Радость в мелочах

      — Вечер. В прихожей темно, светится комната на втором этаже и немного просачивается свет с кухни, — вполголоса проговорил мужчина, наощупь пробираясь по темному дому. Руки крепко сжимали трость со стальным набалдашником в виде свиной головы.       Остановившись посередине гостиной, он подождал, пока глаза привыкнут к скудному освещению, и придирчиво осмотрелся.       — Хелен всегда спит в это время, но сегодня почему-то не легла. Почему? Потому что я в командировке. Она еще не знает, что я соврал, — он внимательно принюхался. — Пахнет ароматическими свечами и ванильным мороженым… Где они? Определенно, в спальне.       Стараясь не скрипеть ступенями, мужчина поднялся на второй этаж и притаился за выступом стены. Массивная трость легла на ладонь словно бейсбольная бита.       — В спальне шевелятся тени, свет сильно приглушен, на свечи в стаканах дует из приоткрытого окна. Окно сломано, — он выпрямился, — это значит, им не сбежать.       — Хелена! — возглас разорвал тишину коридора, споткнувшись о невысокий порог. — Ты изменила мне!       — Густав?.. Откуда? — миловидная женщина средних лет запахнула кружевной пеньюар и сжалась на постели. — А как же командировка?       — Куда ты его спрятала? — муж принялся кружить по комнате. Рывком перевернул кресло, распахнул дверцу шкафа и вывалил ворох одежды. — Где он, под кроватью?       Под кроватью оказалось пусто, и на пол полетели обе ночные лампы, торшер и полка с журналами возле зеркала. Само зеркало вспухло и разлетелось осколками после нескольких прицельных ударов.       — Мне страшно, ноги отнялись, и я не могу пошевелиться, — пожаловалась женщина, собирая простыни в кучу, точно они могли как-то защитить ее.       — Беги, — посоветовал муж. — Беги, несчастная!       Скатившись с постели, она неуклюже поднялась и, шлепая босыми ногами, бросилась в сторону лестницы. Мужчина досчитал до трех, глубоко вздохнул и потрусил следом. Он настиг ее в самом низу, на последних ступенях, с силой потянул за пеньюар. Тонкая ткань треснула и разошлась широким рваным шрамом. Повалив жену на пол, принялся методично избивать ее.       После каждого удара он неуверенно оглядывался по сторонам, а потом снова и снова поднимал трость. Женщина коротко всхлипывала, пытаясь сопротивляться, но противник был выше и сильнее. Голову несчастной покрывали рассеченные раны и ссадины, длинные темные волосы слиплись в крови. Пеньюар сбился, насквозь пропитавшись алым, стены гостиной почернели от клякс и разводов, которые оставляла жертва хаотичными движениями ладоней.       — Больно! — вдруг вскрикнула она не своим голосом и рухнула навзничь. Мужчина на мгновение растерялся, отбросил трость и сомкнул кисти на шее жены.       — Потерпи, сейчас потеряешь сознание, — пояснил он, пережимая горло до хруста в тонких женских костях. — И умрешь.       Когда тело перестало сотрясаться в последних конвульсиях, он привстал, тяжело дыша. Дрожащими пальцами коснулся артерии, проверяя остатки пульса, и вскинул правую руку вверх.       Вспыхнули лампы дневного освещения, заливая место преступления мертвенно-бледным сиянием. Муж отшатнулся и зажмурился, прикрываясь окровавленными руками. С глухим стуком распахнулась входная дверь, в комнату вбежали двое в серых светоотражающих комбинезонах. Один опустился перед трупом, осторожно приподнял покалеченную голову и надел на нее обруч, опутанный проводами. Попеременно нажал несколько кнопок, щелкнул переключателем, и тело пронзил разряд электрического тока, заставив выгнуться в дугу. Второе устройство закрепили на темени убийцы, который даже не думал сопротивляться. Щелчок, разряд, яркие искры в глазах, непомерная тяжесть собственного тела… и темнота… незыблемая вечная темнота.       — Больно было? — долговязый парень с распущенным галстуком подтолкнул стакан дымящегося кофе и начатую упаковку пончиков.       — Всего пару секунд, пустяки. Сбой в программе, — его напарник, немолодой одутловатый мужчина нащупал угощение, не отрываясь от экрана компьютера. — Никак не могу понять, что мы делаем не так.       — Опять повреждения не сходятся? — парень заглянул через плечо.       — Почти все повторили, но вот эта трещина на переносице нанесена снизу, и я пока не знаю, как ее воссоздать. К тому же, меня смущает, почему он не начал избивать ее еще в спальне.       — Решил поначалу запугать жертву, — пожал плечами молодой, — искал любовника.       — Но мы знаем, что любовника не было, — пожилой эксперт отхлебнул из стакана и сморщился. — Горячо.       — Снова меняемся? — парень прилип к монитору, изучая видеозапись преступления, которое совсем недавно они повторили во всех деталях и подробностях. — Три пары тел уже потратили. А я говорил, что технология копирования и воспроизведения реальности способна на ошибки не меньше, чем старый проверенный дедуктивный метод.       — Ты не прав, — старший откинулся в кресле и помассировал пальцами виски. — Технология КиВР практически совершенна, любые ошибки исключены. В точности повторим сцену, сможем упечь его за решетку на пару пожизненных.       Окна павильона, одного из многих в комплексе судебно-профилактической экспертизы, подернулись вечерними сумерками, а вскоре и полностью потемнели, погрузившись в непроницаемую ночную хмарь. Эксперты порядком утомились и все чаще перекидывались раздраженными репликами в попытках установить истину.       — Давай еще раз, — произнес пожилой напарник, пока сотрудники закрепляли на их головах аппараты копирования сознания в тела-клоны. — Иначе скоро сам убивать захочу.       — Может, хоть тогда раскроем дело? — хмыкнул молодой.       Как же все надоело! Достало… Виски пульсировали от боли, желудок ныл от дешевой пищи, а тут еще эта шалава… Густав переступил порог, привычно посмотрел в угол и подхватил деревянную трость с металлическим набалдашником. Шаги мерно отражались от паркета, поскрипывали в сонной тишине дома. С тоской взглянув на длинную лестницу, мужчина неожиданно для самого себя гаркнул:       — Хелен, старая шлюха! А ну иди сюда!       Спустя пару минут на верхних ступенях показалось изумленно-испуганное лицо женщины. Казалось, она силится что-то сказать, но не может выговорить.       — Г… густав?       — Иди сюда, иначе убью! Как же ты меня достала…       Неожиданная слепая ненависть захлестнула тяжелой волной, затмила глаза и спутала мысли. Опытный эксперт в теле Густава позабыл все придуманные реплики и просто отчаянно закричал. Усталость навалилась неподъемной ношей, и он действительно возненавидел ее — женщину, смотревшую с высоты лестницы, в пошлом розовом пеньюаре, давно мертвую. Сейчас он убьет ее, и все закончится. Все. Все закончится.       Хелена медленно начала спускаться. На последних ступенях муж схватил ее за волосы, а потом резко рванул в сторону. С тупым хрустом женщина врезалась переносицей в округлый наконечник перил. Из рассеченной кожи хлынула кровь.       — Подыхай, сучка! Подыхай, подыхай!       Сценарий полностью выветрился из головы, все естество эксперта затопила ярость, круто замешанная на утомлении и досадном несоответствии в деталях. Плевать на детали, лишь бы эта проститутка поскорее сдохла!       Он опомнился только тогда, когда помощники выдрали из его рук обмякшее тело со сломанной шеей, стараясь поскорее приладить спасительный обруч. Промедление свыше пяти минут опасно — сознание угаснет в чужом теле, и перенос не состоится.       — Ну вот, вот же! — долговязый парень окончательно расстался с галстуком и радостно катал отчет для начальства. — Наконец-то мы поняли, как он убил ее. Дружище, вы гений, — он ткнул кулаком в плечо старшего напарника. Тот покачнулся и поморщился — сильно болела голова.       С делом покончили далеко за полночь. Подъехав на такси к своему дому, пожилой мужчина тяжело вылез из машины. Жене давно полагалось спать, но окна спальни призывно светились, озаренные чем-то неярким вроде свечей. Сквозь приоткрытые ставни просачивался легкий аромат ванили. Они давно не говорили по душам, она словно отдалилась…       — Она отдалилась, — вполголоса пробормотал он, неслышно отворяя дверь и останавливаясь в прихожей. Под вешалкой пылилась старая отцовская трость со стальным набалдашником. — Ошибки быть не может.       Руки сами потянулись к трости. Ошибки исключены.