Наша история любви: магия бабочки

Феликс хотел поделиться с друзьями не очень радостной для него новостью, но решил пока что промолчать, чтобы ненароком не разреветься от отчаянности. Парень выпил с Джисоном пива. Как оказалось, Минхо ушёл в студию, чтобы доработать некоторые нюансы в битах и тональностях. "Ладно, придётся позже с ним поговорить" - проносится в мыслях Ли. Он благодарит Хана за ужин и идёт в комнату, плотно закрывая за собой дверь. Феликс подходит к кровати и обессиленно падает на неё. Теперь понимает, что может дать волю чувствам. Лицом он зарывыется в подушку и плачет. Чувствует, как за короткий промежуток времени подушка начинает намокать, а вскоре и вовсе становится насквозь мокрая. Парня мучают мысли о Хёнджине. Как он мог не предупредить? Почему не сказал, что так скоро уезжает? Да, это не другая страна, но всё же не близкий свет, от Сеула Кванджу находится примерно в четырёх с половиной часах езды. Но это опустим. Всё же Хван мог предупредить его заранее? Они знакомы больше полутора месяцев, у парня было достаточно времени хотя бы невзначай упомянуть переезд. Феликсу больно осознавать, что Хёнджин не считает нужным об этом банально поговорить. Если бы не этот разговор на тему родителей, то когда бы он узнал? Его бы поставили просто перед фактом? Или вообще бы рассказали уже тогда, когда были за 265, мать его, километров? А что, если их отношения не выдержат этого периода на расстоянии? Что, если они пропадут так же внезапно, как и начались? Это всё очень пугало Ли. – Блять, - просипел Феликс, осознав, что ему просто недостаточно воздуха в лёгких. – Либо я сойду с ума, либо я сейчас задохнусь. Держась за все горизонтальные и вертикальные поверхности руками, он буквально ползёт к окну. Открыв его, юноша хватает ртом воздух, пытаясь восполнить его недостаток в груди. Вроде помогает. – Увидел бы меня кто сейчас, точно посчитал бы сумасшедшим, - произносит в слух Ли, замечая своё отражение в зеркале: широко распахнутые глаза, красные от слёз, волосы в полном беспорядке, лихорадочное сбитое дыхание. Парню хочется разбить зеркало, но вместо этого он...смеётся? Трудно "это" назвать смехом, но сейчас он именно смеётся, заливается истерическим хохотом. Из глаз всё ещё текут слёзы, потому что...блять...больно. Феликс не может в своей голове найти логического объяснения поступку Хёнджина. Из-за истерики он не слышит, как хлопает входная дверь, а после открывается и ведущая в его комнату. Через несколько мгновений он оказывается в объятиях Минхо. В его руках он безвольно повисает, словно тряпичная кукла, и отключается, то ли от переизбытка эмоций, то ли падая в обморок - Феликс не знает. *** Когда юноша приходит в себя, он видит перед собой обеспокоенное лицо Минхо. Тот говорит с Джисоном о чём-то. Слов Феликс разобрать не может, слышит всё словно через вату. Заметив шевеление до этого момента неподвижного тела, парни тут же обратили всё своё внимание на Ли младшего. - Ликс, как ты себя чувствуешь? - как будто откуда-то издалека доносится голос Хана. - Я в норме, - юноша медленно садится в кровати. - Что произошло? Я ничего не помню, - он решает выбрать меньшее из зол и притвориться, что в его памяти не было ничего необычного. Сейчас ему совершенно не хотелось говорить, голова адски гудела. На самом деле, он помнил всё в мельчайших подробностях. И его пугало сейчас полное отсутствие каких-либо эмоций. В сердце остались отголоски той адской боли и ужасной обиды, что были там ранее. – Ты упал в обморок, а до этого, - парень обводит рукой всю комнату, – с тобой что-то происходило. Возможно, это была истерика... – Ликси, у тебя точно ничего не болит? - перебивает его Джисон. – Голова не кружится? – Всё хорошо, - с одной стороны, Феликс не врёт. Он правда чувствует себя вполне неплохо. Но, что неудивительно, у него адски трещит бошка. Теперь юноша понимает, что чувствует жуткую усталость, не смотря даже на то, что