Old Scars

— Что ты хочешь этим сказать? — Феликс пытался уследить за взглядом Минхо, пока тот пытался его избежать. — Хочешь сказать, что они хороши? Что они нас перехитрили?

Феликс не успел и охнуть, как Минхо подхватил его и развернул. Шорох от них перекрыл звук ударившейся о стену входной двери. — Бежим! — он подтолкнул его к задней двери. У Феликса запутались ноги, и он, спотыкаясь, бросился к дверному проему. Минхо побежал прямо за ним, беззвучно прикрыв дверь, — и дом наполнился голосами, которые очевидно принадлежали не их команде. Феликс даже не успел опомниться, как сорвался с места, вцепившись в руку старшему. Они помчались в лес, расположенный на их территории, и нырнули под деревья. У Феликса бешено колотилось сердце, пока Минхо дергал его за запястье и протаскивал под ветками и вокруг растяжек. Оставалось только благодарить хёна за то, что он оказался рядом, ведь прошло еще мало времени, чтобы запомнить бесконечные ловушки и сигнализации, расставленные по всей базе. А их было очень много. Феликсу казалось, что в любой момент его могут схватить за шиворот. Поэтому ему пришлось сдержать крик: когда Минхо свернул за угол, Феликса по лицу хлестнула ветка, рассекая кожу и оставляя после себя острую боль, которую он почти не почувствовал из-за адреналина, бегущего по венам. Он едва осмеливался дышать, пока они продолжали бежать. Всё тело обдавал лед, сковывающий до глубины души. Это была их база, их дом. Здесь должно было быть безопасно. Лес пролетал мимо. Ноги бежали и бежали, бежали и бежали, унося их всё дальше и дальше. И только когда Феликс оглянулся назад, он кое-что понял: густых деревьев было ослепительное количество, но они открывали достаточный обзор. И тогда стало ясно, что им нужно остановиться. — Хён! — он резко остановил их обоих и так сильно тряхнул Минхо, что чуть не выдернул ему руку прямо из сустава. — Какого черта ты творишь? — тот заорал прямо на него, пытаясь снова оторваться и сопротивляясь хватке. — За нами гонятся! — Нет! — Феликс пальцами впился ему в руку, с таким размахом обернувшись назад, что хлыстнул самого же себя волосами по лицу. — За нами не гонятся! За нами никого! Минхо бросил взгляд в ту же сторону, отдернул руку из хватки и, теперь удерживая самого Феликса, шагнул туда, откуда они прибежали. Прищурившись, он вглядывался в деревья. — Да, — только и осмелился прошептать он. — Они за нами не пошли. Почему это они не пошли за нами? — Бред какой-то, — почти шипел Феликс, отстраняясь, и провел руками по волосам, — они проникли на нашу базу, пока мы там были! Почему они не погнались за нами? Должны же были! — Может, они не знали, что мы там были, — Минхо посмотрел на него так, что у того ёкнуло сердце при виде неподдельного страха на его лице. — Может, они пытались проникнуть внутрь, думая, что база пуста. — Боже мой, — у Феликса прошел мороз по коже, — взлом! Вчерашний взлом был своего рода диверсией. Они знали, что сегодня все уйдут на разведку, и это дало бы им возможность проникнуть внутрь незамеченными. — Сука, — выругался, побелев. — Вчера я не показал тому челу, что меня ранили, так что они, наверное, не ожидали, что меня оставят. — И большинство банд до сих пор не знают о моем существовании, так что они тоже не рассчитывали, что я окажусь дома, — сказал Феликс, жестом руки указывая в сторону базы. — Ёб же твою мать, — у старшего округлились глаза, — они не знают, что мы здесь. Феликс на мгновение задумался и глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Ситуация была не так плоха, как они думали. Не идеальная, но им приходилось сталкиваться и с гораздо худшим. И Феликс готовился к этому. Они оба готовились. В мире банд