Странный способ завоевать мужчину

***

      — Сердце в руках так дрожало тогда…       Дима и Сережа, выглядывая из-за угла, не могли понять, с хуя ли у Арсения в семь утра понедельника такое хорошее настроение. Мужчина стоял на кухне в одних шортах, тихо играла песня Дан Болана, которая нынче популярна в тик-токе, и Арс медленно двигал телом в такт музыке. На плите у него жарилась, судя по всему, яичница с беконом. Сережа, как самый настоящий друг, достал телефон и начал снимать этот концерт недоделанного певца.       Арсений же, не подозревая, что за ним ведётся слежка, спокойно пританцовывал и напевал полюбившуюся песню. Он взял вилку, которой до этого переворачивал кусочки бекона, и начал достаточно громко петь в нее:       — Я хотел все отдать, ты хотела мечтать…       Однако все пошло не по плану, когда Попов, поскользнувшись, с визгом рухнул на пол.       Не выдержав, Сережа засмеялся. Дима буквально начал ухахатываться, отчего на глазах навернулись слезы. Арсений, услышав, что больше не один на кухне, громко выругался:       — Вот суки такие, вы че, ахуели?       — Ой, блять. — Сережа пытался что-то внятное сказать, однако у него не получалось. Он продолжал снимать все это на телефон, чтобы оставить этот концерт не только в своей памяти, но и на цифровом носителе для дальнейшего стеба.       — Ты живой хоть? — Спросил Дима, отсмеявшись и вытирая слезы. Он подошел к товарищу, обходя лужу с водой и подавая руку. Арсений резво подскочил на ноги, потирая ушибленную филейную часть тела. — Ты чего такой довольный с утра?       А Попов не хотел говорить, что с тех пор, как он начал общаться с Антоном, его настроение каждый день было просто великолепным. Они не виделись с того самого разговора в кафе, который был неделю назад, однако Шастун ежедневно писал ему. Они обменивались мемами про ЗППП, присылали друг другу котиков и в целом обсуждали свои жизни.       Так, ночью они долго проговорили про работу Арсения. Мужчина рассказал, что в принципе пошел преподавать, потому что не представлял себя квалифициронным юристом, и почти сразу после окончания университета кафедра предложила ему работу. До этого он никогда не представлял человеком, который давал бы знания другим, но на данный момент он не видел себя в ином месте.       Арсений также поделился с Антоном, что наконец-то получил официальный документ о разводе. Этот заветный клочок бумаги будто бы закрыл страницу в жизни Арса, и он был невероятно счастлив. Не смотря на то, что его все еще грызла обида за измену и последующие события, Попов был доволен тем, что может начать все сначала. Алёна в последнюю встречу извинилась за то, что Арсению теперь приходилось лечиться, но потом в очередной раз сказала, что больше не хочет видеть его.       Арсений и сам не горел желанием.       — Просто настроение хорошее. — Улыбнулся Арс, выключая музыку и плиту. Он достал тарелки, чтобы разложить завтрак для друзей.       — Ну-ну. — Хитро сказал Дима, очевидно, что-то подозревая. Арсений вообще не разговаривал с друзьями об Антоне. Он только сообщил, что разговор прошел хорошо.       Но каков был шанс, что Шастун своему лучшему другу тоже ничего не рассказывал? Судя по улыбке Димы, шанс был минимальный.       Попов же кое-что за неделю узнал про работу Антона. Как оказалось, в свои двадцать восемь Шастун был не просто капитаном полиции, но ещё и начальником следственного отдела в районном участке. В его подчинении находилось пять следователей, который занимались делами. Во время разговора Арсений вспомнил старый сериал «Глухарь», и поинтересовался, кем из них является Антон.       Шастун тогда прислал кружки в телеграмме, где он шел по улице в солнцезащитных очках и в капюшоне толстовки, рассказывая про устройство отдела полиции и в конце трехминутного повествования выдал, что он как Сергей Глухарёв, если не вникать в тонкости. Арсению пришлось переслушать все эти кружки несколько раз, потому что постоянно залипал на таком красивом Антоне.       Он все еще не понимал, как этот солнечный человек, похожий на подростка, мог быть капитаном полиции и начальником следственного отдела.       — Арс, ты влюбился? — Резко спросил Матвиенко, отчего мужчина чуть не выронил кружку с кофе. Он посмотрел на Сережу, непонимающе хлопая глазами, отчего тот закатил глаза и сказал:       — Ты пересолил.       Арсений еще не пробовал яичницу, но, сделав первый укус, тяжело вздохнул и отодвинул тарелку. Соли там было больше, чем яиц.       Арсений не влюбился.       Хотя, если судить по яичнице, он был по уши.

