось, когда Хан так реагировал, но с другой стороны… Они все еще на сраном пляже, где сраная туча людей, которые совсем ничего не подозревают. — эт-то потому что жарко, солнце пекëт, — Джи, ты идиот? Закат уже почти прошел, солнце село, какой пекëт? Жопа твоя пекëт? Это будет более правдиво. Еще и заикнулся, черт, теперь Мин точно его не отпустит. — ох, да ты же мой бедный малыш, может тогда пойдем в номер, охладишься? — с очень плохо скрываемой улыбкой и притворным беспокойствием сказал Минхо, чуть опуская руку, надавливая на сжимающийся проход. — б-блять, — всхлипнул Хан. — Минхо, ты издеваеш-шься? — запинался, потому что его дырочка все еще помнила, как ее хорошо разработали утром языком. — о, мое золотце, конечно же нет, просто хочу отвести тебя за вон ту буну, — он указал на буну, в конце которой, как знает Джи, есть продолжение, но его не видно из-за того, что оно под водой. Если встать на камни внизу, то вода будет между грудью и животом. Приличная глубина, в общем. А еще оттуда не видно ничего со стороны пляжа. Об этом Джи тоже подумал, но замер, как только его уха коснулось горячее дыхание: — и хорошенько трахнуть еще раз, — Мин слегка улыбнулся, кладя вторую руку на соски Хана, почти невесомо поглаживая. — ты гадина такая, — с притворным раздражением сказал Джисон, но ничего не ставил против маленькой и больно уж заманчивой идеей Минхо. — но ты меня таким любишь, — улыбался Ли, сжимая сосок более ощутимо. Джисон не ответил. Он просто прижался к Мину сильнее, еле сдерживая стон и как бы намекая, чтобы они быстрее уже подплыли к несчастной буне. Ли вновь лишь улыбнулся, беря за руку свое золото, заплывая за камень. Как только они лишились посторонних глаз, Джисон вжал Ли в этот камень, за которым они спрятались, чтобы сразу впиться в губы, начиная практически пожирать их. Такие незаконно сладкие, мягкие и дурманящие, что глаза закатываются. Проникая языком внутрь чужого рта, Джисон пытался заглушить в нем свои стоны, потому что Минхо снова положил свои руки на его задницу, до дрожи приятно сминая еë и кусал губы в ответ. Хан мог лишь хвататься за плечи своего парня, оставляя на них полосы, которые быстро сходят и пытаться урваться за первенство в поцелуе, что пока выходит довольно неплохо. Хо лишь покусывал губы и мял ягодицы, хотя в своей голове усмехался, как его малыш хочет быть первым, когда дело касается постели. Поэтому позволял вести, когда Джи спустился поцелуями на шею Минхо, оставляя укусы, которыми потом будет любоваться. Ли глубоко дышал, массируя голову Джисона, за что тот почти мурчал в его ключицы, которые терзал будь здоров. Старший оттянул Хана от своей шеи, хватая за волосы, притягивая для очередного поцелуя. Руками пролез под трусы, сжимая ягодицы до красных отметин, глотая глухой стон парня. Джи разорвал поцелуй, утыкаясь в плечо Минхо, тихо всхлипывая, когда тот обводил пальцем розовый вход. — готов? — спрашивает Мин, хотя зачем, когда они для этого сюда и пришли. — д-да, боже, — пискнул Хан, когда в него проник один палец. Он всегда быстро заводился. Даже сейчас, вроде, только начали, а все лицо уже румяное и прекрасные блестящие глазки переливаются пеленой похоти. Из-за утреннего секса Джи был не таким тугим и скоро Ли вставил второй палец. Поскольку они в воде, это облегчает растяжку. Массируя мягкие стенки, Минхо продолжает глушить стоны Хана своими губами, пока второй цепляется за затылок Хо, поглаживая мягкие и мокрые волосы, целуя еще напористей. Второй рукой Ли