#AskTodomomo

— Я не уверен, почему мы должны сниматься в наших геройских костюмах, — Шото говорит, надевая сапоги. Момо, проверявшая внешний вид перед зеркалом, передвигает ремень под оптимальным углом. — Что ж. Мы представимся, как Креати и Шото в интервью, так что имеет смысл, что нас попросили появиться так. — Действительно есть разница? — Шото пожимает плечами. Это часть причины почему он выбрал собственное имя в качестве геройского имени. Он не играет роль, когда работает, как герой; он тот, кто он есть, в костюме или без. Правильно подогнав сапоги, он смотрит вверх и видит Момо, всё ещё работающую над ремнём. Он встаёт с сиденья и встаёт позади неё. Момо внезапно чувствует пальцы, касающиеся задней стороны шеи. — Ш-шото… ! — Момо краснеет. — Часть твоего хвоста запуталась в воротнике, — говорит он. Он осторожно достаёт его и поправляет воротник. — Вот. — Спасибо, — бормочет она. Озадаченный кратким ответом, он смотрит в зеркало и видит её покрасневшее лицо. Он весело фыркает, прежде чем положить подбородок на её правое плечо. (Очень очаровательно, как она при этом подпрыгивает). — Хм? Ты ожидала, что я сделаю что-то ещё? — Шото спрашивает с маленькой самодовольной улыбкой, которая никогда не перестаёт сводить её с ума. — Н-нет! — Момо практически кричит. — Я была удивлена, вот и всё! Затем она пытается отодвинуться, но его руки обнимают её за талию. Её уже красное лицо становится на несколько оттенков темнее, но всё, что он делает — это поворачивает голову, чтобы оставить лёгкий поцелуй на её щеке. — Не волнуйся, я не сделаю ничего непрофесионального, — говорит он. Рука Момо покоится на его руках вокруг её талии, когда она дуется, по-видимому не имея никаких аргументов. Довольный его победой, Шото движется, чтобы ослабить хватку, но она тянет его руки назад. Затем Момо вытягивает голову, чтобы встретиться с его. Так близко, что их лбы почти соприкасаются. — По крайней мере, ты можешь сделать лучше, чем поцелуй в щёку, — она хмыкает. Её дыхание доходит до его губ и Шото резко чувствует: он в настроении быть очень, очень непрофессиональным. — Шото? Креати? Пять минут и мы начинаем, ладно? Эффект мгновенный: Момо выпрыгивает из его рук, а Шото поднимает обе руки, словно сдаваясь. Потом они вспоминают — дверь заперта и хихикают из-за преувеличенной реакции друг друга. — Мы скоро выйдем, — кричит Момо. Шото разглаживает перед костюма. — Давай покончим с этим. — Потом, смотря на Момо с выражением, которое может быть описано только, как опасное, он добавляет. — Я сведу счёты с тобой позже. Момо только уверенно улыбается ему, направляясь к двери и выходя.

