В темпе вальса

В темпе вальса - Бал? А мы тут причём? - При том, что мы гостим в замке первой по старшинству семьи в Керионии и отвергать их предложение крайне невежливо! Гадриэль закатил глаза. Михаил и Карина, что-то тихо обсуждая, мялись у стен просторной залы. Крис задумчиво нажал на клавишу фортепиано. Огляделся в поисках стула, и, найдя искомое, направился к нему. Подтащив массивное золотисто-бархатное нечто к инструменту, он уселся на него и взял несколько аккордов. Почувствовав себя более уверенно, он начал наигрывать несложную, навязчивую мелодию. - Ты умеешь играть? - немного удивлённо поинтересовалась китаро. Оборотень смутился: - Немного. В музыкальной школе не учился, играю так, для себя. - Знаешь какой-нибудь вальс? Мы бы с этим пернатым показали, что вас ждёт на балу. Крис задумался. Спустя минуту он произнёс: - Знаю один. Но не уверен, что он вам подойдёт, ведь он... - Не важно. Ты, главное, играй, а мы разберёмся. Парень пожал плечами и снова развернулся к фортепиано, разминая пальцы. Михаил и Карина, увидев, что что-то начинает происходить, подошли ближе. Тем временем Тара и Гадриэль негромко спорили, кружились на месте, видимо, вспоминали танец. Наконец, они вышли на середину залы и встали в вальсовую позицию - парень вытянул правую руку в сторону, левую расположив чуть выше талии Тары, а она, в свою очередь, вложила свою левую руку в его ладонь, опустив правую на гадриэлево плечо. - Мы готовы. - Я тоже, - отозвался парень и добавил: - там вступление на два такта, учтите. - Что-то на музыкальном, - тихо пробормотала Карина. Михаил хмыкнул. Зазвучала музыка. Как показалось Михаилу, это был не классический вальс, а, скорее, что-то чуть более современное. Нефилим и китаро шагнули в танец, как в холодную воду - быстро и решительно. Их движения были изящными и точными. Гадриэль действительно вёл свою партнершу по фигуре танца, а не просто шёл рядом с ней, слегка касаясь руками, как большинство парней на виденных Стариным школьных балах. Прокружившись четыре или пять раз, они разошлись в стороны, встретились правыми руками, подняли их вверх, сделав окошко, снова прокружились и опять встали в вальсовую пару. Их быстрые, выверенные движения завораживали, притягивали взгляд. Наконец, музыка смолкла. На мгновение повисла тишина. Гадриэль и Тара, раскрасневшиеся и запыхавшиеся, отступили друг от друга. Немного отдышавшись, Тюремщиков вновь предложил руку девушке, и, когда та ее приняла, отвёл к Михаилу и Карине. Только после этого он привалился к стене и обессилено сполз по ней на пол. Карина обернулась к Улаеас с широко раскрытыми глазами и потрясенно произнесла: - Это было... - Тут слова у неё закончились, поэтому не менее потрясённый Михаил закончил за неё: - ...потрясающе. Мне кажется, я впервые... - здесь и его размышления потерпели крах и он тоже не смог завершить свою мысль. Тара, крайне довольная произведённым эффектом, похлопала его по плечу и подошла к Крису. - Ты прекрасно играешь. Не знаю, почему ты говоришь, что где-то там не занимался, на мой взгляд, для самоучки ты отлично держишь ритм. Парень покраснел: - Да не так уж и хорошо, я ошибся в нескольких местах... - Не скромничай, Тара права, - сказал Михаил, вставая рядом с китаро. - Поддерживаю. - Подал голос умирающий у стены Гадриэль. Тара повернулась к нему: - А ты не растерял своего умения, похвально. - Угу, учился пол жизни именно ради ваших ошарашенных лиц. Теперь можно и умереть спокойно. Тара сцепила руки в замок и вывернула их ладонями наружу, хрустнув суставами. Карина едва заметно сморщилась. - Не-ет, дорогуша, рано тебе пока умирать. Нам ещё предстоит научить этих ребят не путаться в ногах во время танца, - протянула Улаеас. Гадриэль обессилено застонал. - Стоп, а вы уверены, что мы сможем выучить это за два дня? - обеспокоено поинтересовалась Карина. Тара хищно улыбнулась: - А есть ли у вас выбор? Крис вздохнул. Остальные согласно поддержали его своими тяжкими вздохами. Но выбора и правда не было. Ежегодный бал, на который собирается вся знать Керионии, состоится через два дня. Родители Артура, по неизвестно какой причине, решили вручить пару приглашений ребятам, как спутникам Тары. Не прими они приглашение древнейшего рода, это посчиталось бы оскорблением. Ввиду этого, Михаилу, Крису и Карине предстояло за два дня выучить хотя бы