Спасибо, Лаки

      — А вот и я! — прозвенел женский голос, которому тут же завторили колокольчики на входной двери, и по комнате прокатилось мелодичное «Добро пожаловать!»       Вопреки всем ожиданиям Цяо Лин, за автоответчиком не послышались нестройные приветствия местных обитателей, и ей пришлось сунуть телефон, что был наготове, за пазуху, чтобы не мешал раздавать жильцам оплеухи за отсутствие на рабочем месте. Кара небес решила начать с малого.       — Лу Гуан! Чэн Сяоши!       Сперва могло показаться, что окрик не принёс никакого результата, однако это было не совсем так. Девушка прислушалась повнимательнее к дневной полудрёме и с ликованием обнаружила копошение в глубине студии, куда и влетела секундой позже. За дверным проёмом её ждала следующая картина: взлохмаченный Чэн прятался за спиной Лу Гуана, который пытался вытолкнуть парня из импровизированного укрытия, в неодобрении стреляя острыми взглядами через плечо. В процессе борьбы парни успевали шушукаться и шипеть друг на друга, решая, кто пойдёт к хозяйке отвечать за их промахи, но вопрос остался нерешённым: перед судом предстали оба, пойманные с поличным.       Цяо Лин упёрла руки в бока и вздёрнула бровь, ожидая объяснений. В комнате повисло красноречивое молчание.       — Ну? — хозяйка нетерпеливо смахнула волосы назад.       — Отвечай ты, — вполголоса произнёс хитрец за живым щитом, но был обезоружен горящим взглядом старой подруги. Чэн вздрогнул и надулся, прежде чем буркнуть неразборчиво: — Простите, хозяйка, такое больше не повторится…       — Ну конечно! — девушка всплеснула руками. — Кто клиентов будет встречать, м? Как ты собрался отрабатывать свой долг, если просто сидишь и… Чем вы тут вообще занимались?       — Ничем, — Сяоши подавил зевок и вяло поднялся на ноги. Вслед за ним встал и его напарник, очевидно более отстранённый, чем обычно. Парень решил не говорить хозяйке, как хорошо спится на плече Гуана после очередной бессонной ночи, чтобы им не пришлось снова слушать лекцию о вреде сбитого режима для их здоровья и, несомненно, ценной для общества «профессии». — У тебя новое дело для нас?       Цяо Лин смерила парочку подозрительным взглядом и неторопливо кивнула.       — Да, — девушка достала свой телефон и быстро вывела на экран фото, — заказчик хочет, чтобы вы внесли правки в его слова на последнем свидании. Его беспокоит, что он мог прозвучать нелепо. С этим можно что-нибудь сделать?       Лу Гуан принял протянутую ему зацепку и отвернулся, сверкнув проникающим в снимок взглядом. Сяоши с интересом заглянул за облюбованное им ранее плечо и негромко присвистнул.       — Свидание в кафе с пушистыми зверюшками? Да он не промах!       Хозяйка кивнула.       Лу Гуан возился с фото куда дольше положенного, что в конечном итоге обеспокоило его напарника, которому стало невмоготу сдерживать своё любопытство и однотипные вопросы из разряда «Что там?», «Мы берёмся?», «Лу Гуан, так что скажешь?», которые только сильнее сбивали чужую концентрацию. Парень то и дело щурился и тёр переносицу, и вскоре бросил попытки рассмотреть происходящее лучше, чем в общих чертах, с тяжёлым вздохом возвращая телефон Цяо Лин.       — Отправь мне это фото. Посмотрим, что можно сделать.       — Ага! Высылаю, — всего через пару кликов сообщение аккуратным облачком повисло в чате. — Что ж, не буду вам мешать. Делайте свою магию. И не забывайте о работе!       Ураган, именуемый Цяо Лин, пронёсся в парадную и исчез в пелене вновь потревоженных дверных колокольчиков. Сяоши с нетерпением заглянул в чужие глаза, получая в ответ только усталый прищур. Лу Гуан снова прикрыл тяжёлые веки, и, не услышав больше ни слова от притихшего Чэна, в гордом одиночестве опустился обратно на диван.       — И откуда в тебе сколько энергии.       — Да о чём ты говоришь, — словно в подтверждение своих слов, парень сладко зевнул и потянулся. — Давай просто сделаем это и с чистой совестью пойдём спать.       Рука заискивающе покачалась в воздухе, призывая Лу Гуана дать пять, но тот с выражением внутренней борьбы на лице только сжал руку в кулак.       — Слушай, не думаю, что это хорошая идея. Я не вижу всей картины, и в таком состоянии мне будет сложно направить тебя. Стоит немного отложить это дело...       — Не парься, я всё сделаю! Разве можно разрушить мир одним неудачным свиданием? Очень в этом сомневаюсь. Зато наши жизни невыполнением просьб арендодателя — вполне.       — Напомнить, кто стал причиной этого?..       В памяти, как по заказу, всплыли воспоминания об их последней ночи. Сяоши никак не мог найти покой и уже больше часа ворочался на шуршащих простынях, раздражённый невозможностью уснуть. Он знал, что Лу Гуан это чувствует и почти наверняка так же не спит, хотя бы потому что скрип и возню на первом ярусе контролировать было невозможно, а они мешали, но совесть до поры до времени не давала Чэну в который раз отнять чужой сон из чувства собственного эгоизма. Лежать было даже просто тошно, и Сяоши почувствовал, что если ничего с этим не сделает сию же минуту, то как минимум задохнётся в собственной беспомощности.       — Лу Гуан... — наверное, этот горький полушёпот на грани отчаяния звучал совсем жалко, но он просто не мог ничего с собою сделать. Чэн Сяоши просто устал терпеть это из ночи в ночь, его грызла совесть и душила вина каждый раз, когда он оказывался в этой точке. На грани.       И каково же было его облегчение, когда сверху вновь слышался отчётливый вздох, а за ним — копошение спускающегося к нему напарника. Ценнее этого у Сяоши ничего не было.       Он потупил взгляд в пол, на одно короткое мгновение прикусывая губу.       — Ну... Допустим, я. И я же это исправлю! Ну же, хлопай, или тебе помочь? — ладонь в последний раз приглашающе качнулась, и вдруг сменила своё направление. — Впрочем, ты можешь пойти отдохнуть, а я пока...       — Не смей! — Лу Гуан дёрнул Сяоши за предплечье, и, мешая тому хлопнуть в ладоши, подставил под удар свою руку. Чэн Сяоши исчез, словно его и не было вовсе.       Прошлое встретило агента целым роем новых запахов, которые тут же ударили в удивительно чуткий нос заказчика. От их обилия Сяоши даже невольно зажмурился, пытаясь свыкнуться с такой сверхчувствительностью.       «Да он не дегустатор случаем?» — подумал ничего не подозревающий Чэн, впрочем, замечая, что напарник как-то притих. Неужто не успел подставить руку?.. Мысли сбивались и путались, в груди, вопреки усталости, росло возбуждение и трепет, а во рту в огромных количествах копилась слюна, которую было невозможно сглотнуть до конца. С этим телом точно что-то было не так. — «Эй, Лу Гуан, ты здесь?»       — Хей, Лаки, что ты притих? — высокий нежный голос прозвучал откуда-то сверху.       В утомлённом сознании медленно разгорелась тревога, вмиг заставившая Сяоши протрезветь достаточно, чтобы наконец открыть глаза и перестать бежать от чужого прошлого. Он ожидал увидеть что угодно — от камеры в собственных руках до смущённой девицы напротив, но уж точно не то, как это миловидное создание находилось лицом к его лицу, и, кажется... Тискало заказчика?       Чэн хотел было что-то возразить на столь быстрое развитие отношений, но вместо слов изо рта вырвался только короткий лай. Сердце вдруг застучало в ушах, пушистую часть которых с таким увлечением оглаживала девушка перед ним, и Сяоши с трудом прервал собачий скулёж отчаяния, который сам же и издал, чуть было не завыв от осознания фатальности своего положения. Это наверняка была какая-то шутка...