***

Их ведут к декорации, оформленной в виде столика в кафе — есть даже «вид из окна» на людей, ходящих снаружи, что в действительности просто повторяющееся видео. Но не это привлекает внимание Момо. На столе лежит выбор из восхитительных кондитерских изделий. Торты, макароны, фланы… есть даже готовый чай. Она настолько очарована видом, что прежде чем Шото осознаёт это, она отходит от него и уже сидит за столиком. — Вам нравится, Креати-сан? — спрашивает директор, подходя к ней. Момо может только легко кивнуть, не сводя взгляда с угощений перед ней. Когда Шото тоже занимает место, директор объясняет: — Мы хотим, чтобы герои отдыхали, общаясь с их фанатами здесь, поэтому подумали, что вопросы и ответы будут выглядеть более непринужденно, если они будут проходить за едой и напитками. «Если они хотят, чтобы герои отдыхали здесь, зачем мы надеваем наши костюмы…» Кажется, Шото никогда не поймёт эту часть геройского бизнеса. Но Момо выглядит довольной, так что он полагает, у него нет неотложных жалоб. — Три! Два! Один! И- Играет короткая вступительная мелодия. — Сегодня мы здесь с двумя японскими про-героями: Шото и Креати! Пока весь сегмент сфокусирован на них, ведущий очевидно будет за кадром. При упоминании их имён Момо машет в камеру и очаровательно улыбается. Шото, не уверенный что делать, просто кивает. За камерой появляется карточка-подсказка: Представьтесь. — Всем привет! Я Яойорозу Момо, но вы, вероятно, знаете меня лучше, как Креати. А вместе со мной- Шото задавался вопросом, как ему представиться. А Момо, как оказалось, справилась с этим без лишних вопросов. Так что он смотрит в камеру с небольшой улыбкой (хотя она больше вызвана Момо, чем необходимостью выглядеть дружелюбно на камеру) и слегка наклоняет голову к «аудитории». — Я Тодороки Шото. Моё геройское имя достаточно легко запомнить, так что не буду его упоминать. Улыбки и хихиканье от толпы. Даже Момо выглядит очарованной, что почти забывает о своей очереди. Однако она быстро справляется. — Ну что ж! Сегодня нас пригласили сюда, чтобы ответить на несколько вопросов, которые есть у публики. Конечно, мы попытаемся ответить на них в меру своих возможностей. Затем Шото добавляет: — Конфиденциальная информация, особенно случаи, над которыми мы работаем, не подаётся разглашению. Наши ответы также не обязательно отражают точку зрения наших агентств. Строка звучит слишком корпоративно для настроения, но их агентства настаивали на её упоминании заранее. По крайней мере, Шото кажется, он подходит для такого рода забавной оговорки. Хотя незамеченное обоими, строка вызвала немного весёлых улыбок у толпы. Учитывая то, какие вопросы присылали большинство их фанатов, не так уж много возможностей для раскрытия конфиденциальной геройской работы. — Снова благодарим вас за предоставленную возможность! — говорит ведущий. — Мы будем показывать вам вопросы на экране перед вами, и вам нужно будет ответить. Снова карточка-подсказка: Не стесняйтесь пить/есть, расслабляйтесь! И сегмент начинается.

Какая девушка/парень Креати/Шото?

Глаза Момо немного расширяются, кончики пальцев легко прикасаются ко рту, когда она делает паузу, жуя макарон. Она думала личные вопросы пока не появятся, но вероятно сотрудники перемешали их и решили начать с лёгких тем. — Момо идеальная девушка. Мне не на что жаловаться, — отвечает Шото. Он даже не смотрит в камеру, вместо этого концентрируясь на чае, который наливает в чашку (которую ставит перед блюдцем с макароном Момо). Лёгкий румянец расплывается по щекам Момо, и из-за его комплимента и из-за внимательности. — Шото… замечательный партнёр, во всех аспектах, — начинает Момо. — Он поддерживающий и добрый, даже когда я не в лучшей форме. После этого она дарит Шото почти извиняющуюся улыбку. Такую же, которую она подарила ему на прошлой неделе, когда он узнал, что она умудрилась потратить весь его запас холодной собы в попытке приготовить для него. Воспоминание всё ещё довольно забавное из-за чего Шото отвечает дразнящей улыбкой. — Я не знаю, о чём ты говоришь. Я всего лишь сказал, что у меня нет жалоб к своей девушке? Желудок Момо переворачивается, но она хихикает. Она подносит чай к губам и вдыхает запах. — Тогда, я полагаю, так оно и есть, — говорит она, после делает первый глоток.

Как вы балансируете между работой и личной жизнью?

