Неважно

***

      Нориаки как всегда сидит дома за компьютером, разбирая кучу отчетов и портя уже и так плохое зрение еще сильнее. Вдруг его прерывает звонок в дверь, смотрит уставшими глазами на часы. «23:07». Поднимается, шаркающими шагами подходит не спеша к двери, параллельно разминая затекшую шею. Он никого не ждал в такой поздний час. Смотрит в глазок. Открывает моментально.       — ДжоДжо?       Какёин смотрит удивленно на высокого мужчину в белом плаще. Тот же, в свою очередь, упер пустой взгляд в пол, будто не в силах поднять голову. В руке держит свой рюкзак, что практически волочется по кафельной плитке.       Нориаки вздыхает, поправляя очки, говорит тихо:       — проходи, не стой на пороге.       Джотаро, все также смотря под ноги, повинуется беспрекословно.       Делает пару шагов, слегка пошатываясь, дышит глубоко, а затем расслабляет руку, выпуская из нее рюкзак, от чего он падает с негромким стуком на пол. Какёин непонимающе смотрит на него, поведение Куджо очень странное, вернее никакое.       — Джотаро, что случилось? — спрашивает совсем тихо, сводя брови к переносице.       Тот молчит, сверлит невидяще пол, потом чуть мотает головой, снимая с себя белую кепку, от чего несколько прядей черных волос выбились и упали на лицо, будто еще сильнее отгораживая от чужих глаз.       — неважно. — наконец подает Куджо хриплым голосом, — обними меня. — не требование. Просьба.       И стоит все также тряпичной куклой, наконец поднимая взгляд, впечатывая его прямо в яркие глаза напротив. Абсолютно печально-уставший взгляд. Какёин понимает, что работа с отчетами откладывается на неопределенный срок.       Нориаки не нужно повторять дважды, подходит аккуратно за пару шагов к мужчине, обнимая того за шею, а второй рукой поглаживая спину. В сердце смешанные чувства, он не знает, что должен чувствовать сейчас, но знает, что может выполнить такую простую просьбу.       Джотаро стоит так с полминуты, чувствуя приятное тепло от близости и как руки обхватывают его, не выдерживает и с шумным выдохом опускает голову на чужое плечо, прикрывая глаза, чуть наклоняясь вперед и практически наваливаясь на Нориаки. Второй же в свою очередь учуял сильный запах алкоголя. Сколько выпил Джотаро перед тем, как навестить чужую квартиру? Какёин решил не узнавать подробности, только сердце тревожно билось в груди.       «Извини, опять запой.»       Джотаро захотел встретиться с тем, кто ему всегда рад. С единственным человеком, кто его полностью понимает и поддерживает. С кем все внутренние демоны затихают. Рядом с которым будто все проблемы, условности и прочие невзгоды пропадают, а все остальное и правда неважно. За столько лет с самого начала знакомства ничего не изменилось — Джотаро как считал Нориаки своим маленьким источником яркого света, так и продолжает. Он единственный на всей планете, кто только своим присутствием мог воссоздать чувство уюта, комфорта и заботы. И он единственный, кому Куджо мог целиком и полностью довериться. Никто другой не мог его заменить. Он убеждался в этом с каждым новым днем только сильнее.       Они так и стоят в коридоре у входа. Ладонь Нориаки зарывается в темные волосы на затылке, легко поглаживая, чтобы расслабить. Чувствует глубокое дыхание, чувствует напряженное тело, чувствует запах алкоголя. Джотаро стоит практически неподвижно, не поднимая рук. Какёин вновь вздыхает, спускает руку на чужую шею, все также поглаживая большим пальцем щеку.       — ты знаешь, что можешь мне все рассказать. — все также обнимая, произносит он шепотом. Сейчас Нориаки ощущал себя буквально опорой и поддержкой.       — очень устал, — бубнит в плечо в ответ. Не хочет продолжать, но помутневший рассудок все равно подкидывает слова. — мне кажется, я сам не свой.       «Меня окружают не те, с кем бы я был самим собой.»       Нориаки продолжает большим пальцем поглаживать щеку мужчины, чья голова все еще лежит на его плече. Сводит брови к переносице, думает, что Джотаро нужно выговориться, ведь он всегда так много держит в себе.       — пойдем в комнату. — через пару мгновений говорит шепотом Какёин.       — угу. — и Джотаро чувствует, как мужчина отходит от него, чувствует холод и пустоту от оставшегося тепла объятий.       Нориаки помогает ему снять плащ, вешает куда-то в сторону. А затем легко касается своими пальцами его правой руки.       Очень мягко и практически невесомо, но этот жест заставляет сердце забиться чуть быстрее. Куджо слабо держит ладонь пальцами, а Нориаки ведет того за собой, идя впереди. Весь недолгий путь Джотаро скользил сверху вниз взглядом по чужим красным волосам, собранным в пучок, и ловил себя на мысли, что готов следовать за ним куда угодно, будто верный пес.       