Он больше не любит клубнику, а ему нельзя кофе

- Я - неуклюжий, я - большой, я.. я ... я - некрасивый - омега рыдал так, словно ему сообщили о неизличимой болезни, а уже в понедельник наступит конец света, ну и еще что-нибудь очень страшное и неисправимое случилось и виноват в этом никто иной, как его же собственный альфа. Альфа тем временем успевает подскочить к босоногому омеге и быстренько перенести его на диван, причитая о том, что омега снова гуляет босиком по холодной плитке. Он осторожно опускает свою драгоценную ношу на мягкие подушки и внимательно осматривает руки и ноги омеги на наличие порезов. Ничего не обнаружив, он мягко гладит взъерошенные темные пряди, заправляет их за ушко, чтобы взять точеное личико в руки и нежно вытереть дорожки текущих соленым ручьем слез с розовых щек. - Малыш, ты самый красивый у меня, - пытается успокоить своего любимого альфа и легонько целует в пухлые губы, оставляя за собой шлейф освежающей мяты с терпко-сладкими нотками цитруса. Заставляет себя отстраниться от них и возвращается в зону кухни, чтобы убрать с пола крупные осколки разбитой ранее чашки. Хорошо, хоть не успел налить горячий чай себе. - Я уж точно не малыш теперь! - еще громче взвыл раздосадованный парень, нервно теребя длинными пальцами воротник свободной шелковой пижамной рубашки с милым принтом в виде белых ласок. - Но все равно самый красивый и любимый, - альфа уже привык к подобным истерикам и каждый раз уговаривал себя не сорваться. Осталось ведь совсем немного, еще чуть-чуть и все станет еще лучше. Тяжелый вздох удается сдержать с большим трудом. - Я - огромный, я - толстый .... я хочу есть, - обиженно дует розовые еще влажные после поцелуя губки и трепетно моргает слипшимися мокрыми ресницами, - я устал, - выдыхает признание омега. Несмотря на то, что он спит сейчас по пятнадцать часов, спать ему хочется постоянно. Единственные две вещи, вернее три, заставляют его вырваться из блаженных объятий сна в реальность. Первая - это животный, даже зверский голод. Альфе приходится тщательно следить за наполненностью их холодильника нужными продуктами и пытаться угадать, чего же захочется его ненасытному омеге уже через полчаса после плотного завтрака. Хотя он и рад, что прошли те времена, когда омегу нужно было кормить чуть ли ни силой, поскольку сам омега на еду из доставки смотрел с нескрываемым отвращением. А сам готовить был просто не в состоянии. Пришлось альфе быстро осваивать кулинарные шедевры, пытаясь угодить требовательному организму прихотливого омеги. Не то, что омега не умел готовить, совсем нет. Еще с первых недель их знакомства омега баловал альфу домашними ужинами, которые в одну дождливую ночь перетекли в солнечный завтрак, и уже через пару месяцев альфа не смог отпустить от себя прекрасного парня, предложив жить вместе. После омега стал готовить и вкусные обеды на работу для альфы, как сам он признавался на зависть всем коллегам. Но еще пару месяцев назад омега был в несостоянии подойти к плите. Сейчас же они часто готовят вместе, открыв для себя еще одно отличное времяпровождение. Второй, не менее естественной, причиной стала самая обыкновенная нужда сходить в туалет. Обе эти причины работают без какого-либо постоянного графика, поэтому парню нередко приходится наведываться в уборную или на кухню к холодильнику даже среди ночи. Сегодня голод сжалился, видимо в большей степени в этом больше повезло альфе, поскольку у того был сегодня полноценный и такой долгожданный выходной, и разбудил его поздним утром. Но вот сонный омега слишком торопился и разбил чашку, переполошив весь дом. - Доброе утро, - сонный низкий голос прозвучал слишком неожиданно для обоих присутствующих на кухне. Слезы омеги испуганно высохли, а сам он виновато опустил голову и спросил: - Я тебя разбудил, солнышко? Прости, - обернулся омега, обеспокоенно наблюдая за младшим. Тот даже не пытался сдерживать широкие зевки, лишь прикрывался маленькой ладошкой. - Все хорошо, маленький. Не стоит тебе об этом беспокоиться, - парень прошел в комнату и присел на край дивана у самых ног, чтобы не мешать омеге. Он взял ступни омеги и начал мягко и осторожно массировать их. Омега с благодарностью принял заботу младшего, чуть ли мурлыча от