любовь и смерть

одним движением пальца окурок был сброшен с крыши. ветер подхватил пепел, последовавший на сигаретой, разнося его в разные стороны. -ты ведь обещал,- бледные губы обхватили горлышко темной бутылки, кадык дернулся пару раз, а губы вскоре вновь сомкнулись. тонкие пальцы отставили бутылку подальше. -но я ведь не знал. он мне ведь не говорил. ты думаешь он побежал бы обсуждать это со мной? не побежал, как видишь. -это не моя проблема. ты обещал. ладонь Эндрю схватила Нила за плечо, притягивая к себе. губы сомкнулись в поцелуе так же быстро, как оторвались друг от друга. -я ведь не сдержал обещание. -это последний раз. да или нет? -нет. Эндрю отвернулся, достал из кармана новую сигарету, зажег её и затянулся, будто желая сразу выкурить всю сигарету. -твои поцелуи на вкус как боль. Эндрю повернулся к Нилу, выдыхая дым из легких и посмотрел тому в глаза, от чего тот быстро отвернулся. -чтобы заглушить боль мы использовали алкоголь. твои поцелуи напоминают мне боль. Он быстро поднялся с бетона и направился к двери. он шагал и глядел на Эндрю. провожая его поцелуи одним взглядом. как только тот оказался на лестничной площадке глаза налились слезами, а кровь хлынула к голове. хотелось повалиться прямо здесь. но он пошёл вниз. он не помнил как оказался на основном этаже. но помнил как вышел из общежития и пошёл. он кажется разучился бегать, кажется разучился стоять. кажется разучился дышать. он округлял глаза, не давая слезам выкатиться. он изредка глотал воздух. но он даже этого не замечал. перестать дышать сейчас было бы отличным решением. но он почему-то всё ещё хотел жить. и пытался дышать. мысли путались. и он почему-то забыл дорогу до стадиона. но туда он тоже не хотел возвращаться. он достал из кармана джинс телефон и выключил его. а потом пошёл. солнце предательски светило. как оно вообще могло светить, когда произошло такое? оно должно было разрушиться, как и жизнь Нила. она тоже должна была разрушиться. но он за что-то держался. за воспоминания? за какие? все его воспоминания могли его утопить. он продолжал идти. если он остановится сейчас, то остановится навсегда. ведь не может он так просто остановить всё что было между ним и Эндрю? но ведь Эндрю смог. хотя сомнения в этом были. Эндрю ведь тоже человек? если он человек, он не мог всё так просто остановить. ничего его не могла лишить чувств к Нилу, верно? но ведь в те поцелуи он вкладывал все чувства, все остатки своих чувств, он отдал всё Нилу. ведь не мог же Нил влюбиться в него так просто? всё чувства что у него появились были чувствами Эндрю. тот попросту даровал их Нилу. Нил получал все чувства, пока Эндрю их лишался. простые поцелуи, пара прикосновений. пара рассветов и пара закатов. всё это повело их по одной дороге, они не пройдут ни шага дальше без друг друга. это была их тропа. если остановиться, если пойти назад. всё разрушится. они могли пройти только в одном направлении дальше и только вдвоём. только никому этого не хотелось. месяцы сокрытия своих чувств, месяцы ожидания. чтобы ответить «нет»? да. всё именно так и получилось. но. но он надеялся что однажды снова сможет ответить на этот вопрос. и выберет ровно противоположное. он ведь не мог всё забыть, оно ведь всё не так просто? он не знал. ему как будто доводилось доводить отношения до подобной точки. это ведь и не отношения вовсе были? поцелуи, прикосновения, тяжелое дыхание, скользящий между телами аромат алкоголя, едкий дым выдыхаемый в легкие друг друга, окутывающий их тела, их лица. искусанные губы, синяки, выдранные волосы, тихие стоны, дрожь, бьющая тело, розовевшие щеки, растрепанный вид. вот чем «это» всё было. но «это» даже не близилось к отношениям. это близилось лишь к поцелуям с новой страстью, к новому возбуждению, повторяющимися постоянно. это уже не остановить, не завести дальше, но не унести назад. это всё должно продолжаться, но ничего больше. нет. большего быть не должно. возбуждать и возбуждаться, любить и влюблять. слишком четко очерченные границы, которые переступали и переступают раз за разом. вновь и вновь. и теперь кажется, что так и должно быть. но этого не должно быть. всё должно оставаться на своих местах, и не двигаться. желательно никогда. так проще. Нил огляделся и слишком резко пришёл в себя. его руки заледенели, а тело от напряжения содрогалось. совсем не то, чего можно от себя ожидать, погружаясь в размышления. он побежал. чтобы согреться, чтобы расслабиться, чтобы чем-то заняться, чтобы просто побежать. он бежал по улицам города. убегал от чего-то. сил на слёзы просто не осталось. но так ведь проще? он бежал, стараясь глядеть по сторонам. стараясь думать о людях. всё, лишь бы не думать о себе. он мог бы даже прямо сейчас проткнуть себя лезвием, лишь бы остановить всё это. но это не остановит ничего. что, если после смерти целая вечность будет в размышлениях? ничего не хотелось. хотя хотелось спать. чтобы избежать набегающих мыслей. но засыпание кажется займет целую вечность. он наконец остановился. рядом