Фома Загадкин. Конечная остановка красного паровоза

Я бью женщин и детей, потому что я красавчик, потому что я сильней, и они не могут сдачи дать мне. Женщин и детей бить не правильно, я знаю, но бью женщин и детей, и я самоутверждаюсь, о-о-о!!!!!!!!!!!! - Том, а про что это за песня? - Мальсибер, ехавший в одном купе с Томом Риддлом, немного завидовал Долохову, который хохотал всё сильнее с каждой новой строчкой. - Про то, как я себя чувствую в Хогвартсе. - Неужели тебе там настолько весело? - Мальсибер покосился на Долохова. - Как раз вообще не весело, - грустно вздохнул Том. А от чего веселиться-то? Неуютно Том чувствовал себя, обижая всех этих драчунов из дуэльного клуба и вне его - всё-таки взрослый разум ещё не до конца отвык от возрастного высокомерия - он всё ещё считал себя взрослее даже некоторых преподавателей. Если не по знаниям, то по опыту научного подхода к предметам - точно. И это высокомерие мешает не только само по себе, а ещё и тем, что отвлекает от исследований на всякие раздумья. Из последнего, что выбило из жизни на пару недель, это случай с Уоррен Миртл и Рубеусом Хагридом. Одна умерла, а второго выгнали из школы за то, что притащил в неё опасную тварь. Тварь, кстати, сбежала в Запретный лес не без помощи того же Хагрида а там уже никакие мракоборцы не найдут. На полувеликана хотели повесить убийство, но не смогли - за него вступился декан Альбус Дамблдор, в очередной раз забежавший на пару минут в свой любимый Хогвартс чтобы проверить свой факультет и сделать внушение о неминуемой победе добра над злом. И эта история вызвала очередную порцию самокопания. Появились мысли о том, что в новой жизни он вступил на тот самый Путь Зла. Именно так, всё с больших букв, то самое зло, которое любит поминать декан львят. Поступок Тома явно не соответствует имиджу порядочного человека, который он старался держать в прошлой жизни. А в этой не только поучаствовал в убиении рейвенкловки, но и пытался пустить следствие по ложному пути. Конечно, он даже и не рассчитывал, что убийство повесят на Хагрида - следов яда акромантула-то нет - просто хотел отвлечь внимание и показать себя как помогающего следствию, тем самым отвести подозрения. Однако, знатно он струхнул когда узнал, что Миртл стала призраком! Если бы она что-то помнила, то всё - Азкабан, ведь создание призраков - это некромантия. Такое не простят, это похуже непреднамеренного убийства. Но обошлось, ничего существенного она не помнит. Тем не менее, Том и сам себя допросил с пристрастием, отвечая на вопрос: "тварь он дрожащая или право имеет?". Эх, проблема хорошей учёбы, с этими всякими Достоевскими... Философские вопросы и самокопания! Затронули они Тома. И сделал он такой вывод, что право имеет! Потому что сильнее. Значит его право - право сильного. Тут ещё и хвалебные рецензии на совместную работу со Слизнортом повлияли - Тому пророчат большое будущее. А потом закончились СОВЫ и по их результатам он оказался лучшим, а, значит, в следующем году быть ему префектом. Даже поговаривают, что он вообще самый лучший ученик за всю историю. Пожалуй, лучше только Альбус Дамблдор, да и то только в одном аспекте - тот ещё и в квиддич играл, а Том его игнорирует, не понимает своим маггловским умом всей прелести игры для настоящих волшебников. (Хотя, многие маггловоспитанные школьники вполне её одобряют) Вот всё это самокопание и привело его к мысли о том, что ему есть чем гордиться, а, значит, он может вполне позволить себе некоторые вольности. Он прислушался, как говорят в романах, к своему сердцу, и сделал однозначный вывод - его не трогает нарушение общественных норм, включая убийства и запретное колдовство. Он не чувствует каких-то шевелений совести. Значит его путь - это Путь Зла. Не зря же ему так хорошо даются тёмные искусства! Хотя, в Британии "тёмным" зовут всё запрещённое, но он-то уже отлично знает, что из всего списка порицаемого действительно Тёмное. Но вообще, речь не о типе волшебства, ведь и в прошлой жизни он придерживался примерно таких же воззрений - ради прорыва в науке не только можно, но и нужно нарушать устоявшиеся правила, они не более чем условность. Сначала он распространял это мнение только на область научных дисциплин и знания как такового, а потом, побывав на каком-то семинаре вместе с историками и философами, слушая их доклады, понял, что общественные взаимоотношения ничем не отличаются от научного знания - они так же не зарождаются сами по себе, кто-то дерзкий должен придумать новые правила для жизни, записать их в толстые книги (или выбить на стелле, как Хаммурапи) и принудить всех, до кого дотянется его власть, исполнять написанное. Самое сложное в этих условиях обосновать право на исключительность - никому не разрешено убивать других людей, кроме того, кто написал законы. Никто не может присвоить чужую собственность, кроме того, кто насаждает это правило. Том тоже решил, что он уже может писать правила. Да собственно, он уже это делал официально, будучи старостой, и неофициально, как лидер-диктатор тайного общества. Осталось распространять эту власть дальше и дальше! - Том, ты много на лето