прижимает парня ближе к себе за талию, поглаживая бархатную кожу, которую хочется разорвать своими зубами, чтобы Хан весь ходил в отметинах от него. Чтобы его и без того прекрасное тело было украшено отметинами зубов своего парня. Но это они оставят на потом, когда вернутся в номер. Сейчас же, Минхо меняет их местами, разворачивая младшего лицом к камню, заставляя вжаться в него, надавливая на лопатки. Хан стонет. Очевидно высоко и протяжно стонет, когда его за волосы прижимают к крепкой груди и вгрызаются в шею, пальцами продолжая массировать проход. — будь тише, золото, — Минхо убирает руку с волос, закрывая ею рот Джисона, продолжая входить уже тремя пальцами. Хан постучал по руке Хо, от чего тот отстранил ее. — мм, — промычал Джи, пытаясь связно сказать предложение, что почти невозможно для него, когда пальцы Ли коснулись простаты, — ах! — Глаза закатились, он и вовсе забыл, что хотел сказать. Сейчас он лишь толкался бедрами навстречу пальцам, насколько это было возможно в его положении. — что, крошка? Ты что-то хотел? — издевается Ли, специально не двигаясь внутри, лишь слегка нажимая на простату. Джи начал извиваться под ним, стараясь руками зацепиться за камень перед собой и что-то бормоча. Кажется, это были мольбы, чтобы Минхо наконец вошел, но старшего такой ответ явно не устраивал. Он наклонился к уху, влажно облизывая мочку, а затем низко прошептал: — ну-ну, Хан-и, дорогой, если ты не скажешь мне, чего хочешь, то я оставлю тебя здесь в таком виде, — снова насмехается. Они оба знают, что Ли так не сделает, но эта игра всегда оставалась неизменной в их постельный жизни. — ах, Минхо, прошу, вставь мне уже, — слезно прошептал Джисон и в него тут же вошли. Заполнили одним точным, глубоким и резким — насколько позволяла вода — движением. Вскрик Хана утонул в ладони Минхо. Глаза закатились, кажется, до самого мозга, иначе Джисон не может по другому объяснить то, как на пару секунд у него потемнело в глазах. Было влажно и достаточно подготовки, чтобы не дать времени на привыкание. Хо сразу стал делать более резкие толчки, второй рукой держа Хана за талию, еще глубже насаживая на свой член. Смотря, как расцветают первые засосы, Ли начал покрывать спину повторными мягкими поцелуями, контрастируя с мощными толчками. Джисон нещадно надрывал горло, мыча в руку как только мог. Скрывать свое удовольствие у него выходило плохо. Он подмахивал бедрами навстречу насколько это было возможно и пытался прижаться к сильной груди. Минхо притянул его ближе, почти сливаясь воедино, не прекращая свои поцелуи, перемещаясь ими на плечи и целуя уже не так невинно. Буквально вылизывая и всасывая нежную кожу, иногда прикусывая ее, он стал еще сильнее вбиваться в податливое тело. Повсюду были брызги от того, как шлепаются их бедра друг о друга, создавая маленькие волны вокруг. У Джисона голова шла кругом. Глаза все время зажмурены, а если и открывались, то сразу укатывались к другой части головы. Ему было так хорошо, что ловля звезд казалась ему максимально реальной. Он сходил с ума от того, что дарил ему Минхо. Всегда. Поэтому Джи склоняет шею, умоляя, чтобы Хо пометил его везде, куда достанет. И Минхо делает. Кусает тонкую изящную шейку, не желая оставлять на ней живого места. Сжимает хрупкую талию в своей руке явно до синяков, замедляя толчки, но продолжая делать их настолько глубокими, что у Джи на животе выпирает. Он мычит, пытается попросить быть быстрее, от чего слезы начали течь из глаз. Минхо, будто чувствуя, что Хан