Колина Тайна.

Коля сидел в своей комнате. Честно, все это было похоже на один хаос. Разбросанные вещи, разрисованные жёлтые стены. Не заправленная кровать. Кружки из под чая, бумажки....комната была большим хламом. Но Николай сидел за столом, смотря купленное порно с очередным ребёнком. Надрачивая до мозолей свою ладонь, Коля прикусывал свою губу до крови, воображая как он ебет этого парня. Ох, да. Детское гей порно. Ах~. Несколько дней проходит отлично. Все как всегда. Суета города. Рабочие дни и все дела. Гоголь работает курьером. Спросить почему, будет глупо. В основном все заказывают подростки или же дети, от чего Коля был сказать честным, возбужденным и радостным. Ведь увидеть ребёночка, что такой невинный...это же само удовольствие. То, как он будет кушать еду, не подозревая что там находятся подарочки от белобрысого..ахахах...было слишком возбуженно об этом мечтать... Вот. Поступил заказ. Коля конечно же отозвался, но он ещё не знал, на кого нарвался. Делая все как всегда, а именно узнав что это подросток, лет 14~16, он собрал заказ, и не забыв облить еду своей "особой" добавкой, пошёл к месту назначения. Идти было, не так далеко, что даже было в пользу Гоголю, ведь он хотел узнать как выглядит тот парнишка, и хотел узнать, сможет ли он подрочить ночью, думая о нем. О его сладком теле. Эти мысли пархали как бабочки в животе у маленькой, влюблённой девочки. А меж тем, Колька уже стоял у подъезда и набирал номер домофона. Ох. Как было до стука сердца приятно, услышать этот голос..почти сформировавшийся в взрослый. Но оттенок детства, из него явно не ушёл. — Раз ступенька. Два ступенька. Три ступенька. — Считал тихо Николай, в напряженном моменте встречи. — Ступенька.....какая-то. Дверь того мальчика? Да, она. — Будто бы разговаривая не только с самим собой, он постучался... Глаза беловолосого засияли от восхищения. Дитя.. Такое дитя перед ним.. Хрупкое..будто бы от одного прикосновения, он сломается. Но так хотелось.. Хотелось вдохнуть его аромат. Аромат волос, тёмных как смоль волос. Наверно.. Наверно, они такие мягкие? Мягкие?... Да, мягкие! —Вы же Фёдор Достоевский? — Пытаясь не показать себя.. Выдать этим заумным глазкам, Гоголь старался вести себя так, будто он обычный курьер.. —Да. — Не подавая каких либо эмоций выдал мальчик. — Не хотите ли зайти ко мне в гости? А то, одному необыкновенно скучно. — Этот малец явно что-то придумал. Но что? Коля даже не подозревал. Он обрадовался. Пройдя внутрь. Беловолосый увидел давольно...большую, уютную квартиру. Она была полу тёмной. И пахло..пахло не так как в подъезде. Что-то противное вдарило в нос. От чего хотелось просто вырвать весь свой завтрак. —Проходите, туда. —Указал мальчик, чуть улыбнувшись,и оскалив улыбку. (тру бот Фёдора.) Гоголь на позитиве снял свои подкрадули и направился туда, куда ему показали. О нет. Сомнений не было, было лишь чувство ожидания и скорее, продолжения. —Садитесь. Я налил вам чай. Думаю, вы устали пока шли ко мне. — Встав в проёме, Фёдор скрестил руки, наблюдая за молодым человеком. Улыбка снисходительно красовалась на его губах. Что насчёт Гоголя, тот и правда сел, и отпил. Сейчас он выглядел как невинный ребёнок, нежели наоборот. Может, если бы он не был настолько любвиобильным к детям, заподозрил бы подвох. Но он его не видел. Или же? Не хотел видеть. Отпив ароматного напитка из кружки, Николай обернулся. И взглянул в фиолетовые глаза. Сказать честно, ладони вспотели, а на лбу появился пот. Живот скручивал. Было не понятно от чего. Но прекрасные глаза Коли, что были разного цвета, впитывали взгляд Достоевского. Что явно чего то ожидал. И вот, голос. —Николай Гоголь. — Мальчик подошёл ближе. Приблизившись к лицу. — Я знаю что у вас есть не самая хорошая репутация в своём окружении. Но на людях, вы притворяетесь самым пушистым и невинным. Как же вы в глаза другим потом смотрите? — Фёдор улыбнулся. — Но, мне это не важно. Меня интересует лишь ваша персона. И мне бы хотелось, изучить