      «Я тебе говорил, что это была плохая идея,» — послышался глухой вздох в голове. Парень утробно зарычал в ответ на такое заявление, мысленно высказывая Лу Гуану всё, что он думает о таких его нравоучениях. Такого предательства он уж точно никак не ожидал.       «Прости. Я видел снимок только в общих чертах... Такого не должно было произойти. Теперь ты понимаешь?» — О, да, он понимает. Ещё как.       — Ох, может быть, не стоит его так тискать... — а вот и заказчик пожаловал. Щенок завилял хвостом и тявкнул пару раз, желая быть услышанным, но, судя по умилённым лицам, никто ничего не понял. Сяоши стало немного не по себе от такого пристального внимания, и он попытался опереться о подставленную руку девушки, чтобы хлопнуть в ладоши, но особых результатов эти попытки не принесли.       «Чёрт, у меня же лапки!» — в голове послышался смешок, который заставил Чэна мысленно вспыхнуть. — «Смешно тебе?! Я бы посмотрел на тебя в теле какого-нибудь кота. Вон как их тут много! Добро пожаловать!»       «Может хоть теперь ты не перестанешь быть таким самонадеянным,» — щенок с горем пополам отыгрывал свою роль милой невинной зверушки, мысленно трёхэтажно покрывая Лу Гуана. Конечно, Сяоши в глубине души прекрасно понимал, что тот, в сущности, прав, но сдаваться без боя во всяком случае было недопустимо. — «Двенадцать часов это не так уж и много.»       Прекрасно. Просто прекрасно. Это дело обещало быть долгим.       Чэн Сяоши лежал на бархатной подушке рядом с рукой, что ни на секунду не переставала чесать его пушистую спинку, и жмурился от удовольствия, забавно высовывая язык наружу. Периодически благодетели давали ему полакомиться собачьей вкусняшкой, которая оказалась не так плоха на вкус, как он думал изначально; маленькое тельце не позволяло заглянуть выше и увидеть, где они прятали этот дар богов, но Чэн быстро догадался, как манипулировать этой парочкой. Когда ему хотелось добавки, он демонстративно потягивался и вставал, будто собираясь уходить, и его тут же спешили заманить обратно с помощью лакомого кусочка. Правда, так же скоро его хитрый план был раскрыт из-за простой недоработки — ему не стоило проворачивать этот трюк слишком часто. Но даже так, жилось в чужом теле на удивление неплохо.       Он даже успел забыть про Лу Гуана, который разве что изредка подавал признаки своего присутствия, и то едва заметные. Потому, когда спокойный голос вновь вторгся в царящую в теле идиллию, Чэн едва не свалился с подушки от неожиданности.       «Помни о задании. Не выходи из роли,» — тут же прилетел упрёк, но Сяоши не успел огрызнуться, поскольку Гуан невозмутимо продолжил, — «Нам нужно работать с чем есть. Сейчас заказчик начнёт говорить. Тебе нужно будет отвлечь их внимание, когда он заикнётся об интересном факте.»       Пёсик насупился и устремил свои внимательные глазки на заказчика, который увлечённо толковал своей спутнице о породах собак, попутно стараясь не смущаться её смеха и ободрительных взглядов, что та кидала время от времени, отвлекаясь от пушистика под боком. Вдруг показалось странным, что мужчина вообще обратился к ним с такой просьбой, ведь было и без того предельно понятно — у них была взаимная симпатия, общие интересы и совсем немного разные взгляды, располагающие к дискуссии. Было трудно даже представить, что вообще можно было сказать такого, чтобы разрушить эту атмосферу между двумя молодыми людьми. И если же что-то такое было, то позволил бы Лу Гуан всё изменить?       Парни вздохнули в унисон.       «Только не делай никаких глупостей.»       «Издеваешься?» — не без возмущения отозвался Сяоши, — «Я буквально СОБАКА, как я могу делать глупости? Вся моя жизнь сейчас — одна большая глупость.»       «Ничем не могу помочь.»       Щенок прикусил язык и закатил глаза. Лу Гуан вдруг закашлялся. На милой мордочке появилось подобие ухмылки — предовольный оскал сверкнул всего на мгновение, и исчез, как причудливый мираж. Острый собачий слух споткнулся о внезапную паузу, и чутьё подсказало Сяоши, что это оно.       — Кстати, что интересно, ты...       «Давай!»       Чэн подорвался и со звонким лаем навернул пару кругов вокруг мужчины, а по окончании своего шествия вскочил тому на колени и с жалобным писком начал перебирать лапками на его груди. Заказчик был, мягко говоря, удивлён поведением животного, настолько, что окончательно сбился с мысли и на какое-то время потерял дар речи, растерянно оглядываясь по сторонам в поисках какого-нибудь работника кафе.       Однако не успел он подозвать к их столу подкрепление, как щенок утих и только поудобнее улёгся на чужих коленях, широко зевая. Пара обменялась взглядами. Девушка первая не выдержала и безудержно захихикала.       — Что такое?..       — Твоё лицо! — на длинных ресницах выступили слёзы смеха, а оппонент стал густо покрываться краской под обрывистые фразы своей возлюбленной. Отсмеявшись, та с яркой улыбкой вытерла блестящие в уголках глаз капли, задерживая взгляд на этой забавной картине. — Это очень мило. Я сделаю фото!       — Н-ну куда, ты уверена?..       Девушка, не теряя ни секунды, подхватила телефон в руки и сделала несколько снимков.       — Я запомню этот день, — негромко произнесла дама сердца заказчика, — спасибо. И тебе спасибо, Лаки, — уже громче добавила она и снова рассмеялась.       «Миссия выполнена. Можешь...» — начал было Лу Гуан, но тут же осёкся. Во-первых, Сяоши всё ещё не мог выйти из снимка по своей воле. А во-вторых... Щенок, которого нежно чесали за ушком, теперь крепко спал.

***

      В просторной комнате царил приятный полумрак. Ветер из открытой форточки тихо сквозил по полу, нежно проходясь по открытым участкам кожи, вызывая мурашки. Одинокая фигура, что расположилась в лунном свете на широком диване, была недвижима. Лу Гуан упёрся щекой в расслабленный кулак, пока его взгляд уныло следил за секундами на дисплее часов. Совсем недавно он очнулся от дрёмы, заслышав привычное копошение по ту сторону, и ожидал возвращения этого горе-щенка обратно.       Появление Сяоши не стало для парня сюрпризом.       — Понравилось быть щенком? — тихо спрашивал Лу Гуан, то ли серьёзно, то ли со скрытой усмешкой. Сяоши только качнул головой, потирая уставшие глаза. Ни о каких препираниях сейчас речи идти не могло.       Лу Гуан тяжело вздыхает и тянет парня за рукав на себя. Чэн без лишних вопросов поддаётся, позволяя усадить себя рядом.       — Ты сделал это. Молодец, — когда бледная рука касается непослушных прядей, Сяоши только поражённо выдыхает. Пальцы переплетаются с тёмными волосами, уходя в них глубже, с приятным напором массируя гудящую голову, и не податься навстречу этим тонким волшебным пальцам оказывается выше сил Чэна. Он чувствует, как быстро плавится под внезапной лаской Лу Гуана.              Сяоши утыкается лбом в острое плечо и на ощупь находит скрытые рёбра парня, чтобы в неясном порыве обнять его так, как не делал ещё ни разу до этого. Так тихо и спокойно. Дыхание Сяоши постепенно выравнивается. Лу Гуан готов благодарить судьбу за свою ошибку — теперь напарник наконец-то спал ночью, и ничто более не мешало блондину последовать его примеру.       Невесомый поцелуй мягко тлел на тёмных локонах в ночной тишине.