Усаживаются оба на диван, расцепляя руки. Спустя маленькую паузу, Нориаки разрушает тишину квартиры:       — расскажешь?       Не хочется. Очень не хочется рассказывать. Но язык и сознание сами раскручивают монолог.       — мне приснился ночью кошмар, — Джотаро косится куда-то в сторону, пряча свои глаза, чтобы точно не встретиться взглядами с выжидающими фиолетовыми. — после тех событий только они мне и снятся.       Джотаро осекается - ладонь Нориаки вновь касается его, легко сжимая, а сам мужчина подвинулся чуть ближе, ничего не говоря. От мягкого прикосновения кончики пальцев начало покалывать.       Куджо вздохнул и продолжил:       — в моем сне никто не выжил в ту ночь, — запнулся, почувствовав в горле неприятный ком. — и я не смог никого спасти. но отчетливо я помню только тебя. вернее, твое бездыханное тело. я проснулся в слезах.       Вновь он показывает слабость. Приходит к нему, чтобы поплакаться, даже звучит жалко. Вновь он не в силах совладать со своими мыслями и чувствами. Идет к Какёину, чтобы тот просто послушал. Джотаро сотни раз отмечал, Нориаки мало того, что может поддержать словами, но еще и прекрасный слушатель, который ни в коем случае не осудит за показанные эмоции. Но Куджо все равно считал себя невозможно слабым. Ему было стыдно, страшно стыдно, что Нориаки тоже может считать его таковым, даже если на малую долю.       — я боюсь, то, что мы пережили, может повториться вновь. боюсь, что сон будет вовсе не сном.       Голос в его голове твердил: «Заткнись, слабак, хватит нагружать твоими страхами, ты не должен быть такой тряпкой, Джотаро, ты жалок.»       И Джотаро не может ничего с собой сделать.       — сколько мне нужно слов, чтобы быть сильным вновь? — задает он вопрос хриплым потухшим голосом, а затем чувствует, как чужая ладонь уверенней обхватила его собственную.       Но сейчас, наконец поднимая загнанный тяжелый взгляд, пересекаясь с глазами, в которых словно была рассыпана звездная пыль, Джотаро не мог и мысли допустить о том, что Нориаки считает его слабым. Какой же он идиот. Смотрит в полумраке комнаты на обеспокоенного мужчину, и думает о том, что пока его тепло в его руке — все остальное неважно.       Какёин водит большим пальцем по чужому запястью, показывая всем своим видом, что он рядом. Что готов помочь перенести все негативные чувства вместе. Как всегда это делал.       — ты самый сильный человек из всех, кого я знаю, Джотаро, — шепотом говорит ему, а затем устраивает голову на его плече. — тебе не нужно никому ничего доказывать. я верю тебе.       А затем чувствует, как голова мужчины мягко опускается на его собственную сверху, а чужие пальцы сильнее сжимают его ладонь параллельно с таким невыносимо тяжелым вздохом.       Какёин продолжил:       — это был просто сон, уже десять лет, как Дио мертв, а мы все живы и здоровы, — Нориаки отрывается от плеча и смотрит на Джотаро, чей взгляд уперся в пол. — посмотри на меня.       И Джотаро смотрит. Нориаки подносит чужую руку к своему лицу, прижимая к щеке и в пол голоса проговаривает, глядя в глаза цвета битого стекла:       — я с тобой, видишь?       Куджо не понимает, что чувствует. В груди одновременно некая тяжесть, но в тоже время так спокойно. Это был и правда просто глупый сон. Смотрит пару мгновений, не выдерживает и рушится, практически падает лицом в грудную клетку Какёина, обнимая за торс, крепко прижимая к себе, сжимая в кулаки ткань домашней футболки. Нориаки от неожиданности застыл на пару секунд, а затем разместил одну руку на чужой спине, а другую в волосах мужчины, чуть подаваясь вперед и наклоняя вниз голову. Джотаро чувствует пощипывание в глазах и сильно зажмуривается, чтобы прогнать это.       Слышит ускоренное сердцебиение Нориаки и ему правда становится легче. Он действительно живой, он действительно рядом, он действительно не оставит его.       «Укрой меня своей душой.»       — я не хочу тебя потерять. — еле слышно выговаривает.       — я тебя тоже. — отвечает Какёин спустя несколько секунд, продолжая гладить голову.       И Джотаро улавливает другие слова между строк.       — прости, что тебе приходится бесконечно терпеть меня.       Нориаки тянет руки к чужому лицу, поднимая и направляя того на себя, пересекается взглядами со стеклянными глазами и оставляет легкий поцелуй на лбу.       — дурак ты.       Затем отворачивается в сторону, глядя на настенные часы, что ярким светом услужливо показывали время: «00:48».       — поздно уже, не отпущу тебя, — и возвращает взгляд в чужие глаза, что все также безотрывно смотрели на него. — будешь чай?       И Джотаро облегченно вздыхает, а на его лице появляется слабая улыбка.       — буду.

***

Твоё тепло в моей руке, всё остальное не важно Пока ты бесконечно и молча терпишь меня.