Радио Римус

Time turns flames to embers You'll have new Septembers Everyone of us has messed up too, Minds change like the weather I hope you remember Today is never too late to be brand new

23 октября Римус лежал на диване и пустым взглядом смотрел в потолок — вернее, в стеклянную крышу, по которой быстро барабанили капли дождя. Дом Алисы был крайне своеобразным, но он определенно подходил своей хозяйке. Это было достаточно просторное трехэтажное поместье — значительно меньше, чем семейный дом Поттеров, но всё равно очень крупное здание, хоть Алиса и упорно пытается доказывать, что это «среднестатистический для Лондона домик». Моментами Римусу всё ещё было некомфортно от того, что он как-то неосознанно окружил себя богачами. У каждого второго его друга были какие-то суперуспешные родители, огромные дома, личные водители… В голове невольно мелькали неприятные ощущения, будто он не достоин быть там, где он есть и общаться с этими людьми. Никто из них не подходил под киношный троп испорченных богатых детишек, единственная черта характера которых — это состояние их родителей, даже Сириус оказался куда более сложным и глубоким персонажем, чем тот фасад, который он сам себе построил. Алиса, Джеймс, Мэри — все они были невероятно добрыми, умными и приятными ребятами, но… Видимо, горбатого могила исправит. Надо всё-таки с этим работать. Тут прямо на лицо Римусу приземлилась большая фиолетовая подушка. — Алло, Люпин! — крикнула Алиса из кухни, — Ты с нами вообще? — Да с вами, с вами, — буркнул он и откинул подушку на кресло, — Не дадут передохнуть спокойно… — Конечно не дадим! — согласилась Лили, — У него было свидание с Сириусом Блэком, а он задумал спать на диване. Ты думаешь, мы тут просто так все сегодня собрались? — Я думал, у нас книжный клуб. — Римус, я, конечно, понимаю, что я чуть старше вас, но я ещё не пенсионерка, — Алиса скрестила руки на груди, — Почитать «Гордость и предубеждение» вместе мы еще успеем, а пока у нас дебрифинг сплетен и личной жизни! — Справедливости ради, Римус, — Эммелина плюхнулась в кресло недалеко от него, — Я бы с куда большим удовольствием обсудила бы «Гордость и предубеждение», чем что угодно, связанное с Блэком. Римус улыбнулся и благодарственно кивнул ей. Вдруг он резко вспомнил возмущения Сириуса и решил, что если у него нет выбора, и обсуждать их встречу во всех подробностях всё же придется, это отличная точка начала. — Он, кстати, спрашивал про тебя. Эффект получился что надо — эмоцию на лице Лины было трудновато описать словами, а на кухне Алиса что-то уронила от неожиданности. Кажется, даже не стала поднимать, потому что уже через секунду они вместе с Лили сидели на полу прямо перед Римусом. — В смысле? — переспросила Эммелина. — О чем? В каком контексте? Только про неё? И что ты сказал? — Алиса и Лили начали тараторить и вперемежку бомбить его вопросами. — Господи, успокойтесь, — он засмеялся, — Мы обсуждали ребят с журфака — Джеймса, Мэри Макдональд, Марлин Маккиннон, ну, вы поняли. Он рассказывал всякое, оказалось, что они вообще-то очень близко дружат… — Серьезно? — перебила его Алиса, — Я бы в жизни не подумала. Вернее, что Джеймс с ними это да, они постоянно вместе, но Блэк… Мне кажется, я его почти не видела с ними. — Я также думал, но вот, информация из первых уст, — он пожал плечами, — Так вот. Он сказал, что надо будет как-нибудь собраться всем вместе и я пошутил, что Эммелина будет против. И он стал меня допытывать о том, почему она его не любит. — Ну да, будто он сам не в курсе… — буркнула Лина. — Расспрашивал так, будто понятия не имеет. — Вот мудак! — она ударила кулаком по столу, — Всё он знает! Чуть мне всю жизнь не испортил, а