Чуть-чуть вина

— Будешь? — Цинсюань протянул Се Ляню золотую чашу с крепким вином. Принц поднял глаза и задумчиво посмотрел на Повелителя Ветра, ведь Хуа Чен запрещал пить алкоголь, особенно с Цинсюанем. Решил подпереть ладонью подбородок и ответил: — Не знаю. Если чуть-чуть, то буду. — Взял чашу и отпил, удобно усаживаясь на стуле. Повелитель Ветра скривил лицо, подняв брови, произнёс: — С чего вдруг «чуть-чуть», раньше со мной напивался, что потом не помнил, кто ты, а теперь «чуть-чуть»? — Се Лянь чуть не подавился только что отпитым вином, которое ещё больше обжёг горло. — Мне нельзя, — коротко ответил принц, вспомнив о запрете пить алкоголь. — Собиратель Цветов под Кровавым Дождём запрещает тебе что ли? — наконец догадался Цинсюань, скрестив руки на груди, и задумчиво посмотрел на Се Ляня, который только выпучил глаза, потому что не любил, когда о таком спрашивают. Только покачал головой и продолжил заниматься недавно начатым делом. Вино, конечно, выбранное Цинсюанем, оказалось настолько вкусным, а уж тем более дорогим, что манило не пригубить, а щедро хлебнуть. Может, чаши три или пять, пока в глазах не начнёт двоиться. Принц любил пить с лучшим другом, оттого, несмотря на запрет Хуа Чена, всё равно выпивал много. Се Лянь встал со стула, сильно пошатнувшись, упал прямо на Цинсюаня, который упал на пол, выпучив глаза от шока. Принц оказался сверху, да ещё и вино пролилось на новое белое ханьфу, которое теперь украшено тёмно-бордовым пятном. — Ваше… Высочество, что такое? — язык Цинсюаня заплетался, руки слишком слабые, чтобы столкнуть принца. Оставалось только беспомощно лежать на полу в объятиях пьяного Се Ляня. Дверь бара открылась, послышались тяжёлые, как будто грозные шаги. Се Ляню это уж очень знакомо. — Гэгэ! Ты опять за своё? Ну что ты будешь делать-то?! — голос твёрдый, как он никогда раньше не слышал. Тут почувствовал, как его подняли за плечи, и оказался на руках Хуа Чена, смотрящего на него со злобой. Принц виновато опустил голову, смотря на лежащего Повелителя Ветра, который только неловко улыбнулся. — Прости, С-Сань Лан. Вино т-такое вкусное… — промямлил принц заплетающимся языком, крепко обнимая демона за шею. Хуа Чен ничего не ответил, лишь вышел из бара, направившись в Дом Блаженства, всё ещё держа Се Ляня на руках. Шли по пустым тёмным коридорам, освещающимся только свечами, ловя испуганные взгляды призраков, которые пятились назад, скрываясь в темноте. Зашли в комнату, закрыв дверь. Демон поставил шатающегося принца на пол. — Сань Лан, я хочу… — Хуа Чен повернулся к нему, заинтересованно посмотрел на Се Ляня, который, кажется, переборол смущение и уверенно произнёс с ехидным взглядом. — Положи меня на кровать, крепко прижимай к себе, целуй, куда угодно, и раздень. Демон, конечно, не ожидал такого заманчивого и при этом дерзкого предложения от принца, но тут же мягко взял за руки, повёл к кровати и уложил. Устроился сверху и страстно прижался к губам любимого. Переместился на шею, нежно целуя, иногда оставлял засосы, что тот тихо шипел. Пальцы быстро расстёгивали пояс, одежда приятно скользила по телу, затем уж совсем беспомощно лежала на полу. Пальцы игриво перемещались по спине Се Ляня, создавая приятные мурашки и стоны. Хуа Чен слегка прикусил мочку уха принца. Тот лишь слабо целовал его в щёку и в шею. Крик. Демон уж совсем заигрался и ввёл палец. — Идеально, — прошептал Хуа Чен Се Ляню на ухо, что у того побежали мурашки. Принц ногами обхватил бёдра мужа, запрокидывая голову наверх и закусывая губу, чтобы приглушить стоны, которые так и рвались из уст Се Ляня. Закончив, демон перевернул любимого и вошёл в него. — Ах! — прозвучало так громко, что Хуа Чен ухмыльнулся, поглаживая мокрую спину супруга. Се Лянь соблазнительно запрокидывал голову, закусывая онемевшую губу, которая ещё и дрожала. Демон только поглаживал бёдра принца и спину, двигаясь взад-вперёд с лёгкой ухмылочкой. Может, ему пить вино почаще? — Не останавливайся, пожалуйста… — в очередной раз Се Лянь закусил губу и запрокинул голову так, что волосы прилипли к спине, которая так и горела. Хуа Чен входил всё глубже, всё больше владея таким идеальным принцем. Так жарко, но хотелось ещё, а демон только игрался. Покончив с этим, снова перевернул мужа. Вылизывал живот и так до самой шеи, которую с жаром целовал так же, как и губы. Поцелуй жаркий, языки переплетались, исследуя рот, а пальцы неприлично передвигались по всему телу. Отстранившись, Хуа Чен, весь потный, лёг рядом с Се Лянем, крепко обняв его, мурлыкнув ему в ухо. — Люблю тебя, — прошептал принц, уткнувшись в грудь демона. Тот улыбнулся до ушей и ещё больше прижал к себе мужа, ответив: — А я-то тебя как, гэгэ!