Образ в голове

       Из коридора доносился какой-то шум, кажется кто-то зажег свечу, потому что свет от нее просочился под закрытую дверь. Уже за полночь, но юноша, развалившийся на кровати, никак не мог уснуть. Его мысли вертелись вокруг недавней ситуации: «они выросли», «Сакура уже не отращивает волосы», «Наруто, кажется, загорел еще больше». Учиха никак не мог перестать думать об этих двоих и о том странном пареньке рядом с ними. Он что, кто-то типа замены для Саске? Интересно.       Но поток мыслей о старой команде прервало осознание собственной напряженности. И нет, это не было чувство тревожности, граничащее со страхом. Это была.. сексуальная напряженность? Он не чувствовал этого с первых дней нахождения у Орочимару, поэтому слегка удивился. После некоторых раздумий, Учиха вдруг понял, что причиной этого состояния оказалась именно Сакура. Никто иной как розовый ураган — Харуно Сакура. Та самая «раздражающая фанатка», которая бегала за ним еще с самого детства. Она выросла, её взгляд уже не тот, девушка стала решительней. Брюнет вновь представил её красивые, нежного цвета волосы, шею, что виднелась из под одежды, тонкие плечи, изящные руки в перчатках, тонкую талию, красивую грудь, стройные ноги.. парень и сам не заметил, как на образ уже взрослой бывшей сокомандницы у него откровенно стоял. Шаги за дверью утихли и свет от свечи погас. Учиха остался в темноте наедине со своими мыслями.        Он невольно протянул руку и дотронулся ладонью до набухшей плоти через ткань штанов. Образ Харуно вновь появился перед глазами и кисть скользнула под штаны, поглаживая член. Но Саске остановился, чтобы резким движением руки стянуть штаны с нижним бельем и продолжить начатое.  — Блять, чем я вообще занимаюсь, — Саске зажмурил глаза и рвано выдохнул, когда большим пальцем надавил на головку. Воображение подкидывало самые грязные картинки: то Учиха видел полностью голую, лежащую под ним розоволосую девушку, что стыдливо сводит колени и закрывает лицо руками, слегка открывая глаза, то как она же сидит перед ним на коленях и совсем неприлично отсасывает ему, а по её подбородку течёт вязкая слюна. Но самым возбуждающим для парня оказался очень неожиданный образ бывшей сокомандницы, в котором она доминирует над ним, шепчет что-то на ухо, привязывая руки Учихи к изголовью кровати.       Пока брюнет представлял это все в деталях, сам не заметил, как рука начала двигаться вдоль ствола куда быстрее, а капельки природной смазки, стекая по нему, облегчают движения ладони. В ушах вдруг сладкой песней начали отдаваться стоны Сакуры, в то время как сам Учиха закрывал рот тыльной стороной другой ладони, пытаясь сдержаться. Сердце забилось чаще, тело чуть обмякло, а глаза закатились в непривычной манере. Полупрозрачная жидкость на животе дала понять, что брюнет наконец достиг экстаза.       Он лежал, пытаясь отдышаться. Лицо Учихи покрылось ярким румянцем, а руки слегка дрожали, пока ниндзя-отступник вставал, чтобы принять душ.        Под струями горячей воды, Саске думал о том, что произошло буквально пару минут назад. Осознавать это было немного неловко, но Учиха подумал, что надо делать так почаще, ведь все же это хорошо снимает напряжение.        И ведь Сакура действительно великолепна.

***

      В комнату, серебристым покрывалом, проникал свет от луны, открывая взор на сладостно стонущую девушку.       Сакура, зажмурившись, тихо стонала у себя на кровати. Девушка водила пальцами вокруг клитора, а другой рукой чуть сдавливала соски. Когда природная смазка начала выделяться в достаточном количестве, розоволосая, чуть подождав, ввела в себя сразу два пальца, изгибаясь и закусывая губу. В голове вновь и вновь представлялся взрослый Учиха: его острые черты лица, холодный взгляд, подтянутое тело, тонкие пальцы.. это все сводило её с ума. Конечно куноичи было немного неловко — все же Саске самый настоящий преступник, но снова и снова она кончала, произнося именно его имя.       Все же Саске и вправду великолепен.