Огонек

В тихой ночной комнате не спали двое. Веснушчатый парень склонился над одним из состайников, шепча себе под нос неразборчивые слова, так тихо-тихо, что сам мог с трудом их расслышать. Нередко ему приходилось вставать поздними ночами, прогоняя кошмарные сны друзей. Второй лежал, не шевелясь, укрывшись одеялом с головой. Лишь маленькая щелка оставалась для замутненного ночной тенью обзора. Он знал, что Македонскому это с рук не сойдет. —Я ненавижу тебя—злорадно кричал он. —Ты самый ужасный человек, которого я знал—повторял он. —А главное, ты самая отвратительная сестра—по моим щекам текли отчаянные слезы. Я почувствовала легкое, воздушное прикосновение к своей пылающей щеке. Вмиг все пропало: пропал разгневанный Лорд и мои слезы, пропала знакомая комната. Я резко села, жадно глотая воздух ртом. В ночной темноте я не могла разглядеть ничего вокруг, пока не поймала на себе снова трепетное прикосновение, но на этот раз уже на тыльной стороне ладони. Не стесняясь, я протянула свободную руку в сторону, ощупывая лицо сидевшего рядом парня, как делал всегда Слепой. —Македонский?— еле слышно прошептала я. В ответ он тихонько потянул меня за руку, подзывая вылезти из царства теплых одеял. Я нехотя встала, выпутываясь из-под своего и чужого одеяла, и послушно направилась за парнем. Мы тихо зашли в ванную, закрывая дверь на защелку. Македонский сел прямо на холодный кафель, я же взяла полотенце и, кинув его на пол, расположилась на пол. Мы сидели молча некоторое время, пока Мак не прошептал совсем тихо-тихо, словно вовсе и не разговаривал со мной. —Я знаю твой секрет—по мне пробежал табун мурашек, вызванных то ли холодом, то ли словами парня, то ли обоими явлениями. —Я не понимаю, о чем ты— также тихо ответила я. —Ты понимаешь, о чем я, а я понимаю, что ты девушка— я жалобно и устало смотрела в темные глаза веснушчатого. —Откуда? —Сам догадался—он выдержал короткую, но тяжелую для меня паузу. —Я никому не скажу, обещаю—я в момент успокоилась, зная, что Македонскому действительно можно верить. —Тебе снова снятся кошмары?— с сочувствием спросил он, выдержав долгую паузу. Я в ответ лишь кивнула. —Что тебе снится?— я не знала, как на это отвечать. Пока я подбирала слова, слезы начали катиться по моим ледяным щекам. Не глядя на меня, Македонский словно почувствовал мои слезы. Он взял меня за руку, тихо шепча: —Скоро все наладится, не переживай и не лей слез, успокаивайся— легонько поглаживая пальцем мои костяшки пальцев, Мак старался успокоить меня. Наверное, он сам догадался, что кошмары мои связаны с Лордом. Македонский знал как никто другой, как я дорожу братом и боюсь его потерять. Мы сидели некоторое время молча, держась за руки, пока я не успокоилась до конца. —Надо возвращаться— шепнул парень, помогая мне встать с кафеля. —Да и тебе не стоит долго сидеть на холоде— заботливо заметил он. —Спасибо тебе— шепнула я, крепко обнимая Македонского. Огромный свитер парня согревал мое заплаканное лицо. —Ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью — шепнул мне на ухо Мак. —Опять манка, я не буду это есть— буркнула я, отодвигая от себя тарелку с завтраком. Поймав на себе сверлящий взгляд брата, я пододвинула к себе зеленое яблоко и чашку какао. —Ну, думаю, это-то можно поесть— жалобно сказала я. Заметив, что у выхода меня уже ждет Рыжий, я ускорила процесс завтрака, попутно наблюдая, как Македонский кормит Толстого, Табаки спорит о чем-то со Сфинксом, а Слепой еле двигает ложкой. Закончив с едой, я шепнула Лорду на ухо: —Ну не злись, я обязательно пообедаю сегодня—в ответ парень лишь тяжко вздохнул, после чего я радостно улыбнулась всем сидящим за нашим столом и побежала к выходу, обегая сидящих за столами людей, коляски Фазанов, мешающихся на проходе, и Крыс, машущих руками в разные стороны, в которых покоились вилки и ножи, прикованные цепями к столу. Добравшись в целости до Рыжего, мы вместе вышли из столовой, после чего крепко обнялись, как делали всегда при встрече и прощании. Думаю, если бы мы обнимались при других людях, по Дому поползли бы нехорошие слухи. Каждый раз, когда я обнимала парня, в животе словно летали бабочки, разливая по всему телу теплое приятное чувство. Мы шли по коридору, обсуждая всякие мелочи и горячие новости всего Дома. —Около твоих Крыс ходить просто небезопасно— начала возмущаться я. —Спасибо, Вожак второй стаи, что они мне глаз не выкололи за завтраком— съязвила я. —Ну.. ну а зато я не такой— усмехнулся Рыжий. —Я еще и благодарить тебя за это должен?