В наших глазах

Лазар задыхается, тонет в холодной солёной воде своей же боли. Он умеет с ней жить, как и с другими своими лишениями или ношами. И всё же мучений это не притупляет. Рано или поздно ты всё равно утонешь, ведь за всё надо платить. И за вторую жизнь, подобную гадкому сну. И за обрывки светлых воспоминаний. И за возможность взять реванш, отыграться. И всё же он гаснет. Слишком стремительно. В голове голос Нимхе, голос Йовара, маленького Юргена, Ольжаны наконец. Но голос Ольжаны здесь, за его спиной – выбивает из раздумий. – Лале? Тёплая ладонь. Беспокойный девичий взгляд. – Вам не спится, госпожа Ольжана? Она ведёт плечом, тихонько хмыкает и садится рядом, прежде накинув на себя платок. Лале отводит глаза от неё, как от яркого света в ночи. Сжимает пальцы от жадной судороги, что расходится вновь по всему телу. – Здесь просторно.. кажется, что ты на виду у всего мира, такой крошечный и одинокий. Колдунья глазами указывает на звездное небо, тёмные призраки гор и поле перед ними. – Вам так не кажется, Лале? Он чувствует её взгляд на себе. Смущается, но не от интимности момента, а в стахе, что Ольжана найдёт в нём опасность или раскусит его неизмеримую усталость напополам с болью от каждого вздоха. – Кажется. Боитесь, что сущности легко вас найти здесь? Девушка обнимает себя за плечи – как ребёнок – и поднимает глаза в небо. Он – башильер и колдун в одном лице, монах и лгун – тоже боится. Может быть не сущности, но чего-то, от чего уж точно не уедешь в кибитке. Волосы, ещё не до конца высохшие после купания, мягкие плечи, слегка сжатые от волнения руки и поджатые в немом диалоге губы. Жаль, что в его душе осталось слишком мало для любви. – Не холодно? – Только самую малость. Не беспокойтесь. И так последние дни... Ольжана не заканчивает фразу: только по-доброму усмехается, когда их глаза встречаются. Лале улыбается в ответ уголками губ. – Рада, что вы ещё не совсем забыли, как улыбаться.. Девушка отводит взгляд вниз, как бы укоряя себя за эту фразу. – Вам стоит чаще отдыхать. Заканчивает она, смягчая свой дружеский укол. Лале кивает. – Завтра снова в дорогу, госпожа Ольжана.