Ловя закаты, находя свободу.

Бывает же иногда, когда человек настолько неприятен, но и бросить его жалко, беря на себя ношу. А Руслану даже представлять не надо. И как же человек, самое высшее существо не может идти дальше по пути саморазвития, а продолжает тонуть в пучине деградации? Этот вопрос задавал себе Руслан каждый раз, когда Кашин уничтожал ожидания, свои же слова и снова возвращался к одному и тому же. После очередной громкой ссоры шатен был не в силах идти на разговор, при том первый. Внутри всё подсказывает, что эта идея ничего не решит после несчитанных повторений. Руслан пустым взглядом смотрел на рыжего, только недавно вышедшего из пучины агрессии, взгляд Данила потух, глаза снова стали серо-голубыми, а румянец поутих. Кашин смотрел виновато, знал же, что опять натворил, знал, но поступил так, отключив голову. Внутри ничего не происходит, ощущение будто жизнью барана живёшь. Хотя почему будто? действия полностью оправдают название жизни. Кашин не пытается извиниться, не пытается хотя бы обманчиво изменить ситуацию своими пустыми словами, он просто молчит, ещё больше изводя Тушенцова, если в нём вообще осталось чему гореть. Шатен разворачивается и идёт собираться на улицу, продолжая молчаливую войну, а рыжий то ли наконец-то очнулся, то ли что, но пытается ухватиться возможную надежду, подходит к Руслану и мягко касается плеча, желая встретиться взглядом. — Отпусти, сука! Не трогай меня! Не приближайся ко мне не на метр, уёбище! — молчание сходит на крик, тяжёлый взгляд брюнета становится диким, уготовленный только самому ужасному врагу. — Русь, пожалуйста, не уходи. Я. — прервался Данила на полуслове, если так подумать, что изменит тысячное повторение одних и тех же слов в разное форме? — Что я? Больше так не будешь? Не будешь продолжать придерживаться своих же обещаний? — подхватил на полуслове Руслан. Парень прекрасно понимает во что опять выливается сцена, и поспешил уйти, оставив Данилу одного. Рыжий не сказал ни слова, молча наблюдая за Тушенцовым. Кашин знает, что шатен потом придёт, ведь идти ему некуда, но ситуацию это никак не исправит. Так и продолжится ссора на несколько дней или недель. Проводив взглядом возлюбленного, рыжеволосый ушёл в комнату, всё в ней терроризировало, бесило, а всё потому совсем недавно был погром. С осадком прошлой сцены Данила оглядел комнату, оставаться в беспорядке не хотелось, включил музыку и под неё принялся убираться. В голове никаких мыслей, лишь пустота, она тихо существовала, не мешала, но и полезного не давала. После несчитанных громких ссор пустота стала приятной, не капала на мозги ненужными доводами. Кажется, Кашин не пытался работать над собой, смысл в этом, если люди не меняются? Так он считал, говорил Руслану, а тот слепо пытается найти хорошее в самом ужасном, ударяясь, будто о грабли каждый раз и ведь бросить не может. Уборка шла своим чередом, была релаксацией и спасением от безделья, ведь более глобальные дела голова не созреет сделать. Руслан же в это время неспеша прогуливался по хмурым и серым улицам Питера, на дворе как раз было начало зимы, а улицы как всегда мешались в коричнево-белых тонах. Вечернее небо приветствовало путников, даря начало заката, кто-то фотографировал каждодневное событие, потом конечно же забудет этот момент в своей галерее телефона. Но шатен видевший эти закаты всю жизнь, не обратив даже внимания на это, шёл мимо, погрузившись в себя. В голове бесновались одни и те же мысли: «Он не меняется. Эти разговоры — пустая трата времени и нервов. Расстанься и взмахни крыльями вверх, наконец уже», и последняя точно была самой правильной, так