Страх

      Катя с нетерпением ожидала конца смены. Время нехотя, будто издеваясь, подходило к девяти вечера. Покупателей не было с шести, но девушка была вынуждена досидеть смену — очень уж боязно было получить очередной нагоняй от начальства и лишиться работы. Хотя получить от матери за столь позднее возвращение тоже не особо хотелось…       Минутная стрелка часов, которые располагались над входной дверью, медленно подползала к двенадцати — еще пара секунд и можно закрываться. Но в самый последний момент, когда Катя уже была готова выйти из-за стойки продавца, колокольчик на двери возвестил о приходе посетителя. Еле слышно ругнувшись, девушка взглянула на вошедшего молодого человека. Это был высокий худощавый парень, которому не стукнуло и восемнадцати, он затравленно смотрел на Катю, переступая с ноги на ногу и сунув руки в карманы бесформенной куртки. С минуту он и девушка стояли молча. Наконец он произнес слегка подрагивающим голосом:       — Сигареты… М-можно?       Девушка усмехнулась: вспомнила себя лет семь-восемь назад. Она точно так же робела перед покупкой сигарет в шестнадцать, и даже когда ей исполнилось восемнадцать, ее голос в момент покупки все равно предательски дрожал.       Она нагнулась под прилавок, уловив краем глаза, что парень начал судорожно рыться в карманах.       — Какие тебе?       Не получив никакого ответа, она спросила снова:       — Какие ты сигареты куришь?       Но парень снова промолчал.       Катя разогнулась — и встретилась глазами с дулом пистолета. Время на секунду будто замерло. Казалось, в помещении были только она и ствол, а навязчивая мысль спросить, шутка ли это, не покидала голову. А следом за этой мыслью пришла другая:       «Я могу умереть».       Сердце забилось чаще, гулко шумя в ушах и словно стремясь разодрать в клочья барабанные перепонки. Горячий пот прошиб все тело, но двинуться или хотя бы моргнуть не получалось — девушка как стояла в полусогнутом положении, так и продолжала стоять. Но мозг в это время работал как часы, перебирая все возможные варианты действий. Первое, что пришло на ум, — тревожная кнопка, которая, скорее всего, не работает, потому что последний раз ей пользовались примерно никогда. Катя слишком резко потянулась к ней — и поплатилась.       Раздался выстрел.       Где-то позади нее взорвалась бутылка. Девушка вздрогнула. Послышался звон стекла и всплеск жидкости.       «Никакая это не шутка, — подумала Катя. Она вся будто бы съежилась, уменьшилась в размерах. А в голове лишь звучали, как мантра, слова: — Это все не со мной, это только кажется, снится… Да-да, снится… Вот сейчас как проснусь… Господи, как страшно… Мамочки, что делать…»       — Деньги из кассы доставай, — пытаясь придать своему голосу больше силы, сказал парень. Девушка ошарашено смотрела на него, очевидно не понимая, что от нее хотят. — Сука, деньги давай! — громче потребовал он, потрясая пистолетом у лица девушки.       Сотрясаясь всем телом, Катя полезла в кассу. От беспомощности наворачивались слезы, которые мешали вбивать код, чтобы ее открыть. Руки дрожали, когда нужно было выгрести деньги, а терпение парня было на исходе: Катя видела, как тот кусал губу и нервно поддергивал носом. Девушка, всхлипывая, выложила купюры и мелочь на прилавок и боязливо покосилась на грабителя. Тот замешкался, но буквально через секунду начал набивать карманы деньгами, даже не посчитав их. Катя в это время старалась лишний раз не шевелиться. Покончив с деньгами, парень заметно повеселел и даже опустил пистолет. Девушка после этого немного расслабилась.       Но вот незадача — зазвонил телефон. И Катя, конечно же, потянулась за ним, ведь специально пропускать звонки от мамы — страшный грех.       Снова грянул выстрел, который в этот раз не разбил бутылку.       Зато лишил Катю жизни.