Ледяные когти

      Ледяное королевство. Место, с завораживающей красотой которого может сравнится только его опасность. Это покрытая снегом пустошь, где безраздельно властвуют снег, холод и пронизывающий ветер. Казалось бы, кто станет жить в месте, где куда ни глянь, в какую сторону не повернись — до горизонта простираются затянутые белой пеленой равнины, прерываемые редкими холмами и черными, ярко контрастирующими с окружающей белизной, скалами? Ответ на этот вопрос — ледяные драконы. Создания, для которых холод этих мест стал домом… и оружием. Зубчатые когти, чтобы цепляться за лёд, белая, серебристая или голубая чешуя, чтобы сливаться с местностью, «грива» из шипов, похожих на заледенелые сосульки и наконец ледяной выдох — оружие, превращающее врагов в вечные изваяния.       И именно сегодня на просторах Ледяного королевства властвовала метель. В день, который был очень важен для одного дракона. Его имя — Морж. Он — ледяной средних лет, стоящий на семнадцатом месте во Втором круге. Он спешил, боролся со стихией. Холод не был ему страшен, но встречный ветер существенно замедлял полёт и отнимал силы. Однако дракон упорно летел вперёд, ведь там, в ледяном дворце, сегодня должны вылупится его драконята. ***       Ледяной дворец. То же время       — Да пропади он пропадом! Где его носит?! — ледяная в гневе ударила лапой по полу, сморщилась от боли и потерла ушибленную конечность. — Сегодня вылупляются его дети, а он где-то пропадает, — уже более спокойным голосом закончила она.       — Спокойнее, Среброкрылая. Я, конечно, понимаю твоё беспокойство, но не стоит выходить из себя при королеве.       — Простите, Ваше Величество. Такой ответственный день и этот… — советница замялась, подбирая слова. Ругаться при королеве она не хотела. — Этот балбес умудрился опоздать.       Глетчер ничего не ответила и лишь тихонько фыркнула в ответ на слова драконессы. Королева удобно устроилась на одном из ледяных лежаков у стены, накрытом медвежьей шкурой. У её лап лежал свиток с донесениями, которые ледяная как раз закончила читать. Корона, украшающая голову королевы, была выполнена из тёмного металла с вкраплениями алмазов и поблескивала в свете фонарика, плавающего у драконессы над плечом. Весь её вид олицетворял собой спокойствие и силу. Её собеседница же в это время ходила взад-вперёд, то и дело бросая взгляды на двери, ведущие в зал. Сейчас здесь были только они, если, конечно, не считать три яйца, аккуратно уложенных в специальном углублении в центре зала. По старым традициям королева должна была присутствовать при появлении на свет драконят ледяных высших чинов. А Среброкрылая, названная так в честь цвета своих крыльев, являясь советником Её Величества и находясь на восьмом месте в Первом круге, как раз таковой и являлась.       — Уже решила, как назовёшь? — королева решила сменить тему.       — Дочь будет Изморозью, а сыновья — Расколом и Льдом, — с готовностью и некоторой гордостью в голосе ответила Среброкрылая.       — Лёд, значит, — повторила Глетчер задумчиво. — Морж придумывал? — с лукавым прищуром она уставилась на свою подчиненную.       — Да. Сначала я посчитала его простоватым, но потом подумала, что это может указывать на его «ледяной» нрав в будущем и согласилась с его выбором.       Глетчер кивнула, принимая объяснение. Ответить ничего она не успела, так как двери распахнулись и в зал вбежал запыхавшийся Морж. Первым же делом он метнул взгляд в сторону яиц и, увидев что они ещё целы, облегченно выдохнул. Уже после он повернулся к королеве и низко ей поклонился:       — Добрый вечер, Ваше Величество! — ледяная ответила ему легким кивком головы. Слава лунам, ты успел, — Среброкрылая подошла к мужу и лизнула того в морду, заодно наградив укоризненным взглядом. Тот лишь виновато развел крыльями и негромко проговорил: «Метель врасплох застала». Покачав головой, ледяная стала помогать ему отряхивать с себя снег, налипший на чешую за время полета.       Внезапно раздался негромкий хруст, отчетливо слышимый в почти пустом зале. Все присутствующие повернули головы к кладке. Одно из яиц треснуло и было видно, что кто-то усердно пытается выбраться оттуда. Другие яйца тоже двигались — драконята в них начинали выбираться из своего убежища.       Морж и Среброкрылая первыми подбежали к яйцам. Глетчер неторопливо последовала за ними и встала в сторонке — всё-таки драконята должны сначала увидеть своих родителей. Из одного яйца тем временем показалась длинная светленькая мордашка. Среброкрылая помогла малютке выбраться и взяла её в одну лапу. Это была девочка. Малышка тут же укусила мать за большой коготь, что вызвало у последний вздох умиления.       Тем временем из другого яйца, что было самым крупным, выкорабкивался второй дракончик, кроша скорлупу своими детскими лапками. Ледяная взяла его во вторую лапу. Брюшко малыша было чуть голубоватым, а к спине чешуя переходила в более отчетливый синий цвет, который изредка прерывался белыми чешуйками.       — Имя Раскол тебе явно подходит, — довольно улыбнулась Среброкрылая, разглядывая чешую малыша.       Оставалось последнее яйцо. При ближайшем рассмотрении стало заметно, что оно отличается от других. По всей поверхности скорлупы были видны узоры, подобные тем, что образуются на стекле от мороза. Яйцо треснуло с одного конца и кусок скорлупы отпал. Дракончик активно пробивал себе дорогу к свету. Через несколько секунд показалась мордашка. В этот раз уже Морж решил помочь выбраться своему чаду. Протянув лапы, он поднял малыша, любуясь его чешуей. Брюшко малыша было почти идеально белым, но поднимаясь к спине чешуя становилась темнее и заканчивалась глубоким серебристым оттенком. Среброкрылая рядом довольно хмыкнула — дракончик унаследовал её окрас.       Внезапно Морж издал удивленный возглас. Его лапы чувствовали холод. Чешуя маленького дракончика источала его куда больше, чем было положено ледяному дракону.       — У него морозная чешуя! — со смесью удивления и гордости в голосе произнес ледяной.       — Не может быть. Таких драконят...       — Таких драконят не рождалось несколько столетий, — раздался из-за спин драконов голос королевы. Она подошла ближе и пристально взглянула на дракончика в лапах Моржа. По морде Её Величества медленно расплылась довольная улыбка. — Я буду ожидать от тебя великих свершений, Лёд.