бы все ответили, услышав, что творится в личной жизни Руслана. Тушенцов с досадой поднял взгляд от тротуара на небо, этот вид он видел постоянно в разные времена года, но каждый раз с замиранием сердца и дрожью в нём купался в приятных ощущениях от этого вида синевато-оранжевого небосвода. Он находил в этом каждый раз одно и тоже необъяснимое ощущение в разной интерпретации — свобода. То чего так не хватало, то, в чём он нуждался как в кислороде. Но всегда парад полётов в небесах нарушал необъяснимый долг перед Даней, заставлявший и с небес сойти обратно на землю и снова продолжать отношения. Спасатель никогда не поймёт, что спасать нужно тех, кто готов приложить свои усилия. И ведь необъяснимый долг и вправду существует. Случилось это очень давно. Руслан бедствовал, дико бедствовал, рассчитывал каждую копеечку и растягивал всё что мог, лишь бы не сгнить. На тот момент он жил у своей далёкой тётки в питерской коммуналке, точнее не жил, выживал, существовал. Тётка пьянь, таскала к себе кого попало, с Руслана же требовала одно и тоже: «Принеси, подай и нахер не мешай». Шатен в прямом смысле был мальчиком на побегушках, тут вытри разлитую алкашку, а тут уже иди помогай тёте, которая и так в невменозе, хочет добавки да похлеще, чем алкоголь, а её ебырь либо валяется на полу, либо джентльмен хуев, впрягается за даму сердца, когда ей помочь хотят. И ведь соседи об этом досконально знали, происходило все под их носом, и сплетни Руслана никак не могли не пройти. Шатен несколько лет существовал в такой жизни, стараясь подняться выше в своём саморазвитии и связях. Сначала только и получалось найти связи в наркоте, но выпал один шанс из тысячи, Тушенцова позвали на вписон к какому-то популярному музыканту. Так как за музыку он шарит, то и знакомства с людьми из этой сферы не прошли стороной, получилось поучаствовать в паре проектов, но а главное проебывать своё время на тусовках, а не в убитой коммуналке. Шатен ходил куда угодно, был в каких угодно ситуациях случавшихся на таких мероприятиях. Не без труда и грехов за спиной получалось выпутываться из всякого дерьма. В один такой вечер-ночь, когда нагрянули менты, Тушенцова знатно подставили, бежать нужно было во всех смыслах. Не только брюнет боялся чёрных властелинов, но и остальные участники тусовки, все врассыпную. К тому моменту половину народу уже повязали, очередь подходила к Руслану, но неожиданный добрый жест помощи от Данила в тот момент спас. Рыжеволосый нашёл потайной ход, такие были хоть и редкостью, но факт их наличия был, парень сам хотел в одного съебать с места преступления. Но внутри что-то у рыжего было, что-то не своим чередом, будто свыше подталкивало помочь именно Руслану — не судьба ли? В тотальной суматохе Кашин выцепил шатена и потянул на себя и закрыл неприметную запечатанную обоями дверь. Шок, недоверие и страх из-за неожиданности тут же окрасили настроение брюнета. — Тихо ты. Пошли со мной. Я такие лазы видел уже, сейчас с другой стороны выйдем. Как понимаю это бывшая сквозная комуна. — спокойно пояснил Данила, волнение в его голосе присутствует, как побочка от адреналина. — Ладно. — без лишних слов согласился Руслан, не в его интересах попасться ментам, и зашагал вслед за Даней. Через минуту парни были в другой части дома в парадной, не останавливаясь продолжили по тихой уходить подальше от двора. — Тебя же Русланом зовут? Я просто помню тебя кто-то из ребят упоминал. — спросил без явного интереса рыжий, кажется лишь для того, чтобы тишину убрать. — Да. — но и шатен был не многословен, он в принципе не всегда много болтает, а тут с незнакомым человеком так