АННА И ШТОЛЬМАН. КИНО И ЖИЗНЬ…

… Вскоре Коробейников доложил, что Кулагин освободился неделю назад по УДО. Узнав, что здесь в городе проживает его мать, оперативники выехали к ней домой… Маленький домик был огорожен хилым заборчиком. На звонок долго никто не открывал. Но через пару минут калитку распахнула невысокая сгорбленная старушка. - Чего вам? - не очень радушно поинтересовалась хозяйка, глядя на подполковника полуслепыми глазами. - Кулагин Андрей дома? - Дома, да только не сможет он выйти, - махнула рукой женщина и попыталась закрыть калитку. Штольман успел подставить ногу. - А мы сами к нему зайдем, - ответил следователь и показал удостоверение, - подполковник полиции Штольман. Проведите нас к нему… Женщина вздохнула и повела за собой полицейских, ворча по дороге, что нет покоя ее бедному сыну. Кулагин спал на диване в небольшой комнате. На столе и под столом валялось нескоьлко пустых бутылок. - Когда Ваш сын вернулся из тюрьмы? - спросил у матери следователь. - Так на днях... кажись день тому назад. - Сегодня с утра где он был? - Так кто его знает, - пожала плечами женщина, - я утром встала, его не было. Потом он вернулся с водкой. Злой. Закрылся у себя и пил, видать. На диване зашевелился Кулагин. Приоткрыв один глаз, он уставился мутным взглядом на гостей. - Мать, кто это? - хрипло спросил мужчина. - К тебе это, сынок, - всхлипнула старушка и вышла из комнаты. Кулагин медленно сел на диване. - Чего вам? Штольман представился и попросил мужчину рассказать, где тот был сегодня с пяти до восьми утра. Кулагин пьяными глазами обвел оперов, потом медленно поднялся. Все приняли боевые стойки. Мужчина был ростом метр девяносто и крепкого телосложения.. Если он задумал недоброе - мало не покажется. Но Кулагин, пошатываясь, добрел до стола и стал заглядывать в пустые бутылки. - Отвечайте, Кулагин, - строго приказал Штольман. Так и не найдя водки, Андрей со вздохом обернулся. - Быстро вы однако работаете, - пробурчал мужчина и снова вернулся на диван, - гулял я.. - Не возле ли дома своей жены? Кулагиной Веры? - поднял брови Штольман. - Не жена она мне давно, в разводе мы, - буркнул Кулагин и вытащил из кармана сигареты. - Так что Вы там делали, Кулагин? - Вы что-то имеете мне предъявить? Предъявляйте! - затянулся сигаретой мужчина. - Имеем, - кивнул следователь, - Вы, Андрей Кулагин, десять лет назад убили на почве ревности любовника своей жены. А освободившись, Вы вернулись и решили убить жену, да только немного ошиблись. И убили ни в чем не повинную Кондратьеву Тамару... - Чего? Какую еще Тамару? - возмутился подозреваемый. - Такую! Сестру близняшку Вашей бывшей жены. Или Вы не знали, что у Веры есть сестра, как две капли похожая на нее? Кулагин замер и тяжелым взглядом уставился на следователя. - Тамару? - наконец ожил Андрей, - Вы все врете! Ее сестра живет в другом городе! - Жила! Да только приехала погостить на родину... На свою голову, - вздохнул следователь, - сегодня рано утром она возвращалась с коропоратива. Вы ее подкараулили...и.. Кулагин нецензурно выругался и схватился за голову. - За что Вы решили убить Веру, отвечайте? - продолжал нажимать Штольман. Кулагин застонал, продолжая тереть огромными ладонями глаза и лицо. - Всю жизнь она мне сломала, стерва! - бормотал Кулагин, - на второй срок из-за нее ни за что пойду... А ей все ни по чем.. За что ж мне такая кара?? - Вы вернулись из тюрьмы и поехали к ней? - более спокойным голосом заговорил следователь, пытаясь выяснить обстоятельства. - Да, - глухо сквозь руки заговорил Кулагин, - мы же решили снова сойтись, простил я ее. Думал, ждет меня, любит, как я ее любил. И вот подхожу к дому в надежде застать ее до ухода на работу, и что вижу? Как ее ранним утром какие-то мужики привезли на машине. Верка смеется, в руках цветы, всех расцеловала и пошла в подъезд. Меня такое зло взяло, аж в глазах потемнело. Врала, думаю, мне все эти годы. Как была с...