Иней

Вам бывало душно ночью? Мне постоянно. И хоть мать всегда пеклась за мое здоровье, когда я была ребенком; а потому проветривала лишь когда меня не было дома, во взрослой жизни окно на кухне в моем доме было открыто всегда. Если окно закрыто, то меня просто нет дома. А в спальне окно открыто только по ночам. Воров не приходилось бояться: дверь всегда заперта, да и квартира моя на последнем этаже высотки — дальше только технический и крыша. Шторы в доме тоже не водились, от прошлых жильцов осталась только кухонная мебель, а этот кусок ткани лишь пустая трата денег, в нашем районе почти не было девятиэтажек, преобладали пятиэтажки на пару с частным сектором. Правда в последнее время из окон сквозило и не то чтобы было особо холодно на улице, скорее наоборот, лето набирало свои обороты. Почему-то ощущение подобных сквозняков на себе легкую жуть наводило. Напоминало неприятный контраст разгоряченной кожи от душа с воздухом за дверью ванной. Так продолжалось недели три. Был знойный июльский день, я готовила завтрак и собиралась весь день провести дома. Во время мытья посуды по спине пробежались мурашки, заставляя глянуть на дверь. Она точно закрыта, и сквозить просто не могло — неоткуда. Просто отмахнуться от дискомфорта не получилось, очень быстро мурашки перекинулись на руки бугорками. Казалось, что вода больно уж ледяная, я переключила на горячую. Кончики пальцев уже замерзали от воздуха, что взбесило меня, так как пришлось закрыть окно. Все равно не особо тепло. Очередной душный вечер, конечно окно открыто, не хотелось особо просыпаться в поту в два ночи. Разбудил холод, я закрыла окно, ради интереса глянула на термометр прикрепленный к внешней стороне дверцы окна. Тридцать два градуса. Каждый день при выходе из дома нельзя было не заметить безумно жаркой погоды, но дома окна больше не приходилось открывать, порой даже слышался морозящий воздух из-за слегка приоткрытых дверей. Хотя может это и плюс, не надо покупать кондиционер, на который никак не получалось наскрести уже года два, наверное и не надо — не хватило бы на счета за свет с ним. После очередной смены ломило тело и оно умоляло принять ванную, отказываясь стабильно функционировать. Пока набиралась ванна, я отошла чтобы выпить кружку чая и вернулась. Когда липкая и будто пропахшая зноем одежда оказалась на крючке — уже стало немного легче и свободнее дышалось, вот осталось переступить бортик ванной, погрузиться в расслабляющее блаженство… Моей кожи коснулась вода из проруби. Я подскочила, подумала, что наверное устала, перепутала краны. При пробе воды рукой она горячая, как и хотелось. Наверное надо снова залезть, только аккуратно. Горячая. Мои сны теперь часто пронизаны гулом сквозняков из щелей оконных рам. Странностей не становилось меньше, было всё хуже и хуже, в квартире стал гулять бесконечный сквозняк двадцать четыре часа в сутки и семь дней в неделю. Находиться дома стало просто невыносимо, даже теплая пижама и выгруженные зимние одеяла не помогали. Вот я и пропадала до полуночи минимум, благо мне позволили брать сверхурочные. Любая нагрузка лучше чем мой дом сейчас. Гребанные вентиляции, стопроцентно что-то где-то сломалось и нарушилось. Уже август, мастера на дом приходили раза пять, и все как один уверяли: «С вашими окнами всё отлично, вентиляция чудесная, вам бы кондиционер установить, лето у нас противное, сами знаете, у вас прям дышать нечем, девушка». Они просто издевались. Теперь я спала в двух одеялах, если повезло, часов пять, а потом снова убегала из дома на работу, в парк или на худой конец нарезала круги возле подъездных лавочек. Практически морозные ночи стали для меня привычными и в очередную такую я проснулась от боли в груди, похожей на боль при попытке дышать, когда ты по шею в зимней речке. Господи, тут только снега не привалило, ну для полного счастья?! Странная была затея попытаться открыть окно на ночь по старинке. А перед сном воздух оттуда даже грел. Внутренности будто онемели, хотелось свернуться в калачик и спать, крепко-крепко жмурить глаза и ничего не слышать, не видеть и не чувствовать, но потребность в тепле пересилила потребность во сне. Я бы встала и закрыла окно, вот только поднимаясь, обнаружила, что руки с ногами не слушались. В свете полной луны из окна стало видно как ладони и ступни оказались адски темными с влажными, кажется кровавыми, волдырями, а выше кожа плавно из красноватой становилась просто мелово светлой. Издав рваное подобие крика, в моих глазах почти полностью потемнело, но я мотнула головой и, превозмогая непослушность своих конечностей, стала искать ключи в прикроватной тумбочке. Когда дом был позади кварталов на пять, а адреналин в крови иссяк меня свалила адская боль в ступнях. Каждая жилка в ногах будто наливалась и лопалась от любого шага, движения или вздоха, да и рукам было не легче, пальцы правой руки сжимающей ключи что страшно свело. Зато я согрелась, зато на улице было жарко, так душно, что можно свариться, черт его дери! Мне бы только встать с асфальта и ещё чуть-чуть пробежать, до ближайшей больницы. Но не получалось. Неужели оставалось только ползти? Я отчаянно стукнула кулаком по тупому асфальту и тут же ругнулась на саму себя за новую порцию чувства сбивающейся в кашу ткани внутри. В свете фонарей на асфальте под моей рукой переливался иней.