запланировал? - опять Мальсибер выдернул его из сладких раздумий. - Нет, только мелочи. Родню хочу навестить, а то мне уже шестнадцать, а я никого не видел. - И это мелочи?! - Лестрейндж искренне удивился. - Да шутит он, неужели не понятно? Хотя, по времени, действительно не так долго займёт... - Если хочешь в гости пригласить, то можешь не напоминать - ты же уже это сделал, так? - Том ухмыльнулся. - Да. Просто хотел напомнить, а то ты как-то Роули не посетил... - Вы теперь всегда мне будете напоминать? - Риддл рассердился и "эффект присутствия" слегка придавил находящихся в купе. - Я же говорил, что его приглашение запоздало, у меня встреча уже была назначена! - Да угомонись ты, Том. Просто ты такой правильный, что не во что тебя больше и носом-то ткнуть, - примирительно понял руки Овулюс. - Это точно, - закивали ребята из "ближнего круга".

***

На самом деле у Тома было запланировано ещё одно дело, на которое он рассчитывал потратить немалую часть каникул - он хотел создать универсальную палочку. Надоело ему то, что ритуальная не подходит для "обычного" волшебства. Ну, и наоборот, соответственно - хотя с этим немного проще: если знаешь особые заклинания, то можно и демонологией и некромантией заниматься, используя стандартную палочку. Не любую, конечно, некоторые сердцевины в принципе не способны к этому, но не его: и тис, и перо феникса материалы связанные со смертью и иным миром, так что работают отлично. - Привет, Гаррик! - Том Риддл заглянул в лавку Олливандеров. - Мистер Риддл! Тринадцать с половиной дюймов, тис и перо феникса, - кивнул сам себе Гаррик Олливандер. - Именно, - Том немного стушевался от такого официоза. - Нужно что-то для ухода за палочкой? Может кобуру? Чехол? У нас есть отличные предложения... - Не стоит, мистер Олливандер. У меня вопрос теоретического характера. - Готов помочь, если это не заденет семейные секреты, - тут же встрепенулся Гаррик. На секунду даже показалось, что его затуманенный взгляд прояснился. - Помнишь, Гаррик, я показывал тебе маггловские версии палочек? - Помню. Они мне очень помогли глубже понять своё ремесло, - покивал мастер. Без сомнений, за годы знакомства он им уже стал. Даже отца в магазине не было, видимо, старый ворчун доверяет сыну самостоятельно работать. А это показатель. - Вот! Я хотел бы уточнить, не мог ли бы ты создать гибрид обычной палочки и той? - Мистер Риддл! - голос Гаррика стал каким-то торжественно-ехидным. - Видимо вы неправильно меня поняли! Те записи не только помогли мне понять, что все эти попытки магглов подражать нам - полная ерунда, но и то, что многое из того, что мы, Олливандеры, делали поколениями - тоже излишества! - То есть ответ отрицательный? - а в мыслях Том ещё добавил: "О, как тебя торкнуло!" - Благодаря вам, мистер Риддл, я многое понял! Эти беседы о конвейерном производстве, которые мы вели в прошлом году, на многое открыли мне глаза! Том хлопал этими самыми глазами. На самом деле не глазами, а только их образами - он нашёл чары иллюзии, чтобы привлекать меньше внимания тёмными очками. Были пара инцидентов, когда из-за них его приняли за шпиона, пришлось оглушить бдительных магглов, но мог и не отделаться так легко - пуля в спину тоже вероятна. Время-то военное. А разговор и в самом деле у них был. Том в прошлом году зашёл за воском и полиролью, а в результате мило побеседовал о научной организации труда, минимизации затрат за счёт унификации и стандартизации, а так же о том, что большой склад - это издержки. Кто бы мог подумать, что этот болван захочет стать Фордом или Голдраттом волшебного мира? - Всё это разнообразие палочек - полная бессмыслица! - продолжал Гаррик, но можно было этого не делать, Том уже знал, что он скажет. - Я прочитал много маггловских книг по организации малых производств! О! Три сердцевины, мистер Риддл! Три! Больше и не надо! А корпуса?! Вы только посмотрите на эти полки: здесь лежат из кости восьми видов, здесь из древесины местных пород - дюжина видов! А вот здесь привозное - десятки! А теперь помножим на число видов сердцевин и вариантов по длине и получится такое огромное число, от которого хочется взвыть! Нет, мистер Риддл! Не нужно плодить сущности! Нужно сокращать ассортимент! Гаррик ещё долго и с жаром бубнил о правильной работе мастерской, но Том уже слушал его сначала через слово, а потом просто кивал, отступая к двери. Улучив момент, когда Гаррик сделал паузу для вдоха, он быстро вставил в монолог прощание и сбежал. Да, математику ремесленника можно понять... Как он сказал: "Я больше не экспериментирую. Даже то, чем баловался отец не буду повторять. Как ты мне и советовал, провёл унификацию корпусов и сердцевин, теперь затраты на производство всего пару кнатов, а продаю по семь. Каждый год две-три сотни поступающих плюс замены поломок. Больше тыщи в год выходит. Только на серийности, и ещё столько же на сопутствующих товарах: чехлах, маслах и прочем..." Логика есть, только вот теперь он больше не мастер палочек. Теперь Том Риддл будет обходить эту лавку по дуге! Вместо увлечённого юноши ею теперь владеет ремесленник-торгаш! Больше с ним общего языка не найти!