теперь святым решил притворяться?! — Так-так, — Римус закинул ногу на ногу, — То есть, там какая-то собака всё же зарыта. Не хочешь поделиться с классом? Лили и Алиса синхронно повернулись к Эммелине с полными надежды и любопытства глазами. Римус ухмыльнулся, ожидая её ответа. — Ладно, — она села на кресло напротив Римуса, скрестила ноги и тяжело вздохнула, — Мы вместе учились в средней школе. — Чего?! — хором крикнули девочки. Было видно, насколько сильно Лина не хотела об этом не то, что рассказывать, даже вспоминать. — Я думал, он на дому учился или в каком-то интернате для богатеев, — добавил Люпин. — Не совсем, нет. Это была действительно крутая школа, туда было трудно попасть, если твои родители не миллионеры или не селебрити, но у них были гранты. И моя семья с божьей помощью один такой смогла получить. Для меня. — И что он? Издевался там над тобой? — с ноткой тревоги в голосе спросила Лили. — Ну, издевался он там почти над всеми, — она пожала плечами, — Его репутация в Хогвартсе же не из ниоткуда появилась, всё шло из школы. Только если сейчас мы все взрослее, то тогда это были угашенные 13-15 летки без фильтра. Ну, вы понимаете, господи, вы же тоже в школе учились… — Даже не начинай… — Лили отмахнулась. — Ага, — Римус кивнул. Эммелина выдержала небольшую паузу, будто перебирая в голове нужные воспоминания, и снова вздохнула. — Короче, там долгая история, но если рассказывать краткое содержание — я была отличницей и всё такое, поэтому в какой-то момент, когда у нас были всякие годовые тесты, он начал до меня докапываться с просьбами помочь, дать списать и так далее. Я отказывала, потому что… Потому что. Потому что он был неприятный, избалованный хам. В итоге, он подставил меня на последнем экзамене, самом важном — подкинул мне всякие шпаргалки и каким-то образом даже мой телефон разблокировал и положил у моей парты, типа я списываю. И подговорил большую часть класса встать на его сторону, если спросят. Лили и Алиса ахнули, Римус автоматом сжали руки в кулаки. Да уж. — Я попыталась объяснить, что всё не так и что меня подставили — но это были учителя из других школ и им было совершенно всё равно на меня и на то, как хорошо я училась до экзаменов. А одноклассники все подтвердили сказку Блэка о том, что я списывала в тот день и что все предыдущие экзамены я тоже скорее всего скатала. Меня отстранили от сдачи экзаменов, начались разборки, родителей вызывали… — Только не говори, что тебя исключили… — Нет, но было близко. Моя мама ни на секунду не повелась на рассказы Блэка, требовала его родителей тоже вызвать, потому что клевета тоже наказуема и так далее. Но сами понимаете, в конце концов это было слово статных, великих Блэков против слова разгневанной кореянки, чья дочь попала в школу по воле удачного случая. Мама забрала меня оттуда сама и я перевелась в другую школу, обычную, без всяких грантов и прочего. Лили со скоростью молнии оказалась рядом с креслом и обняла подругу. Алиса быстро присоединилась к ним. Римус не был уверен, что ему делать, поэтому неловко смотрел на подруг в ожидании какого-то знака. — Да иди уже сюда, Люпин! — позвала его Алиса. Римус всё ещё никак не мог привыкнуть, что друзья могут так открыто проявлять чувства друг к другу, но он учился. А групповые объятия были крайне приятным делом. Терапевтично. — Ладно, всё, пообнимались и хватит, — Лина аккуратно высвободилась из рук друзей, — Никто не умер же! И вообще, у меня всё сложилось отлично. Типа, да, ситуация всё равно дерьмовая, поэтому я Блэков терпеть не могу, к сожалению. Но препятствовать вашему роману я не буду-у, Римус! — Да нет никакого романа! — он закатил глаза. — Ага, как скажешь! Ну