хотел что-то сказать, отстранил руку от его рта, замирая внутри. — М-минхо? — Джи тяжело дышал, пытаясь повернуться и посмотреть в глаза своему парню. Ли отстраняется от шеи, сразу пристраиваясь к красному уху и отвечает: — Мне показалось, или ты что-то хотел, Хан-и? — снова низко шепчет, словно убить хочет. Знает же, что это всегда действует лучше всего. — о, боги. Минхо, прошу, — всхлип, — быстрее, — он ëрзал, пытаясь самостоятельно двигаться, но тут скользко, а Джи вообще еще не утонул только благодаря руке Минхо, которая держит его за талию. — хмм, — протянул Ли, издеваясь и упиваясь тем, как в нем нуждаются, — может, мой малыш хочет что-то еще? — Прикусив мочку, он опалил ее горячим дыханием, где-то внутри умиляясь, как парень под ним вздрогнул. — да блять, умоляю, Минхо, двигайся, — тараторил Джи, — просто двигайся, прошу, — к глазам снова подступили слезы. Хан хотел еще что-то сказать, но не успел. Два пальца Ли проникли в его рот и он вышел до самой головки, толкаясь внутрь с новой силой, неприлично и пошло хлопая своими бредрами о чужие. Джисон издал громкий звук, больше похожий на мурлыканье. Он спохватился и попытался заглушить себя, кусая пальцы Минхо, не успевая глотать слюну, отчего та стала сильным ручьем стекать по руке Хо и капать в воду. Вторая же рука, что до этого лежала на талии, переместилась на живот младшего, ощупывая выступающий бугорок. Минхо усмехнулся про себя и резко надавил на него. Джи будто замер на пару секунд, или для него просто остановилось время на мгновение. По правде он согнулся почти пополам, издавая заглушенный стон и словил, кажется, миллионы звезд разом. Это было так приятно, что для него все исчезло в этот миг. Существовал только его любимый Хо, которые прекрасно долбил Хана своим членом. В момент когда Джи согнулся, у Минхо, во-первых, спëрло дыхание, потому что стимуляция была сильнее и от этого, серьезно, не грех потерять голову. А во-вторых, Хану походу это очень понравилось, что радовало Ли, но тот чуть не уебался об камень своей прекрасной головушкой и Мин, успев среагировать, не придумал ничего лучше как надавить на живот парня еще сильнее, притягивая к себе, снова прогибая в пояснице и вжимая в камень. — Мх! — громко всхлипнул Джисон, на секундну широко открывая рот, от чего слюна брызнула в стороны, а пальцы Минхо больше не находились между зубов Джи. От такого давления он, буквально, задохнулся, но каким-то образом успел что-то сообразить, снова прикусывая пальцы Хо. Слезы брызнули с новой силой, делая его лицо и руку Ли еще мокрее. — а тебе, я смотрю, очень понравилось, да, Хан-и? — сказал Минхо таким тоном, который требовал явный ответ, зная, что Джисон вряд ли сейчас вообще способен подумать об ответе. Джи лишь проскулил, махнув головой, намекая на ответ «да», но Минхо ждал слов, поэтому повторил: — ну же, детка, ответь или мне стоит прекратить? — Хан снова не ответил, ведь Ли продолжал давить на живот и ужасно медленно-тягуче двигаться, а Хан продолжал сладко скулить, пытаясь собрать мысли в кучу. Минхо, видя, как парень мучается и пытается, решил все же пожалеть его: — ах, так принцессе настолько понравилось, что она не в состоянии ответить? — притворно смеясь, сказал Мин, хотя сам дико тащился от такого чувствительного и разрушенного Хана, — тогда я позабочусь о тебе, но знай, — снова этот гад понижает голос и говорит, шепча, — это был последний раз, потом будешь вымаливать прощение, но как именно ты это сделаешь, у тебя еще будет время