Шото издаёт ворчливый вздох. Момо, изо всех сил стараясь не рассмеяться, поворачивается к камере, чтобы объяснить. — Простите его за это. На самом деле, мы отменили нашу пятую месячную бронь в ресторане несколько дней назад, потому что его срочно вызвали. — К этому моменту, я думаю, когда мы делаем бронь, они отмечают стол пустым, потому что мы всё равно не придём, — добавляет он, и судя по его тону, рана ещё свежа. — Тогда хочешь ответить? — спрашивает Момо. Тем временем она отрезает себе кусок торта. Шото кивает, раздумывая над ответом несколько секунд. — Это сложно, а иногда очень разочаровывающе, — говорит он. Камера фокусируется на его задумчивом выражении. — Временами сбалансировать оба кажется невозможным. Но- Маленькая улыбка. — Думаю, единственный способ заставить всё работать… что ж, мы уделяем друг другу столько времени, сколько можем, будь то целый день или несколько минут. Я не могу оторвать её от работы, как и она меня. Но когда у меня есть время, она всегда первая мысль в моём разуме. Момо кивает. — Мы оставляем столько времени для себя, сколько можем, и убеждаемся, что не считаем это должным. — Даже так, я подам заявление в отпуск на днях, — говорит Шото, целенаправленно смотря в камеру. Надо надеяться, босс его агентства смотрит это. — Видите ли, Шото очень сильно… переживает из-за этого. Он даже отправляет мне фото, когда патрулирует, — добавляет Момо, слегка посмеиваясь из-за воспоминания о последнем, которое он отправил. Отправитель хмурится. — Я думал тебе понравилось? — Это так! Но… можешь отправлять селфи с лучшего ракурса в следующий раз? — Они под плохими ракурсами? — Шото, одно было настолько близко, что показывало только верхнюю половину твоего лица. — О. — Проходит секунда. — Тогда можешь удалить. Момо выглядит почти оскорблённой. — Точно нет! Камера приближается к ней и она подносит чашку ко рту, скрывая его от Шото. Он всё ещё очень милый, одними губами говорит она.

Какую новую вещь о своём партнёре вы узнали, после того, как начали встречаться?

Учитывая, что Шото занят жеванием в этот раз (видимо, поданные вагаши с чаем ему понравились), Момо отвечает первой. — Это… немного сложно, учитывая что в Юэй мы жили в обжещитие и более-менее уже знали о странностях друг друга, — говорит Момо. Наступает несколько секунд тишины. Наконец, лицо Момо светлеет, когда она хлопает в ладони. — О! У меня есть одна! Шото, который только что допил чай, закатывает глаза. — Снова эта история? Но Момо слишком счастлива, так что его ворчание проходит мимо её ушей. Она смотрит в камеру с серьёзным выражением. — Пожалуйста, представьте такое, — начинает она. — Вы приходите домой после долгого дня работы, с нетерпением ожидая увидеть своего парня, который был один дома, потому что у него выходной. Когда вы заходите, его нет. Вы думаете, а, вероятно, он ушёл за поручением. А потом- Шото стонет. -он лежит на спинке нашего дивана. На полу, прямо там! Конечно, я запаниковала. Он упал в обморок? Его ранили? Напали? Я присела возле него, чтобы проверить и поняла, что… можете вы представить? Он спал! На нашем полу! Момо серьёзно кивает, словно она рассказывает душераздирающую историю. — Подводя итог и отвечая на вопрос, я никогда не знала, что он тип, засыпающий везде. Это действительно стало для меня шоком. Камера переключается на Шото, его лицо выглядит и безразличным, и слегка смущённым. Собравшись с силами, он смотрит в камеру. — В нашей квартире, окно… Точнее, солнечный свет из окна падает только на определённую часть нашего пола. Я пылесосил, когда почувствовал, что эта часть пола теплее других. Я присел на кое-какое время и солнечный свет чувствовался хорошо. До того, как я осознал, я уснул. Вот и всё. — Я думала, ты мёртв, — возражает Момо. — Ну… я не был. — Очевидно желая закончить, он продолжает. — Для моего ответа, Момо читает вслух строчки из романов. Момо ахает из-за предательства. — Последний… он был про горничную и хозяина? Ты была очень похожа на горничную, когда произносила их, — Шото пожимает плечами. — Ты- (Съемка переходит к следующему вопросу по просьбе Креати не включать момент, когда они с Шото начали перебрасываться фруктовыми начинками).

*через мегафон* КТО ПРИЗНАЛСЯ ПЕРВЫМ?

— Они правда кричали через мегафон? — растерянно спрашивает Шото толпу. — Я уверена, так только написано через интернет, — говорит Момо. — Что касается вопроса, я призналась первой. Лицо Шото смягчается, воспоминание всплывает на поверхность. — Примерно через пять месяцев после выпуска, верно? Вечер, когда наш класс собрался выпить. — Ты разочарован, что это заняло у меня так долго? — Нет. Я разочарован, что сам не признался раньше. На экране вспыхивает дополнительный вопрос:

Как она тебе призналась?