***

В военное время люди часто теряют родственников. И не только в смысле гибели, но и в самом прямом - одних эвакуировали раньше, других - позже. В итоге оказались в разных местах. Маггловское правительство по мере сил пыталось помочь близким найти своих. Этим Том и воспользовался, придя в справочное бюро с просьбой найти Тома Риддла, отца. И оказалось, что он живёт в поместье отца, то есть деда Тома-волшебника, в местечке под названием Литтл-Хэнглтон. Изрядно потрясшись в поезде, дважды останавливавшегося на время ремонта железнодорожного полотна, повреждённого немецкими бомбами, Том добрался до Грейт-Хэнглтона, ближайшей крупной деревни, где поезд останавливался. Естественно, за проезд он не платил - магглоотталкивающие чары работают лучше любого билета, да ещё и создают свободное пространство вокруг, что в тесноте вагона очень полезно. От деревни грунтовая дорога вела сквозь рощу в сторону двух небольших холмов, между которыми и располагалось поместье. Когда Том вошёл на территорию, огороженную забором, на него тут же накинулась целая свора охотничьих собак, громким лаем оповещая хозяев о госте. Огромные лохматые псы не добежали всего пару ярдов, когда ветерок дунул в спину и донёс до них запах монстра. Том, и сам иногда чувствовал, что пахнет василиском. Это довольно странное сочетание запаха птицы и рептилии, но изрядно приправленное сладостью с горьковатыми нотками от яда. Нет, Том в человеческом обличье не был ядовитым ни в малейшей степени, но запах почему-то теперь его преследовал в обоих формах. Псы отпрянули, а на крыльцо, даже целую веранду, вышел высокий молодящийся мужчина. В прошлой жизни Том много раз наблюдал взросление подростков, поэтому сейчас понимал, кто стоит перед ним. Понял это и мужчина: не нужны никакие тесты ДНК или волшебство, основанное на крови, чтобы понять, кто перед ним. Том Риддл-старший, точная копия Тома через полтора десятка лет! - Пришёл, ублюдок? - вместо приветствия скрипнул зубами старший. - Заходи, раз пожаловал. Ни слова больше не говоря, он развернулся и пошёл в дом. - Кто там, Томми? - визгливый старушечий голос послышался изнутри. - Сюрприз, - ехидно заявил папаня. - Вот, гляньте, - он сделал шутовской поклон. - Ублюдок, рождённой той нищей ведьмой. Тома-младшего такое положение дел скорее забавляло, чем вызывало какие-то другие эмоции. Родственных чувств в нём не было ни капли, да и пришёл он не обниматься. Магловская родня его интересовала только с точки зрения поиска родственников по материнской линии. - Вылитый ты! - старуха, ещё не растратившая статность выронила полотенце из рук. - Кто там? - очередной старческий голос раздался из глубины дома, и вслед за звуком, ровной, совсем не старческой походкой вышел старик, очевидно, являющийся дедом. Одет он был в охотничий костюм по моде начала века, а на плече висела двухстволка. - Вот, посмотри, отец, кто к нам пожаловал, - с ехидной ухмылкой произнёс Том-старший. - Похож, - достав очки, разглядел внука старик. - И чего ж ты припёрся? Неужто за наследством? Глумливая гримаса появилась на и без того сморщенном лице. - Шиш тебе, а не наследство! - взвизгнула старуха. - Иди, требуй с родственников своей ведьмы-мамаши! - она махнула куда-то на юг. - О, так они живы? Именно за этим я пришёл. Не подскажете, где их искать? - На краю леса увидишь полуразвалившуюся лачугу. Там живёт оборванец-урод. Это и есть твой дядя, Морфин, - сказал отец и принялся хохотать. В чём соль шутки Том-младший не понял, но зато её поняли старики и тоже развеселились. - Тогда я пойду. Спасибо за гостеприимство, - Том вернул отцу его шутовской поклон и развернулся чтобы уйти. - Стоять! - рявкнул дед, и за