Enemies or lovers?

По середине фильма Достоевский уснул и его голова нечаянно упала на плечо Осаму. Из Фёдора иногда выдавались посапывания. Достоевский прижался к Осаму и зажмурился, видимо ему снилось что-то плохо, связанное с его прошлым, от чего он начал грызть пальцы до крови. Дазай замечает, что Фёдор упал на его плечо и лишь усмехнулся. Но когда Осаму стал замечать, что Демон начал жмуриться и кусать свои пальцы, то шатен принял решение чуть успокоить Достоевского. —Тшш, — тихо мычит юноша, поглаживая Достоевского по волосам, а затем и по плечу. Чуть позже, Дазай обязательно обработает ранки на пальцах Фёдора. Достоевский начал потихоньку успокаиваться, но через две минуты задролжал, продолжая грызть пальцы. Демон продолжал жмуриться. Осаму тяжело вздыхает, когда вновь видит картину, где Достоевский грызет себе пальцы. —Вставай, Белоснежка, —говорит шатен негромко, но так, чтобы его услышали. Достоевский сразу проснулся. —Что тебе снилось? —Ничего. —Ничего? Тогда почему ты жмурился и грыз себе пальцы? Достоевский промолчал, но после ответил. —Забудь. —Тебе правда ничего не снилось? — еще раз Осаму задает вопрос. —Да. - специально врёт Фёдор. Осаму щурится. —Врать - нехорошо, Фёдор. Лучше скажи правду. Достоевский выдохнул. —Это был кошмар, связанный с моим прошлым. —А что не так с твоим прошлым? —Неприятные воспоминания. Осаму кивает, решая больше не спрашивать Достоевского об его прошлом. —Еще спать будешь? —Угу. —Хорошо. Тебя через сколько разбудить надо? —Через два часа. —Как скажешь, — улыбнулся Дазай, а после взъерошивает волосы Достоевскому. Достоевскому это явно не понравилось, это было понятно по его взгляду. —Ой-ой. Какие мы серьёзные. Спи давай, Белоснежка. Достоевский лишь цокнул и накрылся одеялом по голову. —Задохнешься так. И тем более, под одеялом жарко, — лукаво говорит Дазай, дергая за край одеяла. Достоевский снова цокнул и закутался под одеяло, сворачиваясь калачиком, но голову оставил открытой. Осаму усмехнулся. А после выключил ноутбук и положил технику на прикроватную тумбочку. Достоевский начал засыпать. —Сладких снов, — говорит Дазай, перед тем как встать с кровати, а после добавил: —Я на кухне если что. —шепотом он сказал, а после чего вышел из комнаты. Достоевский окончательно уснул, ни сказав ни слова.