Начать с чистого листа

— Почему мне нужно быть частью всего этого? — спрашивает Хитоши, пряча лицо в ладонях. Айзава кладёт руку ему на плечо, направляя его вдоль коридора. Шото и Кацуки стоят впереди, руки в карманах, оба выглядят слегка нервными. — Потому что ты мой сын, — Айзава говорит Хитоши. — И я горжусь этим. Хитоши раскрывает лицо, выглядя радостным, но и смущенным. — Я даже не часть твоего класса. Твои студенты не знают меня. — Они знают Шото и Кацуки, — говорит Айзава, пожимая плечами. — Уверен, что они хотели бы видеть тебя там, если я собираюсь сделать объявление. Так называемое «объявление» изменило их жизни навсегда. Было нелегко получить опеку над всеми тремя мальчиками, но Айзава сражался за это, без устали. Всё заняло месяцы бумажной работы, судебных дел, консультаций с адвокатами и консультантами. Прошло восемь долгих месяцев после Камино. Пять с их встречи с Эри. Её удочерение прошло намного быстрее их; у неё не было битвы за опеку. Ситуации Кацуки, Шото и Хитоши были намного сложнее. У них были родители, не желающие отказываться от своих законных прав. Но в перерывах между занятиями в школе и беседами с работниками службы помощи, у них всё получилось. Это произошло, и они держали это в тайне до тех пор, пока распределение не стало официальным. Остальная часть 1-А ещё не знает, но сегодня это изменится. — Вы готовы? — спрашивает Айзава, его рука лежит на дверной ручке. Он также готовится к этому событию. Подростки обмениваются взглядами друг с другом. Они готовы настолько, насколько возможно. Они кивают. Хитоши и Шото неуверенно, но Кацуки выглядит уверенным. — Хорошо, — говорит Айзава и открывает дверь. Он заходит первым, несколько детей приветствуют его обычным «здравствуйте, сенсей», пока другие прекращают их разговоры и садятся на свои места. Кацуки, Шото и Хитоши заходят один за другим. Кацуки собирается пойти к своей парте, но Айзава протягивает руку, останавливая его. Шото стоит на месте, наблюдая, как Хитоши обводит взглядом комнату, осматривая всех одноклассников своих братьев. Когда-нибудь он будет здесь, среди студентов-героев. Айзава всё ещё сосредоточен на том, чтобы зачислить его на курс, что, надеюсь, случится к началу следующего учебного года. Пока же ему придется довольствоваться общеобразовательным факультетом. Все, кажется, немного недоумевают, зачем он здесь, но никто из них не заговаривает раньше, чем это делает Айзава. — Я собираюсь вам рассказать кое-что и вам всем нужно принять это, — прямо заявляет Айзава. — Звучит, как угроза, — шепчет Кацуки братьям, и Шото слегка улыбается, пока Хитоши закатывает глаза. Айзава показывает на мальчиков. — Это мои сыновья. Минуту или две в классе стоит тишина, а после начинается хаос. — Значит, теория Тодороки-куна, что Шинсо ваш ребёнок, была правильной? — спрашивает Мидория, хлопая ладонью по своему столу. Он прерывается, внезапно понимая. — Постойте… Тодороки-кун также ваш ребёнок?! И Кач-чан?! — Первоапрельская шутка? — спрашивает Киришима, в волнении вскакивая со стула, едва не сталкиваясь с Каминари, когда тот пытается пройти по проходу. Электрический блондин проводит пальцами по волосам, выглядя напряжённым. — Это… Это не имеет никакого смысла, — говорит он, после чего хмурится. — Постойте… Сенсей, сколько вам лет? Мина фейспалмит. — Они не биологические дети, Денки! — Нет? — растерянно спрашивает Каминари. Иида размахивает руками позади них троих, делая рубящие движения в воздухе. — Сядьте, вы, трое! Мы должны успокоиться, чтобы Айзава-сенсей рассказал более подробно! — О, не волнуйся. Мне больше нечего сказать, — пренебрежительно говорит Айзава. После он поворачивается к сыновьям. — Теперь вы свободны. Мне нужно начать урок. В комнате раздаются протесты 18 подростков. Слышны крики «Что?» и «Вы не можете оставить нас вот так!», а также «mon dieu, что происходит?» от Аоямы. Хитоши машет рукой Кацуки и Шото. — У меня урок, так что я ухожу. Удачи вам. И с помощью этого ему очень гладко удается полностью избежать кризиса, в результате которого 1-А выходит из себя. Классический Хитоши. Такой же неуловимый, как и его отец. Шото начинает паниковать после того, как подросток выходит за дверь. Он бросает взгляд на Кацуки, как бы безмолвно спрашивая, что делать. Кацуки просто пожимает плечами, потому что не знает, что делать. Он начинает идти в сторону своего места, но не успевает далеко уйти, как к нему подбегает зеленоволосый ботаник, широко обнимает его и со слезами на глазах смотрит на него. — Кач-чан Кач-чан Кач-чан, — неистово повторяет Мидория, смотря вверх, наконец собрав кусочки головоломки вместе. — Ты говоришь о том, о чём я думаю? — Верно, — ворчит Кацуки, смотря на Мидорию, который всё ещё выглядит слегка шокированным. Кацуки знаком с ним с детства, поэтому тот знает о ситуации в его семье. Они смотрят друг на друга, беззвучно общаясь. Мидория, кажется, понимает, почти незаметно кивая. Он знает, какая у Кацуки мать. Кацуки считает, что он должен иметь некоторое представление и о ситуации Шото, учитывая, что у них был разговор об этом после спортивного фестиваля. Блондин отводит взгляд, обращая его на остальных друзей, которые, несомненно, собираются допросить его. — Так это шутка или нет? — спрашивает Киришима. Ашидо и Каминари выглядят такими же растеряными. Кацуки качает головой. Шото, стоящий в нескольких футах от него, окружен Ураракой, Асуи и Иидой. Он выглядит неловко и ловит взгляд Кацуки. Кацуки вздыхает. Они никогда не закончат в таком темпе. Он отходит от толпы, образовавшейся вокруг него и смотрит на скучающего Айзаву. — Ты. Объясни классу, — требует он. — Они все ждут, когда ты объяснишь, пап. Ашидо вскрикивает. — Ты только что назвал его папой? — спрашивает она, пока Каминари начинает смеяться. Киришима выглядит так, будто вот-вот сорвется, и вдруг к ним присоединяются Токоями и Джиро, которые тоже ждут ответов. Кацуки случайно ударяется об стол, когда Шоджи тоже пробирается к выходу. Айзава сжимает переносицу. — Все, сядьте. Я поясню подробней. — Как вовремя, — фыркает Кацуки. — Ты и Шото, — говорит Айзава, жестикулируя, — подойдите ко мне. — Он оглядывается. — Где Хитоши? — Ушёл давным-давно, — говорит Шото, слегка усмехаясь и пробираясь к нему. Айзава должен был выпить более крепкий кофе сегодня утром. — Проблемный ребёнок, — тихо ворчит он себе под нос, потом обращается к своим студентам. — Хорошо. Я собираюсь объяснить только один раз, поэтому слушайте внимательно! И он начинает, с самого начала

***

— Не думаете, что уже достаточно объятий? — спрашивает Кацуки. Он и Шото в ловушке, пока весь класс обнимает их. — Объятий не бывает достаточно, бро! — кричит Киришима. — Ага, и это избавит нас от лекции, которую запланировал Айзава-сенсей, — добавляет Ашидо. И они обнимают его ещё крепче. (Айзава использует это время, чтобы поспать.)