Момо смеётся. — Для начала, я считаю, что набралась смелости только потому что была немного пьяна. — Я не настолько страшный? — спрашивает Шото. — Конечно нет. Но мы уже были хорошими друзьями. Мы даже ходили на миссии вместе. — Выражение лица Момо слегка мрачнеет, старые тревоги всплывают на поверхность. — Я не хотела сказать что-то, что бы пошатнуло нашу дружбу. Я… больше боялась потерять тебя, понимаешь? Сразу после Шото желает, чтобы они сидели не на разных сторонах дивана, чтобы он мог обнять её. Неспособный успокоить её через прикосновение, он соглашается на то, что может сделать. Словами. — Ты не смогла бы потерять меня, даже если бы попыталась. Снова краснея, Момо сжимает губы вместе в попытке не улыбаться слишком сильно из-за того, насколько она счастлива. Она продолжает историю. — Как ты сказал, это было после того, как мы собрались выпить. Все расходились и, кажется, мы шли в одном направлении, так что решили пройтись. И мы остановились в пустом парке? Думаю, это доказательство того, насколько мы были пьяны — мы с энтузиазмом забрались на пустые качели. Шото ещё не сказал ей, что это был первый раз, когда он катался на качелях, так что его энтузиазм был искренним. Он полагает, что ему не надо, чтобы не омрачать сладкие воспоминания его старыми призраками. — Только представьте, как это выглядело! Двое взрослых на качелях ночью в пустом парке. Затем мы просто говорили. Про работу, семью, друзей. Вещи, которые нам нравились. Вещи, которые… не нравились. Бесполезные вещи, важные вещи. А когда пришло время уходить, я подумала, если не сейчас, то когда? Так что я призналась. Я сказала ему, что он мне нравится. — Если бы мы поцеловались тогда, это было бы идеальным способом закончить историю, — добавляет Шото. Момо смеётся, кивая. — Вместо этого он обнял меня и сказал, что я ему тоже нравлюсь. Хотя я подозреваю, ты сделал так, только потому что у тебя кружилась голова и тебе надо было держаться за что-то. — Нет, я правда хотел обнять тебя. Поднятая бровь. -… и моё зрение начало немного затуманиваться, — виновато признаётся он. — Но мы поговорили об этом снова на следующий день, когда нам обоим стало лучше. После мы начали встречаться. Момо с улыбкой качает головой. — В любом случае, я считаю всё очень романтичным. Я бы ничего не изменила.

Какой был ваш первый поцелуй?

Момо с достоинством выдыхает. — Мы воздержимся- — Намного короче, чем мне бы хотелось, если честно, — задумчиво отвечает Шото. — Шото! Затем он немного гордо смотрит в камеру. — Но всё нормально. Мы компенсируем всё сейчас. — Шото!

Кто более прилипчивый?

— Шото. — Я. — Только посмотрите на это. Единогласный ответ. — Только потому что Момо редко бывает прилипчивой и не позволяет мне держать её подольше, — говорит Шото, выглядя очень раздражённым. Момо вздыхает. — Мы не можем оставаться в постели целый час, ты знаешь это.

Для Шото: Момо или соба?

Одна секунда, вторая… — Момо. — Ты же знаешь, что было бы милее, если бы ты не сделал эту маленькую паузу, верно? — Момо улыбается, кладя подбородок поверх сцеплённых пальцев. Шото знает, что означает это лицо. — Я не делал паузы, — слабо возражает Шото. — Я надеюсь, соба поцелует тебя ночью, Тодороки-сан, — говорит она, хотя сейчас её глаза на кусочке торта, который она толкает вилкой. — О, он выглядит очень вкусно! Не могу дождаться свидания с этим тортом! — Я не делал паузы… — Он смотрит на толпу для поддержки, но все внезапно слишком заняты, чтобы предложить их симпатию.

Разве геройская работа, подвергающая опасности жизни ваших партнёров, не вызывает стресс? Как вы справляетесь?