такое случается. Важно было не паниковать. — Это же хорошо, да? — оглянулся на него он. — Кем бы ни были эти люди, они не знают, что мы здесь. У нас должно быть преимущество. Минхо втянул воздух сквозь зубы. У Феликса сердце пропустило удар. — Не знаю, Ббокки, — сказал он, — эти парни вообще не должны были подобраться к нашей двери. Вся эта территория усеяна растяжками, сигнализацией и невидимыми ловушками. Мы должны были узнать о них гораздо раньше. — Что ты хочешь этим сказать? — Феликс пытался уследить за взглядом Минхо, пока тот пытался его избежать. — Хочешь сказать, что они хороши? Что они нас перехитрили? — По крайней мере, на данный момент. Видимо, они установили какую-то глушилку или что-то типа того, что выводит из строя все ловушки. Всё на участке зависит от техники в системе Сынмина, поэтому если сигнала нет, то они не работают. — Это значит, — Феликс судорожно попытался нащупать телефон, но тут же выругался, поняв, что не взял его с собой на тренировку с Минхо, и теперь он точно не при нем, — значит, мы не сможем связаться с остальными. — Похоже на то, — он достал свой, посмотрел на него, и со вздохом закрыл глаза. — Нет. У нас нет сигнала. — Так, мы просто… застряли здесь? Этот лес теперь просто обычный лес без ловушек, и мы застряли тут, пока какие-то типы занимаются бог знает чем на нашей базе. — Пока что, — вздохнул Минхо, — да. — Но это значит, что мы не можем предупредить остальных! — у Феликса сжалось сердце, когда в тоне старшего послышалась покорность. — Они вернутся и попадут в засаду! Мы должны им помочь! — Я знаю, — кивнул он, взяв его за обе руки, — сейчас мы успокоимся, а потом разберемся, хорошо? Феликс встретился с ним взглядом, увидев в нем спокойствие и решимость. Он смог кивнуть, повторяя за хёном глубокий вдох. — Вот так, — сказал Минхо, сжав его пальцы. — Мы сделаем это. — Ты как, блин, такой спокойный? — на выдохе спросил он. — Я плохо соображаю, когда другие в опасности. — Ты бы видел, в каком состоянии мы были, когда тебя и Сынминни похитили, — Минхо улыбнулся, — мы были одной сплошной развалиной, но быстро поняли, что гораздо лучше функционируем, когда с головой порядок. Чем спокойнее мы были, тем легче было вас найти. — Ну, это явно сработало, — покачал головой он. — Значит… спокойно? — Да, спокойно, — сказал Минхо, — мы ведем себя спокойно. А потом приступаем к выполнению плана. Феликс округлил глаза: — Есть план? — Есть его зачатки, — отпустив его руки, он отступил назад. — Сначала нужно понять, с чем мы имеем дело. — Хорошо, — Феликс заправил волосы за уши, переключив внимание на Минхо, — логично. Как мы это сделаем? — Сомневаюсь, что мы сможем снова просмотреть какую-либо из камер, — сказал он. — Но у нас есть небольшая смотровая площадка в лесу. Она немного выше и полностью скрыта, но оттуда можно увидеть всю базу. Если они выйдут наружу, мы увидим, кто они такие, и это гораздо лучшая точка обзора, чем та, на которой мы сейчас. Прищурившись, Феликс посмотрел немного выше леса, куда указывал Минхо, чтобы найти очевидную точку обзора. Старший был прав: она полностью скрыта, и он ничего не мог разглядеть. — Окей, — сказал он с замиранием сердца, — ты ведь знаешь, как туда добраться? — Конечно, — улыбнулся Минхо. — Мы доберемся туда меньше чем за десять минут. — Отлично, — улыбнулся он в ответ, — пойдем. Он почти забыл обо всех своих страхах, когда Минхо протянул ему руку. Сжав её, он позволил утащить себя. И даже не стал жаловаться, когда по пути Минхо рукавом вытер ему кровь с лица, оставшуюся после одной из особенно острых веток. — Тебе повезло, что не нужно накладывать швы, — заметил Минхо, — потому что я бы ни за что не смог