не по плану

Уставшая Кира заходит в квартиру, мечтая о горячей ванной и мягкой постельке, но, включив свет, наблюдает прекрасную картину: Прекрасная Елизавета собственной персоной прекрасно восседает на тумбочке, прекрасная в своей наготе. - Кирюш, ты чего так долго? Я заждалась. - Горячо шепчет брюнетка, призывно покачивая бедрами стройными. Кира медленно сдвигает ее с тумбочки и тащит на диван, распаляясь тут же, забывая об усталости и аккуратно укладывая. Лиза же охает, охреневает от резкой смены действий, ведь хотела на тумбочке, но ее желание было ниже пояса, поэтому здесь решает блондинка. Андрющенко устраивается удобнее, ерзая по дивану. Медведева заботливо подкладывает под поясницу маленькую диванную подушку, отчего спина выгибается, открывая более прекрасный и горячий вид. Брюнетка стонет громко, требовательно, руками зарывается в короткие светлые волосы, тянет их на себя, требуя поцелуй. Кира ей разрешает вести, пока что, и целует ее, медленно, развратно, проходясь по всем зубкам, которыми та норовит прикусить родные любимые губы, на что тут же получает укус в ответ и шипит недовольно. Блондинка руками проводит по шее стройной, что надписью изрисована, огибает каждый изгиб и спускается ниже, на ключицы, что ровны и изящны в своей красоте. Когда касается груди, что напряжена и соски уже упруги, старшая вздыхает громко, нетерпеливо, ведёт бедрами вперед, касаясь чужих, руки же тянет вниз, пытаясь стянуть с блондинки шорты, но та руки останавливает, отводя в сторону и держа одной рукой, а сама целует грудь, языком водя кругами по соскам, чередуя их. Лизина грудь уже вся обсыпана поцелуями, а губы опухшие и искусанные. Она просит, умоляет что-нибудь уже сделать. И Кира слушается, поцелуями ведет по животу, вызывая новые порции вздохов всхлипов, а брюнетку ведёт, она запрокидывает голову назад, вновь ведя бедра навстречу. Медведева аккуратно касается влажных складок, проводит по ним неспешно, дразня вторую, а та матюгается, но ведется на это. Осторожно вводит пальчик на фалангу, получая расстроенный выдох и взгляд разочарованный. Погружает весь, начиная движения медленные, но ускоряет потихоньку, а стоны подстраиваются под движения. Отпускает любимые руки, что сразу устраиваются на плечах, изрисованных рисунками, сжимая и разжимая кожу нежную. И добавляет второй пальчик, двигаясь активнее и жёстче, кайфуя от сладких звуков, что словно мед для Кириных ушей. Вбивается в Лизоньку, глаза в глаза, что чёрные от возбуждения вовсю. Ловит на выдохе чужие губы и вновь целует, страстно, долгожданно, нетерпеливо. Та едва ли отвечает, ведь витает уже давно не здесь, лишь бедра крепче сжимая свои и чужие. И кончает, несколькими минутами спустя, выгибаясь дугой, срывая голос, вцепляясь в плечи сильнее, оставляя царапины. - Умничка моя, - шепчет блондинка, нежно целуя в губы и вынимая аккуратно пальцы. Подносит их к Лизиному ротику, прося их облизать. И та выполняет это. Облизывает завороженно, увлечённо, полностью отдавшись процессу, подчистую. После Кира ложится рядом, обнимая любовь свою крепко, носом утыкаюсь в шею и шепчет какие-то слова. Брюнетка же разомленная лежит и наслаждается, едва ли осознавая происходящее. Вечер немного пошел не по плану, но так даже и лучше.