никаким вашим отношениям я не буду мешать, не бойся, короче. Хотя так много о нём говорить, конечно, иу… — Потерпи сегодня, у нас дебрифинг! — попросила Алиса. — Терплю-терплю, что уж тут, — Лина встала с кресла, — Может, чаю? — Давай! Заваришь чайник на всех? У меня много разного чая, он в первом шкафу сверху слева. — Супер, побежала, — Эммелина улыбнулась и удалилась в кухню. Алиса повернулась к Лили и Римусу. — Она же просто уйти от обсуждения свидания Римуса хотела, да? — Сто процентов. — Это всё ещё было не свидание. — Хватит упрямиться! — фыркнула Алиса, — Нет ничего страшного в том, что он тебе нравится. Мы же не говорим, что вы прям сейчас должны друг за друга замуж выскочить, но у тебя очевидно есть к нему симпатия, прекращай. Римус задумался. Он так активно отнекивался перед подругами, что как будто давать заднюю было уже немного. Стыдно? С другой стороны, долго врать им он не сможет — это их недо-свидание действительно стало для него подтверждением того, что чувства — пока не ясно какие конкретно — у него к Сириусу есть. Осталось разобраться, какие. — Ладно, — простонал Римус, — Хорошо, признаю, я к нему что-то чувствую. Не знаю, что. Иногда убить его хочется, а иногда спрятать от всякой хуйни, с которой он сталкивается постоянно. Он очень… Сложный. — Я же говорила! — Алиса повернулась к Лили и хлопнула в ладоши. — Что ты так на меня смотришь, будто я не верила, — парировала Лили, — Я так-то тоже говорила! — Не важно, — Алиса обратилась к Римусу, — Слушай, это нормально. Чувствовать противоречия, в смысле. Особенно с таким персонажем, как Блэк. Ты, очевидно, знаешь его куда лучше, чем мы… — Да не сказал бы, что я сильно его знаю. Так… — Я говорю, что лучше, чем мы. Уровень низкий, согласись? — она хихикнула, — Мы с девочками знаем, что он из богатой семьи и что вечно ведёт себя как мудак. Ты со своим репетиторством, отработками и кафешками объективно в более близких отношениях с нашим мудаком. — Туше. — О чём вы ещё разговаривали на встрече? Кроме Эммелины, —спросила Лили. — Да как будто ни о чём. Про тест быстро поговорили, но он сразу сменил тему, потому что не хотел получать от меня пиздюлей. Потом я про жизнь с Джеймсом ему рассказал, он про журфаковских ребят и их отношения, про его любимую песню успели… — О, какая у него любимая песня? — «Love It If We Made It», The 1975. — Это разве не той прикольной певицы песня? — переспросила Алиса. — Да, Рина Саваяма, я тоже так подумал! — он улыбнулся, — Но это она кавер сделала, оказывается. А оригинал — вот. — И что, это всё? — Лили продолжила расспрос. — Честно говоря — да. Мы не очень долго посидели, ему потом позвонил отец и потребовал ехать домой. Звучало угрожающе, мне хотелось… Не знаю. Не пускать его домой, потому что… Кажется, у них там всё плохо. — Думаешь, у него проблемы в семье? — голос Алисы вдруг стал супер-серьезным. — Не то, что думаю, я практически в этом уверен. Я это выяснил в начале месяца, как раз когда и предложил ему репетиторство. Он тогда пришел в вуз с синяками и фингалом и снова вёл себя как поехавший идиот, я потом на отработках выпытал из него, что он подрался с отцом, — Римус скрестил руки на груди, — Да и то, как он отреагировал на мой приступ астмы тоже многое говорит. И тот факт, что у них с братом какая-то странная история… Джеймс сказал, что они не разговаривают друг с другом. — Жесть какая… — Угу, — Римус вздохнул, — Мне кажется, что та драка с отцом для него не была чем-то из ряда вон выходящим. Думаю… Думаю, да, у него дома всё совсем плохо. — Ладно, тогда это бы многое объяснило, — практически шепотом добавила Лили. — Ну-у… — Алиса подошла к окну, — С одной стороны — да, но с