37.500560 126.972586

Экран телефона предательски завибрировал в руках молодого человека, уведомляя его о пришедшем сообщении в вичат, от чего тот слегка поморщился и, тихо выругавшись, моментально отключил звук, а после с извинениями в глазах взглянул на остальных сидящих людей в зале, которые так бесстыдно уставились на него. — Прошу прощения. Я думал, что отключил звук, но, видимо, ошибся. Ещё раз извините. Виновато проговорил парнишка, ослабляя затяжку на галстуке и опуская глаза в пол. Сегодня он впервые пришел с отцом на совещание в главное отделение Сеульской промышленности, которой и заправлял его родитель, но чертов телефон явно решил подпортить его репутацию перед всеми старшими в этом помещении, которое, кстати, выглядело очень дорого и вместительно. Огромный овальный стол посредине выглядел довольно-таки презентабельно, а экран, что занимал почти всю стену, добавлял роскоши в столь немалых размеров аудиторию. — Итак, думаю, мне стоит продолжить. — прокашлявшись для привлечения внимания, проговорил мужчина средних лет. Его круглое морщинистое лицо не вызывало ничего кроме отвращения, а седые волосы, которых итак не много, отталкивали настолько, что вызывало рвотный рефлекс. Телосложением он был похож на чуть сдувшийся мячик. Такой же круглый и помятый, в целом, как и его костюм. Про голос самый юный из присутствующих вообще молчал. Шепелявый, писклявый, словно змея сожрала мышь, а та ещё борется за свою жизнь. — Все мы знаем, что компания Мина набирает обороты и уже сегодня занимает второе место в рейтинге по всей Корее. Благо мы пока первые, но возникает вопрос: надолго ли? Они открылись не так давно, но уже имеют огромное количество потребителей и совсем скоро, возможно, обгонят нас. — И что ты предлагаешь? — эхом раздался властный голос справа от парнишки. Его отец впервые за час пребывания тут подал признаки жизни. Господин Пак был знаменитым человеком по всей стране. Его лицо часто крутилось на телеканалах, бывало на обложках журналов, а так же звучало на слуху у каждого человека с малых лет. Он был авторитетом для многих, даже для своего непутевого сына, который, по его собственным словам, тот еще оболтус. — Убить его что ли? Мы не гонимся за рейтингами, Джихва. — Но господин Пак, если они обгонят нас... — Прекрати верещать, как свинья. На уши давит. Прижмись уже. — да, Чаен был острый на язык и никогда особо не фильтровал свою речь, за счёт чего он и получил высокий статус и огромное уважение со стороны своих работников, которые боялись его, но повиновались. — Обойдёт и обойдëт. Развесил сопли. Собрание закончилось. Стоило мужчине сказать последнюю фразу, как все моментально начали собирать вещи, хоть и понимали, что раньше директора уйти не посмеют, а тот собирается очень медленно и лишь Чимин знает, что на самом деле это для того, чтобы чуточку поиздеваться над служащими ему людьми. Выходя из помещения следом за любимым отцом, темноволосый глянул в сторону того противного старикашки, у которого глаза налились кровью, а зубы скрипели так, что казалось будто сейчас раскрошатся. Тем не менее, это вызвало на лице парнишки насмешливую ухмылку, которую тут же заметил и Чаен, но заговорить он решил уже будучи в машине. — Чего это ты ухмылялся, оболтус? — Я то? Да когда это было? — Когда мы выходили из этого муравейника. — Тебе показалось, папуль. — Ц, ты бы лучше учился. Скоро займёшь мое место, а тебе хоть бы хны. Чимин, я скоро буду вынужден… — Папа! Мне всего 23! — Вот именно! Тебе уже 23, а ты не знаешь ничего о делах корпорации! Чимин! Если так и дальше пойдет, я буду вынужден лишить тебя банковских карт. Выслушав столь разгоряченную речь отца, темноволосый лишь фыркнул и, глянув на него в последний раз, покинул салон автомобиля, показательно хлопнув дверьми. Да, возможно сейчас он и ведет себя, как маленький-трехгодовалый ребенок, которому не купили игрушку, но он, черт возьми, ещё не нагулялся! Почему в свои 23 года он должен отсиживаться в сером офисе вместо того, чтобы гонять на трассах и пить алкоголь в дорогих клубах Сеула? Чимин прекрасно осознавал, что скоро займет должность отца, но это "скоро" не наступит раньше его 30 лет, в этом он мог поклясться. Отойдя от машины, Пак собирался было присесть в какое-нибудь кафе и выпить чашечку кофе, но тут в голове, словно по щелчку пальцев, всплыло воспоминание о пришедшем не так давно уведомлении. И вот рука уже потянулась к карману брюк, доставая телефон, как вдруг тот вновь завибрировал, извещая о еще одном сообщении. «Ладно, пока тебе не стоит это знать. Я удалил фотографию, удачи с отцом, Чим-Чим» Светилось яркими черными буквами на экране смартфона. Номер неизвестный, но это «Чим-Чим» гулом отдалось в голове молодого человека, которого словно током прошибло от нахлынувших воспоминаний.