ее. — после этого он отстранился, наблюдая, и добавив ещё. — Все что вы узнали обо мне. Ложь. Это лишь приманка. Знаете, как рыбка на червяка. Слушая все это, Коле становилось хуже и хуже. Тело потело без остановки. Низ живота горел, разум в тумане, как и зрение. Было вроде как и приятно, но вроде и плохо. И эти два чувства боролись в нем. Хотелось плакать и смеяться. Через минуту, беловолосый упал на пол, ведь больше не мог сидеть на стуле, а точнее он ерзал и свалился с него. Тело ослабело. Он не мог говорить, не мог встать. Ничего не мог. Последнее что он увидел, то, как Достоевский подходит к нему ближе, и присаживаться чтобы увидеть лицо. "Темно...темно...Темно...холодно...холодно?..где я? Где?" — Мысли в голове Гоголя скручивались воедино, все они хотели вырваться наружу. Но, что-то не позволяло говорить. Пережало рот. А может и горло. Кричать не получалось. Шевелиться тоже. Ничего не выходило. Его связали? Но на чем? —" Холодное? Я на чем-то холодном. Холодно...помогите...прошу.." Вдруг, чьи-то холодные руки провели по голосу торсу. А уже знакомый голос тихо произнёс. —Проснулся, да? Погоди, сейчас сниму повязку. - После этого и правда он снял повязку с Коли. Яркий свет залился в глаза Николая. Можно было бы подумать что от солнца, но хах. Лампа. Большая лампа, и яркая. Она склонилась над закрепленым телом. Беловолосый осмотрел свое тело. Он лежал на столе. Большом, железном столу. Полуголый и завязаный ремнями. Не далеко стоял столик со всякими инструментами хирурга. Вдруг, тот вытащил из рта..тряпку? И теперь можно было говорить. —Что происходит?! Освободи меня! — Раздался хриплый голос Коли, после чего он прокашлялся. —Ну уж нет. Пока я не изучу тебя. Ты не уйдёшь. — Фёдор приблизился к уху своей "жертвы" — Если сможешь выжить. — После этого, Достоевский отстранился и взял перчатки. Для, начала он хотел посмотреть, изучить его тело, а потом..потом что внутри. Хотел посмотреть, на сколько внутри много грязи..черного. Ведь, те поступки что творил Николай, явно не могли не огрешить его внутренности. Не став церемонится, и не слушая писки того, Дост снял до конца одежду, и выбросил её на пол. Думая, как он её сожгет. На лице не было ни единой эмоции. Но он явно наслаждался этим моментом и триумфом что скоро настанет. Взяв рядом с собой смазку с запахом Вишни, мужчина, если можно так называть его, вылил почти весь тюбик на ладонь с перчаткой. Гоголь наблюдал. Тело тряслось. Было страшно. Слезы ещё не бежали. Но подходили. Как и ком к горлу. —Нет! Фёдор! Я каюсь в своих содеяниях.. Но я же никогда не делал что-то большее Прошу вас, отпустите меня, я..я больше никогда..Федор! Отпустите меня.. — Гоголь ерзал по этой железной доске.. Или кушетке. Без понятия. Фёдор его не слушал. >> Он обошёл к ногам ближе, и ослабив ремни, поставил ноги так, чтобы задний проход был свободен и виден. После чего вновь закрепил сильнее ремни, тем самым сжав кожу больно. Но Коля не издал какой либо крик. Он будто бы смерился. Хотя, сердце бешено стучалось, страх обнял уже все тело, настолько крепкой хваткой, что даже те злостные ремни не такие уж и плохие. Достоевский чуть подумал, и взял один из инструментов, и для начала без всяких подготовок, и всего того подобного засунул всю ладонь в анал Николая. О боги. Вы бы видели лицо и крик Гоголя. Наверно, это то что любил Фёдор. Наблюдать как его жертва мучается, а потом становиться приятно. А потом..а потом снова боль.) Шевеля внутри беловолосого рукой, Дост смотрел на лицо, что было все красное, и больше походило на тех самых хентай тянок. Слышать стоны с перемешкой криков. Думается, что такая реакция впервые у Феди в практике. Но. Ему это наоборот нравилось. Особенно вдалбливаться целой рукой в внутри чьего-то тела. —Ос..остановитесь! Б..больно!