Без тепла в открытом космосе

      С того момента меня тошнило только 2 раза. Я отпринимал противовирусные и витамины. Мой больничный закончился и я пошёл на работу. Работаю я, кстати, программистом и, судя по рабочему чату, меня там точно ждут, причём не только работники (а сильнее всего Серёга), но и много проблем, которые эти работники исправить без меня не могут. Вот такой вот я нужный сотрудник.       Как только я вошёл в здание, меня сразу же поприветствовал Серёжа и ускоренно ввёл в курс дела. Коротко говоря — он за мною скучал.       — Слышал? Приняли и у нас всё-таки свободную неделю. — Сказал Сергей.       — То есть теперь, можно приходить и уходить когда угодно, лишь бы набрать нужное количество часов за неделю?       — Даа! — Серёжа прям светился от радости. Он лютый соня и часто опаздывал на работу, но так как он на работе ещё потом задерживался, да и вообще был важным сотрудником, который трудился часто, не покладая рук, к нему не имели особых претензий, хоть и часто высказывали недовольство его постоянными опозданиями. — Но там, вроде, не без ложки дёгтя. Сказали что 2 часа в будние дни мы должны собираться вместе.       — Почему?       — Ну, что-то типа, для того чтобы, как сказать, курс верный соблюдать ээ всем месте. Ну и чтобы помогать друг другу. Как-то так.       — И во сколько этот сбор круглого стола будет?       — С двух до четырёх дня.       — Ну, уже можно спать спокойно… А с переработками как? Оплачивать будут?       — Ну там немного странная система. Переработки считаются за неделю, типа, если за один день проработал 14 часов, то за 6 часов не заплатят. Нужно чтобы прям за неделю проработал больше, ну, типа, если ты проработал за неделю не 40 часов, а 42, то 2 часа оплатят, вроде, по тройному тарифу.       — А… то есть, если я просижу лишние полчаса на работе, попивая смузи, то этот смузи можно будет ещё и оплатить.       — Ахх, какой хитрец! — Серёжа улыбнулся и смотрел на меня немного как на гения. — Всёёё, если тебя увижу на рабочем месте с смузи в субботу, буду знать, что ты не работаешь, хе-хе. Потом пожалуюсь на тебя. — Я знал, что он не пожалуется. Он никогда не жаловался и не был замечен за обсуждением кого-то за спиной. За что он мне, кстати, ещё нравится, так это за то, что он не врёт. Если ему что-то не нравится, он об этом скажет, но не всегда в приятной форме, из-за чего его прямолинейность может быть даже обидной.       — Лучше присоединяйся если что. Будем вместе смотреть в один монитор, искать недостающую точку с запятой и пить смузи.       — Хе-хе, буду знать, что ты не против моей компании!       Пришёл я на работу в 8, послушал новости компании, что да как, что новое делается, где в старом проблемы, причём зачастую я получал вопросы именно по старому коду, причём зачастую именно на то место с комментарием вверху «перепишу завтра». Потом смотришь по логам, когда это «завтра» прошло и понимаешь, что этот кусок был написан ещё до того, как я на работу пришёл. Вот тогда и начинается: что он делает, как это переписать, что дополнительно вставить, лишнее убрать, потом окажется, что от того, что нужно было убрать, зависит другая фигня в другом файле… впрочем, я заговорился.       В общем, отсиделся до положенных 14 часов, после чего, не без терзаний совести, ушёл (уходить так рано очень непривычно).       После исчезновения Солнца жизнь людей разделилась на до и после. Мир не мог работать по старым правилам и, постепенно они менялись. Например, так как солнца больше не было, исчезла необходимость приходить на работу именно утром. Само понятие «утро» закрепилось за отрезком времени от 4:00 до 9:00, а не за время, когда вставало Солнце. Вращение Земли больше не играло роли во времени. Год претерпел более крупные изменения. Было принято, что теперь в каждом месяце по 28 дней — 4 недели, при этом год продолжал состоять из 12 месяцев. Итого 336 дней. Вместе с привычным графиком «2 на 2», появилось такое обозначение как «N часов в неделю», обозначавшее, что человек мог приходить когда угодно, но за неделю он должен был отработать N часов.       Рядом с работой была солнцебашня. Я решил погулять возле неё. Вокруг солнцебашен обычно находятся большие парки, но сами башни строятся по одному на весь город. В них всегда тепло и светло, а где-то высоко светят ультрафиолетовые лампы. На них не советуется смотреть. Ниже растут деревья. Мне даже пришлось снять куртку. Жарко. Как будто я летом сижу на скамеечке. Разве что небо тёмное, я в свитере, а сегодня ещё и тучи. Возможно, будет снег. Голубые небеса остались далеко в прошлом, теперь только пугающая глубина космоса.       Находясь внизу, прямо под солнцебашней, было немного страшно смотреть наверх. Она просто огромная и при этом это не бетонная конструкция, а состоит всего лишь из алюминиевых балок, по которым были проведены провода. Наверху оочень большой и яркий шарик. С такого расстояния для меня, он выглядел действительно, как солнышко, но на самом деле он гораздо больше меня… и гораздо меньше реального Солнца.       Искусственное солнце сделано из ооочень толстого провода из какого-то сплава вольфрама с чем-то. Такой провод был очень аккуратно скручен в большой металлический клубок. Если провести огромное напряжение, он сильно раскалится из-за чего будет светиться и излучать много тепла и света. Несмотря на то, что он очень ярко светится, он не плавится и не деформируется. Плавиться он начинал под немного большей температурой. Её обычно держат на пределе, чтобы такая, условно говоря, лампочка не испортилась, но и приносила максимальную пользу.       