кой, так ей и осталась. Забежал за ней в дом, под рукой мой нож оказался... Ну я и... Мужчина махнул рукой и совсем сник. - Четко в сердце попали, - хмыкнул Штольман. - Мастерство не пропьешь, - буркнул из под руки Кулагин, - в десантуре служил, а там учили на всю жизнь. - Даа, - протянул следователь, - одевайтесь Кулагин. Вы арестованы…. В допросной Андрей давал полные показания, рассказывая все подробно, как просил следователь. - Что же получается, - рассуждал Штольман, - любили… простили, как утверждаете, и пошли на второе убийство? - Да никакое это не второе! - воскликнул Кулагин и стукнул кулачищем по столу. Все даже вздрогнули от неожиданности. - Я не признал свою вину тогда и сейчас не собираюсь брать это на себя, понятно? - Не понял? - поднял бровь Штольман, - вы утверждаете, что не совершали убийство, за которое отсидели? - Утверждал и утверждаю, - грозно насупился подозреваемый. - Верку бы убил, а того мужика, Персианова ... чтоб ему...не трогал я. - Ну это уже не наше дело, - вздохнул следователь, - я Ваше первое убийство не расследовал.. - Ну да, Вам то что, - с горечью хмыкнул Кулагин, - все вы следаки одним миром мазаны.. схватили, кто под руку попался, и срок впаяли, а сидеть снова мне. За повторное сколько теперь влепят? И всё из-за этой стервы Верки.. Вот роковая баба... Андрей замолк и уронил голову в ладони.. - Срок паяют, прокуроры, если что, - хмыкнул Штольман и задумчиво глянул на задержанного, - что ж Вы апелляцию не подавали, если считали, что необоснованно Вас обвинили? - Подавал я, да мне потом умные люди на зоне обьяснили, что моё дело хорошо проплачено, и мне оправдания не светит.. - Ох уж эти мне умные... на зоне, - с сарказмом вздохнул следователь. - А то, что тебе за второе убийство дадут много - это факт, даже чистосердечное сильно не поможет, - продолжал рассуждать Штольман, глядя на подозреваемого, - а орудие убийства ведь одно и то же в обоих случаях...- нож... - Да можете думать, как хотите, - вяло отмахнулся Кулагин, - я уже отсидел десятку, обсуждать сейчас то дело не вижу смысла. Хотя и признаваться в том, чего не совершал, не собираюсь.. - Понятно, - вздохнул Штольман и велел Кулагина увести в камеру. Время уже было позднее, пора было всех отпускать по домам, но у следователя почему-то было не спокойно на душе. Поэтому он задержал Коробейникова и велел ему сделать запрос в соседнее отделение на дело Кулагина десятилетней давности… По дороге домой Якову позвонила Нина и сообщила, что завтра собирается приехать к нему. У Штольмана не нашлось лучшего повода для отказа, и он сослался на новое дело об убийстве. Но ведь это была правда, поэтому мужчина с чистой совестью заверил Нежинскую, что у него, в отличие от большинства, завтра - рабочий день. Как впрочем и послезавтра. Нина обиделась. В праздник женщина надеялась на подарки от любовника, радующие как душу, так и тело.. Она сухо попрощалась, пожелав Якову приятных трудовых будней. Штольман понимал, что может таким поведением нарушить свои обязательства перед Варфоломеевым, но ничего не мог с собой поделать. Близость с Ниной становилась для него неприемлемой... Общаться с ней мужчина еще себя заставлял из-за вынужденных обстоятельств, но дальше этого пойти уже не мог. «Слабак, неженка...- ругал себя подполковник, - Любовь у него, видишь ли.!» Нет, он даже не станет себя уговаривать. Перед глазами стоял образ Мироновой. Да, он полюбил Анну и связь с Нежинской становилась невыносима. А после того, как он узнал, каким циничным и бессердечным человеком является его любовница, у Якова внутри все замерзло, даже симпатии к этой женщине больше не оставалось.. Только отвращение..