— Пересилив через себя и свои же звуки, Коля задыхался слезами, что катились из его глаз ручьями. Да ещё и воздух. Воздуха было чертовски мало. Было бы славно, если бы его просто убили. Фёдор улыбнулся. Вытащив руку, и взяв еще немного инструментов и ножницы, что засунул в карман белого врачебного халата, подошёл к лицу Гоголя. В голове промелькнули мысли для начала поиграть этим телом. Что он никогда ещё не делал. Достоевский убивал. Убивал. Но чтобы поиграть жертвой до потери его пульса. Ещё наверно не было. Всё равно в конце он вырежет. Вырежет все что есть в этом ничтожном человеке. Проведя обеими руками по торсу Коли, что тяжело дышал, и пытался остановить слезы, хоть на немного, Фёдор принялся играть с телом. Вроде бы на первый взгляд таким чистым. Таким..беспомощным. Но. Есть что есть. Гоголь взглянул на то, что делает Достоевский, приятные ощущения пошли по груди, но не ниже. Там все болело. Болело до ужаса. Тихо вздыхая и постанывая, беловолосый понимал, что тут есть подвох. Подергиваясь, тем самым стараясь убрать чужие руки со своего тела...да тут и не только по этому, Коля закусывал губу и прикрыв глаза, хотел вернуться домой. Просто домой. Лечь на кровать и провалиться в пропасть детства. __ —Папа? Папа! Отстань от мамы! Не трожь её! — Маленький мальчик лет 7, выбежал из комнаты, слыша ругань своих родителей. Встав на месте, маленький Коля наблюдал как отец бьёт мать бутылкой из под алкоголя. Та кричала и сопротивлялась, но вдруг, после голоса сына, пьяный в стельку отец повернулся и взглянул на ребенка, отпустив жену. —Коля! Беги, беги, быстро! — Закричала мать почти захлебываясь своей кровью, но вдруг получила сильный пинок в ребра. Гоголь стоял на месте. Он смотрел как отец приближается. С такой..странной улыбкой. Тело застряслось, и на ватных ногах, мальчишка побежал в комнату и заперся. Отец же, побежал за ним и начал долбиться в дверь. Спрятавшись в шкаф, Коля начал плакать. ( Наверно после этого, он обещал себе больше не реветь. И он выдержал. Но из-за Фёдора.) Отец выбил дверь под крики матери, чтобы тот не трогал сына. Но мужчина уже не слушал. Он искал ребёнка. —1, 2, 3. Я ищу искать. — Произнёс отец, и пошёл искать сына. — под одеялом тебя нет..под кроватью тоже. Ха, и за шторами. Тут тоже. И тут. — Пока шаги не приблизились к шкафу. — Так, так так. Коленька, может ты тут? — После этого, он распахнул двери шкафа и улыбнулся настолько ужасной улыбкой, что в душу забрался ужас. Мужчина крепко взял мальчика за его уже не короткие волосы и потащил на кровать. Крики Гоголя раздались по всему дому, а от матери были слышны лишь слезы и мольбы. Но отец плюнул. Кинув сына на кровать, он подверг его насилию.. Только после этого Коля стал не таким как раньше.. ____ Эти вспоминания подкрадывались в голову Николаю, чувствуя как Фёдор уже далеко зашёл, и уже вошёл в него членом. Беловолосый уже просто лежал на нагретой телом акушерке и смотрел в потолок почти не моргая. О нет, он не умер. Достоевский знал это и понимал, лишь ускоряя темп. Ему нравилось то, что тот не проявляет уже никакой реакции. Даже стоны. —Вспомнил все свое детство, да? — Фёдор улыбнулся, оставив очередной засос. — Я знаю тебя с детства. Я следил за тобой. Я был твоей тенью. Я видел все, что с тобой делал твой отец. Я все знаю. — Облизывая свои губы и наслаждаясь своей игрушкой, говорил он. Но реакции от беловолосого не получал. Даже слез. Их уже не было. И вот. Грань. Тогда Коля и пришёл в себя, когда все тело охватило приятное ощущение. Чуть проморгавшись, и выгнувшись в спине, Гоголь обнял шею Достоевского и закрыл глаза, не сдерживаясь. Знаете, на этом моменте, он все ещё хотел умереть. И он ждал когда тот выполнит свою часть того самого. Может быть, все его муки кончаться. —Приятно было, да? Держи в мыслях, что ты первый человек, с которым я вообще что-то подобное делаю, и пока не планирую убивать. Пока не наиграюсь. — Добавил он в конце. Встав на ноги, Фёдор взял ошейник с верёвкой, и нацепил его на шею парня. — Будь хорошим песиком. — Отцепив все ремни, и заставив того слезть с акушерки, Дост прицепил Гоголя к палке, теперь у него появился новый пёс. А Николай сел на четвереньки, и