пять керионийских танцев. Ответственность за их обучение легла на Тару, и, что довольно сильно удивило остальных - Гадриэля. - С чего начнём? - Осведомился Михаил. - Пожалуй, сначала научимся танцевать просто под счёт, а завтра Артур пообещал мне привести небольшой оркестр. - Тара произнесла это немного задумчиво, видимо, прикидывая, с чего им начать. - Оркестр? Нехило. Совсем очаровала парня, раз он аж на музыкантов разориться решил, - хмыкнул нефилим. Тара спокойно ответила: - Ну да, в отличие от тебя, я веду себя с людьми вежливо, вот они и готовы мне помочь. Гадриэль фыркнул и отвернулся. Тара взяла его за руку, снова вытащила на середину зала и скомандовала: - Так, Карина, Крис, идите сюда. А ты, - обратилась она к Михаилу, - внимательно смотришь, а потом пробуешь либо со мной, либо с ней. На балу проблем с партнерами не будет, но пока нам придётся обходиться тем, что имеем. Старин кивнул и прислонился к стене. И процесс пошёл. Карина и Крис на удивление легко разобрались с непростым вальсовым поворотом, и под счёт Тары кружили по залу до тех пор, пока не отточили этот приём до автоматизма. После этого они разучили под строгим взглядом китаро целых два вальса и были отправлены в другой конец помещения доводить их до совершенства. Глядя на то, как просто эта парочка осваивает сложные на первый взгляд движения, Михаил воодушевился, решив, что не так страшен черт, как его малюют. Тут Улаеас обратила на него внимание и позвала: - Идем, теперь мучить будем тебя. Гадриэль облегченно вздохнул и сел на стул, все еще стоящий перед фортепиано. Положил руки на его спинку, опер подбородок на предплечья и стал наблюдать за Тарой и Михаилом сквозь слегка прикрытые веки. Михаил подошёл к Таре и встал, как Тюремщиков до этого - одно руку вытянул в сторону, а другую положил на талию девушки. - Так. Ты же не будешь против, если я буду звать тебя Мишей? - Гадриэля на его стуле аж передернуло от этого сокращения. - Просто мы последние несколько недель общаемся на «эй, ты» и мне кажется, это не очень здорово. А говорить «Миха», как Гадриэль, или по полному имени, мне как-то... - Она замялась, пытаясь подобрать правильное выражение. - Да, конечно, можешь звать меня так, как тебе нравится. Правда, редко кто выбирает «Миша». Тара улыбнулась: - Мне кажется, это сокращение слишком мягкое для тебя. Но пока я не нашла других вариантов, так что будешь Мишей. Нефилим поморщился. - Ну ладно, хватит разговоров. Давай начнём. И она начала объяснять. Спустя двадцать минут оттоптанных ног и одного крайне неловкого падения Старин совсем упал духом. Нет, китаро была прекрасным учителем. Но в голове Михаила ну никак не укладывалось то, что она ему говорила. Вроде бы, в теории все ясно - шаг сюда, поворот, шаг туда, ещё поворот. А на практике... Наконец, Тара не выдержала. Она глубоко вдохнула и отошла от парня. Подошла к Гадриэлю, быстро уступившему ей стул, и обессилено опустилась на освободившееся место. Пока расстроенный в своих лучших чувствах Михаил печально рассматривал носки своих ботинок, девушка знаком показала Тюремщикову, чтобы тот наклонился к ней. Когда он сообразил, что она от него хочет и опустил голову, она прошептала: - Он старается, и вроде понимает, что нужно делать, но... - она развела руками. - Может быть, ты сможешь объяснить ему лучше? - Китаро с надеждой поглядела на парня. Тот вздохнул. - Я попробую, но ничего не обещаю. Скорее всего, нам придётся отстаивать с боем его красивую мордашку от придворных дам, лишь бы он не опозорился, - хмыкнул он. - Какая поразительная вера в друга, - скривилась Тара и едко добавила: - Всегда поражалась твоему оптимизму. Гадриэль гордо вскинул подбородок: - Я реалист. - Шёл бы ты, реалист, учить парня, а то он так и будет расстраиваться. - И всем своим видом показав, что разговор окончен, поднялась со стула и направилась в сторону Карины и Криса. Нефилим поглядел ей вслед, вздохнул и посмотрел в сторону Михаила, который перешёл от созерцания своей обуви к самостоятельным попыткам сделать этот несчастный вальсовый поворот. Он выглядел таким сосредоточенным, что прерывать его было просто жаль. И тогда Гадриэлю в голову пришла блестящая (но, говоря начистоту - не слишком разумная, как и, в прочем, все его идеи) мысль. Дождавшись очередного неловкого поворота некроманта, он быстро шагнул вперед