Слушок.

– Слу-у-ушайте... – Протянул Рома. Бяша и Антон синхронно посмотрели на него, показывая свою готовность слушать. – Тут один слушок пошёл, – а вот на этом моменте Антону и Бяше стало смешно, ведь Катькиным сплетням почти никто не верил уже, после случая, когда её ложь раскрылась. А если и верили, то только её лучшие подружки. Мальчики то сплетни никогда не обсуждали, называя это «девчачьими штучками», – что у нас пидор в классе завёлся. – Бяша и Антон синхронно расхохотались. – Пиздец, Ром, с каких это таких пор ты веришь в сплетни Катьки, на? – Поинтересовался сквозь смешки Бяша. – Реально. Там же в восьмом классе... – Антон не продолжил, потому что та история была очень длинной, это именно та история, после которой Кате никто не верил...

***

– А вы знаете, девочки, что Машенька наша по девочкам! Да-да-да! – Катя сложила руки в молитвенном жесте и прислонила их к щеке, хитро улыбаясь и поглядывая на ту самую Машу. Девочки, которым Катя это рассказывала, презрительно посмотрели на неё. Девушка лишь покрутила пальцем у виска и удалилась из класса. На следующий день какой-то мальчик показал всему классу фотографию, где Маша целовалась с парнем из параллельного класса, и таких фоток было несколько: сделаны они были в разные дни и разное время, ведь он очень часто натыкался на них в каком-нибудь тёмном углу. В тот день Катя была опозорена. И больше ей никто не верил. Как позже выяснилось, то Маша начала встречаться с тем самым парнем, который, как оказалось, нравился и Кате, и именно поэтому она решила ей таким образом насолить.

***

– Ой, да что все этот восьмой класс то вечно вспоминают. – Рома закатил глаза. – Ну да, верю я ей. И что? – А откуда инфа? С воздуха, на? – Я не вдавался в подробности, если честно. – Пожал плечами Рома, чем вызвал смешок у Бяши. – Да и тем более история там почти такая же была, – продолжал вспоминать Антон, – может несчастный парень тоже чем-то ей насолил. Например, начал встречаться с девочкой, которая ей нравится. Бяша засмеялся, а Петров кое-как сдерживал смех, но всё же не удалось скрыть вырывающиеся наружу смешки. Рома чуть злобно на него посмотрел. – Да идите вы на хуй оба! – Хулиган сложил руки на груди. – Так зачем ты нам всё это рассказываешь? – Скептически спросил Петров. – В сплетницы подался, на? – Ну, может, вы знаете кто это? – Спросил Пятифанов, но это звучало больше как отмазка. – Конечно, к каждому подхожу и спрашиваю каждое утро. – Иронично произнёс Антон, но продолжил уже серьёзнее: – да и если бы спрашивал, то никто бы не ответил. – Вот именно на, – согласился Игорь. – Объединились, бля, против меня! – Высказал обвинения Рома. – Нет, ну реально, в чём суть разговора? – Спросил Петров. Рома промолчал.

***

Когда уже ребята шли из школы втроём, Рома эту тему более не поднимал. Бяша ушёл домой по "семейным обстоятельствам", а Антон и Рома прошли ещё немного вместе, разделяясь на развилке. Уже немного отойдя, Пятифанов вспомнил, что хотел вернуть Петрову тетрадь, которую он сегодня одолжил для списывания. И, развернувшись и заглянув за угол, он случайно стал свидетелем чужого диалога между неизвестным собеседником и Антоном. Он стоял, приложив к уху телефон. Рома голос собеседника расслышать не мог. – Ало, ты ничего мне не хочешь сказать? – Видимо, Роме повезло, ведь он пришёл в самом начале, а не, например, в разгаре диалога. Антон начал отдаляться и Рома принял решение подслушать. Сам не зная зачем, он прятался за деревьями, следуя за Петровым. «Привет, а что я должна тебе рассказать?» – Ну, например, какие там слухи ходят. Не знаешь, не? «Ты же знаешь, я не слежу за слухами.» – Но зато, наверное, распускаешь их? «Боже, Антон, да что случилось?» – Я только тебе говорил сама знаешь, что. «Ну?» – Так почему об этом знает Катя? Кроме тебя об этом я никому не говорил. Или я тоже тебя чем-то обидел? Не думал, что ты такая. Полина промолчала. Слышно было лишь её отрывистое дыхание сквозь трубку. «Откуда ты узнал?» – Не поверишь, слухи дошли до Ромы. Так что? Не хочешь ничего мне сказать? «Прости, пожалуйста. Я была пьяна. Помнишь, на прошлой неделе у Алины была вечеринка, на которую ты не смог прийти? Мы там выпили, а потом играли в правду или действие. Не помню уже, что у меня именно спросили, но поклясться могу: они не знают, что это ты!» – Я подумаю. «Прости ещё раз, пожалуйста! Мы можем встретиться сейчас?» – Нет, я уже иду домой. Пока. Не дожидаясь ответа собеседницы, Петров сбросил трубку и выговорил себе под нос пару нецензурных слов. А Рома всё пытался понять, с кем говорил Антон и о чём? «Я тебе говорил сама знаешь, что.» «Кроме тебя об этом я никому не говорил.» «Не поверишь, слухи дошли до Ромы.» Пазл в голове складывался довольно сложно и долго, но, в конце концов, Рома пришёл к выводу, что Антон и есть тот самый пидорас, о котором он рассказывал утром. А понять с кем он говорил, у Ромы так и не удалось. Пятифанов было хотел догнать Антона, но тогда ему не избежать расспросов, что он тут делает и почему он его подслушивал. Поэтому он принял решение поговорить с ним завтра. Тетрадку он так и не вернул, да и не нужна она Антону будет сегодня: английского завтра нет.