Я не знаю, как это учёным удалось, но они смогли избавить человека от нужды в постоянном солнечном свете. В вакцине они что-то подрегулировали, из-за чего людям теперь не нужно постоянно пить витамин Д (хотя норма воды увеличилась), но животные и растения… Для них такие парки самое настоящее пристанище. Поэтому в них очень много животных. Особенно под самой башней, там и кошки и собаки, даже грызуны, а на прутьях сидят птицы и кого только вообще нет. Не сказал бы, что они живут в мире. Просто находясь там, можно чувствовать напряжение, которое зависло в воздухе между вечными врагами, вынужденными сидеть рядом, чтобы не замёрнуть и не умереть. Впрочем более умные животное сидят не прямо под башней, а где-то на скамейке, где тоже где-то очень высоко светит ультрафиолетовая лампа, где тоже тепло и приятно, но можно более менее спокойно спать.       А растениям вообще не объяснишь, что нужно жить в мире. Сорняки продолжают расти несмотря ни на что, борясь за место под искусственным освещением, а там, где освещения нет, трава расти не станет. Из-за этого множество дворов перестали быть зелёными. Там сохранились только заснеженные, навсегда опавшие деревья. Внутри них, скорее всего, ещё есть жизнь, но без света, тепла… они проживут долгую по нашим меркам, но совсем короткую по меркам обычных деревьев, жизнь.       Есть среди населения ещё люди, которые боятся всяких прививок. Когда тем сказали, что после того, как сделают им этот укол, их будет несколько дней тошнить, температура подскочит до 39, а простое открытие глаз будет вызывать боль — они решили, что потерпеть неделю, это не лучшая идея и теперь они обречены до конца жизни пить таблетки с витаминами и почаще сидеть в таких парках. Вдобавок, эта вакцина передаётся и детям. То есть отмучайся ты, твои дети уже сразу родятся и с кошачьими глазами и без проблем с витамином Д. Я даже не знаю, как они ходят по тёмным улицам. Я всего лишь неделю живу, а уже более не представляю себя без ночного зрения.       Люблю я сидеть этом парке, но долго в нём сидеть мне было не суждено. Зазвонил телефон, Саша позвала к себе, будем отмечать наступление пятницы. Что ж, ничего не поделаешь, долг зовёт.       Выходя из этого парка мне снова пришлось надевать тёплую куртку. В ней даже как-то уже привычно. Мало того, что я теперь постоянно хожу в тёплой одежде, так я ещё не люблю обновлять гардероб и эта куртка — не исключение. Она у меня уже года 3 живёт и я даже не думаю её менять. Перед тем, как ехать к Саше, нужно заскочить к себе и взять многострадальные орехи.       Когда всё взял, пошёл на остановку. Путь будет долгим. Ещё не успел подъехать автобус, как мой прогноз на снег сбылся. Легонько начали падать снежинки, а когда уже сел в автобус, снег начал идти всё сильнее и сильнее. Падая на освещённый тусклым фонарём, подогреваемый асфальт снежинки сразу же таяли, но промёрзшая земля спокойно покрывалась белым одеялом. Раньше говорили, что зима — время, когда природа засыпает. Похоже, сейчас природа заснула навсегда.       Пока я ехал, проезжал поле, точнее то, во что оно превратилось, а именно множество теплиц — автономные ячейки с растениями. Растения меньше всего были против, чтобы менять их строение, поэтому теперь стало невозможно найти на прилавках продукты с надписью «Без ГМО». Обычным домашним растениям стало очень трудно расти (если вообще возможно). Было решено, что если генная модификация дошла до людей, то, чтобы выжить, модифицировать нужно всё. Так растения стали ещё более зависимы от людей. В автономных ячейках держится оптимальная температура, причём для каждой ячейки, каждого растения своя температура, своя влажность почвы и воздуха, своя интенсивность света. В растениях изменили всё, из-за чего они начали гораздо лучше плодоносить и стали менее требовательны к свету, хотя на вкус это не могло не повлиять. Нет, это совсем не отвратительно. Просто они стали менее насыщенными и всё. Зато их много. Люди не голодают как это было первые несколько месяцев. Сначала, когда этих ячеек не было, с едой было совсем туго. Это была катастрофическая проблема. Однако, чем больше строили эти ячейки (а их строили везде и всюду и в огромных количествах, вплоть до того, что в азиатских странах они находятся на крыше домов, причём могли даже не один этаж под это взять), тем легче становилось с едой. С ней до сих пор туго, далеко не все поля функционируют, но сейчас можно жить и более менее не голодать.       Через стекло я увидел работников. В белых халатах они ходили по теплицам, что-то записывали. Кто-то собирал урожай. В общем, выполняли свою работу. Скорее всего у них там есть тоже кто-то типа Серёжи, кто работает не покладая рук, и кто-то типа меня, кто выполняет лишь то, что требуется. Стоило мне об этом подумать, как я увидел случайно зевнувшего работника. Это мне показалось забавным. Интересно, он зевнул из-за недосыпа? Устал? Я не видел зевающего Серёжу, но сам знаю, как я часто зеваю на работе. Интересно, он действительно просто много работает или как я, ленивый и хочет спать, а не «вот это вот всё».       Когда я вышел на остановке, шла лёгкая метелица. На окраине города отапливаемых дорог немного, а когда дело доходит до частных домов, то там не всегда даже асфальт есть, но люди выезжают на машинах и им приходится убирать дороги. Пробираясь через снег, я дошёл до дома Саши. Там уже и Дима был. Серёжа отказался, Катя в другой город поехала, в общем, ждали только меня. Отметим моё выздоровление и наступившую пятницу.