ОтметОчки

      Сколько Эндрю помнил себя в отношениях с Рольфом, им никогда и ничто не мешало заниматься любовью. Чтобы этого никогда не случалось, они выбрали квартиру с хорошей шумоизоляцией, справились до того, как съехаться, о вменяемости соседей на всякий случай, а с тем, чтобы настроиться на нужный лад у них проблем вовсе никогда не возникало. Эндрю с ужасом думал о переспективе завести детей вообще и в частности, когда представлял, что забота и ответственность о ком-то другом заберёт его — у Рольфа, а Рольфа — у него. Заберёт такие интимные моменты между ними, как сейчас.       — Какого чёрта твой отец не сдал эту псину на передержку, а решил навязать это именно тебе? — шикнул он.       За запертой крепко дверью, по которой нещадно скребли когтями, раздавался непрерывный собачий скулёж.       — Он плохо ладит с чужими, отец волнуется за него. — успокаивающе пояснил альфа, перемежая это поцелуями на плечах Эндрю.       Рольф размеренно входил в его тело сбоку, целовал в шею и уверенно стимулировал снаружи рукой. Другими словами, сводил Эндрю с ума с тем же успехом, что делал это всегда. Однако, сцепив зубы и непроизвольно сжимаясь, Эндрю сходил с ума не только от привычного удовольствия.       — Я тоже ужасно лажу с чужими в нашей квартире, — недовольно заметил он       — Особенно, когда те пялятся на то, как мы трахаемся! — не зря же они выгнали пса из спальни и для верности закрылись на ключ.       — Брось, будь я на его месте, я бы тоже хотел посмотреть на это. — ухмыляется.       — Извращенец… — тянет омега и выгибается в спине от особенно приятного толчка, ахнув — Вы с ним оба — настоящие животные.       — Хм, — перехватывает его бёдра покрепче, замедляясь и выходя почти до конца — Знаешь, за свои слова нужно отвечать, так что сейчас я покажу тебе, что такое настоящее животное. — прошептал на ухо и ворвался на всю длину.       Нещадно вторгаясь в зверином темпе, из раза в раз попадая по заветной точке и крепко удерживая на одном месте, он заставил-таки Эндрю на минуту забыть вообще о том, где он находится, не то что о какой-то там собаке за дверью.       — А-а-ах! Рольф! — он даже уследить не успел за тем, как излился конвульсивно на простыни. Какое там услышать, что скулёж за дверью становится всё активнее, когда сам стонешь во всё горло, а в голове звёзды взрываются.       — Вр-раф! — раздался громкий собачий лай. Слишком громкий.       — Пиздец! Он что, выломал дверь?! — вскочив с постели и стянув одеяло, возмутился он, параллельно попытавшись пяткой спихнуть взобравшегося туда пса.