и оказался на месте воображаемой партнерши Старина. Прежде чем тот от неожиданности успел споткнуться, Тюремщиков положил руку на широкое плечо и ловко прокружился с ним пару метров. Когда они остановились, он поднял глаза и встретился с удивлённо-счастливым взглядом Михаила. - У меня получилось? - Словно бы не веря своим ощущениям спросил он. - - Скорее, получилось у меня, - немного ехидно поправил парня Гадриэль. - До последнего сомневался в этой идее, честно. Старин улыбнулся уголком губ. - Ну, что же я делаю не так? Нефилим взял его правую руку и передвинул ладонь со своего бока вверх, почти на лопатку. - Во первых, - начал Тюремщиков, - вот такое положение будет более удобно и для тебя, и для партнёра. Во вторых, - он вложил свою правую ладонь в его руку, а левую устроил на плече, замыкая вальсовую пару, - вести должен ты, а не я, как было в этот раз. Запомни, - тут он скорчил суровую рожу и заговорил скрипучим голосом, - женщины любят уверенных мужчин. Учись, пока я жив. - Так может, в таком случае, я буду все-таки тренироваться с девушками? Лицо Гадриэля стало ещё серьезнее: - Ни в коем случае. Сначала ты научишься танцевать со мной, и только потом я пущу тебя к дамам. Сказал, блин, как отрезал, подумал Михаил, на языке ужом извивалась дурацкая шутка, но в слух он произнёс: - Ну так, чего мы тогда стоим? - Так рвёшься и мне ноги отдавить, мистер Тяжелый Ботинок? - Сам не замечаешь, как по идиотски это звучит? - А тебе не страшно болтать со мной в столь компрометирующем положении? - Мне кажется, зубы мне здесь заговариваешь ты. Гадриэль вздохнул и ответил, будто бы принимая поражение: - Что ж, пожалуй ты прав. Поехали. И процесс наконец-то сдвинулся с мертвой точки. Невероятно, но факт - Михаил понял, что перестал путаться в ногах. Это оказалось настолько просто, что мозг практически отключился. Остались только шаги, повороты и голос Гадриэля, который, глядя в ноги, негромко и размеренно считал: - Раз-два-три, два-два-три, три-два-три, четыре-два-три... Голос не утихал, его тон становился то выше, то ниже, и вскоре для некроманта остался только этот звук и тепло руки, которую Старин сжимал в своей ладони. Из этого подобия транса его вывела резкая остановка и комментарий Гадриэля, прервавшего свой монотонный отсчёт: - Вот, теперь гораздо лучше. Но, пожалуй, осталось ещё одно - не стискивай так мою руку. Больно немного. Михаил быстро разжал пальцы, убрал руку за спину. - Извини. Я... - Ага, выпал из реальности, я заметил. - улыбнулся нефилим. - Но теперь, - он сказал это тоном, не терпящим возражений, - мы попробуем ещё один раз, но на этот раз вести будешь ты. Старин нервно сглотнул. - Да не бойся ты так, все получится, - приободрил его парень, вновь устраивая руку на некромантовском плече. - Ну, поехали. Раз-два-три... И они начали. Гадриэль не проявлял почти никакой инициативы, только тихо считал и делал шаг в нужный момент. Спустя три поворота Михаил наконец ощутил ту уверенность, о которой упоминал Тюремщиков раньше. Его напряженные плечи расслабились, а движения стали чуть более размашистыми, но не утратили ранее обретённой чёткости. Он наконец-то начал получать удовольствие от танца. - Вот видишь, все не так страшно, как казалось, - сказал нефилим, прекращая считать. Старин провёл их через ещё один поворот и остановился. Они отступили друг от друга. Как только едва заметный дурман, который действовал на обоих в это время, рассеялся, между юношами повисла небольшая неловкость. Михаил решился прервать молчание: - Я удивился, когда увидел, что ты умеешь танцевать, честно. - Я сполна передал это искусство тебе, мой юный падаван. Теперь я могу уйти с миром... - Тут Гадриэль повалился на колени, одной рукой хватаясь за сердце, а другую простирая к невидимым небесам. Некромант прыснул. Тюремщиков поднялся с пола, отряхнул штаны, и, поправив пальцем воображаемые очки, низким голосом добавил: - Теперь я с чистой совестью могу доверить тебе наших дам. И тут же, войдя уже в другую роль, картинно прижал руки к груди, закатил глаза и проговорил высоким голосом: - О, нет, я не смогу теперь отпустить вас, ведь я отдала вам своё сердце, ах! Тут к ним подошла Тара, и прервав этот театр одного актера, кисло сказала: - Отлично. Клоун справился с тем, что не смогла я. Ну да ладно. Нам пора переходить к более серьезным вещам.