— удивилась я. Рыжий в ответ лишь рассмеялся. Мы шли дальше по коридору. —Эх, а я бы щас самокрутку Стервятника покурил бы— мечтательно вздохнула я. —Как же тебе повезло, что у меня есть с собой одна штучка— подмигнул мне Рыжий. —И так уж и быть, я добродушно отдам ее тебе— протягивая вытянутую из кармана сигару, сказал Рыжий. Я радостно приняла подарок, подбегая к ближайшему окну и залезая на подоконник. Ощупав карманы и не найдя зажигалки, я с надеждой посмотрела на парня. Понимая меня без слов, он тут же достал из кармана зажигалку, протягивая ее мне. —И что бы ты делал без меня?— усмехнулся он, наблюдая за тем, как я сладко выкуривала подаренную самокрутку. Я сидела на подоконнике, наслаждаясь моментом и любуясь Рыжим. Он снова не удосужился застегнуть ярко-зеленую рубашку, которая неплохо сочеталась с фиолетовыми штанами. Так хотелось сказать Рыжему о его красоте, используя для этого всевозможные слова восхищения, но я не могла позволить себе сделать этого. Это могло отпугнуть его, однако, в глубине души я все же надеялась, что когда-нибудь мы будем встречаться. —Что-то случилось? Ты в последнее время такой задумчивый, даже.. расстроенный что ли— грустно спросил Рыжий. —У тебя все в порядке?— всё в порядке, кроме моих чувств к тебе, Рыжий.. Так хотелось сказать ему эти заветные слова, однако, вместо этого я могла лишь одарить парня опечаленным взглядом. —Все в порядке, просто кошмары ночные замучили— призналась я. —Все время снится, что Лорд ненавидит меня— грустно произнесла я, кажется, даже тихим голосом. Рыжий подошел ко мне, усаживаясь рядом. —Ты пробовал поговорить об этом с самим Лордом?— спросил он, с переживанием смотря на меня. —Может тогда все пройдет? —Знаешь— начала я. —Я действительно ни разу не обсуждал это с ним, наверное, сегодня же и начну разговор на эту тему—ободрительно улыбаясь, ответила я. —Спасибо тебе, снова выручил советом—радостно поблагодарила я, выдыхая последний клуб дыма. —Пойдем обратно, хочу обдумать все— предложила я. Рыжий кивнул, и мы направились обратно в сторону спален. Дойдя до спальни Крыс, мы распрощались, я еще раз поблагодарила друга, после чего побежала в комнату. Влетев в прихожую, едва не врезавшись в дверь, я услышала, что в комнате нет ни души. Зайдя в комнату, я увидела лишь одного Лорда, лежащего на кровати снова с книгой в руках. —Соизволила вернуться?—съязвил брат, глядя на меня. —А где все?— изумилась я. —Сказали, что у всех дела, вернуться только к обеду, все до единого— ответил Лорд, глядя снова в книгу. —Я хотела поговорить с тобой— тихо сказала я, продолжая стоять на пороге комнаты, облокотившись о стену. Брат молча кивнул, и я добежала до кровати, плюхаясь рядом с ним. —Мне снятся кошмары— начала я. —Снится, как ты кричишь на меня и ругаешься, говоришь, какая я ужасная сестра и что ты ненавидишь меня больше всего на свете—Лорд отложил книгу в сторону, изумленно глядя на меня. —Ты чего? Неужели ты думаешь, что это может стать правдой?—крепко обнимая меня, спросил он. Я промолчала, понимая, что он и сам знает ответ. —Как ты могла вообще о таком подумать, глупышка—слегка покачиваясь из стороны в сторону, прошептал Лорд. Я снова заплакала. За несколько дней накопилось столько всего, что сдерживаться я уже не могла. Я обхватила брата крепко-крепко, боясь, что он в любой момент пропадет. —Ты точно никогда не оставишь меня?— переспросила я. —Точно—ответил заботливым тоном он. Я продолжала прятаться от всего мира в теплых объятиях. —Я не могу—совсем тихо прошептала я. —Я устала уже, устала общаться с Рыжим, обманывая его. Он мне нравится, а я даже сказать ему об этом не могу— волна новых слез подступала. —Проплачься, тебе станет намного легче—крепче прижимая меня к себе, шептал брат. Я перестала сдерживать слезы, выпуская все сдерживаемые эмоции. Постепенно мне становилось легче, я начинала успокаиваться. —Я очень люблю тебя—прошептала я в грудь Лорда. Тот все еще продолжал гладить меня по спине.