подумать. И резко стал двигаться быстрее, толкая пальцы дальше в глотку Джисона, чувствуя, как бедный малыш и вовсе забыл, как глотать слюну. Хан откровенно плакал от удовольствия, не сдерживая слез, издавая очаровательные звуки из-за руки Минхо в его рту. Солнце село, но было еще не так темно, последние лучи еле касались земли и Хо откровенно наслаждался тем, как выглядел Хан. Его спина блестела от воды, красиво изгибаясь в таком полумраке, а еще самым прекрасным было то, как чудесно смотрелись красные лепестки на лопатках, загривке, плечах и шее. Весь Джисон был невероятен, но с этими пометками «собственности», которые пренадлежали Минхо, он выглядел лучше, чем что либо на этой чертовой земле. — мм… м… — с придыханием мычал Джисон, пытаясь предупредить, что он уже близко. Минхо снова ускорился, зажимая язык Хана между указательным и средним пальцем, от чего его кончик высунулся. Как бы ему хотелось сейчас видеть лицо своего парня. Наверняка он выглядит как самая лучшая и горячая порно-звезда. С этим грешно высунутым языком и закатанными, слезными глазами. С мокрыми волосами, что прилипают ко лбу и с тем беспорядком, что сейчас происходит в его рту. Черт. Он явно сведет Минхо в могилу. — да, золото, я тоже… Скоро, — тяжело дыша, предупредил Ли. Толчки стали мелкими, но еще более быстрыми. Они оба были безумно мокрые, рука Минхо, кажется, уже пропиталась слюной Джи, в то время как сам Хан, не понятно как еще дышал — пытался — пока его так прекрасно трахали, а все лицо было в слезах. На живот до сих пор давили, иногда поглаживая и Хан конкретно сошел с ума. Он абсолютно жалко и высоко скулил, показывая свой язык еще больше, слегка двигая им, пытаюсь облизать пальцы Ли. Минхо же тихо рычал и шипел, чувствуя, как до его пальцев пытаются хоть как-то дотронуться. Это супер умиляло. Еще пара толчков и Хан особенно громко пискнул, кончая, невыносимо приятно сжимаясь на члене Минхо. От этого старший, словив очередные звезды перед глазами и сделав последний толчок, тоже кончил глубоко в Джисона, кусая его за загривок. С минуту приходя в себя, Минхо увидел белое пятно, которое расплылось прям перед Ханом и поспешил расплескать его, чтобы оно растворилось в воде. — фу, какой ужас, — сказал Хан, чуть придя в себя. — согласен, — отвечает Хо, улыбаясь, и выходит, — солнце, все в порядке? — да, но… — младший разворачивается лицом к Хо, выглядя очень потерянно, но Минхо в любом случае поставит ему миллиард баллов из ста. Хан взял руки Ли в свои, поглаживая пальцы, которые буквально две минуты назад кусал в порыве страсти. — о, боже, Хан-и, — Минхо мягко смеется, кладя одну руку Хану на голову, заглядывая ему в глаза, — все хорошо, у тебя язык то не болит? — нет, все нормально, — отвечает чуть робко Джи, отворачиваясь, — по крайней мере, пока. Ты, вообще то, кончил в меня. — сожми свою попку по крепче, а когда вернемся в номер, обещаю, все вымою, — кажется, ухмылка никогда не сходит с лица Минхо, что иногда дико бесит Хана, но он все еще до дрожи во всем теле любит его, — но помни про прощение, — тихо добовляет Мин, подмигивая. Он снова заливисто смеется, видя, как Джисон растерянно округлил глаза и натянул на него трусы, слегка шлепая по ягодице и тоже самое проделывая с собой. Без последнего. Ну, как, последние сделал Джисон, когда они вышли на берег. Да и шлепнул он так яростно, что точно останется красный след. Ну ничего. Это за то что приставал. И конечно же он никогда не признается, что конкретно тащится от такого.