другой… У Римуса, вот, тоже жизнь была не сахар, как мы знаем. А мы ещё, скорее всего, даже на четверть его не исследовали. Но он же не ведёт себя… Так. Было видно, что Алиса подбирает слова очень аккуратно. — Да, но давай не будем пиздеть, я тоже далек от порядочного добряка, — Римус хмыкнул, — Я просто выбираю держать свои мысли и слова при себе. Но со стороны, мне кажется, я тоже не самый приятный парень в универе. — Когда мы только познакомились, я тебя тоже немного испугалась. Но я в тот день так долго настраивалась на то, что мне надо выйти из зоны комфорта и заводить новые знакомства, что когда я до тебя докопалась, решила, что давать заднюю поздно, поэтому позорилась до последнего… — Ну вы же сами понимаете, что это другое, — Алиса цокнула языком, — Ты интровертный и резкий, да, но ты не сноб и не мудак. Ты не подначиваешь случайных людей в коридоре, не толкаешь девочек на вечеринках, не буллишь однокурсников и так далее. Жизнь сделала тебя более закрытым, но не моральным уродом. Римус и Лили переглянулись и молчаливо кивнули. — Я просто… Не знаю. Мне кажется, что нельзя применять к жизни формулу диснеевских приквелов. — Что это значит? — переспросил Римус. — Ну, знаешь, у них испокон веков были злодеи в фильмах, а с недавнего времени они стали снимать про них фильмы, мол, вот как всё было на самом деле и там выясняется, что их просто жизнь помотала и люди обидели, поэтому они решили мстить и всё такое. Типа, «Малефисента». Или «Круэлла». Мол, не они злые, а мир вокруг их такими сделал, — она плюхнулась в кресло, — Это очень интересно на уровне киношного концепта, но в жизни… Если оправдывать каждого мудилу тем, что его мать не любила и отец ремнём бил в детстве — мы начинаем ходить по, как говорится, охуенно тонкому льду. Потому что где грань тогда? — Но разве человек не имеет права злиться на мир, когда этот самый мир к нему относился исключительно плохо? — Имеет. Ты злишься на мир? — Конечно, — Римус невольно улыбнулся. — И как часто ты пинаешь младенцев на детских площадках? Или котят топишь? Или доводишь девочек до исключения из школы? Или… — Ладно, ладно, я понял, — он поднял руки вверх. — Быть хорошим человеком — это выбор, Римус. Мы его делаем каждый день. Редко бывает такое, что у кого-то прям с детства жизнь без сучка и задоринки. Даже у самых доброжелательных и милых людей обычно есть скелеты в шкафу. Далеко ходить не надо, посмотри на нашу Лили, — Алиса осеклась и сразу посмотрела на подругу, — Дорогая, если что, я не в обиду говорю, само собой. — Да нет, ты права абсолютно, — Лили села в позу лотоса на ковре, — Я со стороны, наверное, самый стереотипно «золотистый ретривер», как сейчас говорят. Но вы сами знаете, как ко мне в школе относились. И это я вам ещё про свою семью не так много рассказала… — Вот, видишь. И согласись, что Лили — самый добрый человек, которого ты знаешь? — Угу, — он перевел взгляд на Лили, — И для меня это загадка с первого дня знакомства. — Я просто думаю об этом с почти противоположной стороны. Если у меня всё было не очень, то зачем продолжать травить мир негативом? Я лучше сделаю всё, что в моих силах, чтобы никто не чувствовал себя так, как когда-то пришлось мне, — она обняла колени руками, — Да, иногда это тяжело. Да, мысли о том, что надо всех просто послать и плюнуть каждому в лицо, в голове мелькают. Но я осознанно этого не делаю, потому что знаю, что это никак не поможет. Ни мне, ни кому бы то ни было ещё. — Вот. Об этом и речь, — продолжила Алиса, — И типа знаешь, я не говорю, что все должны обратиться к Богу и возлюбить ближнего своего, или как у них там говорится. Можно просто не проецировать свои травмы на всех вокруг. В