удовольствия. - Феликс, тебе кофе? - спросил альфа своего любимого младшего брата, запуская робот-пылесос, чтобы убрать мелкие осколки с пола. - Да, пожалуйста, хён - кивнул младший и снова переключил свое внимание на расслабившегося вмиг омегу, который начал дремать от приятных мягких массажных касаний уже к его измученной пояснице. Широкая улыбка на лице второго альфы расцвела сама собой. Омега был очень милым и таким похожим на котенка, маленький комочек нежности. - Минхо, а ты еще почему дома? На работу не опоздаешь? - вспомнил вдруг Хенджин о том, что обычно альфа в такое время уже покидал квартиру. - У меня ВЫ-ХОД-НОЙ! - размахивая ножом, словно дирижер палочкой, пропел счастливый старший. Вообще-то он просто сможет сегодня поработать дома, но для него это словно и вправду выходной. Нужно будет только поработать немного с документами. - Оу, поздравляю, братишка, - Феликс привык, что Минхо раньше всегда больше времени уделял работе. Но с появлением Хенджина он сильно изменился. Стал домашним котом, хотя это касается исключительно семьи. В работе он остался таким же холодным, беспринципным и очень хитрым. - А если у меня выходной, то и у тебя тоже. Я сегодня наконец сам присмотрю за своим мужем, - в голосе Ли слышались мягкие игривые нотки, что заставило Феликса понимающе хмыкнуть, а омегу спрятаться в смущении за ладошками. - Да, что за мной присматривать? - резко встрепенулся омега, нечаянно заезжая пяткой по ребрам Феликса, а потом прищурив глаза посмотрел сначала на мужа, а потом на его брата, пока его не осенила одна простая догадка - Так вот почему ты приехал!! Он тебя заставил! - Никто меня не заставлял. Как ты мог обо мне такое подумать! У меня в квартире - ремонт, а в университете - каникулы, родители сами куда-то там уехали и я просто жутко соскучился за братишкой. И мне скучно, а за тобой действительно нужно пока присматривать, - Феликс смотрел на омегу своими золотисто-карими глазами и всем видом пытался доказать свою искренность в словах. Просто Минхо действительно пообещал брату кое-что, но омеге об этом знать уж точно не стоит. - Я не больной ведь, я просто немножко беременный! - вот не нравилось ему, что все вокруг относились к нему, словно он хрустальный. Он хорошо себя чувствует, доктор вчера ему сказал, что беременность протекает хорошо и выписал лишь дополнительные витамины. - Не немножко, Джинни! - Минхо все таки повысил голос и тут же испуганно оглянулся на парней. Делая голос более мягким и спокойным, он возвращается к готовке завтрака и пытается объяснить мужу свое чрезмерное беспокойство: - Хенджин, милый, ты на шестом месяце и малышей все-таки двое. Врач же предупреждал нас, что нужно быть осторожными и внимательными. Я не хочу, чтобы тебя снова положили в больницу. Ну сам подумай, двое малышей - это ведь сегодня такая редкость, это настоящее чудо, ты - мое чудо, поэтому, ну позволь нам чуть больше заботиться о вас. Минхо до сих пор вспоминает как он был счастлив узнать о беременности мужа, как с замиранием сердца слушал врача, который на первом узи объяснял паре, что у них будет двое сыновей и скорее всего один будет альфой, а другой - омегой, поскольку к нежному фруктовому запаху омеги присоединились нежный цветочный запах акации и свеже-пряные ноты бергамота. И как это счастье вдруг чуть не рассыпалось на мелкие осколки. Беременность оказывала на организм омеги сильное влияние. Тяжелый период токсикоза, когда Хенджина тошнило буквально от всего, даже от упоминания еды, и вместо нормального набора веса, он стремительно его терял. Вместе с тем пришла повышенная утомляемость, слабость и последней каплей стал обморок Хенджина. Минхо тогда забил не просто тревогу, у него самого чуть сердце от страха не остановилось. Когда он приехал с работы и нашел Хенджина на полу кухни, вокруг которого были рассыпаны алые ягоды клубники, он не знал что делать. От волнения он только со второго раза смог внятно назвать оператору службы спасения адрес их загородного дома. А потом были скорая, больница и нервное ожидание результатов обследования. Образ бледного Хенджина, опутанного капельницами, его непонимающие испуганные глаза, с которых текли неудержимые жгучие слезы, и серьезный врач-омега, профессор, который