Эльфы в городе

В этом году апрель непривычно жарок, Море согрелось, почти отцвела сирень; В сумке воды бутылка и туфель пара, Серая шляпа надвинута набекрень; Вот уже третий год не болят суставы, Ноги привыкли четкий чеканить ритм, - Сложные танцы давно превратились в навык, Образом жизни стали хорпайп и рил. Клевера листья - особенная примета, Наш талисман вернее иных примет. Танцы, наверное, тоже отчасти секта, Мы узнаем друг друга за километр. Правда, и в нашем клубе своя ворона - Даже не белая, а в золотой шеврон: Тихий угрюмый парень, худой до звона, Вечно задумчив, нервозен и напряжен. Больше ни в ком не бывало подобной страсти, Больше ни в ком не таился такой контраст: Был он как сам не свой, танцевал, как дрался, Каждая драка - как будто в последний раз; Еле касался земли, как в безумной гонке, Словно бы в пляску пытаясь печаль излить. Младшую он, говорят, потерял сестренку, - Сгинула без вести, даже следов не нашли. Я удостоилась чести делить с ним горе, Я заслужила доверие, и тогда Он рассказал мне, что эльфы вернулись в город И в полнолуние ходят по площадям. В радость им шум машин и огни неона, Только их нрав, как и в древние годы, крут. Если услышишь серебряный смех за спиною, Можешь молиться - или вступить в игру. Ловят прохожих они, вовлекая в танцы, Ставя на кон их свободу и даже жизнь. Хватит решимости вызов принять мерзавцев - Смело шагай навстречу, а там держись! Музыка эльфов пьянее степного ветра, Только не сбейся с ритма на полпути: Если сумеешь выдержать до рассвета, Будешь свободен, иначе - прощай-прости... Кто бы сумел поверить в такие бредни? Друг мой порою еще и не так чудил... Эта беседа стала для нас последней: На репетиции больше он не ходил. Не присылал ни строчки, ни даже ноты, Дверь паутиной успела уже зарасти, А телефон упрямился отчего-то, Снова и снова талдыча про "не в сети". Где ты, мой друг? Искать тебя или плакать? Может быть, просто уехал, в делах увяз? Только с тех пор каждый танец - почти что драка, Каждая драка - как будто в последний раз; Я в темноте боюсь выходить за двери, - Чьи это тени мелькнули в лучах витрин? Может быть, эльфы, в которых я так не верю, Или патруль, решивший перекурить? Лунная сфера крадется походкой лисьей В бархатно-черном небе, от звезд рябом. Там, за окном, чарующий смех, как бисер, Сыплется мелким узорчатым серебром. Рано ли, поздно, но ты устаешь бояться, Всякий сюжет должен быть подведен к концу. Я вырастаю привычно на полупальцы, Шаг за порог, Еще один - И танцуй!