Кошмар

«Это был мой лучший друг. Мой единственный и неповторимый.»

Сатору о Сугуру, глава 0.3

      Сугуру резко распахнул глаза. Пот тёк холодным градом по коже, а дыхание было тяжёлым. Проведя руками по лицу, он зарылся пальцами в густые тёмные волосы. Гето сел, пытаясь прийти в себя.       Сон…       Это просто сон.       Но такое липкое ощущение страха медленно распространилось по венам. Реалистичные картинки пронеслись перед глазами. Кровь, смерть, аплодисменты, а дальше тьма. А сознание шептало слова из сновидения:

«Изгонять и поедать.»

      Гето сглотнул, словно пытался избавиться от этого комка вины, появившемся из ниоткуда, в горле.       Но перед кем была эта вина?       — Сугуру?       Хриплый голос раздался сбоку, отчего маг дернулся. На него вопросительно смотрела пара голубых глаз. Сатору лежал на животе, спрятав руки под подушку. Спина была обнажена и Гето мог видеть очертания крепких мышц. Парень перевёл взгляд на тумбочку, где была сложена белая повязка, а рядом лежали его тёмные серьги, которые в свете утреннего солнца поблескивали, отливая синевой.       — Все в порядке?       Его голос сквозил беспокойством. Хотелось ответить, что все в полном порядке, чтобы лишний раз не тревожить, но это было не так. Внезапное чувство одиночества поглотило его, будто он все ещё находился в том сне, где было холодно и пусто. Слова не клеились в предложения и он помотал головой.       Нет, он точно не в порядке.       Годжо нахмурился. Маг сел и попытался взглянуть на своего парня, который закрывал лицо ладонями.       — Детка? Тебе приснился кошмар? — осторожно начал Сатору, что было очень не похоже на него.       Хотя… почему не похоже? Если бы они были рядом с другим магом, он бы точно впал в ступор от такого мягкого непривычного тона сильнейшего, но только не Гето. Потому что он знал, каким был на самом деле Годжо Сатору. Он видел его таким, каким не видел никто, даже Сёко.        Сугуру почувствовал, как его захватывают в объятия, неторопливо укачивая, словно ребёнка.       — Чертов старик Яга, говорил же ему, чтобы не нагружал тебя сильно, ты и так усердно тренируешься! — пробурчал Годжо, надув губы.       Сугуру тихо засмеялся, опять этот маг ворчал. Забавный до чертиков, но такой любимый. Он обнял в ответ, пытаясь укрыться в объятиях сильнейшего, вдыхая запах чего-то родного, постепенно успокаиваясь. С Сатору было так хорошо. Хорошо, как ни с кем другим.       — Знаешь, — тихо проговорил Гето, — там было так страшно и одиноко. Там не было тебя, Сёко, никого. Словно я остался один в этом мире. Один со своими мыслями, — даже говоря шёпотом, его голос сорвался. Он чувствовал, как Сатору сжал его сильнее и слезы полились по его щекам.       — Я испугался, — честно сказал Сугуру надломленным голосом.       Годжо отодвинул от себя своего друга, смотря ему прямо в глаза. Он коснулся его щеки, стирая пару слезинок. Его прикосновения были нежными, словно он боялся ранить Сугуру ещё больше. Сатору понимал, каким сейчас беззащитым был Гето. Он рад, что тот обнажил перед ним свою душу, безоговорочно доверяя и осознавая, что вместе они справятся.       — Ты ведь знаешь, что мы сильнейшие? — все ещё ласково поглаживая большим пальцем щеку Сугуру, скорее утвердил, чем спросил Сатору.       Гето кивнул, наконец взглянув в глаза Годжо.       — Это значит, мы будем рядом друг с другом. Я не позволю этому случится. Обещаю.       И Сугуру верил, потому что Сатору держал свои обещания. Лёгкая улыбка наконец-то появилась на его лице, сон окончательно отпустил Гето. Этот кошмар полный бред, Сугуру никогда бы не поступил так с Годжо. Ведь так?       Сильнейший улыбнулся в ответ, когда увидел, как Гето стало легче. Он посмотрел на время.       — Вот блин, — проговорил Годжо, наиграно расстраиваясь, — мы опоздали на занятие к ученикам.       Сатору театрально развел руками в отчаянии и Сугуру усмехнулся его игре достойной Оскара. Эх, если бы магом не был, точно бы в актёрское пошёл.       — А впрочем, — быстро поменялся в лице Сатору, — все равно. Пусть старик помучается за то, что заставил расстроиться моего дорогого Сугуру, — кивая себе в подтверждение проговорил Годжо, подставляя два пальца к подбородку.       Гето засмеялся, легонько стукаясь лбами с возлюбленным, поцеловав нежно, чувствуя, как одиночество в душе полностью отступило, уступая место теплу.        Он так влюблён, так влюблён в этого дурака. И пусть грубит, слова не умеет выбирать совершенно и строит из себя не пойми кого, но Сугуру точно знает, что Годжо Сатору будет с ним рядом даже в самые тёмные времена.