уж особенно. — А я вот Даня. Может слышал обо мне, у меня свой канал на Ютубе, пишу музло всякое. — все это время Руслан шёл за Данилой, тот же решил наконец-то убрать это и сравнялся рядом с брюнетом, попутно рассказывая о себе. Первое что себе подметил Тушенцов — не его творчество и всё остальное, а кристально голубые глаза, заставившие заглядеться на пару мгновений. — Эу? Ты тут? С ешками баловался? — Нет. Просто устал. — может и вправду так, но глаза Данила свою роль сыграли, точно и без промахов очаровали Руслана. — Понятно. Тебе куда надо? А то уже может идём вообще не в ту сторону. — спросил Кашин, он не беспокоился о Руслане, просто хотел побыстрее избавиться от него. — Мне туда. — сейчас возвращаться совсем не вариант, пьяной тётки ему вообще не хватало дополнительным мозгоебом. Шатен неоднозначно показал в одну сторону, а потом в другую путаясь в своём ответе. Со стороны это выглядело жалко, у парнишки в прямом смысле дома нет, где переночевать. Данила сначала озадачил такой ответ на его вопрос, в голове начал образовываться пазл. — Куда туда? Ты точно в норме? Ты смотри, на ночь могу к себе пустить, а то ну как-то не по человечески тебя тут обдолбанного оставлять. —Даня посмотрел на Руслана, тут даже полному безразличию Кашина стало не безразлично, глаза никак не показывают наличие вещества внутри и ведёт сам Тушенцов адекватно, но все равно пазл в голове не сходится с картиной. — Можно к тебе? — неуверенно произнёс шатен, ему было стыдно проситься к кому-то, доставлять лишний дискомфорт. На удивление рыжеволосый без негатива отнёсся, махнул вперёд, приглашая идти с ним. Дома у Кашина было хорошо, своя квартира без соседей по комнате, без неприятного запаха, со всеми условиями для жизни. Руслан впервые почувствовал приятное чувство комфорта, на секунду ему стало завидно, но уняв зависть парень провёл ночь у Данилы. Так эти двое и познакомились, совсем при странных обстоятельствах. Со временем притёрлись к друг другу, а там и Данила первый совершил камин-аут, раскрыв своё пристрастие к парням, в особенности к Руслану. Позже они полноценно стали встречаться, шатен теперь жил у Кашина, кажется он мечтать о большем уже не мог, но и с творчеством тоже помог Даня, раскрутил собственный канал Руслана на Ютубе и карточку музыканта всякими коллаборациями и фитами. Жила так сладко парочка не долго, если со временем Руслан стал тщательнее отбирать себе круг знакомых, ходил на более менее приемлемые тусовки, перестал злоупотреблять с зависимостями, то Данила был противоположного мнения. Под вечер рыжеволосого никогда не было дома, заявлялся под утро и дрых до вечера, так могло продолжаться долго, до очередной ссоры. Первое время после примирения Даня вёл себя адекватно, как всегда создавал идеальную обёртку, но надолго его не хватало. Всё это было когда-то давно, поросло всем чем можно, того Кашина уже давно нет. Руслан ещё раз более всмотрелся в закат, воспоминания прошли не дав никого ответа, лишь приятную ностальгию от прожитых тех дней. И снова Тушенцов погрузился в пустошь, продолжил свой шаг, не засматриваюсь ни на что. Часы так проходят бесследно и вот уже шатен не заметил, как прогулял до одиннадцати вечера. На экране телефона высветились пропущенные от Дани, перезванивать Руслан не стал, он всё ещё держит обиду и в этот раз посерьёзней тех, что у него были. Возвращаться не хотелось, все как давно-давно, только рыжий стал той самой тёткой. Из близких друзей был Юлик, но тревожить его не особо хотелось, у него там жена и тесновато будет втроём. Почему же сейчас не лето, ушёл бы гулять на всю ночь, а тут заболеть на раз-два, с