по-отечески искренне пытался успокоить пару, прогнозируя длительное лечение, вернее сохранение беременности. Тогда врач обещал, что все обязательно наладится и у них родятся прекрасные здоровые дети. Минхо больше не любил клубнику. Ли ездил каждый день в больницу к своему мужу и был с ним рядом, пока его не выгонял персонал клиники. Хотя иногда им везло и альфе разрешали оставаться рядом даже на ночь. Тогда были сплошные капельницы, витамины и нескончаемые анализы. Омеге, казалось, что все, что сейчас выделялось из его организма обязательно попадало под микроскоп лаборатории, а в кабинет узи уже через две недели он ходил без очереди, поскольку успел подружиться с чудным молодым специалистом. Будучи на втором курсе обучения в университете, омеге пришлось брать академический отпуск на неопределенное время и теперь он боялся, что не сможет вообще доучиться на дизайнера интерьера, как мечтал раньше. Но семья для него значила намного больше, поэтому он слушался врачей и старался меньше нервничать. Ему казалось, что он отлично справляется. Еще одним неожиданным открытием для их отношений стали разгулявшиеся гормоны. Эти демоны у омеги бесились так, словно устраивали скачки, делая Хенджина, то чрезмерно мнительным, пугливым, сентиментальным, то пугающе апатичным, то неутолимо активным и раздражительным. Для альфы это были словно игры в сапера на сплошном минном поле, без шанса на выживание. В любой момент что-то могло кардинально изменить настроение омеги на диаметрально противоположное. Он заводился и успокаивался словно по щелчку пальцев. Только не было у Ли под рукой подобных волшебных пальцев. И вот Хенджин швырят в Минхо подушки и вазы с цветами и кричит, чтобы тот больше не появлялся в его жизни, то сам не отпускает, жадно ловя любую ласку своего альфы. Нервничал Хенджин, но в очаге раскала его эмоций сгорали в первую очередь нервы именно Минхо. И вот теперь, когда Хенджин второй месяц как наконец дома, вернее в квартире, поскольку они решили на всякий случай быть ближе к больнице и к работе Минхо, Ли стал намного счастливее и спокойнее. В их доме тем временем делали ремонт, подготавливая большую детскую комнату. Наконец состояние и вес Хенджина пришли в норму, учитывая его текущее положение. Наконец, Минхо может спокойно засыпать осторожно обнимая любимого, укладывая свою руку на кругленький живот, уговаривая сыновей дать их папе хорошо отдохнуть ночью. Но те затихали лишь под влиянием отца. Стоило Минхо убрать ночью свою руку с живота, малыши тут же давали знать об этом своему папе, давая понять ему где и какой орган внутри его расположен и что они могут быть отличным способом выразить свое недовольство. Хенджину было больно и обидно, но эти драгоценные шевеления одновременно с этим рождали такую трепетную родительскую любовь в нем, что он мог только охать и счастливо при этом улыбаться. - Я попросил Феликса побыть с тобой на следующей неделе. У меня будет много работы и я буду задерживаться допоздна, - Минхо не мог врать любимому, не умел, не хотел, поэтому сразу предупредил о ближайших планах. - Так все-таки Феликс здесь оказался не случайно! - теплые искренние слова, сказанные Ли расцветают теплым чувством любви и преданности в сердце омеги, но ему не хотелось быть обузой и обременять друга. А зная Ли старшего, тот мог спокойно заставить младшего, если не шантажом и деньгами, то силой. Ему стало стыдно. - Эй, ты что не рад мне? А еще другом называется, - Ли-младший ведь совсем не был против побыть немного с омегой, ведь все его вышеперечисленные аргументы были абсолютно правдивыми. Хенджин убрал свои ноги с колен Феликса и спустил их на пол и, опираясь на руку, занял сидячее положение. При этом он заметил как Минхо дёрнулся к нему помогать, но Феликс опередил его и придержал Хенджина за плечи. - Рад, рад. Но хотел бы, чтобы мой муж меня воспринимал не как инвалида. Ты должен был мне все честно сказать. И про работу, и про визит Феликса. У него ведь наверняка куча планов было на каникулы, - Хенджин на самом деле был очень рад обоим Ли, но и одному иногда хотелось бы побыть. В последнее время его омежьи инстинкты все чаще берут верх над разумом. Одной проблемой был поиск спокойного и безопасного места в доме, а второй - непреодолимое сексуальное влечение к мужу. А наличие младшего буквально за стенкой его очень смущало. - Чтобы ты еще больше меня возненавидел, - Минхо озвучил свои страхи, и признавая свое полное поражение, подошел к дивану и опустился на пол на колени перед Хенджином. Он обнял его ноги, а носом уткнулся куда-то в пупок. - Нет, конечно, я бы еще больше тебя любил! И я никогда не ненавидел тебя, что за глупости! - Хенджин запустил длинные пальцы в рыжеватые волосы мужа и начал ласково перебирать их. Это его очень успокаивало. А Минхо тоже был не против, ему тоже нравились эти счастливые моменты. - Ну разве что в начале ваших отношений, - тихонько усмехнулся Феликс, вспоминая как серьезный Минхо отчаянно добивался скромного юного выпускника старшей школы, которого безумно пугала подобная настойчивость альфы. Успешный адвокат словно зачарованный ходил за омегой верным псом, а тот, наоборот, всеми силами старался избегать встреч с альфой. И угораздило же Хван Хенджина однажды оказаться на пути Ли Минхо. В буквальном смысле их дорожки не разошлись в дверях любимой кофейни. Омега облил дорогущий костюм недорогим кофе, а Минхо влюбился с первого взгляда, с первого вздоха приятного душистого омежьего запаха белого персика. А Минхо было все равно на обжигающую жидкость, на неприятную липнущую к груди рубашку, на его опоздание на встречу с ... его тогдашним любовником, которого он буквально через полчаса после встречи с неуклюжим старшеклассником не задумываясь бросил. Но ему было не все равно на тонкие длинные пальчики в серебряных колечках, которые бегали по его груди, пытаясь убрать кофе салфеткой, ему было не все равно на сладкий бархатистый голос, которым омега рассыпал извинения немного запинаясь от волнения, ему было не все равно на свое собственное желание завладеть, присвоить и никогда не отпускать невинного красивого омегу. Ли Минхо всегда умел управлять своими желаниями, и не давать волю ни эмоциям, ни волчьим инстинктам. Всегда! Но потом с ним случился Хван Хенджин. Его маленький ангел, который одной своей сияющей улыбкой смог рассеять кромешную мглу в альфьем разбитом когда-то в прошлом сердце. - Не правда! Он мне понравился! - запротестовал Хенджин и его щеки порозовели. Он до сих пор смущался этого признания, но это было так мило, что альфы только понимающе улыбнулись. - Что правда? - Феликс изобразил изумление, но на это никто не обратил внимание. Эта пара всегда замечает только друг дружку. - А чего же ты бегал от меня? - вскинул брови Ли. Ему было непросто поймать этого шустрого школьника. Тот удачно пропадал прямо из-под носа альфы, пока судьба снова не столкнула их в клубе, где школьнику точно было не место. Вернее, Минхо был взбешен, когда обнаружил столь обворожительного омегу с коктейлем в руке в компании других альф. И его абсолютно не беспокоило, что коктейль был безалкогольным, а в компании вместе с ними были и беты, и другие омеги, и то были его друзья. А еще омега, был настолько прекрасен в тот вечер, с аккуратным вечерним макияжем, в полупрозрачной блузе и узких брюках, что Минхо разрывался между тем, чтобы раздеть омегу еще больше или закутать в свою куртку и никому не показывать. А на улице тогда шел дождь. Хенджин злился и все же позволил себе выпить что-то спиртное. Назло неугомонному альфе или чтобы унять свои настоящие чувства к Минхо - он сам не понял. Но проснулся утром у альфы дома с больной головой, вспоминая со стыдом о том, что все-таки признался в симпатии к Минхо. - Я не бегал! - возразил омега. Нет, он и вправду поначалу старательно избегал альфу. - И отшивал постоянно! - припомнил Феликс, как брат бесился и рычал после категорических отказов Джинни от предложений подвезти, прогуляться, сходить в кафе или кино. Единственное перед чем не смог устоять омега, был приют животных. Это был чуть ли не последний козырь в рукаве альфы. И он отлично сработал. - Я не отшивал! Просто я думал, что совсем не подхожу для тебя, Минхо. Ты такой красивый, умный, успешный. А я тогда был совсем еще глупым школьником, без родителей, без денег, со старенькой бабушкой, - оправдываясь Хенджин, перевел свой взгляд на весеннее небо за окном. - Точно глупый, - поддакнул Феликс и тут же получил по бедру от брата и возмущенный взгляд от друга. - Эй! Просто я считал себя недостойным ТАКОГО внимания ТАКОГО альфы. Я думал, что для тебя я стану лишь кратковременным увлечением. Альфа повелся на красивую мордашку. Мне было трудно довериться кому-то. И еще...