Локи Хьюга

             Три актёра сперва долго искали, кто такие факиры и во что они одеваются, и только благодаря памяти старейшего Бансая они выяснили про главный атрибут – чалму. Ох, какие гигантские шары цветастых тряпок подростки накрутили на своих головах! А костюмы они сами нафантазировали, имея свежий опыт работы со съёмочной группой и хорошую фантазию для создания блестящих тканных узоров из огненных змей. Вкус Сакуры и Саске оказался на высоте – подкачали их знания о тканях, но это уже на придирчивый взгляд принца Асгарда – монахам понравился прикид. Изюминкой девичьего наряда служил венок из редких в эту пору цветов леса и луга.       Разумеется, Саске выбрал рютэки, драконовую флейту с семью отверстиями на сорока сантиметрах длины. Наруто взял самую длинную бамбуковую флейту – народный инструмент сякухати имел в длину пятьдесят четыре с половиной сантиметра и пять отверстий. Сакура за мелодичность звучания предпочла нокан, применяющийся в театрах но и кабуки, а по длине чуть короче рютэки.       Генины схитрили. Огонь порождал Саске, испортивший всего девять созданных при помощи ниндзюцу копий инструмента, прежде чем научился выдувать огненную нить для подпитки и тонкого контроля сгустка пламени, а также она служила проводником для райтона из пальцев, прикрывающих отверстия флейты. Наруто и Сакура встали по перпендикулярной линии, чтобы футон усиливал катон для поджигания суитона. Собственно, вот и всё! Генинам только и оставалось, что играть «Оду Огня» на флейте, немного выдыхая стихийной чакры, а дальше звучащий инструмент сам всё сделает, заставляя пламя танцевать под музыку. Разве что Учиха с врождённой предрасположенностью к стихии Огня при помощи шаринганов прибавлял зрелищности, задавая язычкам пламени формы змеек, а свою призывную змею накормил мышами и чакрой, уговорив извиваться под сгустком в такт движениями его локтей и флейты.       Несколько минут детского представления приковали к себе всеобщее внимание – от результатов зависело слишком многое.       Флейты ревели – пламя ревело. Флейты плакали – пламя гасло. Флейты заигрывали – пламя нарастало.       Шаринганы помогли Сакуре превратить неосторожное движение Наруто в огненное завихрение, которое Саске сумел придержать до начала ускорения темпа музыкальной композиции. Додзюцу же позволяло играющим брать ноты чуть раньше или чуть позже, превращая другие оплошности Наруто в самобытную особенность игры их тринтета.       Локи первым хлопнул в ладоши. Нинсо проявили сдержанность в овациях, нехотя признавая красоту выступления, одного из череды вопиющих нарушений традиционного уклада их жизни, с которым приходилось мириться и потакать, не умея так же.       - Что ж, листья, если доработаете антураж, то перед даймё или каге не опозоритесь, - вынес вердикт Локи, когда жиденькие аплодисменты стихли. – Касательно животрепещущей темы вскрытия тайного храма…       Театральная пауза удалась на славу!       - Будет справедливым сперва дать сегодня шанс нинсо самим справиться с распечатыванием, по сути, похищенной у них святыни. Если у обитателей Храма Огня не получится, то мы обязательно и сегодня же поможем, - заверил Локи, умеючи развивая реноме принца сильнейшего клана военной аристократии.       - Да, даттебаё! – Наруто обрадовался и чуть не уронил свою гигантскую чалму с тыкву размером и цветом. Он не обращал внимание на всё ещё сохранявшееся негативное отношение монахов, которые старались вести себя сдержанно, но чакра-вибриссы не обманешь.       - Благодарю, мы примем вызов и помощь, - провозгласил Чирику, стараясь удерживать нейтральное выражение лица и внимательно отслеживать реакции нинсо.       Чунин жестом пригласил генинов сеть за стол, предотвращая порыв сбегать переодеться и оставить копии инструментов в кельях. Троица сидела как на иголках, не замечая вкуса пищи и предвкушая… кто эпический успех нинсо, кто их эпический провал, а кто за всех одинаково болел.       Степенно кушающему Локи всё-таки оставалось лишь покачать головой, когда напихавшийся бобами и овощными драниками Наруто сорвался с места, чтобы избавиться от доставшего его наряда и влезть в новенький костюмчик-ниндзя, созданный при помощи легендарного ниндзюцу с применением аж двух ноу-хау – от сенсея и друга. За пшенично-жёлтыми волосами метнулись розовые и чёрные с теми же целями, причём «сладкая» парочка по соображениям совместно доделанной безопасности от стихии Молнии выбрала одинаковый стиль из длинных штанов с лямками на стопы и плечи да шёлковых кимоно поверх футболки у шиноби и блузы у куноичи – каждый в своей любимой цветовой гамме с темным металлическим отливом. Хоть в чём-то они теперь превосходили сенсея!       Когда генины прибежали обратно, хвастливой походкой устроив модное дефиле, настоятель поднялся со своего стола в другом конце зала и, не чинясь, подошёл.       - Неджи-сама, я готов к изучению печати, - уважительно обратился Чирику, в глазах которого гениальный подросток только сегодня утром заслужил подобное обращение «сама».       - Прекрасно, Чирику-доно, - Локи как раз доел фруктово-ягодное мороженное, которое сам же здесь же изготовил.       Трикстер поднялся из-за стола с грустной улыбкой, её причина крылась в нём самом: раньше бы Локи Лафейсон окунул Чирику в отхожую яму за неусвоенный урок, словесно изгваздав в дерьме так, что не каждый бы понял, насколько чёрно его унизили. Сейчас Локи видел истинный мотив Чирику, опасавшегося заразить подопечных смертельной лихорадкой, и под другим углом подал заготовку:       - Однако мы с вами отработали только свойство Плоти, а Храму Огня важна своя стихия. Предлагаю и это занятие провести с пользой: нашлёпать вдоль путеводной лестницы негасимых фонарей в форме лотосов, расцветающих во тьме.       Чирику оценил и данью уважения отдал полупоклон.       - Согласен, - произнёс настоятель с верой и надеждой.       Пришлось идти медленно, чтобы сами за собой ополаскивающие посуду монахи успели к началу огненного священнодействия.       Без лишних слов Наруто, смешно водящий чакра-вибриссами в попытке правильно интерпретировать их сигналы, высвободил один хвост биджу, чтобы его напарники да и он сам абсорбировали эту чакру, наполнившись до краёв перед вскрытием печати какого-то Учиха-святотатца из прошлых веков. Это не отпугнуло нинсо, но заставило держаться поодаль и сжимать губы в полоски. Лишь один Сора не боялся и всё время оглаживал свою новую одежду, учитывающую общий стиль нинсо Храма Огня и веяния от пришедших в гости ниндзя, заодно позаботившихся о послушнике-сироте.       По мановению руки настоятеля распахнулись массивные двери центрального входа в Храм Огня. Процессия вышла на небольшую площадку из толстенных каменных плит, от которых вниз спускалась широкая и длинная лестница, тянясь между колоновидными дубами, чьи мощные кроны переплетались в полусотне метров над головой, создавая туннель с эффектом выхода к свету из тёмной чащобы.       Ниндзя отошли за огромную статую тенгу, давая место для проявления огненного Сусаноо в виде будды, в обрядовых одеяниях сидящего на раскрытом цветке лотоса. Как и утром, в более плотном покрове человек оказался словно в воде и занял место в области сердца фигуры, размером с охраняющие главный вход статуи. За спиной шестнадцать пар рук, всего семнадцать. Сидя парящая фигура будды-Сусаноо повернула корпус вправо и вытянула свои руки. Через несколько мгновений между ладонями зародился огонь, далеко не сразу сформировавшийся в огненный цветок. В какой-то момент дополнительные пары чакра-рук вытянулись и за доли секунды все подряд ударили сквозь первые две ладони, во всех смыслах пришлёпывая Огонь к ткани бытия в трёх метрах ввысь над правым краем самой верхней ступени лестницы.       Завороженные монахи тихо охнули, бубня свои молитвы к разным богам, в том числе Аматерасу, богине солнца.       Едва фигура повернулась в другую сторону для создания симметричного фонаря, как Локи, сумев вместо высокомерного вида принять снисходительное выражение лица, совершил святотатство – харкнул в огненный бутон. С шипением пламя Сензоку но Сай погасло. Нет, Чирику почти всё правильно сделал, но кто-то уровня Хошигаке Кисаме точно погасил бы эту его первую поделку подобным же сгустком воды.       Мужики не ахнули, как бабы, а гневно затрепетали ноздрями, но обошлись без претензий, памятуя о тренировочном характере занятия.       Чирику не стал возвращаться направо и при помощи Сензоку но Сай сотворил бутон слева, как и намечал. Однако и этот огненный цветок постигла та же участь. Настоятель в точности на прежнем месте создал третью версию, которую пришлёпал тридцатью двумя парами рук. Бьякуган познания помог Локи точно прицелиться, чтобы за водяной атакой применить свой козырь и вновь погасить пламя, более яркое, чем предыдущие два бутона.       - Братья, простите меня за эгоистичность. Это урок для всех нас. Прошу, объединяемся, - произнёс Чирику, опустившись на ступени внутри своего покрова.       У нинсо потеплело в груди, толпой они с радостью и благоговением направились внутрь огненного будды-Сусаноо их лидера, даже не думая, что это может им как-то повредить. Лишь Сора остался на своём месте, кусая губы с досады, и спрятав лицо за чёлкой.       Огненная фигура заметно выросла, когда все монахи смогли войти в трансовое состояние и объединить силы, как давеча во время общей медитации с посвящением. Количество второстепенных пар рук стало исчисляться в сотнях. Над ними со стороны виделось марево жара, подымающегося к кучевым облакам на вечернем небе.       Саске аж сглотнул и прищурился, когда совокупная мощь породила ослепительный солнечный цветок. У Сакуры и Наруто тоже ёкнули сердца, когда нинсо пришлёпнули огонь к всколыхнувшейся ткани бытия.       На сей раз Локи почти не сдерживался и открыто выдул синий шар вдвое большего размера, чем бутон. Густо-синее пламя поглотило светло-рыжее и потушило его.       - За бортом вашей общины остался послушник, тоже живущий в Храме Огня и молящийся тем же богам и буддам. Почему Сора отдельно? – громким и властным голосом спросил Локи, укоряя.       Пацан всхлипнул от такой защиты несправедливости в его отношении.       Настоятель смежил веки и глубоко вдохнул.       - Моя оплошность, - Чирику вновь взял вину на себя, как подобает истинному лидеру. – Сора, подойди ко мне, пожалуйста, - протянув левую руку с открытой ладонью.       От силы эмоций Сора застыл, не в силах шелохнуться и откровенно страшась идти сквозь коридор из расступившихся нинсо.       - Иди, дурак, даттебаё! – Наруто от всей души шлёпнул по спине чуть более высокого ровесника.       С приданным ускорением Сора влетел в огненного будду-Сусаноо. И тут же закричал от боли. Естественной реакцией стало высвобождение однохвостого покрова биджу, защитившего и ударившего ответной болью по всем монахам, заоравшим от токсичности рыжей чакры, щедро полившейся из джинчурики и ставшей смешиваться с общей формацией. В панике Сора хотел броситься бежать прочь, но Чирику опередил его и поймал за правую руку, презрев боль от лисьего покрова. И-и-и… девятихвостый лисёнок оказался ласково оглажен и успокоился, присмирев столь быстро из-за пока ещё чисто звериной натуры. Обоюдное причинение боли прекратилось.       - Давно было пора решить эту проблему, яйца выеденного не стоящую… Прости, Сора, простите, братья, я тоже человек… - в который раз признавая ошибку, Чирику в который раз духовно подрос.       Наруто счастливо заплакал следом за Сорой. Саске сдвинул брови и врезал кулаком в плечо друга.       - Прекращай распускать нюни, Наруто, ты позоришь нас, - прошипел Учиха.       Однако этот его жест произвёл обратную реакцию – Наруто крепко обнял его и разрыдался в плечо. Саске растерялся и повернул голову к Сакуре, всё-таки к Сакуре, а не к Неджи, чему последний был очень доволен. Девчонка выразительно закатила глаза, но всё-таки присоединилась к обнимашкам.       Тем временем покров биджу у Соры растворился в будде-Сусаноо, приобрётшим рыжий оттенок. Всем нинсо потребовалось порядка восьми минут, чтобы вновь стать единым целым, нехотя принявшим и признавшим Сору вместе с маленьким Кьюби, попутно прошедшим обряд имянаречения – Ротасу, в переводе «лотос». Создание единения ознаменовалось изменением цвета будды-Сусаноо на непроглядный доминирующий мягкий жёлто-золотой цвет, спрятавший внутри себя всю общину монахов.       Огненный лотос получился таким же жёлто-золотистым, как будда-Сусаноо, но с переливчатыми кончиками девяти лепестков вокруг костра более рыжей сердцевины.       - Какой миленький… - восхитилась Сакура, к этому моменту уже отпихнувшая Наруто и единолично жавшаяся к Саске, охотно приобнявшего девочку в ответ.       На сей раз Локи пришлось перебежать ниже по лестнице, где он вместо силы ётунов воспользовался хидзюцу Шимуры Данзо, который для создания вакуумных снарядов научился вдыхать воздух в лёгкие с одновременным высвобождением стихийной чакры, чтобы такой психологической уловкой придать чакре необычное свойство, подчерпнутое из Хакке Кушо, тайдзюцу клана Хьюга.       Переливчатый синий шар врезался в раскрытый цветок. Все чётко увидели, как стужа перевёртывается в жар: синий шар словно бы загорелся по девяти дорожкам и устрашающе лопнул. Раздался хлопок сработавшего сюрприза – давление окружающего воздуха захлопнуло цветок в бутон, который заметно ужался, но выстоял и через миг пружинисто вернулся к прежнему размеру.       - Даттебаё-о-о! – победно заорал Наруто.       - Чего так орать?! – вспылила Сакура. – Извините…       - Хех, - Саске улыбнулся, но его шаринган бешено крутился.       Бог магии воспользовался предоставившейся возможностью, совместив бьякуган познания с хидзюцу Нара, сложив соответствующую специальную мудру, краткого воздействия которой хватило начать, а для поддержки она Локи не потребовалась.       Дальше началась рутина. Вместе с монахами ставшая левитировать громадная фигура будды-Сусаноо, еле умещавшаяся по ширине лестницы и едва не поджигающая деревья, хотя ни один листик даже не завял, поплыла вниз по лестнице, периодически останавливаясь на середине пролётов и на широких участках между маршами, чтобы справа и слева создавать огненные лотосы, творя мистическую аллею в духе Огня.       И каждый бутон Локи пробовал на прочность, тренируясь с термобарическими снарядами разных форм и словно бы закаляя цветки, а также самой стихией ощупывая результат в целях воспроизведения столь же мощного золотого пламени, сравнимого с армированным бетоном по отношению к соломе кузнечного пламени.       Почти у самого основания длинной лестницы будда-Сусаноо внезапно остановился, словно на стену налетел. Локи не стал дёргать парней за шиворот и тихо отпрыгнул ниже, покидая один из лестничных маршей, перед которым застопорились нинсо. И через несколько мгновений после этого сотни кулаков врезались в невидимую стену перед собой. Пространство избороздили молниевидные трещины и звон разбивающегося стекла. Повторного удара не понадобилось.       Когда гендзюцу мангекё шарингана пало от Сензоку но Сай, проявилась пара торий с погашенным пламенем в старинных фонарях, подвешенных по краям на массивных цепях из непонятного сверхчакпропроводящего материала угольно-чёрного цвета. Между традиционными воротами сочно-оранжевого цвета лестница разделялась пополам, огибая проход в тупик. Саске с Сакурой и Наруто оказались на разных лестницах, ранее казавшихся одной монолитной конструкцией.       Переварив увиденное, будда-Сусаноо аккуратно подцепил сперва правый фонарь, а потом левый, по отработанной схеме зажигая внутри золотые лотосы, только меньшего размера. Как только оба фонаря оказались зажжёнными, материал торий засветился и загорелся классическим пламенем, чьи языки игриво забегали там-сям, не причиняя вреда.       - Друзья, ко мне, - Локи подозвал генинов к себе, за ворота, пока ещё не активные.       Те подбежали, закидывая головы вверх на то, как будда-Сусаноо вместе с монахами плавно перелетает распечатанный участок, чтобы активировать вторую защитную торию без каких-либо символов, кроме одного по центру: концентрические круги как на спинах белых плащей Хагоромо и Хамуры.       Едва тория, встречающая всяк входящего, зажглась, как в тупике взметнулось чёрное пламя. Вполне очевидное испытание для тех, кто хочет попасть вовнутрь холма. Единственный вход и выход, помимо обхода пространственными ниндзюцу.       - Ух ты-ы-ы… - протянул Наруто, нетерпеливо переминаясь, но вперёд сенсея не суюсь.       - Нинсо, желанные ли мы гости Храма? – донельзя серьёзно спросил Локи, повернувшись лицом к возвышавшейся фигуре.       - Да, Неджи-сама, Наруто-кун, Сакура-чан, Саске-кун, вы желанные гости Храма, - подтвердил хор голосов изо рта святого лика.       - Тогда позвольте пройти под вашей сенью, - молитвенно сложив руки и поклонившись.       Вместо слов будда-Сусаноо уменьшился до размеров прохода, перегороженного Аматерасу. Одеяния за его спиной вздыбились и удлинились полупрозрачным шлейфом, в котором проявились все люди, теперь расположившиеся без тесноты. Локи встал сразу за Чирику, так и ведущему Сору за руку. Трое генинов пристроились ему за спину, чуть потеснив монахов. Гости не стали частью общности, но их эмоции и мысли оголились перед нею. Они вроде бы зашагали, но по воздуху, на высоте колен от выщербленной временем каменной поверхности.       