сделать это прямо сейчас, и у тебя остался бы довольно грубый шрам. — А мне кажется, что шрам — это круто, — пожал плечами Феликс. — Да и Сынмин точно сочтет его секси. — Что за гадость, Ёнбок, — он скорчил гримасу. — Даже слышать не хочу, что для Сынмина сексуально. А вот Чан со шрамом выглядел бы очень секси. — Еще противнее слышать о том, что мой брат секси, — нахмурился Феликс, сохраняя ехидный тон. — Не понимаю, что ты в нем нашел, если честно. — Правда? — Минхо усмехнулся. — Потому что я-то точно понимаю, что Сынмин видит в тебе. — Ладно, хватит! — слегка толкнул его Феликс. — Может, вернемся к разговору о смертельной опасности, в которой сейчас наша банда? — Скучно, — сказал он, но сделал то, что ему сказали, опустив глаза на лесную почву. — Кстати… Он отпустил его руку и присел возле особенно большого дерева, листья которого простирались до самой земли. — Хён, — Феликс наблюдал за ним, — что ты делаешь? Мы же еще не на смотровой площадке? — Не совсем, — ответил тот, не поднимая глаз с того места, где просунул руку под один из самых крупных корней, — но мы решили, что если нам когда-нибудь нужно будет воспользоваться точкой обзора, то это, скорее всего, будет чрезвычайная ситуация, и нам понадобится как можно больше помощи. С этими словами Минхо наконец-то вытащил руку из-под дерева и достал пистолет, покрытый грязью и листьями, и с гордостью протянул его. — Нихера себе, — присвистнул Феликс, взяв его, — сколько же таких пистолетов у вас припрятано? — Тебе лучше не знать, — усмехнулся он, отчего младший закатил глаза, и достал еще один. — Весь этот лес — как проклятая крепость, — он стал чистить пистолет о футболку и взял несколько патронов, которые Минхо также нашел под деревом. — Наверное, пришлось потратить целую вечность, чтобы всё это придумать и устроить. — Вообще, бó‎льшую часть всего этого сделал Сынминни. По крайней мере, всё, связанное с техникой. Думаю, что это наш Инни придумал скрытое оружие. — В этом есть смысл, — Феликс поднес свой теперь уже чистый пистолет к лицу, рассматривая его, — он жопа хитрая. Минхо даже рассмеялся, заставляя забыть обо всех проблемах. Но тут же жестом велел продолжать идти, ведя мимо еще нескольких деревьев, а затем немного вверх, к небольшой поляне, с которой открывался прекрасный вид. — Ух ты, — Феликс засунул пистолет в треники и прищурился, пальцами оттягивая себе веки. — Реально видно всю базу. — Особо нет, — Минхо пошарил рукой под другим деревом и достал оттуда недешевый бинокль. — Вот. Взяв его, Феликс быстро протер стекла, и поднес к лицу. — Вау, — снова повторил он. — Если бы мы не затемнили окна, я бы увидел сквозь них. — Да, насчет окон были споры, — Минхо стал рядом. — Мы знали, что для нашей безопасности лучше их затемнить, но в таких случаях это не особо выручает. — Я не шучу, — Феликс бросил последний взгляд на окна, после чего опустил бинокль и посмотрел на Минхо. — Так как скоро вернутся остальные? Думаешь, мы сможем их спасти? — Вряд ли, — покачал головой, скривив губы. — Скорее всего, они ничего не найдут в ходе расследования, так как всё подозрительное, связанное со взломом, уже здесь, и прошло уже несколько часов с момента их ухода, так что они, наверное, скоро вернутся. — Блин, — прошептал Феликс. — Но всё не должно быть слишком плохо? Если бы эти парни хотели убить банду, они бы просто устроили засаду, да? Если они вломились сюда, значит, им нужно что-то другое. — Да, если бы это была попытка убийства, они бы её уже совершили, — кивнул Минхо, сузив глаза в направлении их базы. — Я не знаю, что это такое, и мне не нравится быть в неведении. — Неужели мы больше ничего не можем сделать? Кроме как сидеть здесь