***

      Арсений в целом был влюбчивым человеком. У него было достаточно мимолетных увлечений, чтобы он с уверенностью мог говорить о таком своем качестве. Человеку достаточно было быть веселым, добрым и привлекательным, проявить к нему внимание, и Арсений действительно начинал влюбляться.       С этим было трудно жить, особенно в университете, однако уже после, когда появилась Алёна, Арсения перестало это заботить. Он был верным человеком, и в период их отношений и брака смотрел только на нее. У него и в мыслях не было изменить.       Со временем Арсений понял, что та любовь прошла, осталась привязанность и теплые чувства, однако все равно не было никаких намёков на влюбленность в другого или желание изменить. Очевидно, это было только у него.       Однако сейчас, когда его не сковывали узы брака, Арсений почувствовал свободу. Он мог снова влюбиться, попробовать отношения. И к Антону он начал испытывать нечто, отдаленно напоминающее ту самую подростковую влюбленность, которой он страдал вплоть до брака.       Он не понимал, хорошо это или нет.       Арсений ждал сообщения, он залипал на кружки Антона и частенько переслушивал голосовые — у парня был завораживающий голос, когда он что-то рассказывал. Арс понимал, что Антон младше его, что у него довольно опасная работа, хоть он и говорил, что редко выезжал на дела. А еще Арсений понимал, что хотел бы узнать его лучше.       Придя домой ближе к вечеру, Попов буквально валился с ног. У него было желание просто лечь на диван и не двигаться в ближайшее несколько дней — ему пришлось побегать по корпусам университета, потому что учебный отдел составил крайне ублюдское расписание.       Арсению совершенно не нравилось, что он запустил себя после развода. Теперь даже подъем на шестой этаж без лифта казался ему непосильной задачей. И он решил вернуться к занятия в зале, чтобы хоть как-то поднять свою самооценку, которая упала на дно океана после сегодняшей беготни.       Как только он приземлился на диван и вытянул ноги, раздался звонок в дверь. Нахмурившись, Арс посидел несколько минут в надежде, что незванные гости уйду, ведь у Дима с Серёжей должны были прийти гораздо позже.       Звонок повторился.       Арсений поднялся с дивана и побрел к источнику звука. Он открыл дверь квартиры, молча смотря на неизвестного мужчину, который держал в руках маленькую коробочку.       — Доставка. — С улыбкой ответил тот. Попов удивлённо поднял брови, потому что он явно ничего не заказывал. Если бы Диме и Серёже должно было что-то поступить курьером, то они бы предупредили, зная, что он вечером дома. — На имя Арсения Попова.       — Это я. — Арсений принял из рук коробку, поставил роспись и закрыл двери квартиры.       Коробка не сказать, что была прям тяжелая. С интересом открепив прилепленную скотчем записку, Арсений раскрыл ее.

«То, что связывает нас тоненькой ниточкой.

©Антон Андреевич Шастун»

      С еще большим интересом Арсений открыл коробочку, предвкушая. А потом так громко рассмеялся, что почти выронил ее из рук. Внутри находился маленький круглый бенто торт, на котором огромными буквами было выведено «ХЛАМИДИИ». Надпись была фиолетовая, как и какие-то непонятные узоры, больше похожие на изображение бактерий, а покрытие у торта абсолютно белое.       — Идиот. — Со смешками выдавил Арсений, заходя на кухню и взглядом рассматривая шедевр кулинарного искусства.       Он достал свой телефон, чтобы сфотографировать и отправить Антону.

Арсений

17:43

Блять

[Фотография]

ТЫ ЕБАНУЛСЯ?

Антон 17:45 Выглядит хорошо Я именно таким его и представлял

Арсений

17:45

Я бы хотел видеть лицо человека, который делал эту подпись, а потом писал записку.

Антон 17:46 Записку я уже принес готовую, ее просто приклеили. Но меня переспросили раз десять, точно ли я хочу такую подпись и рисунок. Лицо кондитера я никогда не забуду.

Арсений

17:50

Ты идиот

Антон 17:52 Я старался

Арсений

18:00

Сходим на свидание?

      Позднее, когда Дима и Сережа пришли с работы, Арс с диким хохотом наблюдал за их лицами. Все это время торт простоял на столе в открытом виде, и Матвиенко, когда увидел его, первым делом спросил:       — Че, блять?       Дима с поднятыми бровями и широкими глазами рассматривал этот шедевр, а потом все же сказал:       — Я в ахуе. Откуда это?       — Антон прислал курьером сегодня. — Сережа громко и искренне рассмеялся, Дима покачал головой.       Арсений пожал плечами, доставая кружки, чтобы налить чай.       На свидание Антон согласился.