я тебя немного побаивался, - Хенджин всхлипнул и закусил губу, пытаясь удержать жидкость во влажных глазах. От воспоминаний он сильно расчувствовался. Ох уж эти гормоны у беременных. - Милый мой мальчик! Мои намерения были самыми честными и серьезными за всю мою жизнь, котенок - Минхо начал вытирать мелкие слезки, которые срывались с лица прям на кругленький живот. - Это ты мне уже доказал, и доказываешь каждый день. Спасибо тебе, что не сдался и сделал нашу жизнь такой прекрасной, - Хенджин ластился к ладошкам на своих щеках и это помогло ему быстро успокоиться. - Почему ты раньше не рассказал мне? - это утро откровений запомнится для пары надолго. Ведь именно из таким маленьких пазлов складывается вся жизнь. Только нужно не растерять их, успеть поймать и поставить в нужное место. - Не знаю. Это стало уже не таким важным наверное. Мои страхи ушли. Ты их прогнал своей настойчивостью и любовью, заботой и пониманием. Я люблю тебя, Ли Минхо, - это признание он готов дарить мужу теперь каждый день. - И я люблю тебя, Ли Хенджин, - Минхо дарит поцелуй сначала в живот, где под сердцем у омеги живут два чудесных сокровища, два малыша, а потом поднимается и трепетно сцеловывает с пышных губы любимого сладкий персиковый вкус. Он словно адреналин, заставляет сердце биться чаще и сильнее, даря тепло до самых кончиков пальцев. - Ой, вы такие сладкие, аж приторно. Валите в дораму, - широкая солнечная улыбка расплылась на лице Феликса. Он был искренне рад за них обоих. - И тебя мы любим, Феликс - омега протягивает свободную руку и взъерошивает блондинистые волосы, от которых пахнет лесным орехом. - А я вас не очень, но вот ваших котят я жду с нетерпением, вот их я уже обожаю, - Феликс одними кончиками пальцев погладил живот Хенджина. Он будет самым лучшим и добрым, и веселым, и понимающим дядей. - Пойдемте завтракать уже, а то все остыло, - Минхо поднимается с колен и за руки тянет Хенджина на себя. Следит, чтобы омега одел все таки тапочки и походкой уточки прошаркал к обеденному столу. - Хо, а можно, когда вы уедете в отпуск, я возьму твою машину? - следом за Минхо идет и Феликс. - Какой отпуск? - садясь за стол, уточнил Хенджин. Глаза разбежались. Перед ним на столе лежала всякая всячина, а пахло все это обилие так, что слюна чуть ли капать на пол не начала. Минхо уже привык, что его беременный муж сейчас ест немало и сочетает при этом продукты уж слишком необычно для нормального человека, поэтому рядом с ягодами на столе легко может оказаться острый суп, а вместо соли используется сахар. - Ты что ему не говорил? Это был сюрприз, да? - Феликсу стало неловко, что он вот так испортил сюрприз, ведь знает как парочка скучает друг за другом, пока Минхо пропадает на работе. Он забрался на стул, одну ногу поджимая под себя, а вторую подставил коленом под опущенный подбородок. - Был, да, - тяжело вздохнул Ли, наливая горячий чай в кружку, и забирая крепкий кофе из кофемашины для себя. - Извини, хен, - бурчит младший и поднимает виноватые глаза на старшего. - Оболтус, - хмыкает Ли, но видя настоящий раскаянный взгляд ореховых глаз, закушенную верхнюю пухленькую розовую губку, ведется на уловки младшего и даже не успевает разозлиться. Дарит только в ответ сдержанную ухмылку. - Кфакфой оптфскуф? - Хенджин очень был голоден, поэтому уже за обе щеки уплетал вафли и закусывал бутербродом с яйцом. Пока братья спорили между собой, он хотел запить это все любимым кофе, но Минхо пресек его попытку утянуть кружку Феликса, которая стояла ближе всего к нему, и подсунул под нос омеге зеленый чай с лимоном. - В самый лучший, любимый. Но только если разрешит врач. Я специально сейчас взял больше работы, чтобы разгрузить для себя следующий месяц и мы могли поехать на отдых к теплому морю, - Минхо счастливо наблюдал как в глазах Хенджина загорается сразу тысячи звезд восторга и с какой теплотой и благодарностью он смотрит в ответ. - Все будет хорошо, - кивает в ответ Хенджин и пьет вместо любимого кофе надоевший уже зеленый чай.