и наблюдать, как остальные возвращаются на базу, переполненную злоумышленниками? — У меня есть план, — Минхо бросил на него взгляд. — Но для него надо быть где-то поближе, чем на этой точке обзора, и я хочу сначала посмотреть, с чем мы имеем дело. — Хочешь посмотреть, покажутся ли эти гости, когда вернутся остальные? Что, если они просто останутся внутри и подождут, пока остальные зайдут, прежде чем раскрыть себя? — Они сломали входную дверь. Чан и все остальные поймут, что что-то не так, как только увидят это. Я думаю, кто бы это ни был, он нападет сразу же, как только подъедут машины. Скорее всего, они угрозами загонят остальных на базу и будут держать их там в заложниках, пока не получат то, за чем пришли. — Надеюсь, что ты прав, — сказал он. — Я очень надеюсь, что ты прав. Минхо опустил взгляд. — Я тоже, Ёнбок. Чувство вины мгновенно кольнуло Феликса в грудь. Он забыл, что каждый его страх испытывал и сам Минхо. Они оба были бесполезны, оба застряли на смотровой площадке вдали от своей безопасности и не могли защитить тех, кого любили. — Всё будет хорошо, хён, — сказал Феликс, слегка наклонившись, чтобы встретиться с опущенным взглядом старшего. — Эта банда еще не знает о нас. Они не знают, что мы следим за ними. Они нас не обыграют. — Это я знаю, — сказал тот с почти пугающей решимостью. — И за это я прикончу их всех до единого. Феликс усмехнулся. — Узнаю моего хёна. Тот на это насмешливо хмыкнул, а Феликс только шире улыбнулся при виде его редкого смущения. Минхо нечасто смущался от комплиментов. К сожалению, неловкость эта, похоже, была не единственной проблемой Минхо, потому что через пару мгновений он с шумом отодвинулся и присел с полустоном. Он прислонился спиной к дереву, помрачнел и глубоко вздохнул. Феликс окинул его взглядом с ног до головы, заподозрив что-то. Для большинства людей это выглядело бы так, будто Минхо просто сел, но Феликс знал его лучше. И не только знал его, но и обладал опытным медицинским глазом. — Ребра, да? — мгновенно присел он перед ним на корточки. — Они тебя беспокоят. — Они в порядке, — сказал Минхо, но на его лбу выступили капельки пота. — Я их почти не чувствую. — Врешь, — сказал Феликс, едва ли не хватая того за футболку. Он уже знал, какими были синяки, и ничего не мог с ними поделать без своих запасов. — Давай, садись удобнее. Минхо застонал, когда младший вцепился ему в плечи, чтобы подтянуть к себе, но облегченно вздохнул, когда его снова усадили. — У тебя это очень хорошо получается, знаешь? — Приятно осознавать, что немыслимые долги за обучение в медицинском и ужасающая нагрузка не делают меня совсем бесполезным, — заметил Феликс, пробежавшись пальцами по его ребрам, после чего отстранился. — Но, к сожалению, я больше ничего не могу сделать. — Ты не бесполезен, — покачал головой Минхо. — По крайней мере, не больше, чем я сейчас. — Да уж, — он бросил быстрый взгляд на их базу, — думаю, сейчас от нас мало толку. — Мы будем полезны позже. Гораздо лучше сейчас быть здесь, чем с остальной бандой. Это дает нам хоть какой-то рычаг влияния. — Наверное, нужно сказать спасибо Крису и Сынмину за их упёртость, — Феликс не смог сдержать гримасу отвращения при этих словах. — Я бы не стал заходить так далеко, — Минхо тоже стало противно. — И никогда не говори им, что ты это сказал. — Не волнуйся, — сказал Феликс, морщась от одной только мысли об этом, — не скажу. На этом разговор затих. Минхо закрыл глаза и опустил голову на дерево позади себя. Феликс просто смотрел на него, желая сделать что-то еще. — Ёнбокки, — Минхо не открывал глаз, — найди, пожалуйста, что-нибудь другое, на что можно пялиться. Феликс на это фыркнул, но отвернулся туда, где