раздражением подумал про себя шатен. Идея снять номер в отеле весьма понравилась, позволить себе может с его заработком. Спустя время добрался до отеля, поужинал и лёг спать. Весь вечер он провёл наедине с собой, стараясь пропускать все мысли связанные с Даней и произошедшим, впервые почувствовал себя свежим. В то же время вечер у Кашина проходил мягко говоря ужасно. Ревность съедала изнутри, а проигнорированные звонки вызывали фонтан агрессии, заставляя крушить недавно убранную квартиру. Данила зависел от Руслана, но признаться себе в этом не может, будет вспахивать и с пеной у рта доказывать обратное — вот она упрямость во вред, которая отравляет жизнь обоих парней. Ночь рыжего проходила не сладко, тот совсем не мог заснуть без его любимой «игрушки», пытался дозвониться, но шатен назло поставил телефон на беззвучный. Искать не вариант, в большом городе не отыскать, оставалось ждать, запивая свою точку чем-нибудь похлеще. Утром брюнет вернулся, как ни в чём не бывало, но перед тем как открыть дверь на лице невольно вылез стыд, после резкой свободы на пару часов и сделанного, в голове уже прошли возможные последствия. Повернул ручку, дверь отворилась и Руслан прошёл внутрь, пьяный Данила лежал на столе, а рядом недопитая бутылка бодяги, и всё это на фоне ужасного хауса в квартире. Стыд сменился раздражением, кому ведь это сейчас убирать? Верно, Руслану. Шатен с ужасом оглядывал масштаб устроенного рыжим пиздеца. Возразить не мог, ведь боялся Данилу, хотя тот ещё ни разу не ударил, и на этом спасибо. Вспоминая свои несколько часов одиночества, не таким образом остальные живут, но внутренние тараканы не позволяют жить как остальные, ведь так? День был занят уборкой, а убирать и вправду много, Тушенцов управился только под вечер, а к этому времени как раз и виновник бардака проснулся. Рыжая голова раскалывалась от перепитого и потреблённого вчера, рука Данилы потянулась к макушке и почесала её. Хотелось выпилиться, лишь бы не страдать, но не это ли нравится Дане? Чтобы милый мальчик Руслан пригрел, помог и словами утешил и не только ими. Только этот мальчик сейчас совсем не мил, он смотрел на Данилу пустым взглядом ожидая новой импровизации. Кашин без резких движений поднял голову со стола и посмотрел на возлюбленного, в этой ситуации только он казался слабым ничтожеством, третьим лишним колесом. — Руслан. — сорвалось с губ в полушёпоте, рыжий не находил слов, что сказать. Брюнет как на зло молчал, словно в его поведении что-то изменилось, то чего сам ещё не понял. — Где ты был? — ну и конечно же начал с не извинений, не признает и всё. — Я волновался! А ты ещё и на звонки не отвечал! — Данила нашёл наконец-то свою волну ведения диалога, всё как всегда по его состоявшемуся плану. Но в ответ тишина на все его упрёки, что ещё сильнее раздражала, не знав уже что сказать, рыжеволосый поднялся со стула. Больная голова давала о себе знать, передвижение не было таким бодрым и резвым, с внутренним дискомфортом Даня дошёл до возлюбленного и поравнялся с ним. От Руслана веяло приятным одеколоном и чистой одеждой, от этого приятно, но факт, что сам то Данила в задрипанной футболке с перегаром на борту, ещё больше бесил голубоглазого, разжигая новый костёр внутри. — Ты так и будешь молчать, сука?! — на последнем слове Кашин уже кричал, срываясь на Руслана. — Мог и дальше молчать. Не пробьёшь, я успокоительное выпил. Иди и приведи себя в порядок, а потом поговорим, а то от тебя несёт за километр. — спокойная и почти доброжелательная интонация резко сбавила нарастающий гнев, вызвав удивление. И вправду Данила ожидал крика, всё как всегда, но