он проспал около 6 часов, как он понял по настенным часам. Голова с каждой секундой становится всё тяжелее, будто наливается свинцом. – Ханни, - Ли младшего выводит из раздумий голос Минхо. Джисон же переводит обеспокоенный взгляд от Феликса к парню. – Думаю, что нам стоит дать ему отдохнуть и отоспаться. Хан кивает, соглашаясь с ним. Они оба встают и направляются к выходу. Когда Джи уже вышел из комнаты, Ли старший остановился у двери и повернулся. – Я надеюсь, что завтра ты мне всё расскажешь. Ты не псих, чтобы просто так устраивать такой погром в своей же комнате, - сказав эти слова, он выходит, плотно закрыв дверь. Феликс пролежал в кровати до позднего вечера. Он пытался снова уснуть, но у него это не вышло. Есть не хотелось, поэтому на кухню он ходил только для того, чтобы попить. Почему-то жажда его очень сильно беспокоила, в горле то и дело становилось очень сухо. Пару раз парню писал Хёнджин: поинтересовался, как у него дела и сказал, что уже собрал практически все вещи. После этих слов Ли поплохелоещё больше. Он пытался найти оправдание этому поступки Хёнджина, не однократно говорил себе, что слишком себя накручивает, но у юноши никак не получалось успокоиться. Самым разумным решением Феликсу показалась работа. Ему нужно было закончить проект на этой неделе, чтобы в случае, если руководству что-то не понравится, внести изменения за оставшийся срок в две недели и отправить работу на выставку. Время близилось к полуночи. Минхо и Джисон уже легли спать. Ли специально дождался этого момента, чтобы избежать вопросов со стороны старшего и беспокойство со стороны Хана. Джисон юноше напоминал заботливую маму, которая вечно печётся о своём ребёнке. С одной стороны, ему нравилась такая забота, потому что от родителей он получал не так уж и много внимания и любви, а с другой стороны, эта забота немного утомляла. Смотря на Минхо, по его действиям можно сказать, что он полная противоположность своего парня, но Феликс достаточно долго его знает, чтобы убедиться в обратном. Он не был таким эмоциональным по отношению к юноше, но очень о нём заботился. Если же Хан кудахтал над ним каккурица-наседка над своими птенцами, то Хо скорее вёл себя как старший брат, который всегда выслушает и поддержит. Возможно, именно по этой причине Ликсу больше нравилось говорить о своих каких-то переживаниях именно с Минхо. За время, пока парень рассуждал по поводу своих друзей, он успел привести себя в порядок и переодеться. Осторожно взяв ключи и прихватив с собой телефон, он направился к выходу. Сейчас ему не хотелось пользоваться лифтом, поэтому он спустился по лестнице. Ночь встретила Феликса прохладой. Его обрадовал тот факт, что дождя не было, иначе бы пришлось возвращаться за зонтом. Юноша побрёл в сторону офиса. Пару бабочек привычно кружили недалеко от него, словно играя друг с другом. Хоть эти малыши и напоминали о Хёнджине, они дарили какое-то особое умиротворение и спокойствие на душе. Ли нравилась такая компания. Эти насекомые были непредсказуемы, поэтому за ними было очень интересно наблюдать. Например, когда он шёл по мало освещённым местам, то бабочки кружили перед ним. От них исходило голубоватое сияние, что рассеивало тьму вокруг них. *** Минут через 15 Феликс был уже на месте. Он открыл помещение своим ключом. В офисе было тепло, отопление уже включили. Парень снял верхнюю одежду и положил на тумбу рядом со входом. Его работа называлась "Нежность". Ли изначально выбрал такую концепцию, так как она показалась ему самой подходящей. Проект представлял собой дракона, свернувшегося вокруг своего дитя. Все детали были вылеплены из глины, расписанной пастельными тонами. Феликсу очень нравилось то, что во взгляде матери-дракона ему получилось передать всю ту теплоту и любовь, с которой она смотрит на своего малыша. Усевшись за свой рабочий стол, юноша продолжил роспись маленького дракончика. С ним он и просидел до самого рассвета.