базу было видно лучше всего. Он снова взял бинокль и прижал его к груди. — Буду наблюдать, — сказал он. — Вот, — почти весело ответил Минхо, — этим и займись. Трудно было сказать, сколько времени прошло в таком состоянии. Вряд ли это было долго, однако достаточно, чтобы дать им небольшую передышку, но для Феликса часы проходили как дни. База зловеще вырисовывалась перед ним, черные окна скрывали врага, о котором он даже не подозревал. Минхо тяжело дышал позади, всё еще не придя в себя из-за ушиба ребер. Феликс не верил, что всего несколько часов назад он злился, что банда снова не пускает его на задание. А теперь он оказался в ловушке в лесу с раненым членом команды и заданием как-то спасти остальных. Всего несколько часов назад главной проблемой было упрямство Сынмина. Теперь же Феликс просто молился, чтобы Сынмин выжил, что бы ни приготовил для них этот день. Возвращение домой к очередной банде, готовой взять их в заложники, определенно не входило в планы Сынмина на сегодня. Это вообще не входило в планы ни одного из них. Но, к сожалению, случилось то, что случилось, и теперь этого не избежать. Феликс поднял бинокль к лицу, — у него внезапно похолодела шея, а сердце подпрыгнуло при виде двух машин их банды, направлявшихся к базе. — Хён, — пришлось бороться с собой, чтобы голос оставался ровным. — Они здесь. Минхо мгновенно оказался рядом с ним. Феликс слишком сосредоточился на происходящем перед своими глазами, чтобы ругать его за то, что он так быстро передвигается, будучи раненым. — Как далеко? — Они примерно в минуте от езды, — сказал он, направив бинокль на базу и заметив смутное движение в окнах. — Думаю, их заметили. — Я тоже так думаю, — Минхо прищурился на базу, собственными глазами имея хоть какое-то представление. — Просто сосредоточься, хорошо? Не пугайся, держи бинокль ровно и старайся заметить всё, что сможешь. Нам нужно знать об этих типах как можно больше. — Понял, — сказал он, хотя сам себе не верил. Он уже несколько недель убеждал себя, что способен на это, что он может делать всю эту тяжелую работу в банде. Но внезапно почувствовал себя неспособным. Он не чувствовал себя смелым. Не чувствовал, что может смотреть, как его банда попадает в засаду, и сохранять спокойствие. — Всё будет хорошо, — голос Минхо был тверд. Он полностью настроился на миссию: глаза как у ястреба, и в нем явственно сквозила воля к борьбе. — Помни, что именно это дает нам преимущество. Всё, что нам нужно сделать, это пройти через это, и тогда мы вернем нашу команду. — И тогда мы вернем нашу команду, — кивнул он, заставляя себя переварить эти слова. Это всё не ради него. Это всё ради его команды. Всё ради них. Феликсу потребовалось собрать все свои силы в кулак, чтобы не растеряться, когда машины остановились, и не прошло и секунды, как открылись двери и из них вышли знакомые люди. Это был последний миг нормальной жизни перед тем, как хаос вырвался на свободу. Входная дверь базы распахнулась, и из нее высыпали люди. Феликс напрягся всем телом, чувствуя, как сердце грозило выскочить из груди, но заставил себя сосредоточиться на них. Их было шестеро, и все они, одетые с ног до головы в черное, держали наготове оружие, выкрикивая приказы банде Бродячих детей. Все они были молоды, может быть, даже моложе Бродячих, но внушали ужас. Они держались уверенно, явно в ладах друг с другом и привыкшие работать в команде, отчего казались непобедимыми. Но была в них и какая-то изюминка. Ярость. В каждом их движении чувствовалась ярость и пламя. Для них это была не просто миссия. Феликс с ужасом понял, что, что бы это ни было, оно было личным. Он ничего не мог поделать, наблюдая за тем, как один из