— Очень, — говорит Момо. — Разве не было злодея, который напал на тебя, потому что ему не понравилось, что я почти посадила его в тюрьму на нашей последней встрече? Шото останавливается на секунду, чтобы вспомнить. — О, всё нормально. Я рад, что смог помочь тебе. Это также тот же злодей, который нанёс Момо действительно противный порез на ноге во время их боя, так что Шото счастлив, что он пришёл за ним. — Я не скажу, что полностью «справляюсь с этим». Хотя я знаю что Шото чрезвычайно способный, как герой, я всё ещё волнуюсь за него. И я знаю, он чувствует тоже самое. — Быть про-героем значит принимать, что опасность — всегда часть нашей работы, — говорит Шото. — Но я доверяю Момо, что она способна позаботиться о себе. И я всегда держу в разуме, что делая всё возможное в качестве героя, я защищаю не только гражданских. Я также защищаю её. — И ты знаешь, я чувствую тоже самое. Я доверяю тебе. Момо смотрит на него и Шото видит тот же доверчивый взгляд, которым она всегда смотрела на него со старшей школы. После всего этого времени, он всё ещё вызывает у него волну нежности в груди.

Так, кто влюбился первым?

— Я. — Я. Они удивлённо смотрят друг на друга. — Я думала, мы установили ранее, что это я призналась тебе? — Это не значит, что я не влюбился первым. Ты мне нравилась с Юэй. Момо пытается сказать что-то, но только умудряется открыть и закрыть рот несколько раз. После она выдыхает несколько слов. — Н-ну, я не знала! Правда… ? Её реакция заставляет Шото чувствовать неловкость из-за (признаться, давно назревающего) признания, но он сдерживается и не поворачивается от неё. К его лицу начинает подниматься жар, но он умудряется укротить большую часть причудой. — Тогда я не знал что это было. Чувства не моя сильная сторона. Но сейчас, когда мы вместе, я думал об этом и ты всегда… ты всегда мне нравилась, даже тогда. Даже раньше твоего признания. Это всегда была ты, Момо. Момо кажется, будто она сейчас упадёт в обморок. Она откидывается на её месте и начинает обмахивать — сейчас вероятно красное — лицо. Хотя она кивает Шото и он кивает, когда понимает, что она хочет передать ему. Поговорим об этом позже. Шото неловко кашляет, затем спрашивает следующий вопрос.

Как прошла встреча с родителями для вас обоих?

Так скоро, как вспыхивает вопрос, Момо ярко улыбается. Однако нейтральное выражение Шото даже не колеблется. — Рей-сан и Энджи-сан очень добры ко мне, — начинает она. — Иногда я обедаю с Рей-сан, когда у меня есть время, и мы навёрстываем упущенное. Это напомнило мне! Твой отец отправил мне огромный выбор блюд на вынос на днях! — Момо поворачивается к камере, чтобы слегка поклониться. — Если вы смотрите, я очень благодарна, Энджи-сан. Тем временем Шото замирает из-за одного упоминания имени. — Мой старик… отправил тебе еду в агентство? — Ммм! Что-то не так? Уголок губы Шото дёргается. Отправлять еду Момо — его дело. Почему старик подражает?! Вероятно что-то, что Фуюми или даже мама предложили, чтобы сблизиться с ней. Но он умудряется остаться спокойным. Он проведёт хорошую, долгую беседу со Старателем позже. — Ничего. Момо на секунду выглядит растерянной, потом двигается дальше. — О, и Шото также встретился с моими родителями! Они очень хорошо ладят. Шото только кивает. Верно. Хотя её мать полностью очарована им, кажется, её отец всё ещё недоволен, что его любимую принцессу забрал другой мужчина. Это совершенно новая битва сама по себе. Он тянется к чаю и выпивает одним глотком. — Да, мы ладим, — говорит он.

Можем мы ожидать от вас заявления о свадьбе в будущем?

