sheltered and safe so she never gets free

— Поверьте мне, когда я скажу вам, что искренне не хочу быть здесь. — Айзава стоял в центре гостинной Юэй, с красным и равнодушным лицом. Мешки под его глазами показывали, как мало он спал, и сейчас он был вынужден ругать учеников в середине ночи из-за чего-то настолько неловкого. Не для него, а для них, но он не хотел справляться с этим. Было три часа утра обычного вторника, не было никаких причин, по которым Айзава мог принять телефонный звонок от охранников, которые патрулировали периметр обжещитий, говоря, что было нарушение. Выпускной был в двух неделях, нападений злодеев не было три месяца, Айзава не ожидал проснуться от звонка телефона, говорящего ему, что была вызвана охрана. И все же он проснулся. Он вздохнул. — Вы знаете, почему я сейчас здесь? — Для проверки ментального здоровья? — послушно предложил Тодороки. Айзава громко застонал, ученики перед ним избегали зрительного контакта, пытаясь сделать себя меньше. — Нет, не для проверки ментального здоровья, — прояснил он. — Я принял звонок от службы безопасности сегодня ночью, когда они осматривали периметр и заметили неприятный шум с третьего этажа. — Он в упор посмотрел на Тодороки, у которого хватило здравого смысла выглядеть смущённым. — Когда я пришёл, я раскрыл, что это твоя комната Тодороки, но вы участвовали в этом вдвоём. Айзава перевел неодобрительный взгляд на Момо. Если он был честен, то он был шокирован проводить такой разговор с ней. Она сжимала подушку в руках, выглядя невероятно виноватой. Айзава не мог винить её, учитывая, что она провела три года без неприятностей, а сейчас её ругали за возможно самое неловкое нарушение. — Нам жаль, Айзава-сенсей, — Момо сожалеюще сказала ему, смотря в пол, словно никогда раньше не видела его. — Я знаю, вы взрослые, — объяснил он, скрестив руки поверх груди, — но правила всё ещё правила. С вашего первого года: никакого секса в общежитии, никто не засыпает в спальнях друг друга без разрешения. К тому же, ваш шум мешает одноклассникам, Серо вероятно не мог уснуть. — Серо хорошо спит, он- — Тодороки, остановись, — Момо подняла руку, чтобы предостеречь его от рассказывания чего-то ещё. У Айзавы не было ни сил, ни терпения, пытаться понять из-за чего он собирался бросить Серо под автобус. — Вам есть что сказать? — Он спросил, желая завершить всё извинением и обещанием никогда не делать этого снова. Айзава знал учеников достаточно хорошо, чтобы понимать, раз Момо была поймана за чего-то неправильного, она не будет поймана снова. Момо заговорила первой. — Мы сожалеем о неуважении к правилам и нашим одноклассникам, — она искоса посмотрела на Тодороки, который кивнул, соглашаясь. — Такого больше не повторится. — Тодороки казался расстерянным, и Айзава закрыл глаза, пытаясь остановить себя от встряхивания мальчика. — Если я уйду, должен ли ожидать другой звонок? — Айзава посмотрел на них, и Момо яростно покачала головой, Тодороки последовал её примеру. — Хорошо. Спокойной ночи. Он повернулся уйти, забыть весь разговор, и лечь в кровать, но что-то сдерживало его. Айзаву не волновала любовная жизнь учеников, и он уж точно не собирался вмешиваться, но как учитель, который пришёл позаботиться о классе, он должен был кое в чем убедиться, прежде чем уйти. — Вы осторожны, верно? — Он ненавидел, что спрашивал, ненавидел, что повернулся, ненавидел, что наблюдал, как лицо Момо становится ярко-красным. Тодороки посмотрел на неё, потом на Айзаву. — Никто не был ранен. Выражение лица Момо как-то умудрилось стать даже более отчаянным. — Нет, Тодороки, это не то, что он имел в виду. Да, Айзава-сенсей, мы осторожны. Он почувствовал себя немного лучше, он доверял Момо, даже если она только что нарушила одно из главных правил общежития. — Хорошо. С учётом того, что выпускной через две недели, ваше наказание — дополнительная тренировка завтра утром. — Завтра? — Момо пискнула, осознавая, что скоро настанет четыре часа утра. — Увидимся в пять, — он даже не пытался скрыть усмешку, появившуюся на его лице. — Что ж, я не увижу вас, завтра тренировками занимается Король Влад. — Звучит хорошо, сэр, спокойной ночи, — Момо звучала устало, уже думая об этом. Айзава усмехнулся на обратном пути, думая об ужасном дне, который у них будет завтра. У него уж точно будет такой, его наполняло радостью, что и у них тоже.

***

Они услышали щелчок входной двери почти две минуты назад, но ещё сидели, слишком подавленные, чтобы двинуться. Они беспокоились, что Айзава вернётся в любой момент. Наконец, Тодороки сказал: — Я думаю, он ушёл. — Не могу поверить в то, что случилось. Не могу поверить, что нас застали за сексом. — Она спрятала лицо в ближайшей подушке и застонала. — Вероятно вот почему, — Тодороки предположил, когда она закончила. Момо подняла голову, чтобы посмотреть на него. — Ты очень громкая. — Ты громкий, — возразила она, тыча в него пальцем. Он усмехнулся. — Очень хороший аргумент, откуда ты узнала его? — Заткнись, — Момо бросила в него подушку, но он легко поймал её, её бросок всё равно был плохим. — Пойдём в кровать. Тодороки последовал за ней, пока они шли к лифту. Она надела маленькие, обтягивающие шорты для сна и длинную рубашку, которую нашла на полу, когда Айзава постучал. Он считал, что она выглядела даже красивее, чем обычно. В минуту, когда двери лифта закрылись, он притянул её к себе за перед рубашки, целуя её, пока она не начала запыхаться. Момо позволила ему целовать её, подтолкнув их к стене для лучшего баланса. И всё же, в момент открытия двери она отстранилась от него. — Мы попадём в проблемы. Мы не должны делать так. Не говоря уже о том, что если кто-то из одноклассников поймает их, они не услышат конца. Они встречались всего пару недель, но Момо знала, что держание всего в секрете — важно. Когда класс узнал, что Денки и Шинсо вместе, двое не могли зайти в комнату без какого-либо комментария о них. Момо хотела избежать такого любой ценой. Тодороки снова поцеловал её, в уголок её рта. — Ты выглядишь вот так и говоришь мне, что я должен остановиться? — Он всегда был понимающим человеком, но когда он наклонился к шее Момо для поцелуя, а она наклонила голову, давая ему разрешение, он знал, что она была не против. — Только потому что мы хотим, — она отодвинула его губы от её кожи, заставив посмотреть на неё, — не значит, что мы должны. Он надулся, но кивнул. Он знал, что Момо не собиралась рисковать геройской карьерой ради второго раза в этот вечер. — Но ты всё ещё можешь пойти в мою комнату, в этот раз мы просто поспим. Она начала уходить, он всё ещё держался за рубашку, следуя за ней. Задумчиво хмыкнув, Момо согласилась. — Нам обоим завтра рано вставать, так что это логично. Тодороки усмехнулся ей, наслаждаясь красивой улыбкой на её лице. Он поцеловал её коридоре и в своей комнате. Однако, в этот раз, он знал — они действительно собирались спать. Быть рядом с ней было достаточно.