Праздник для Николая.

«Темная комната, в глаза светит свет, так ярко, будто бы солнце решило опустится именно ко мне. Все тело связано. Я..я не могу двигаться, говорить...ничего не могу..» Сигма сидел в своем кабинете, как вдруг к нему врывается Гоголь. Его вид был слегка необычный, даже сказать, Сигма в первые видит друга именно в подобном состоянии. Ни шуток, ни смешных действий, ничего. —Николай? Вы что-то хотели?—Откладывая бумаги, и думая о том, что тот вновь мог задумать пакость, Сигма смотрел серьезно. Но, ответа не получил. Лишь шаги прерывали молчание. А когда Коля приблизился к столу, немного улыбнулся. Да, тут явно что-то было не так. Но что?.. Вдруг, Гоголь резко вытащил руку из-за спины, и ударил об голову Сигмы, тяжелую статуэтку. Тот мгновенно потерял сознание не успев даже нажать кнопку для охраны. Наверно, прошло не более трех часов, может больше, не понятно. Странные звуки послышались, когда Сигма наконец смог приди в сознание. Боль во всем теле с волнами нарастала, голова гудела, было холодно. Хотелось есть и пить, но все движения сковывало что-то. Наверно, это были веревки. А может и еще что. Приоткрыв глаза, лампа что была склонена к Сигме, светила прямо в лицо, тем самым ослепляя его. А тем временем шум где-то не далеко, стал сильнее, будто бы кто-то пытался привлечь внимание. Но из-за лампы и ремня на шее, он не мог посмотреть. Да и говорить так-же, парень не мог, ведь рот был связан тряпкой. Прошло несколько минут, как звук открывшейся двери разлетелся по всей комнате, а цепь со стороны начала шуметь, будто бы человека посадили как собаку, и он старается отцепить себя.. Но за этим послышался до ужаса знакомый голос. —Ну что мои дорогие!—В своей манере речи, радостно произнёс Коля. —Федечка и Сигма! сегодня я бы хотел устроить праздник. А точнее, веселье. Надеюсь, вы не слишком против. Ведь мы же друзья!~—Пройдя к связанному Сигме, Гоголь был в халате и перчатках. А в руках он держал не большой пакет, в которых что-то лежало. —Не пугайся мой дорогой Сигма, я обещаю, что тебе будет не больно...Ну если только капельку.—Коля засмеялся. А сердце владельца казино участило ритм биения. Уже не говоря ни слово, Николай убрал лампу от глаз друга, и вытащил скальпель из пакета. Сначала, Сигма из-за слепки света видел темный круг, но когда увидел скальпель, задергался. —Ну-ну, тише малыш. Или ты хочешь, чтобы я вдруг промазал? Ха, не думаю что ты этого бы хотел.—Поднимая взгляд на скованного в цепи Федора, улыбка никак не сползала. —Федечка, сейчас ты увидишь что с тобой будет. Но ты тоже не пугайся! Это совсем не больно!— Опустив взгляд, и разорвав вверх одежды Сигме, посмотрел что сначала "Изучит." Приложив руку к груди, и прислонив скальпель к коже, тот вновь начал дёргаться и мычать, от чего пришлось держать его второй рукой. И вот, Коля начинает надавливать, разрезая. Кровь начала течь с невообразимой быстротой. А Сигма кричал в тряпку, из глаз уже текли горячие слезы. Ведь, было не только страшно, но и больно. —Упс, я кажется наврал тебе. Будет больно.—Очень сильно надавив на скальпель, он проник прямо в мясо, проходя прямиком к кости. Мычание друга стало сильнее, слезы катились чаще, а Федор пытался выбраться, наблюдая за всем, и не понимая что нашло на Николая. прорезая вдоль, Гоголь не останавливался. Разрезы он делал быстрые, от чего боль была сильной. И вот, живот был вспорен, все что было внутри виднелось. Это не могло не вызывать улыбку, или даже смех. Сигма был хоть и в сознании, но он находился в болевом шоке. А потом отключился. —Федя, смотри какая красота! А если вытащить у него сердце? Я положу его в баночку, и буду коллекционировать! Там же будет и твое.~ —Не сводя взгляда с органов, Коля поднял скальпель чуть вверх, и начал резать кубиком кожу и мясо. А когда там появилась дырка, он просунул руку, и выдернул сердце. Картина была не из приятных.—Оно...Оно еще стучит...хочешь послушать?—После этого, Гоголь подошел к Федору и почти в лицо преподнёс ему сердце. Тот был в шоке. Эмоции на лице Федора было не описать. Хотелось тошнить. Но вот, Коля прошел обратно, положил сердце на тряпку, и продолжил резать мертвое тело. Оно было еще теплым, такое чувство, что Сигма жив, просто спит. Но, это было уже не так...