них бросается на Джисона, с ревом хватает его и скручивает, приставляя пистолет к голове. Феликс громко выругался, но уверенно приближал картинку: Джисон пытался отбиваться и нещадно крыл нападавшего матом, но не мог ничего сделать, так как пуля была почти у самого его мозга. Остальные были вынуждены подчиниться, и многие из них вскоре оказались с дулом у головы. Все они пытались бороться, отбиваться, доставали пистолеты, но они были не ровней. Бродячих застигли врасплох. Они были не так подготовлены, как другая команда. Кроме того, в их собственной стало на два человека меньше, и они остались шестеро против шестерых. И было очевидно, кто из этих шестерок злее, кто ждал этого, у кого из них накопилось столько ярости, что она обрушилась подобно жестокому урагану. Бродячие дети были сильны, но они не могли сравниться с этой бурей. Когда Феликс перевел бинокль на кого-то из другой команды, перед глазами всё вспыхнуло алым. Сынмина зажали в удушающий захват, он кричал и впивался ногтями в чужие руки. Перед ним появилась другая фигура, направившая пистолет прямо ему в лоб и оравшая ему в лицо что-то, чего Феликс не мог расслышать. У него всё горело внутри от вида того, как Сынмин попытался отбить удар, но лишь безжалостно получил по лицу, от чего застыл в полуобморочном состоянии в удушающем захвате. Чистый, необузданный гнев пылал в жилах, а кожа болезненно покалывала. Всё стало еще хуже, когда Сынмин посмотрел прямо на того, кто приставил пистолет к его голове, и очень громко выплюнул слова, которые можно было распознать как «Где, черт возьми, Феликс?» И всё. Последняя капля. Феликс с грохотом отбросил бинокль, схватился за волосы и потянул их в стороны. Минхо мгновенно оказался рядом, одной рукой обхватив его за грудь, а другой выхватив бинокль. — Дыши, Феликс, — сказал он ему на ухо, заставив на мгновение задуматься: Минхо никогда не называл его Феликсом. От этого он замер. Гнев по-прежнему пылал в нем, бурля в крови, как в каком-то аду. Но Феликс не шелохнулся и даже не дышал, пока старший подносил бинокль к лицу. — Они их взяли, — слова произносились с трудом, на одном дыхании, — их шестеро. У них наша команда. — Знаю, — голос Минхо дрогнул из-за бинокля, и Феликс вздрогнул из-за него. — Я знаю, Феликс. Ситуация была ужасной, но Минхо всё равно звучал бесконечно более потрясенным, чем ожидал младший. Он так хорошо умел сохранять спокойствие, сохранять хладнокровие, но сейчас его голос звучал совершенно испуганно. Гнев Феликса стремительно улетучился, превратившись в страх. Когда у Минхо подкосились колени, у Феликса чуть не разорвалось сердце на части. Минхо повалил его на землю, выжав из легких весь воздух и приземлившись прямо сверху. — Мин… хён, — прохрипел он, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него. Они лежали точно так же, что и утром, только теперь Минхо был напуган. — Хён, что ты видел? Тот с ужасом посмотрел на него, едва прошептав: — Я их знаю. Феликс помрачнел. — Ты их знаешь? — Та банда, — кивнув, он напрягся всем телом от страха, — я знаю эту банду. Они пришли за мной. — Хён, — голос задрожал. Он схватил его за плечи. — Ты этого не знаешь наверняка. — Я думал, что они никогда меня не найдут, — продолжал тот, как будто Феликс и не говорил, но с комом в горле, словно вот-вот расплачется. — Теперь они пришли за мной, но у них даже нет меня. У них моя команда. — Хён, — Феликс заставил себя сесть, оказавшись в нескольких сантиметрах от Минхо. — О чем ты? — Это та банда, которая всё это начала, — он смотрел прямо в глаза. Ужасное осознание пронзило его в самую грудь. — Это та банда, которая заставила меня исчезнуть все эти годы назад вместе с Чанни.