тут абсолютно всё идёт не по его сценарию. Боясь ослушаться, словно свою мать родную, голубоглазый ушёл в уборную. Пока в это время Руслан подошёл к столу за которым ещё тогда дрых Кашин, убрал остатки его трапезы и поставил чайник кипятиться. Спустя некоторое время Данила вышел чистый и свежей одежде. — Тебе кофе или чай? — без какой-либо окраски в интонации спросил шатен, такое спокойствие Даню пугало, он не знал абсолютно как вести себя. А также поведение Тушенцова вводило в заблуждение, он ведёт себя так непринуждённо, это таблетки на него так действуют? — Кофе. — хрипло ответил Кашин присаживаясь за стол. Напитки поданы и сам Руслан сел напротив, не пытаясь взглянуть на рыжего, его внимание было на чашке чая, в которой он перемешивал сахар. Даня молчит, не зная что и сказать, видно что ему некомфортно в этой обстановке. — Если ты молчишь на удивление, то начну я. Дань, честное слово ты меня заебал. Я знаю, что и я не сахар, но если брать нас в сравнение, то ты слишком перегибаешь палку. Я не хочу говорить, как хату вылизывал, пока ты сладенько спал себе. Я хочу сказать одно: ты неадекватный. — шатен говорил спокойно, чеканя каждое слово, впервые позволил своему внутреннему «Я» вырваться наружу и высказать всё что накипело. Но общее мнение о нём, а именно: «неадекватный» вызвало в Даниле тихий гнев, удивительно, что он ещё не набросился на шатена за такие слова. — Подожди, почему это я неадекватный? Где я перегибаю палку? А ты чем лучше?! Тем, что заделался под какую-то элиту, круг общения себе подрезал и временами ведёшь как полнейшая мразь? — агрессия не выражалась в действиях, впервые Кашин вышел на диалог, тем самым удивил не только себя, но брюнета. — Это называется фильтрация. Я вырос во всех смыслах и не хочу общаться с торчками, у которых нечему учиться даже. А ты, Дань, никак нет. Знаешь, когда я съебал, я думал, это будет как каждый такой раз, но нет. Может я не всё переосмыслил, но понял важное мне хорошо без тебя. — интонация в голосе Руслана слегка повысилась после выкидок рыжего, но сам шатен старался сохранять своё спокойствие. — Так мы че для тебя сигареты? Мы сука люди! Многим из компании ты близок, а ты просто взял попользовался и кинул. — тихий гнев стал превращаться громкий ужас. Данила поднялся со стола и подошёл к Руслану, тот поднялся в ответ равняясь с рыжим. — Так если тебе так хорошо без меня было, уёбывай нахуй! — Даня кричит, внутри всё вскипает от высказанного шатеном. — Я тебя не держу! И не смею больше задерживать! — глаза горели ярко зелёным цветом, а щёки румянились превращая Кашина в сеньора помидора. — Хорошо, я так и сделаю. Ты гнида, Кашин, но спасибо конечно, что тогда спас. — брюнет всё это время сверлил взглядом, но после как закончил диалог, ушёл в спальню собирать шмотки. — Я не гнида, Руслан. Я со своей правдой, но тебе не понять. — крикнул напоследок Даня и ушёл на балкон курить. Внутри около сердца кололо, то ли от выпущенных эмоций, то ли от другого. Рыжего это не волнует, он всё ещё остаётся прав для самого себя уж точно. Через некоторое время квартира опустела, остался лишь Кашин, куривший несчитанную сигарету. И ведь он был прав, хоть и частично, но это уже и смысла не имеет. Руслан же с приливом новых ощущений свободы бодро шёл по улице, не придумал ещё, что будет делать дальше, но его это и не волнует. Он получил то, что хотел, обуздал новый опыт и действие в ситуации, хотя конечно пару мгновений назад он не думал, что их разговор приведёт к расставанию. Ощущение своего собственного успеха в самореализации себя не давало успокоиться, внутренне он гордился за самого себя.