уже даже не ерзал. Так прошло несколько дней. Беловолосый видел как Фёдор в этом же месте убивал людей, которых называл "Тварями". Он не объяснял почему. Но и Коле было не интересно. И вот. Сегодня, Достоевский вновь притащил мужчину. Он не стал того прицеплять. Лишь дождался когда тот проснётся, и произнёс речь, которая заставила замереть сердце Гоголя. —Видишь того парня? Делай сейчас с ним все, что захочешь. — После этого Дост скрестил руки и принялся наблюдать. Тот мужчина смотрел на того, куда показали. Облизнулся, встал и подошёл к Коле. Не обращая внимания на всякие попытки борьбы, мужик взял за длинные волосы Николая. Которые были такие красивые.. Что даже жалко стало Фёдору.// Взял за волосы одной рукой, пока вторая елозила по всему телу. —Отойди от меня! Не трогай! — Пытаясь убрать с себя руки мерзавца, Коля почувствовал сильную боль в области головы. Тот очень сильно потянул за волосы, что аж по телу прошли мурашки. И вот, он делал что душе угодно. Кончал внутрь сколько хотел. Трогал, кусал, бил и ещё много чего. Столько, сколько он хотел. Федя наблюдал. Он ждал, чем все это кончится. Он даже уже решил если тот не перестанет, убьёт мучительной смертью. Лежа на полу весь в синяках, укусах и алых пятен, Гоголь пытался отдышаться. Но у него не получалось. Уже ровно почти пол часа над его телом издеваться. Все тело болело, а анал будто был разорван. Весь в чужой сперме. Слезы все ещё шли, но уже не так обильно как было ранее. Было чувство, что он помрёт в таком виде, положении и от такой "пытки". Пока вдруг от него не отстранился тот мужик, и не послышались его крики. —Все, хватит. Ты почти убил его. Жалкое ты чмо. Неужто, приятно выполнять утехи, пока человек не сдохнет? Держу пари, ты даже после его смерти бы ебал его. — сильно ударив того мужчину, и подождав его отключки, он положил его на кушетку и прицепил ремни, после чего подошёл к измученому телу его "пса" и присел. Дост смотрел не отводя взгляда, после чего сжалился над ним, и отцепив от палки, поднял и понёс прочь из этой комнаты. Даже так, у него были планы насчёт того, как он убьёт беловолосого. Но пока тот его пёс, Феде нужно было позаботиться о нем. По этому, для начала,ему пришлось мыть Николая. После одев его в лишь одну ночнушку которая единственная была длинная, накормил его и положил в кровать, заперев двери в спальню и пошёл разбираться с тем мужиком. Проснулся Коля через часов 6. Глаза слиплись. За окном было темно. Лунный свет проникал в комнату, а звезды ярко мерцали. Было похоже на море...хотелось углубиться и больше не возвращаться. Чуть привстав на локти, он увидел на краю кровати Достоевского, что не сводил с него глаз, и ждал пробуждения. — Ты очнулся. Гудит тело? — Будто бы заботясь о своей жертве, Фёдор наклонил голову чуть в бок. —Почему..почему..ты не убил меня?.. — Упав обратно на подушку головой, ибо сил не так было много, Гоголь посмотрел в потолок. Всё тело и правда гудело. Было больно до невозможности. Ничего не хотелось. Если только закончить все эти пытки и уйти в мир иной. —Потому что я так решил. Не задавай таких вопросов. Должен быть рад, что ещё не мёртв как все те. — Фёдор немного разозлился, и встав, подошёл ближе к Николаю, после чего, сел рядом не сводя глаз. — Когда захочу. Тогда и убью. После этого, Коля взглянул в те же фиолетовые глаза. И задал лишь один вопрос. —За что ты меня так ненавидишь? Я..я Н когда не позволял нечто большее чем просто просмотр детской порнографии.. —Коленька. — Неожиданно для них, сказал Фёдор. Но тут же кашлянул и продолжил. — Нет, не из-за этого. Меня это совсем не волновало. Мне нужен был лишь ты. Хоть, те мужики, что ты видел и сделали что-то до ужаса плохое, но ты, лишь привлёк моё внимание. Как одна из тех ярких звёзд на небе. — Достоевский хоть и говорил это как-то более чем по злому, но явно не врал. Может тот спектакль, что он устроил ранее, был ужасен. Зато он наигрался. Наигрался вдоваль. Но не перестанет, пока жажда не уймется.