Вот он – мухлёж уровня бога. Не найдя возможности для всей команды пройти испытание в Огне Истины и будучи сомневающимся в собственных возможностях, трикстер подготовил надёжное прикрытие, пнув развитие нинсо.       Как и рассчитывал Локи, чёрное Аматерасу в итоге охватило всего будду-Сусаноо и никак не смогло даже начать жечь его. Зато бьякуган познания, оказавшись в полном окружении, включая пол, сумел разгадать тайну сперва чёрного Аматерасу, а затем белого Аматерасу, призванного восстановить ранее сожжённое в очищенном виде, если душа и чакра входящего всё ещё стремились вовнутрь. Локи пришлось положить руку на плечо Саске, готового пробудить мангекё шаринган ради познания тайны Аматерасу, которое обычный полный шаринган оказался не в силах постичь. Впрочем, пришедшие в экстаз нинсо тоже оказались слепы из-за Кьюби.       - Храм… какого?! – Саске невероятно изумился.       - Добро пожаловать в Храм Кьюби! Аха-ха-ха! Даттебаё! – счастливый Наруто развеселился, вместе со всеми видя на потолке гигантские фрески с изображением девятихвостого лиса.       А вот всех нинсо как обухом по голове ударили! Они-то свыше семи лет ненавидели приблуду с чакрой Кьюби внутри, живя наверху холма, древнее нутро которого, как выяснилось, посвящено союзу людей и биджу.       Тут сработала спираль на площади, куда вышла-прилетела процессия, и будду-Сусаноо всосало в камень и разнесло по множеству чаш и светильников. Весь подземный храм озарился мягким солнечным светом, в лучшем виде показав лабиринт низких строений с сидящими на крышах крупными статуями монахов в традиционных и поныне одеяниях, только огненно-рыжих цветов. Все они складывали классические для ниндзя мудры концентрации и сидели в классической для нинсо позе лотоса, медитируя с закрытыми глазами и просветлёнными лицами. Вдали от входа высились три пагоды.       За несколько мгновений воздух во всём гигантском сооружении сделался приятно прохладным и чистым. Где-то зажурчала вода – эхо причудливо разнеслось по громадному залу. Освящённая чакра биджу активировала реконструкцию до состояния постройки, по ставшим гладким полам сразу дав понять, что статуи со сколами от давнего сражения появились позже даты возведения.       Вслед за вновь прослезившимся Сорой, отдавшим Неджи земной поклон, все нинсо благодарно поклонились.       Локи продолжил играть мудреца, воспользовавшись представившейся возможностью:       - Если сравнить со Столпом Оцуцуки, то этот дом для Кьюби возведён Хагоромо без участия Хамуры и впоследствии достраивался. Думаю, Рикудо Сеннин полагал, что взрослые биджу остановятся в росте, но те давным-давно переросли свои убежища и покинули их…       Недосказанность с очевидностью намекала на бедственные последствия для всех.       - Пагода слева обозначена драконьей мордой с символами чакры в виде завитушек и символами Инь в виде серпа. Пагода справа обозначена львиной мордой с томое и символом Ян в виде солнца. Центральная пагода обозначена мордой Кьюби в окружении трёх символов. Судя по всему, пагода слева служит для синхронизации по духовной энергии, справа для синхронизации по телесной энергии, центральная для синхронизации по чакре. Таким образом биджу мог вселиться в своего избранника без всякой печати джинчурики. Однако…       Стоя по центру спирали на площади, Локи демонстративно вытянул и огладил наконечник «верёвочного» копья на своём поясе.       - Строения – инструменты. Им нет разницы, кого с кем синхронизировать. Так в левой пагоде группа обладателей чакры может стать отлаженной командой, а молодожёны примирятся с «драконами» друг друга. В правой пагоде наставник тайдзюцу добьётся от группы учеников идеальных результатов, а духово сроднившиеся молодожёны переживут идеальную консумацию брака. В центральной пагоде оптимальное место для тренировок ниндзюцу до А-ранга, а супруги смогут там синхронизировать свою чакру для передачи чаду обоюдного потенциала. Храм гармонии Инь и Ян…       Локи вновь оставил недосказанность.       - После строительства храма в зале Дракона запечатлели бутыль сакэ как символ примирения, извращённый Учиха в Тоцука но Цуруги, а в зале Тигра запечатлели вложенные концентрические круги как символ Ниншу, извращённый Учиха в Ята но Кагами, - трикстер проявил вокруг себя мини-Сусаноо и продемонстрировал меч и щит, которыми ранее отказался делиться с нинсо. – Судя по оставшимся следам, это святилище несколько раз переходило под власть Сенджу либо Учиха. Носители веера остались последними владельцами, позабывшими собственную святыню для тренировок додзюцу мангекё шарингана и сродства со стихией Огня. По крайней мере, прогнавшие их отсюда Сенджу не смогли преодолеть только что вами сломанную печать, а перестроить здания на холме не успели. Теперь этот комплекс - обитель нинсо, всё вернулось на круги своя…       Никто не расходился, озираясь и слушая.       - Чирику-доно, мне с командой и Сорой имеет смысл посетить пагоду Дракона, пока мы все тут собрались. Разрешите воспользоваться?       - Идите, - отпуская и слегка подталкивая Сору.       - Спасибо.       Наруто важно покивал, словно бы утверждая решение министров подобно даймё.       Сенсей повёл свой выводок дальше по коридору из статуй. Он сделал это традиционным путём через простенький, но длинный лабиринт, выполненный в форме антенны с ролью фуиндзюцу. Умный Саске первым из пацанов последовал примеру Неджи и принялся учиться воспарять внутри своего Покрова Чакры. Наруто тут же повторил за Саске, совершенно без понятия, ради чего. Волнующийся Сора стеснительно последовал за «старшим» джинчурики и за время долгой ходьбы успокоился. Сакура быстро перестала крутить головой и посвятила себя борьбе с чёрной завистью, чтобы в пагоде Дракона не ударить в грязь лицом.       Назначение структурного элемента стало понятно по выходу на финишную прямую, каждый шаг по которой формировал за спинами крылья из чакры. О, у принца Асгарда получились по-настоящему ангельские крылья, а у остальных трёх пацанов только зачатки, которых хватало для невысокого парения над поверхностью и маневрирования при скоростном перемещении. Три пацана не заметили состояния девчонки, резвясь по коридорам.       Драконья морда с раскрытой пастью впечатляла, объясняя расхожий образец для множества ниндзюцу. Локи попытался рукой из чакры дёрнуть за рычаг в глотке, но анимированная пасть живо клацнула челюстями, спустив подростков на землю. Пришлось залезать вовнутрь. Озорной бог иллюзий не удержался, создав видимость того, что драконья пасть его раскусила и начала тщательно пережёвывать, натурально брызжа и хрустя. Даже Саске повёлся, несмотря на шаринган, поскольку оказался вовлечён в гендзюцу медленно и незаметно на скучном пути в лабиринте.       - Кай! – громко и осуждающе воскликнула Сакура.       - Э?! Кай! Фу-ух, сенсэ-э-эЙ… Это супер-супер-ужасная шутка… - выдохнул перепуганный Наруто.       - Когда я… по пути… - сам себе ответил Саске, нахмурившись. Он без слов и жеста сбросил иллюзию шаринганом, когда понял, что вляпался.       - Э-эт-то… ил-л… ил… - заикаясь начал бледнолицый Сора.       Сакура быстро ткнула ему в верхний шейный отдел позвоночника:       - Кай, - применяя сброс гендзюцу и отмечая про себя, что покров лисёнка совсем не щиплется, как у Наруто, к которому в режим биджу руки без ореола абсорбции лучше не совать.       - Взбодрились? – без улыбки осведомился Локи, стоя у открытой двери в комнату тьмы. – В зале Дракона мы встретимся с теми, кто внутри нас. Сакура, ты в ладу со своим Альтер-эго и твоя двойственная чакра очень поможет. Твоя задача следующая. По моей команде применишь своё Кай сперва к Соре. Это наверняка вытолкнет манифестацию лисёнка на всеобщее обозрение. Он сейчас успокоен и присмирён. Задача Ротасу отвлечь манифестацию Курамы, в случае чего ему поможет Оояру, а дальше мы подключимся для предотвращения потасовки. Понятно?       - Да, Неджи-сенсей, - покладисто ответила куноичи, обнадёженная тем, что ментальная «отладка» отменяется.       - Сакура, после Соры будет Саске. Я полагаю, что двойственность твоей чакры и свойства залы Дракона помогут вытолкнуть из джуиндзюцу манифестацию теневого клона Орочимару, наверняка там присутствующего.       - Есть, - коротко подтвердил Саске, после изнурительного ритуала в Стране Снега провалившийся в свой внутренний мир и встретившийся там с Орочимару, который сулил горы дзюцу своему будущему ученику.       - Саске, контакт с символом поможет настроиться на него и заранее приготовься запечатать Орочимару в чакра-мече. Он твой, не зевай, а я тебя подстрахую. Договорились?       - Да, Неджи-сенсей, - важно кивнул Саске.       - Сакура, после Саске будет Наруто. С биджу шутки плохи, но познакомить отца с сыном мы обязаны.       - Конечно, даттебаё! Обязательно познакомим, - Наруто по-взрослому и по-мужски похлопал Сору за плечо. Тот не стал сбрасывать руку.       - Я оставлю снаружи своего древесного клона. Когда он дёрнет за рычаг, функционал комнаты перестанет работать, и манифестации неминуемо вернутся обратно. В остальных залах нам этим составом делать нечего, но по одному побываем.       - Ещё бы пропустить такое! Да ни за что на свете, даттебаё! – волнующийся Наруто едва ли не через слово вставлял своё «даттебаё».       Остальные трое согласно кивнули – подобное случается раз в жизни! Какой же подросток не жаждет приключений?       Локи принял низкую стойку Джукена и дал пояснения:       - На всякий случай… Хакке Хьяку Ниджухачи Шо!       И разразился серией быстрых ударов по воображаемому противнику, породив за спиной сто двадцать восемь дополнительных рук. Восемь секунд – провал в бою…       После сегодняшней утренней тренировки с нинсо Локи создал древесного клона гораздо быстрее и легче, чем получалось вчера утром. После этого он влетел во тьму, намеренно делая так, чтобы три пацана повторили за ним, лишив чувства опоры себя и тех, кто из них вылезет. Это заставило Сакуру переживать и осторожно потыкать ножкой через порог, прежде чем смешным шажочком зайти в царство тьмы, которое символизировал знак серпа.       Когда дверь-стена закрылась, единственными источниками света остались только пятеро подростков да проявленная чакрой бело-фиолетовая тыква, казавшаяся объёмной и вполне реалистичной, с плещущейся внутри огненной жидкостью, в прямом и переносном смыслах. Размер на литр – ныне этот бутылочной сорт вдвое меньше.       - Сора, - произнёс Локи, левой рукой держась за нижнюю часть, оставляя верх для Саске, тоже взявшегося левой рукой, а в правой своё подобие из чакры, уже начавшее подстраиваться под оригинальный образец, как у самого трикстера, только тут сумевшего придать пробке-глазу свойства жидкости.       - Кай! – громко и внятно выкрикнула Сакура, с силой ткнув двумя пальцами в первый позвонок.       - Ай! – у Соры однохвостый Покров Чакры вздрогнул подобно тому, как встряхиваются собаки.       Из области груди выпрыгнул лисёнок по пояс Соре в холке.       - Гр-р…       - Ш-ш, Ротасу. Тут все свои.       Сора боязливо присел и ласково погладил лисёнка, который тоже выглядел напуганным. Ротасу живо заинтересовался Наруто, но остался у ног Соры, вцепившись в его ногу одним из девяти хвостов рыжего цвета с алым кончиком.       - Миленький лисёнок… - выразился Наруто, шевеля щеками и усами.       Только когда Ротасу ответил на поглаживания, подставив ушастую голову под ласки, Локи аккуратно «вылил» из бутыли свой синий меч, пламенный и жидкий, оставшийся в форме выливающейся струи с разбежавшимся по пламени чёрным узором в виде пилообразного сюрикена. Стоявший боком Саске повторил процедуру, вылив свой Тоцука но Цуруги в виде пламенеющей жидкости цвета его любимого Гокакью.       - Саске.       Сакура с волнением подошла к любимому парню.       - Так же резко и мощно, - твёрдо произнёс сам Саске, уловив настрой куноичи.       - Угу… Кай!       Фиолетовый Покров Чакры чуть задвоился, покрывшись волнами, схлестнувшимися в области проклятой печатей на плече у основания шеи. Дополнительная печать защиты от зла не стала преградой: с плеском вылетел теневой клон Орочимару, который тут же попытался спрятаться за ойкнувшую Сакуру, которая смотрела вовсе не на нукенина Конохи, а на лохматого и длинноволосого старика со спиралевидными мангекё шаринганами, который отделился от Покрова Чакры своего далёкого потомка.       Саске не зевал и ударил мечом конкретно по замешкавшемуся осмотром и противно облизнувшемуся Орочимару, попытавшемуся сбросить пойманное плёткой тело подобно шкуре, но фокус не удался за неимением тела как такового. Огненная жидкость стремительно обволокла его и затянула-запечатала в бутыль-рукоять.       Локи не зевал, всё-таки предполагая реинкарнацию детей Хагоромо, а не грубое подселение в потомков. Индра подобно жидкости извернулся от восемнадцати синих струек, но это был лишь отвлекающий удар. Истинное запечатывание произвёл узор мангекё шарингана, создавшего непреодолимо затягивающую воронку вихря Камуи прямо между глаз Индры, успевшего поджечь чёрным Аматерасу белого будду-Сусаноо и поймать копию разума Локи в пыточное гендзюцу Цукуёми с ужатым в секунду годом. Зеркало изменения неба и земли при помощи второго мангекё шарингана на щите смогло отразить высшее гендзюцу на самого Индру, смутив его на мгновения, коих оказалось достаточно для скрутившегося вихря и восемнадцати ниточек-зубчиков, воткнувшихся в незримую во тьме тень и захвативших в плен её тоже.       Напрягшее всех зловещее присутствие исчезло, чтобы в следующий миг смениться другим, ещё более давящим, но на сей раз беззлобно.       - Привет!.. – доброжелательно бросил светловолосый старикашка с причёской как у Наруто, из головы которого тот улыбчиво выпрыгнул как джин из бутылки.       Асура сам решил показаться, пока его не вытряхнули хитростью. Однако Локи спустил козырь в виде массовой иллюзии древесного связывания. Асура слегка напрягся и порвал корни, попутно беря их под свой контроль. Тут-то и проявилось всё коварство бога, облёкшего воду своего чакра-меча в древесные соки, за которые жертва сама взялась. Замораживающий аспект заставил Асуру серьёзно напрячься, однако времени ему никто не дал, и сам он недооценил силу бьякугана познания, давшего мангекё шарингану гораздо больше сведений для анализа ситуации: обрушившиеся на призрачного Асуру сто двадцать восемь небесных ударов отбили все его попытки ответить и буквально забили его внутрь пленяющих корней. Вихрь Камуи слизнул все ледяные обломки, засосав все пылинки до единой. Присутствие пропало.       - Два духовных паразита в ответе за реки крови всей эпохи воюющих кланов… Признаться, я думал о реинкарнациях и понадеялся на шанс примирить здесь и сейчас, но так даже лучше – вы остались самими собой, Саске и Наруто, и оказались побратимами, - ободряюще улыбнулся Локи, отменяя древесное связывание, моментально угасшее во тьме.       - Э-эм…       - Пф…       - Точно они, - важно подтвердила Сакура и улыбнулась, ощущая ребят как в своём внутреннем мире. Можно чуть расслабиться. – Точнее вы есть вы. Вы оба остались самими собой, Саске, Наруто, - почти слово в слово повторила куноичи.       - Жуть… - Сора передёрнулся. Жавшийся к нему и поскуливавший лисёнок встряхнулся.       - Это… а, да, то жуть, а это благо, - педантичным тоном произнесла быстро остывшая Сакура, понявшая, что имел ввиду Сора.       - Ага, - хором поддакнули охреневшие побратимы, из которых вылезли какие-то старики, ловко пойманные их суперкрутым сенсеем.       - Хех… Раз пошла такая пьянка, то рискнём проверить шанс того, что отец Наруто запечатал в фуиндзюцу своего теневого клона для страховки на случай, если Курама сорвёт печать. Наруто, будь готов повиснуть на отце и удержать его от опрометчивых поступков, хорошо?       - Угум… - хлюпнув носом с глазами на мокром месте. Исполнения мечты о встрече с отцом он никак не ожидал, но страстно желал - всё к тому шло!       Зависть Соры все остро ощутили.       - У тебя теперь есть сотни духовных отцов, Сора, грех завидовать, - строго попенял Локи, избавляясь от раздражителя.       - Извините…       - Сакура, приступай, - разрешил Локи, вместе с Саске продолжая держать бутыль, чтобы никому другому в руки не досталась, особенно Кьюби или ещё каким теневым клонам.       - Угум… Кай! – от всей души лупанув.       - Айс-с! – вскрикнул «порхающий» Наруто и поджал ноги, когда из его живота вырвалось аж три фигуры.       Курама, вопреки ожиданиям, оказался в холке всего вдвое выше взрослого человека, а в клетке выглядел многократно больше. Лис выскочил и зарычал, уставившись на лисёнка, вопросительно рыкнувшего в ответ.       Между Наруто и биджу - в напряжённых позах появились молодые родители, солнечный блондин и красавица с роскошными алыми волосами до уровня попы.       - Отец! – Наруто напрыгнул на Минато со спины.       Хокаге, не сводя с биджу пристального взгляда ярко-голубых глаз, отшагнул от неожиданной атаки сзади со стороны подзащитного, но не учёл наличия крыльев, которые позволили Наруто дать классный кулачный удар в челюсть, а потом повиснуть на Минато, клещом вцепившись в отца всеми руками и ногами.       - Курама, мир. Сора, проводи Ротасу к его отцу.       - О-отцу?! Курама, с кем и когда ты его заделал?! – алые волосы взревновавшей Кушины сложились в девять хвостов, поднявшихся позади бывшей джинчурики.       - Я не знаю, Кушина-чан, я сам ничего не понимаю… - и звучно вдохнул, активно шевеля усами в попытке учуять подвох.       - Папочка… - тем временем хныкал Наруто, грозя раздавить в объятьях своё взрослое клише, вынужденное отвлечься на сына и оставить жену разбираться с её биджу, оказывается, успевшим зачать, или родить, или как курица…       Локи решил дать ответ, пока другие не наплодили самых фантастичных теорий:       - Через пять лет после рождения Наруто один из бывших нинсо Храма Огня, Казума, очистил Коноху от въевшейся чакры Кьюби и запечатал сборы в своём сыне, Соре, отданного на попечительство в Хи но Тера и осиротевшего. Из этой чакры образовался лисёнок, поскольку кое-кто, не будем тыкать пальцами, разорвал бедного Кураму пополам и часть-Инь утащил с собой в желудок демона-шинигами, поэтому оставшаяся снаружи чакра оказалась полнее той, что досталась Наруто, и прямо на улицах Конохи начался процесс возрождения биджу, замедленный печатью джинчурики. Итог перед вами.       Нервно играющийся хвостами Курама пристально следил за осторожно приближающимся к нему парнишкой с лисёнком, которого новоявленный отец был вынужден признать по факту практически идентичного с ним самим «запаха».       - Хм, вполне может быть, - Кушина резко успокоилась и потеряла интерес к животным. – Сыночек, я твоя мама… - подойдя и любовно обняв сразу сына и мужа.       - Ы-ы-ы, - рыдал пацан, не в силах связно мыслить.       - Не хочу вмешиваться в семейную встречу, но вам лучше проводить их уединённо во внутреннем мире Наруто, когда он спит. Я могу поделиться интоном на создание Инь-клонов для этих целей, но в ответ хочу знания о знаменитых цепях чакры и секретных фуиндзюцу в мозгах, - Локи не упустил свою выгоду.       - Я научу Наруто, у него переймёшь, Хьюга Неджи, - бросила через плечо бывшая джинчурики, в зале Дракона зная всех по именам.       - Зачем тебе знать о фуиндзюцу в мозгах, парень? – в том же тоне кинул Минато, поглаживаниями успокаивая сына, в котором ещё слишком много детскости.       - Чтобы защититься, Минато-сама.       - От этого нет защиты.       - Где вы врёте?       - А где мы? – не сдаваясь.       - Кушина-сама, так не пойдёт. Я вам напрямую – вы мне напрямую. Торг неуместен, я и так делаю вам скидку ради кохая.       - Это гнусный шантаж, - Кушина защищала семейное достояние Узумаки, пытаясь заполучить желаемое даром, чтобы без лишних свидетелей узнать о происходящем и дать ограниченную версию своего коронного А-рангового ниндзюцу Конго Фуса, пригодного сразу для нападения, защиты и поддержки.       - Где вы врёте? – повторил Локи, как и Саске с Сакурой, ощущая, что теневой клон Кушины на самом деле считает сделку выгодной и желает навязать сомнительный кредит.       Тем временем два лиса снюхались. Младший лизнул старшего в нос, обескуражив. Сора дрожал как лист на ветру, но мужественно крепился рядом с монстрами из чакры, младшего из которых раньше боялся и ненавидел. Сакура уже отошла от Наруто и мялась рядом с Саске, не зная, как к нему подойти и обнять, чтобы не стать помехой. Саске внимательно и с нотками зависти следил за другом, обрётшим шанс на общение с семьёй, которого у самого Учиха нет, однако превалирующим чувством у парня была искренняя радость за ставшего побратимом лучшего друга и за себя в том плане, что благодаря сенсею и невесте он избавился от тяготившего влияния известного и тайного, о котором до выявления Индры и Асуры даже не подозревал.       - Хорошо, сделка, Хьюга Неджи, - вынес вердикт старший в семье. – Как нам одновременно совершить обмен?       - В процессе передачи интона от меня пожелайте передать ко мне полные знания о нинфуиндзюцу адамантовых запечатывающих цепях и фуиндзюцу в мозгах, - спокойно ответил Локи, который потом ещё и с Наруто получит дзюцу от всех его щедрот.       - Наруто, мама Кушина тоже хочет с тобой обняться, - ласково произнёс Минато, беря своего ребёнка под мышки и помогая развернуться, чтобы повесить на мать, давшей чаду зарыться в живые волосы.       Минато первым решил пройти через сделку с тем, кто действительно обладал впечатляющими запасами духовной энергии и мог поделиться ею, что на самом деле было насущной необходимостью для обоих теневых клонов, рассчитанных на одну задачу, а вынужденных тратиться без толку в непонятном месте.       Молодые родители не успели стать родителями как таковыми, потому приоритет оказался смещённым.       - Курама, - обратился Локи перед тем, как надолго отвлечься. – Я знаю, что все биджу созданы из чакры Джуби. Это означает, что между вами есть связь. Отсюда ты наверняка сможешь передать всем собратьям, что третье дитя Кагуи начало их сбор для распечатывания богини. Сам понимаешь, чем это грозит вам и нам тоже. Тебя здесь и сейчас никто не потревожит – я гарантирую.       - Гр-р, я не вер-рю людишкам! – громогласно возвестил биджу.       - Заслуженно. Я тебя предупредил – живи теперь с этим. Минато-сама, я готов.       - Я тоже.       - Как совершим обмен с вами и Кушиной, погружение во тьму закончится. Держитесь за Наруто, чтобы гарантированно попасть к нему.       - Понял.       Локи воспользовался «хвостом» - выросшим из копчика папоротником, в зале Дракона оказавшимся из интона. Бьякуган познания вкупе с мангекё шаринганами помогли сходу переиначить ниндзюцу абсорбирования чакры в ниндзюцу передачи чакры, что работало и для обоих её компонентов в отдельности.       Хокаге повёл себя с листом честно и получил достаточно много интона, чтобы Инь-клон продержался неделю, а то и месяцы, обитая в мире Инь и пополняясь за счёт Наруто, что тоже не есть выход из-за угнетения его духовной энергии.       Кушина без экивоков последовала за мужем, тоже совершив честный обмен и раздвоившись, оставив большую часть интона клону, а себе только пополнение, чтобы позже выполнить-таки ту задачу, ради которой её запечатывали.       Наруто за это время успокоился достаточно, чтобы перестать виснуть на взрослых и крепко взять за руки двух их Инь-клонов, будучи обнимаемым ещё двумя.       - Внимание…       Локи честно всех предупредил, прежде чем размыкание контура зала Дракона развеяло манифестации, хитростью выуженные из печатей.       Сам себя обнявший Наруто последним покинул тёмную комнату, не стыдясь своего заплаканного вида, даже не думая по этому поводу.       Впечатлений от приключений каждый хватанул по самую макушку!       Никто не стал спорить, когда в очередь на посещение зала Тигра за Локи встал Наруто, надеявшийся вновь встретиться с родителями.       Зал света напоминал радужную чакру Казахана. Локи благоразумно отказался связываться с уловом. Бьякуган видел обоих и дал понять, что к бутыли в зале Дракона приложились оба брата, надеявшиеся надёжно поймать друг друга. Вероятно, потомкам это удавалось, но во время смерти копия бутылки возвращалась к образцу вместе с содержимым, а дверь из комнаты Дракона всегда оказывалась открытой кое-кем, кто стравливал братьев ради пробуждения риннегана. Локи свою бутыль получил от Оояру, как Саске и Гай, потому их версии, несмотря на коррекцию по оригиналу в зале Дракона, после их смерти вернутся к Оояру и перенесут содержимое к нему. Так или иначе, Индра и Асура теперь вместе заточены в мире пьяных снов и воспрепятствуют побегу друг друга из сосуда, специально созданного ими друг для друга. Возможность помириться и объединить силы для освобождения Локи закрыл замораживающими свойствами своего «сакэ», лишив братьев времени в свою пользу.       Бог воспользовался шансом гармонизировать собственную телесную энергию, состоявшую у него аж из трёх составляющих: сдвоенное наследство асов с ётунами и наследство Оцуцуки по линии Хьюга. Требовалось уравновесить их так, чтобы они дополнили друг друга и развивались без конкуренции. Этим бог и занялся в меру своего понимания и возможностей. Его клон уже оставил дзюцушики, и вернуться не проблема, но лучше перестраховаться и сразу сделать максимум. Пятнадцати минут маловато, конечно, но всем друзьям равный промежуток.       Чтобы зря время не терять, Локи сразу после зала Тигра засел в зал Курамы – совершенно белое помещение оказалось способным выдержать биджудаму Кьюби. Таким задумывалось и создавалось. Тут Локи отработал Конго Фуса, оставив разбор и апробацию фуиндзюцу запечатывания памяти на потом.       Суть адамантовых цепей чакры крылась в смешивании чакры с интоном и ётоном: высвобожденное Инь отвечало за разнообразие применения, высвобожденное Ян за количество и качество звеньев. Одно из развитий ниндзюцу нитей чакры. Кушине удалось скрыть хитрый способ освоения Конго Фуса, однако Локи легко догадался по технике исполнения: в чакропроводящем браслете на руке закручивался вихрь чакры вперемешку с ётоном, а в чакропроводящих кольцах на пальцах закручивались вихри чакры вперемешку с интоном. Вихри самоподдерживались, что позволяло закручивать в них много энергии для «цепной реакции» создания звеньев. Каждый палец вносил свою функцию: форма цепи, движение, плёнка барьера, сковывание связыванием. А большой палец отвечал за совмещение потоков из запястья и пальцев для продуцирования готового нинфуиндзюцу. Совокупность хитростей придавала приёму сложность А-ранга и предотвращала копирование с помощью додзюцу.       