Момо давится чаем. Шото мысленно записывает это. Хотя они встречаются чуть больше года, он думал о свадьбе раньше. В конце концов, он знает, что хочет её, только её — зачем ждать дольше, когда он уже уверен? Но он знает — это не решение, которое он может принять сам. Эгоистично думать, что только потому что он уверен в ней, означает, что она на том же самом уровне тоже. Он смотрит на неё снова, когда она медленно проводит по губам салфеткой. Всё в порядке, говорит он себе. Даже если это не то, что она ещё видит для них, у него ещё так много времени убедить Момо увидеть его, как кого-то, за кого она захочет выйти замуж. Кого-то, с кем она может провести её жизнь. — Не думаю, что мы можем дать точный ответ в данный момент… вероятно, даже в ближайшее время, раз уж на то пошло, — отвечает Момо. — Мы, в конце концов, очень заняты нашими обязанностями про-героев. Шото узнаёт тон, который она использует, когда хочет быть очень осторожной в словах. Он старается не поднимать голову, чтобы посмотреть на неё, чтобы она не чувствовала, будто ей надо следить за его реакцией. Ни сейчас, ни в ближайшее время. После звучит это. — Но что я могу сказать, это то… Я хочу провести следующий год рядом с Шото. И следующий, и год после, и год после этого. Сейчас он поднял взгляд на неё, не способный оторвать его от её серьёзного выражения. Всё же, видимо, Момо — та, кто не может смотреть на него прямо сейчас. Слегка наклонив голову, она продолжает: — Если ты не против, я проведу всю свою жизнь с тобой… Когда проходит время без ответа или какой-либо видимой реакции от него, смущение от сердечного признания доходит до неё. Момо машет руками перед собой. — Н-но, как я и сказала, это не то, в чём мы можем быть уверены, так что! Шото только поднимается с сиденья и указывает на камеру. Оператор явно вздрагивает, и от удивления, и от страха. — Ты. Выключи её. Без любых вопросов, как почему, оператор перестаёт снимать. — Есть ещё вопросы после этого? — спрашивает он нечитаемым голосом. — Это… последний… — говорит ведущий, крепко сжимая сценарий перед ним, словно это щит. — Хорошо, — говорит Шото. Он поворачивается к такой же сбитой с толку Момо, тянет её за руку и целует. Она широко раскрывает глаза, не в состоянии понять, что происходит, затем Шото поднимает руку к её шее, чтобы удержать её для более глубокого поцелуя. Её глаза трепещут, когда она слабо ноет, её ноги медленно превращаются в желе. Когда он отстраняется, он бросает на директора ледяной взгляд. — Ты не будешь возражать, если мы сейчас же уйдём. Фраза совсем не звучит как вопрос, так что директор сглатывает и говорит: — Совсем нет, на самом деле, мы закончили на сегодня! — Потом он встаёт и неловко поворачивается ко всем с несколькими хлопками. — Все, хорошая работа! Следуют неуверенные хлопки и подбадривания. Шото пользуется возможностью вытащить ошеломлённую Момо из студии. В конце концов, ему нужно кое-что с ней уладить.

***

Интервью появилось через неделю после съёмок. Однако последний вопрос полностью отредактирован, в этот раз по прика- просьбе Шото. Он также очень настаивал, чтобы студия удалила любые копии в их распоряжении. Судя по взглядам, которые он получил, он уверен — они сделали, как он просил. Хотя в эфире не было последней части, Шото лично попросил копию отснятого материала. Он вероятно пересмотрел её в сотый раз к нынешнему моменту. Румянец на её лице… то, как смущённо понизился голос, когда она говорила… Если ты не против, я проведу всю свою жизнь с тобой Повтор. Если ты не против, я проведу всю свою жизнь с тобой Повтор. Если ты не против- — Знаешь, Шото-сенпай в очень хорошем настроении с его интервью. Это немного жутко, — стажёр шепчет однокласснику, когда они смотрят, как их старший что-то снова смотрит на телефоне на перерыве. — Вероятно, потому что он похвастался Креати, как его девушкой на национальном телевидении. Блин, я хочу горячую девушку тоже… — ворчит другой стажёр. Если ты не против, я проведу всю свою жизнь с тобой Повтор. Шото поднимает кулак ко рту, чтобы скрыть широкую улыбку. Возможно, пора начать искать кольцо.