мире и так хватает зла и всякого пиздеца, — она вдруг резко щелкнула пальцами и посмотрела куда-то за спину Римуса, — А где наш чай, вообще? Из кухни раздался громкий голос Эммелины: — На подходе! Алиса радостно хлопнула в ладоши. — Ну, допустим, я согласен, хорошо, — Римус скрестил руки на груди, — Но что тогда делать? Просто смириться с тем, что он тварь и не пытаться никак симпатизировать? Раз он выбрал быть плохим человеком. — Да я вообще не к этому, тьфу ты! — Алиса закатила глаза, — Смотри, я просто говорю, что его объяснение — это не оправдание. И нет, не подумай, что я поддерживаю, типа, домашнее насилие или что-то такое, упаси господи, правда. Если понадобится, я первая выйду на митинг с лозунгом «свободу Сириусу Блэку», чтобы его отца лишили родительских прав к чертям собачьим. Это ужасно, что ему приходится через это проходить. Но он всё ещё каждый день принимает решение, что если его жизнь — ад, то единственным справедливым выходом будет сделать адом жизнь всех вокруг. Вот, что не круто. Это просто надо понять и принять. Но что важнее — никогда не поздно исправиться. Именно это ему и надо делать. — Согласна с мастером Угвеем, — добавила Лили. — Да, простите, навалила мудростей, — Алиса улыбнулась, — Зря, что ли, политике и философии учусь! Я в универ не просто так хожу, знаете ли, даже если так кажется! Комнату залил приятный, легкий смех. Пока Алиса говорила, Римус успел насторожиться — обсуждение как будто стало принимать чрезмерно серьёзный тон со всем этим нарративом про выбор быть плохим человеком и темами домашнего насилия. Ему начало казаться, что его атакуют или осуждают… Он не привык так углубляться в свою личную жизнь, обговаривать всякие неоднозначные события, мысли моменты. Но если в его химии мозга что и поменялось за последние пару месяцев, так это понимание концепта дружбы. И, кажется, в моменте он испытывал своеобразный пик этого концепта — с настоящими друзьями можно обсудить всё самое страшное и трудное, и они обязательно помогут прийти к свету в конце туннеля, как бы пафосно и клишировано это не звучало. Ни Алиса, ни Лили, ни даже избегающая этого разговора Эммелина, не преследуют каких-то злых, корыстных целей в общении с Римусом. Они не пытаются обвинить его в чем-то или атаковать — они просто рассуждают и пытаются прийти к правильному решению в ситуации, в которой он оказался. И прямо сейчас он понял, насколько это ценно. И насколько ему, кажется, не хватало всего этого столько лет. — Короче, Римус, — Алиса, видимо, решила подытожить разговор, — Я просто хочу сказать, что тебе не надо его оправдывать ни для себя, ни для нас, ни для кого-либо ещё. Достаточно его понять. Ты понимаешь. Мы тоже понимаем. Не оправдываем и не можем всеобъемлюще его простить за все объективно хуевые и имеющие отвратительные последствия поступки, но понимаем. А дальше дело за ним. Если он действительно не конченый мудак, то он найдёт в себе силы стать лучшим человеком. А если нет — то увы. — Но я верю в лучшее! — Лили толкнула его в плечо, — Ты на него точно сможешь хорошо повлиять, Римус. Люпин тяжело вздохнул. — Вы правы. Спасибо, — он на пару секунд спрятал лицо в руках, — Я всё равно не знаю, что чувствую к нему. Наверное, знаю только, что не хочу его бросать. — И этого достаточно, — Алиса подошла к нему и положила руку на плечо, — Будь рядом с ним, общайся, помогай с учёбой! Пусть всё идёт своим ходом. Я рискну поддержать Лили и тоже скажу, что направить его в нужное русло абсолютно в твоих силах. — Тут как будто очень нужно обняться, — умоляющим тоном прошептала Лили. — Очень надо, — подтвердил Римус. Девочки напрыгнули на Люпина с объятиями, чуть не раздавив его