не оказалось ни одной скамейки. ожидаемо, в принципе. он развернулся и пошёл туда, откуда прибежал. солнце уже садилось, фонари начинали гореть, улицы становились менее людными, но все равно как будто более оживленными. толпы людей перестали тихо метаться по улицам, их сменили громкие толпы подростков и молодежи. которые не стеснялись смеяться, выкрикивать шутки. хоть кто-то мог отвлечься от всего, и это словно успокаивало Нила. чем дольше он шел, тем большее шумных компаний он наблюдал. возможно среди них были многие из его университета, может даже кто-то из старшекурсников вышел погулять, не заметив его. улица уже потемнела, а здание общежития все ещё где-то скрывалось. кажется, время, проведенное в бреду, завело Нила совсем далеко. но он продолжил шагать, просто не желая останавливаться. ноги уже болели, но пока он не повалиться на землю от усталости, зачем ему переставать идти? он шёл. Эндрю наверное сейчас сидит в комнате около окна и курит, или курит на крыше, или уже спит, хотя вряд ли. наверное, он не смог бы заснуть, даже если бы попытался. он тоже переживал. за Нила, за Кевина. за Аарона и Ники. что с ними станет после этого всего? что стало с ними уже? Нил уже стоял внутри общежития, не зная, куда идти. но даже не поразмыслив он поднялся на этаж и пошёл к своей комнате, прислушиваясь. если Мэтт был в комнате, он был один, ведь женских голос слышно не было. тишина доносилась и от комнаты кузенов. Эндрю наверное на крыше, но через час он уже вернётся. наверное. войдя в свою комнату Нил огляделся. прошел на в спальню, на кухню. но Мэтта не обнаружил. в ванной тоже никого не оказалось. но свет в комнате горел, словно дожидаясь прихода Нила. Нил скинул свою куртку прямо на пол и туда же повалился. неужели все решили его бросить? он не помнил ничего. как проснулся он тоже не помнил. он не слышал ни открывающейся двери, ни стука в дверь. ничего. всё будто поддерживало его состояние. и молчало. он вынул телефон из кармана, но всё же не решился его открыть. возможно что-то произошло, а он гулял и спал в неведении. он поднялся, прошёлся пару раз вокруг спальни, зашёл в ванную. там он обрызнул себя ледяной водой, что мало помогло. вышел из ванной, забрызгав каплями с рук пол спальни и плитку ванной. он прошел на кухню. в холодильнике было много чего съедобного, но больше там хотелось бы обнаружить яд. но его не оказалось, отчего Нил разочарованно захлопнул холодильник. прошагал к выходу из комнаты и вышел, даже не постаравшись запереть дверь на замок. он поднялся по лестнице на самый верх. где была всего одна дверь, оказавшаяся широко распахнутой. чуть поодаль от неё лежало тело, одетое в чёрное, будто пытавшееся слиться с окружающим. владелец тела лёг на пальто, подложив руки под голову. Нил встал рядом с ним. карие глаза равнодушно оглядели его, вышедшего на улицу в одной толстовке. -Эндрю. пойдем внутрь. -зачем? -я ошибся. -в чём? мы все ошиблись когда-то, посмев родиться. -я ошибся ещё летом, подписав контракт. но ещё сильнее я ошибся, сказав тебе сегодня нет. -нет? ты не ошибся. ты так решил. -это было глупое решение, это была ошибка. я должен был сказать да. знаешь, ведь сейчас. сейчас словно всё общежитие разбежалось, оставляя нас одних. я ошибся, я ошибся, сколько я должен это сказать? пойдём, мы должны быть внутри. Эндрю в ответ лишь прикрыл глаза. только сейчас Нил заметил в его пальцах осколок бутылки, которую осушал Эндрю этим вечером. от осколка пальцы слегка кровоточили, но только крошечными пятнышками. Нил смотрел на осколок, надеясь, что руки Эндрю не подверглись тому же, чему были подвержены пальцы. он присел рядом, прямо на бетон, надеясь сохранить целостность почек. но Эндрю тут же повторил за ним, приглашая Нила присесть на пальто. Нил подвинулся к Эндрю. Нил сидел, поджав ноги к себе, и положив на собственные колени голову. и смотрел на Эндрю. тот оглядывал небо. сегодня оно было невероятным. белая луна ярко освещала небо, она словно вся была сделана из света, а десятки звезд красиво её дополняли. а само по себе небо чернело. оно было слишком контрастным, слишком ярким, состоя из двух цветов. смогут ли Нил с Эндрю дополнять друг друга как луна дополняет небо, как звезды дополняют небо? ведь если представить небо без звезд или луны, это будет совсем другое небо. хотя если бы оно было таким всегда, небо было бы тем же. Нил и Эндрю всегда были друг без друга, наверное их одиночество вполне нормально. но ведь поистине солнце дополняет луну. ведь солнце освещает луну так ярко, что кажется, она светиться. но если бы не было луны. никто бы ничего не заметил. но если бы не было солнца. некому было бы это замечать. они сидели так наверное вечность. Нил был словно в бреду. он просто смотрел, ничего больше. но один лишь вид Эндрю сводил его с ума. вызывал лихорадку. одно лишь его нахождение рядом согревало. но чего-то не хватало. -Эндрю, у тебя что-то осталось? тот в ответ продемонстрировал осколок бутылки. -у тебя что-то осталось ко мне? Эндрю выбросил осколок.