Разумеется, один из клонов Локи опробовал упрощённый вариант В-ранга на основе первого звена в виде бублика. Это улучшило свойства цепи, но круглые звенья демаскировали способ создания. Разумеется, бог понимал, что интон и ётон без смеси в онмьётон призваны настроить чакру напрямую, в обход ручных печатей. Обладая большим опытом и свежими примерами, Локи усовершенствовал Конго Фуса.       Во-первых, для самой генерации цепей он применил форму на манер чакра-органа – подсолнуха: семечки – зародыши звеньев для их большего разнообразия и скорости создания, лепестки – набор свойств и функций. Во-вторых, само плетение сделал двойным с поляризацией Инь и Ян, чтобы у стыков порождались процессы, всасывающие природную энергию Сен для укрепления звеньев. В-третьих, поместил это чакра-растение в свой внутренний мир, чтобы оттуда высвобождать на манер извлечения чакры биджу или распечатывания теневых клонов. Можно было бы оформить как фуиндзюцу, но эстет воротил нос от всяких татуировок и их подобий. Впрочем, трикстер изготовил обманку, видоизменив свой амулет на форму солнца-подсолнуха.       Такой нехитрый способ позволил придать цепям стихийное свойство Огня в обеих его ипостасях, просто чередуя звенья стужи и жара с возможностью лёгкого переиначивания сразу всей цепи во что-то одно. Подбор звеньев позволил составить последовательность со всеми пятью стихиями. Сама методика предоставляла широкий простор для всякого рода стихийных и функциональных комбинаций. В таком виде Конго Фуса подходили и для обычного применения собственными руками, и для применения дополнительными руками в режиме покрова будды-Сусаноо. В общем, трикстер создал себе очередной козырь в рукав, разнообразив и без того богатый арсенал под разные случаи.       Тем временем Наруто в зале Тигра с лёгкостью оказался в своём внутреннем мире, где поделился своей чакрой с клонами родителей, продляя их существование ещё на дольше. Малец скороговоркой выболтал всё, о чём Минато и Кушина его спрашивали, интересуясь жизнью сына после их смерти. Так и пролетели пятнадцать минут, сделавшие Узумаки Наруто счастливейшим сиротой, который теперь еженощно будет проводить время с родителями и который пока ещё не представлял, что взвоет погромче, чем от учёбы у Неджи-сенсея.       А Саске и Сакура, плевав на повернувшегося к ним спиной Сору, начали учиться… целоваться. Объятья пришлось прервать из-за наступления очереди куноичи.       Пока Сакура разбиралась с функциями зала Тигра, а Наруто упражнялся в зале Кьюби, довольный складывающимися обстоятельствами Локи решил развлечься за чужой счёт, продолжив тренировать прогнозное программирование и прикармливание подопытных, один из которых открыто обнимал однохвостого призрака лисёнка.       - Сора, отныне все тренировки с Кьюби только в специальных залах. С завтрашнего дня следующий порядок. Выбираешь нинсо и вместе с ним сперва посещаешь зал Дракона, потом зал Тигра, чтобы синхронизироваться с Кьюби духовно и телесно. Монах поможет Ротасу развить разум в зале Дракона, взамен биджу в зале Тигра через тебя поделится вот такой вот, как у тебя в руках, толикой чакры в качестве зародыша лисёнка. Каждый день новый монах, пока не одаришь питомцами всех нинсо, кто сегодня здесь. Только тогда у тебя получится создать такой же покров биджу, каким был святой будда общины. После этого ты в одиночку посещаешь зал Дракона, зал Тигра, и заходишь в зал Кьюби для тренировок с его чакрой. Понятно?       - Да, Неджи-сенсей.       Локи хлопнул в ладоши, призывая улитку со свитком, подготовленным за время работы над Конго Фуса.       - Саске, это бланк контракта с одним животным и двумя людьми. Взамен с тебя, начиная с даты подписания и до дня свадьбы, каждую неделю по зачатию ребёнка. Заодно наберёшься соответствующего опыта.       Протянутая рука сперва замерла, а потом пунцовый подросток всё-таки схватил свиток, кивком принимая условия:       - Хорошо, семпай.       - Есть ещё бонус, интересует? – как бы между прочим произнёс лукавый.       - Что за бонус? - подозрительно зыркнув, стиснув нужный ему свиток.       - Ты сможешь овладеть свойством Плоти - мгновенная регенерация и долголетие без тщательного изучения ирьёниндзюцу. Для этого нужно на протяжении года зачинать детей каждый день. Если хоть раз пропустишь, решив отработать заранее или опосля, то настройка собьётся и придётся начинать отсчёт с нуля.       - Нихи-хи… - Сора тихонько засмеялся, заметив бугор у чужих штанов.       - Лучше приурочить начало к солнечному циклу на Солнцестояние либо к собственному дню рождения. Запомнил, Саске? – серьёзным тоном продолжил озорник.       - Мгм… - выдавил подросток, до самой шеи покрасневший.       - А ты зря посмеялся, Сора. Теперь тебе не избежать роли первого в мире… секс-гуру. Это научит тебя сдержанности, - нравоучительно заметил Локи.       Саске стоило больших трудов, чтобы сохранить лицо, глядя на шокированного Сору.       Не теряя времени даром и скрывая своё веселье, подающий собой пример Локи неторопливо создал между ладоней изящную и тонкую деревянную вазу из красного дуба в стиле будды. Понатыкал в неё семь чакра-сенбонов из чакра-нитей. На кончике каждой иглы сотворил неповторимый огненный нарцисс, у каждого краешки лепестков-языков полыхали своим цветом из радуги в круговом порядке спектра. Хлопок.       - Коганэ-сама, доставьте королеве Казахана Коюки, пожалуйста, эту, ну, пусть будет икебану. Если ей понравится, достаточно подавать чакру в вазу, чтобы подпитывать огонь.       - Сейчас исполню, Неджи-сама, - ответила улитка с кулак размером. Она вытянула свои щупальца в пять длин своего тельца, обвила вазу и с лёгким «пуф» исчезла».       Следующим изделием стала почти в точности сделанная из рыжего и горящего дерева торий фигурка будды с умиротворённым лицом Ино. В протягиваемых ладошках бог огня разместил золотой лотос с прозеленью у чашелистиков и алой сердцевиной, лепестки живо колыхались, а из центра жар поднимался. Локи не составило труда подгадать так, чтобы свидетелем изготовления стали покинувшие залы Наруто и Сакура. Он как раз «долепливал» деревянные одеяния статуэтки, когда от значка на вороте раздался голос:       - Коюки-сан передаёт вам воздушный поцелуй, Неджи-сама.       - Ах… - Сакура умилилась, поняв, что один такой подарок уже был отправлен.       - О, спасибо…       Локи суетливо завозился, пока не достал тонкий свиток, откуда распечатал корзинку с деликатесной снедью, среди которой была баночка с мёдом. Не смущаясь подростков, а смущая их, Локи пальцем извлёк немного мёда, зримо напитал его чакрой и мазанул себе по губам ровным слоем, после чего тепло улыбнулся и чмокнул воздух. Оставалось аккуратно отлепить медовую плёнку, несколько раз повторить циклы улыбка-поцелуй, сжать в комок, прилепить под ладошки и убедиться, что медовые губы разворачиваются для поцелуя наклоняющегося к фигурке лица. Хлопок.       - Коганэ-сама, а это для Ино-химэ сувенирный ночник из Храма Огня и медовый поцелуй.       - Хорошо, Неджи-сама, - улитка аккуратно забрала статуэтку и исчезла, имея множество призывателей в Конохе для вручения ею презента адресату.       - Ах, это так мило… - Сакура кокетливо стрельнула глазками в Саске, которому теперь не отвертеться от парного призыва, не относящегося к «противным» змеям.       Лукаво ухмыльнувшись кохаю, Локи создал меж ладоней ещё одну статуэтку в виде будды с ликом Хинаты и шестнадцатью дополнительными руками за спиной. Родные же руки держали большую чашу, которую Локи заполнил из пальца. Немного известного генинам «колдовства», и вот вода в чаше приходит в вечное движение: расходится волнами как от падения воздушного шарика, рождает всплеск с крупной водяной каплей, скорее даже шариком, который падает обратно, но вместо волн порождает лепестки лотоса и сверкающие брызги, которые после появления на несколько мгновений замирают, а потом опадают в чашу, чтобы волны вновь столкнулись посередь и породили следующую итерацию с другим расположением расходящихся лепестков и брызг. Водная инсталляция привела Сакуру в восторг и побудила захотеть изготовить точно такой же сувенир для своей мамы.       Едва Локи отослал подарок для двоюродной сестры, как раздался голос от значка.       - Ино-чан передаёт спасибо и просит выслать ей новый медовый поцелуй, потому что первый достался Шикамару.       - Э?! Нихи-хи, - Наруто засмеялся такому повороту событий, отчего Саске и Сора с предвкушением напряглись, но санкций не последовало.       - Хм, передай Ино-химэ, пожалуйста, что я лучше позже передам медовый поцелуй лично, а Шикамару я больше руки не подам.       За сим Сакура спохватилась и побежала в зал Кьюби, а Саске оставалось «хныкать» - опередивший его Сора уже заходил в зале Тигра. Наруто уселся у стены с блаженно-мечтательным видом, словно бы специально начав заразительно зевать, подгоняя время отбоя.       Локи же занялся потоковым производством одинаковых деревянных рыжих подсвечников в тематике храма и огненным тюльпаном в качестве свечного огонька – это пробная партия в клановую лавку на продажу.       Мимо стали вереницей проходить монахи, все остальные части залы уже осмотревшие. Все кланялись в пояс, причём не только и не сколько зачинщику, но и его товарищам и собственному послушнику, перед которым теперь было стыдно. Группами по двадцать и на пять минут нинсо принялись ознакомительно испытывать зал Дракона, а по освобождению и зал Тигра.       Дождавшись последнего, подростки сами отправились на обход остальной части комплекса. Тут и кельи имелись со всем потребным хозяйством, и молельный зал, и спортзал, и термы, и прочее для жизни и служения здесь. Всё в запустении, в заброшенности. Если позаботиться так же, как о зданиях на холме, то получится здорово, а пока печаль…       Только в десятом часу коллектив покинул Храм Кьюби тем же способам, каким вошёл в него. Путники да пилигримы – редкость для Храма Огня, в этот вечер никто не заявился в пустующие помещения, даже тот супершпион не заглянул на огонёк. И ни о каких тренировках речи уже не шло. Остались ночные дежурные, а все прочие разбрелись по кельям, объевшиеся пищей для ума.       Локи за время прогулки по гигантскому залу выдумал клёвый план с вбиванием в Гаару элемента Огня для получения хрустального песка, из которого бы тот изготовил хрустальную статую будды, эффектно смотревшуюся с огненной подсветкой. Саске бы поупражнялся в контроле однохвостого биджу. У Темари бы чисто по-дружески за вакуумный секрет Данзо выменяли бы футондзюцу. А ещё можно было бы полетать по Стране Огня, создавая святилища огненных цветков. Но… монахам требовалось время принять новое и сжиться с этим, хоть минимально овладеть своими силами. Поэтому бог огня смерил аппетиты.       - Наруто, - обращением приостановив перед входом в их с Саске келью.       - А? Уах…       - Попроси отца подумать над созданием постоянного огненного портала между Храмом Огня и Конохой. Я дам ему интон, чтобы он в оболочке твоего теневого клона помог создать такое нинфуиндзюцу.       - Ага…       - Саске, подумай во сне, как переделать пылающий барьер Учиха Каенджин на безопасную версию для совмещения с Хирайшин Дорай.       - Хорошо, сенсей, - довольный вниманием к себе и важной задачей по его профилю и силам. Динамичность учёбы у Неджи-сенсея нравилась ему куда больше скукоты миссий и практически отсутствующей учёбы под началом Какаши-сенсея.       - Сакура, на тебе план башни, корпусом идентичной с резиденцией хокаге, но внутри предназначенной для комфортного проживания гостей Храма Огня без стеснения общины нинсо.       - Да, Неджи-сенсей.       Раздав указания, Локи тоже отправился спать, оставив на страже плотского клона.       Поутру Чирику лично пересадил Сору за свой трапезный стол слева от себя – закономерное повышение статуса. Настоятель одобрил затею Локи, однако попросил обождать, прежде чем он пройдёт испытание Аматерасу – единолично пройдёт через чёрное пламя без биджу-защиты от Соры.       Высвобожденное время ниндзя посвятили обучению стихии Ветра по науке от самого Ёндайме Хокаге, который ночью во внутреннем мире наставлял своего сына. В том числе Сора, имевший первичную стихию Ветра и по-дружески обученный теневому делению тела, чтобы не тратить время на хозяйственные дела. Разумеется, Саске сходу перенял стиль тайдзюцу монахов, как и Сакура схватывала всё на лету благодаря подаренным шаринганам. А Сора и Наруто больше в удовольствие дрались, наконец-то найдя кого-то схожего по силе и способностям. Локи ждал испытания Чирику и познавал стихию Дерева, мастеря огненные да водяные сувениры, предвидя, что они будут разлетаться на аукционе как горячие пирожки по заоблачным ценам.       Наконец-то настало семнадцатое сентября. Последний день перед началом гонки в Стране Чая. На рассвете вся община нинсо собралась у входа в Храм-под-холмом, весть о котором уже летела по окрестным деревням.       Всю ночь медитировавший у стены чёрного пламени Чирику наконец-то встал и решительной походкой смело вошёл в чёрное Аматерасу, в пепел сжигавшее все камни и палки, которые вчера в него кидали и совали простолюдины, которых пока никто не гнал и не призывал к пиетету. Нинсо дружно затрепетали, волнуясь, ведь у каждого только одна попытка – суровая стихия не прощает оплошавших.       Локи видел, как Чирику сперва сгорел дотла, а потом воплотился как новенький, лично познав разрушение и синтез. Своеобразный психологический опыт расставания со всем плотским как апогей философии отшельничества. И да, одежда сгорела без восстановления. Так что Чирику вернулся обратно обнажённым и совершенно безволосым, всполохи чёрного и белого пламени на нём взаимно гасились, не повреждая плоть, после первого преображения приобрётшую устойчивость к Аматерасу. Настоятель не растерялся: они вместе с Асумой служили в отряде телохранителей даймё, подружились и понабрались друг от друга приёмчиков, в частности, нинсо разучил хенге но дзюцу и сейчас прикрылся плотной иллюзией одежд, а потом над правой рукой создал белый огонь Аматерасу, а над левой чёрный.       Все монахи отдали живому будде земной поклон. Ниндзя ограничились поясным.       Пришёл черёд бога с претензией на аспект Огня проявить себя на том же испытании. Локи уже был в обновках, которые ему сегодня утром подарила команда по собственной инициативе, ведь сенсей так и не обратился к ним с просьбой изготовить и для него тоже. Тем не менее Локи не стал испытывать её, а за пару шагов до пламенно-чёрной стены стал призраком, вышел из оставшейся висеть на месте одежды, снова стал плотным и вошёл в Аматерасу ради инициации – ради синтеза божественного тела по лекалам божественного духа без долгих лет гармонизации.       Локи действительно пришлось вырасти над собой духовно и возвыситься над страхом смерти. И торопиться с пробуждением следующей стадии глаз трикстер отказался, справедливо опасаясь надорваться, из-за чего входил с бьякуганом в его минимальной активности, но в режиме познания и без надстройки-линз. Почти с такими же глазами он и вышел из белого Аматерасу, познав оба лика богини солнца, чьё имя можно перевести как «небесное освещение», которое днём белое, а ночью чёрное. Посередь белой радужки с едва заметным разделением спектра из-за хрусталика теперь вновь находился слабо выраженный зрачок, который в режиме воздействия делался чёрным. Локи чётко ощущал следующую ступень, но отказался привязывать её к вратам Хачимон, чтобы снабдить бьякуганы чакрой нужного объёма и качества. Додзюцу в теле бога идеально подчинялось, сразу переключаясь между режимами, а не как раньше. Теперь Локи оказалось вовсе без надобности его додзюцу линз: в режиме познания он и так всё видел, а в режиме воздействия он мог один фокус зрения настроить на восприятие телесной энергии и эмоций, а второй на духовную энергию и мысли, в области их пересечения видя всё вместе и ещё чакру.       Отсутствовав ровно столько же, как Чирику, Локи вместо шествия дальше по коридору вглубь Храма Кьюби тоже вернулся назад, точно к своей одежде, без него развернувшейся задом наперёд, будучи управляемой Оояру. Явив себя воплоти, сохранивший все волосы подросток стал белесым призраком и вошёл в свою одёжку с обувью. Через секунду он уже поднимал руки, чтобы на ладонях зажечь оба лика Аматерасу, а потом свести их вместе, взаимно гася противоположности и с этим молитвенным жестом совершая полупоклон в ответ на почести.       В завершении торжественной церемонии группа нинсо сыграла «Оду Огню» - пламя на двух ториях плясало в такт. Свыше десяти обывателей оказались заворожены, но никто не выразил желания тоже стать монахом.       - Неджи-сенсей, а как применяется белое Аматерасу? – как самая смелая и любознательная, по пути наверх поинтересовалась Сакура, несколько стыдливо отводя зелёные глаза, всё ещё думая о запечатлённом шаринганом голом Чирику.       - Для восстановления, - ответил Локи достаточно громко, чтобы услышало побольше нинсо, в толпе которых шла команда ниндзя. – Аматерасу не всесильно. Можно прийти на пепелище прошлой войны и восстановить дом, но в горшках на подоконнике не увидите комнатных растений, а погибшие жители не воскреснут и трупов не будет. Но если пожар уничтожил дом вчера, то велик шанс вместе с восстановлением здания воскресить погибших в нём людей, животных, растения. Можно восстановить потерянную конечность, но если сделать это у привыкшего совершать зверства бандита, то вместо руки синтезируется лапа. Таков S-ранг.       - Эм, синтезируется, а не отрастёт? – уцепилась умная девочка, в то время как самый младший в команде прислушивался только краем уха, бодро шагая по ступеням с руками за головой и улыбчиво предвкушая бенефис.       - Именно, Сакура, катон не ирьётон – разные принципы.       - Понятно, Неджи-сенсей. Получается, уничтожившись в чёрном Аматерасу, вы синтезировались в белом Аматерасу, потому и пропал ваш неродной бьякушаринган?       - После инициации Аматерасу он перестал быть нужным мне, - тоном соглашаясь с мнением Сакуры, пока ещё просто умной, а не прозорливой. – Саске, прямо перед пробуждением риннегана советую пройти инициацию Аматерасу и все три зала в храме.       - Хорошо, Неджи-сенсей.       - Наруто, мощь Курамы слишком велика для подростка. Через пару лет освой Сеннин Модо, тогда твоё тело выдержит инициацию Аматерасу и Кьюби Модо, - Локи выдал очередное ценное указание, заминая тему с бьякушаринганом.       - Хорошо, Неджи-сенсей, я так и поступлю, даттебаё, - заверил Узумаки.       - И всё-таки, команда, подумайте над посещением общего онсена, - напоследок Локи ехидно подколол стеснительных детишек.       Отвлечение внимания на стыдливую тему породило молчание до самой Башни Огня, как по-простому поименовали внешнюю копию резиденции хокаге, вчера согласованную с настоятелем Храма Огня и возведённую слева от основного комплекса с г-образной компоновкой, чтобы постояльцы не видели занятий монахов во внутреннем дворе с их общим душем.       Чирику на завтрак закономерно опоздал, по-прежнему оставаясь с просветлённым выражением лица, какое повсеместно в храме запечатлено на статуях будд. Конфуз ничуть не смутил молодого мужчину, прошедшего важнейший этап своей жизни – выдержавшего инициацию Аматерасу. Отныне его авторитет в общине нинсо Храма Огня несомненен, а к обращению добавилось «будда». К ниндзя Хьюга Неджи так обращаться не думали – это другое.       После трапезы вся община, исключая дежурных, вынужденных у порога встречать ранних посетителей Храма Огня, чей поток рос по часам, собралась на крыше Башни Огня. Нинсо по-прежнему требовалось много минут, чтобы войти в медитативное состояние и объединиться для создания общего лика многорукого будды. На сей раз лицо фигуры принадлежало Чирику.       Теневой клон Наруто с сознанием его отца Минато имел взрослое выражение лица и взгляд. Сам пацан выпятил грудь колесом и всячески старался выглядеть чунином, что для взрослого выглядело смешно и умилительно.       Всё ещё вчера было оговорено и опробовано на создании внутри храма огненного портала внутрь холма с пропуском по наличию огненного покрова Сензоку но Сай, вот только кое-кто кое-какую свою часть исполнил только в момент появления над башней чёрных вязей фуиндзюцу портала, создаваемого Намиказе Минато.       - Коганэ-сама, клановое сообщение-молния – Храм Огня строит в Коноху постоянный двусторонний портал, - приказал Локи, таким нехитрым образом намекая Цунаде, кто в доме хозяин.       Локи стоял с Сакурой чуть в сторонке, позволяя Саске тешить чувство собственного величия, выполняя задачу внедрения своего жидкого рыжего пламени Гоенка в тёмно-фиолетовую плёнку в форме большого шара между вытянутыми и загибающимися к центру зубьями башни. Процесс выглядел обратно распусканию – волны огня раз за разом накатывали, постепенно ускоряя темп, чтобы какой-то из десятков волн пламени наконец-то захлестнуть барьер целиком. Это не спасло пламя от переноса в Коноху, но ускорение продолжалось. Вот непрерывность выдоха опять обеспечил теневой клон Саске, пока оригинал делал вдох полной грудью, получая чакру после отмены третьего клона-аккумулятора, заряжавшегося чакрой Курамы.       Напряжение росло. Особенно в Конохе, где народ сбегался к Башне Хокаге, наверху которой пышно и ярко цвёл огромный огненный лотос.       Подпитывающийся от исчезающих теневиков сына Минато сосредоточенно удерживал портал стабильным и действующим, ловя тот момент, когда Саске удастся создать три слоя. Пока первый перемещался, второй оказывался между порталом и третьим слоем. Даже с шаринганом далеко не с первой попытки удалось создать и продержать огненную сферу достаточное время, чтобы зафиксировать огненную плёнку поверх портальной, а потом совместить то и другое, порождая портальный огонь, который пропустит всех тех, кто для оплаты перемещения умеет применять катон и кто для оберегания себя умеет ходить по огню, кто добр душой.       По сигналу Локи золотой будда общины монахов Храма Огня пришлёпал огонь, продолжавший стекаться и нахлёстываться, образовывая бутон лотоса. По приказу хокаге и распоряжению Хиаши запущенная двусторонняя проекторная связь показала, как огненный лотос на стороне Конохи – тоже резко закрылся в бутон. Теперь вместо Саске огнём со стихийным цветком принялась делиться община монахов, чей будда стал уменьшаться и становиться прозрачным, отдавая свою силу Лотосу Портального Огня, постепенно выросшему почти до соприкосновения чашелистиков с зубьями башни. И напоследок сотни вытянувшихся призрачных рук со всех сторон и все разом нежно огладили золотой бутон, побуждая величественно расцвести.       По толчку Локи куноичи подбежала к шиноби, чтобы помочь устоять, но с этим её чуть опередил Наруто, так что Сакуре досталась поддержка Саске с левой стороны, а богом выщелкнутый пальцами сгусток белого огня Аматерасу опередил обоих генинов, начав быстро восстанавливать обожжённые губы Саске, чьё непосредственное участие видели и узнавали по стихийной чакре десятки ниндзя в Конохе. Минато в клоне Наруто в этот момент счёл свою задачу выполненной и отменился, суррогатами двух додзюцу увидев достаточно вокруг и по иллюзорному экрану.       Цунаде не успела никого начать песочить за внезапность и масштабность очередного переполоха, поскольку представление ещё продолжалось. Белесый будда-Сусаноо уменьшился до охвата Чирику, Бансая, Шоёри, Акиширо, которые составляли делегацию от Храма Огня в Коноху. Медитативно сидящая в цветке лотоса девятирукая фигура плавно взлетела вместе с четырьмя людьми: снизу отправилась в портал и вверх вылетела на другом конце, ознаменовав первый переход для установления более тесных отношений между нинсо и ниндзя, как было в древности при Рикудо Сеннине.       Когда Локи подошёл к трём генинам, белый огонь отработал своё, восстановив губы и дав ощутить себя гордому Учиха.       - На миг в Коноху, - ухмыльнулся Локи, приобняв свою команду со спины.       И все вчетвером исчезли – Локи после подсказок от Минато теперь мог бы по праву взять себе прозвище Белая Молния по аналогии с Жёлтой Молнией, как звали Намиказе Минато к концу Третьей Мировой Войны Шиноби.       - Наруто, не стесняйся, - подбодрив словом и трепанием по плечу.       - Хьюга Неджи-сама?! – удивлённо и опасливо вопросил лохматый Котецу, как обычно стоявший смену у центральных ворот в Коноху.       - Здравствуйте, - генины нестройно поприветствовали чунина.       - Разумеется. Я в Храме Огня прошёл инициацию Аматерасу, - гордо заявляя о достижении, слухи о котором всё равно скоро разлетятся по Конохе. Имплантированные бьякуган и шаринган видели отличия в чакре и комплекции парня, но моторика оставалась прежней, узнаваемой. Вдобавок имелись три генина, тоже претерпевшие существенные изменения, однако однозначно признанные.       - Хе-хе! Даттебаё! – тем временем Наруто, гордо выпятив грудь вместе с двумя клонами, запрыгнул на спины ещё трёх своих клонов и проставил свою дзюцушики следом за меткой Джирайи. В одиночку генин попросту не мог справиться, но вместе с двумя своими клонами вполне осиливал Хирайшин но Дзюцу, по крайней мере, этим утром точно, что хотел скрыть, однако не удалось.       - Ого! Ну ты даёшь, Наруто-кун! – восхитился Изумо, когда Порожек Хирайшина пополнился новой меткой и табличкой, приделанной командиром команды.       - Нихи-хи, даттебаё!       - А вы, случаем, не в курсе, что творится у Башни Хокаге? – с улыбкой и волнением обратился Котецу, чей имплант не доставал от ворот до резиденции, но хорошо видел поток изумлённого народа и отсветы пламени, определённо управляемым кем-то.       - Ребят, сейчас нас тут как бы не было, - Локи после Наруто показал позу клёвого парня. – А там портал в Храм Огня Кьюби, - и команда переместилась в портовую зону Дегараши, дружно захихикав.       - Храм… какого?!