в буквальном смысле. Но он был не против. Ему это было необходимо. — А вот и ча-ай! — как по часам, сразу как разговор о Блэке подошёл к концу, в комнату зашла Эммелина с двумя подносами, — Ой, у нас снова терапия обнъятиями? Я тоже хочу, никому не двигаться! Она поставила подносы на стол. На одном стоял чайник и четыре кружки, а на другом тарелочки со всякими снэками. Как она умудрилась донести оба и ничего не уронить, и не разлить — загадка. Через секунду она уже накрыла руками и телом обнимающихся друзей. — А по какому поводу обнимаемся? — уточнила Лина, когда они оторвались друг от друга. — Решили, что несмотря на все грехи Блэка, у него есть шансы стать более-менее нормальным человеком. И что Римус ему в этом поможет, поэтому их отношения — какие бы то ни было — это в любом случае хорошая штука, — объяснила Алиса. — Ладно, так уж и быть, соглашусь, — Эммелина ухмыльнулась, — Но я буду ждать от него извинений за школу. Я злопамятная и мне не стыдно. — Дорогая, это не злопамятство, это абсолютно справедливые чувства, я тебе так скажу. Тут у Римуса в голове прошла цепочка мыслей, которая вернула его к началу разговора. Он резко выпрямился и щелкнул пальцами. — Кстати! Вы как-то пропустили эту информацию мимо ушей в начале разговора, но Сириус предложил нам всем собраться вместе. На Хэллоуин. — Подожди, реально? — переспросила Алиса. — Абсолютно. Я обещал ему узнать у вас. — Мы за! Мы за! — начала скандировать Лили. — Подожлите-подождите, — Эммелина замахала руками, — Мы правда хотим праздновать Хэллоуин в компании Блэка? В комнате на секунду повисла тишина. Не хватало громкого стрекотания сверчков, как во всяких комедийных скетчах. — Ну-у, — Алиса почесала затылок, — А у нас много вариантов? Лицо Эммелина упало в покерфейс. Она развела руками и покрутилась на месте. — О, нет, я здесь принципиально не устраиваю тусовки, ты чего. Если бы я это делала, мы бы тут собирались каждые пару дней, ей богу. У меня очень сакральные отношения с моим домом, простите. Знаю, что звучит тупо, но это табу-территория для тус и пьянок! — Ладно, как скажешь, — Лина вздохнула, — Но Блэк? Реально? — Камон, — Алиса подошла к Эммелина и взяла её за руки, — Это будет шанс заставить его извиниться! И заодно повидаться со всеми! И завести новые знакомства! И выпить бесплатно! И поесть! — Одни плюсы, посмотри, — саркастично добавил Люпин. — Ох, — Лина закатила глаза и фыркнула, — Ладно! Так и быть. Но Римус, если он сделает хоть что-то… Не знаю, что-то сириусоблэковское! Я на месте его задушу, клянусь. — Я буду следить за его поведением, обещаю. — Ура-а! — Лили радостно захлопала в ладоши и вдруг резко остановилась и посмотрела на всех с горящими глазами, — Кстати говоря!!! Не уходя далеко от темы тусовок… — Ох, точно, я знаю куда она ведёт… — Алиса схватила пульт от телевизора и села на диван, параллельно что-то включая. — Именно так. У Тейлор Свифт вышел новый альбом, а это значит, что нам надо его послушать всем вместе с моими комментариями по тексту каждой из песен. — Звучит, как идеальный вечер, ничего не могу сказать, — одобрительно сказала Лина и упала на кресло. Римус промолчал с теплой улыбкой на лице. Конечно, до звания фаната Тейлор Свифт ему было далеко, но слушать Лили, пока она говорит о чём-то, что так сильно любит — это правда было сплошным удовольствием. Даже несмотря на то, что большую часть имён, названий и событий он слышал впервые. Было что-то сокровенное и невероятно приятное в том, как сияют люди, когда говорят на темы, которые со страстью обожают. Поэтому он просто устроился поудобнее и приготовился на пару часов погрузиться в красочную музыкальную лекцию от профессора Лили Эванс.