***

На следующий день Рома вернул тетрадку владельцу, но планировал поговорить с ним после школы, поэтому сейчас старался вести себя как обычно. Да и почему он так уверен? Может, он разговаривал совсем о другом, а Рома там себе надумал. Может, ничего такого странного в диалоге с неизвестным Роме собеседником не было, а Пятифанов просто себе надумал. Наверное, так и есть. Уроки тянулись мучительно долго, будто кто-то удлиннил маятник на старых часах. Да и Бяша сегодня не пришёл – вообще скукотень! И почему во время ожидания чего-то время идёт так медленно? Чего Рома ждал – даже самому Роме непонятно. Поэтому он просто перестал думать об этом и продолжил разглядывать лампочки.

***

Прозвенел последний за этот день звонок. Все тут же разбежались, на ходу запихивая вещи в рюкзаки. В руках каждого сразу появились смартфоны, и стало шумно, ведь все обсуждали сегодняшний день. Рома поджидал Петрова на развилке, где они обычно прощались. Антон пришёл достаточно быстро: – Привет, а ты чего тут? – Пошли, прогуляемся, – он, подобно девочке с новым маникюром, посмотрел на свои ногти. – Ну ладно. Они немного отошли от шумной школы. Здесь людей было уже не так много. – Помнишь, что я вам с Бяшей вчера рассказывал? – Ну? – Так вот... – Рома выдержал паузу, прежде чем продолжить: – у меня есть подозрение, – голос стал на тон ниже, – что это ты. Петров замедлил шаг. – Что? – Выглядел он вполне себе уверенно, даже не был растерян, и потому Пятифанов пожалел, что вообще начал об этом говорить. Антон тихо рассмеялся: – с чего это? Бля, пиздец. – Блондин продолжил заливисто смеяться, кое-как пытаясь угомонить самого себя. – Да так... Вчера кое-что услышал. – Ненавижу твою привычку говорить загадками. Что ты там уже услышал? Тем более вчера. – Ну я вчера хотел тебе тетрадку отдать, пошёл за тобой, а ты с кем-то по телефону разговаривал. Петров замер. Как будто здесь, посреди улицы, поставили статую. Казалось, он даже перестал дышать. Зелёные глаза округлились. – Подслушивать нехорошо. – Только и смог произнести он. – Да я случайно, бля. – Ой, ладно, а дальше что? – Петров потёр переносицу, не беспокоясь о том, что случайно может заляпать стёкла очков. – А потом ты сбросил трубку и я ушёл. Ну так что? На счёт подозрений. Антон промолчал, продолжил идти на негнущихся ногах, смотря куда-то в сторону. Хорошо, что он вчера решил не включать громкую связь, и Рома не услышал весь диалог. – Чё молчишь то, а? – Что мне говорить? – Ответить на вопрос. Вдалеке показался дом Антона. Петров нащупал в кармане ключи и приготовился бежать. В лучшем случае дверь будет открыта, а Рома не настолько отшибленный, чтобы барабанить в неё. – Ну да, блять. – Петров побежал. Дверь была открыта. Быстро открыв её, он забежал внутрь и закрыл дверь на замок. Дома никого не было. Отлично: удастся избежать вопросов, почему он хлопает дверью, и от кого убегал. На телефон пришло сообщение: «Ебать ты быстрый нахуй. Чё убежал?» Антон ничего не ответил. «Да чё ты игноришь? Я ж тебя не бить собираюсь. Выходи». Решив рискнуть, Петров аккуратно повернул замок в обратную сторону и выглянул из-за двери. Рома стоял там и смотрел себе под ноги. Антон не закрыл дверь на замок, чтобы было легче, в случае чего, свалить. Блондин подошёл к Роме, оставляя между ними расстояние в два шага. Но Пятифанову, кажется, такая идея не понравилась, и он подошёл ближе. – Я тебе нравлюсь? – Спросил он таким тоном, каким цыгане на улице предлагают тебе погадать. Антон стоит, не в силах сделать хоть что-то. Он даже дышит с трудом, но всё же находит в себе силы покачать головой. Рома не верит, поэтому наклоняется вперёд, почти соприкасаясь кончиком носа с чужим. Аккуратно хватая чужие очки за дужки, Пятифанов перемещает их на лоб. После чего стремительно прилипает своими губами к чужим. Отстраняясь, он спрашивает: – А теперь? Петров кивает.