Время приглушает боль.

Спрятав руку в карман брюк, Чуя изучал взглядом открывающийся перед ним вид. Здесь, с высоты почти трёхсот метров над уровнем моря, Йокогама была словно на ладони. Можно было увидеть всё и ничего сразу. Плащ исполнителя Портовой мафии развевался на ветру, пока он придерживал свою шляпу рукой. Чуя улыбался. Бывают такие моменты в жизни, когда тебя наполняет хорошее предчувствие, и ты не можешь сразу осознать, что именно стало причиной улыбки на твоём лице. Но Чуя знал. Ведь этого предчувствия, его не было, когда четыре года назад он поднимался на крышу Yokohama Landmark Tower, чтобы… чтобы что? Убежать от роящихся в голове мыслей или унять боль в груди? Или посмотреть с высоты птичьего полёта на город, который они с Дазаем называли наш. Или только это, единственно это место позволяло ему ощутить присутствие Дазая, когда рядом его уже не было. Но время приглушает боль. Наконец обернувшись на пятках, Чуя, не успев сделать и шага вперёд, замер, ведь перед ним стоял Дазай. Пришёл всё-таки. — Не слишком ли мы стары по крышам лазить, а, Чиби? — Дазай стоял, убрав руки в карманы своего плаща, который сейчас развевался на ветру так же, как и Накахаровский. «Картина прямо для 360° видео с какого-нибудь дрона», — непроизвольно пронеслось у Чуи в голове. — Говори за себя, я всегда буду бегать по крышам, даже в старости. — Только если я не буду тебя обнулять. Чуя закатил глаза, но затем рассмеялся, представив себе их в старости всё ещё использующими их способности. Это казалось настолько сюрреалистическим. — Как там наш город? — Дазай сделал несколько шагов вперед, но Чуя осторожно взял его за руку, не подпуская к краю крыши. — Засыпает. Пошли, — потянув его за собой, Чуя повёл парня в сторону входа на лестничное пространство. Дазай лишь кивнул, улыбаясь уголками губ и ощущая тепло Чуиной ладони, на которой не было перчатки. И не нужны были уже никакие слова. Ведь часом ранее Дазай получил сообщение, гласящее: «я буду на нашем месте, и ты придёшь, если твой ответ «да»». А каким был заданный Чуей вопрос, останется уже только между ними двумя.