спиной Тома послышались два щелчка от взводимых курков двустволки. - Дедушка, вы что это удумали? - медленно развернулся парень. Выстрела он не боялся - реакция перенятая от формы василиска да ещё помноженная на тренировки в дуэльном клуба вселяли в подростка уверенность. Увернётся. А если нет, то магией остановит и кровь, и заражение. И дробь вынет. Не на слонов же дед снарядил свою берданку? Главное сознание не потерять от боли, а уж первую помощь в дуэльном клубе все умеют оказывать, практики много. - Стоять, высерок! - дед не сводил с внука оружие, а бабка и отец выражали недоумение. Непонятно, чего старик хочет. Мальчишка же сам уходит! - Дорогой, зачем ты его останавливаешь? Пусть катится к этому Мраксу! - Нет! Пусть сперва напишет бумагу, что не претендует на семейное имущество и отказывается от наследства! На лицах родни появилось одобрение. - Правильно, отец! Как я не подумал! Наверняка уже оценивает наше хозяйство, затем и пришёл. - Точно, точно! Вон, какой взгляд алчный! - взвизгнула старуха, ткнув морщинистым пальцем Тому в лицо. "Надо бы поработать над иллюзией", - подумал Том, вообще не смутившись. - А ну, поднимайся наверх! - дед, сделал короткое движение стволом в сторону лестницы. - Неуважаемый, вы бы с ружьишком-то поосторожнее, а то в супругу или в сына попадёте. Вон как у вас руки трясутся. Альцгеймер или Паркинсон? - Что несёшь, ублюдок! - рявкнул Том-старший и попытался ударить сына. Чисто рефлекторно тот отпрыгнул в сторону, а дед, не менее рефлекторно выстрелил. И попал. В жену. Бабка даже вскрикнуть не успела, только кровь пошла пузырями изо рта - дробь довольно крупного калибра повредила лёгкие. Том разглядывал её с интересом, представляя, на кого же собирался охотится старикан. - Ублюдок! - заорал дед и навёл ружьё на парня. Выстрел разнёс посудный шкаф, обрызгав осколками всю комнату, нанося царапины обоим хозяевам поместья. Юный волшебник благополучно задержал околки с помощью щита. - Такой же урод как его мамаша! - заорал Том-старший, швыряя в сына стулом. - Убью! Надо было вас прикончить, а не выставлять на улицу! Ведьмино отродье! Том ухмыльнулся, а зачарованный стул повис в воздухе, закрутился и рванул обратно в точку старта. Хруст поломанных костей и вой папаши оповестил об успешном применении заклинания. Это только в фильмах бутафорские стулья и столы ломаются об человека, а в жизни ломаются люди об мебель. Зашибленные мизинчики подтвердят, на чьей стороне сила. Тем временем дед уже перезарядил своё оружие, но выстрелить не смог - волшебные путы превратили его в кокон и он корчился на полу. На всякий случай такие же Том набросил на отца, а пока они дёргались и мычали - силенцио он тоже не забыл - принялся разбираться с дневником, опять некстати проснувшимся. Видимо, чары ослабли и он опять начал пить энергию жизни, щедро выливающуюся из трупа бабули. Всё это короткое время старуха держалась, цеплялась за жизнь, только вот без помощи с такими ранами долго протянуть невозможно - захлебнулась собственной кровью. Том же, не желая оставлять следов своего присутствия, не стал вмешиваться - травма её немагическая, с ним связать не смогут, если родственнички не доложат... Хм... А это мысль! Доложат ведь, ещё как! Вины, конечно нет, но и приятного мало даже если проведут простую проверку. Том закончил манипуляции над дневником, которые проводил не стесняясь при взрослых родственниках-магглах. Когда закончил с укреплением защиты книги, пристально вгляделся в глаза сначала деда, потом отца. Ему, менталисту от природы, этого даже и не нужно было, чтобы понять, какой коктейль в умах родни сейчас бушевал: страх, презрение, высокомерие, ненависть. Словом, ничего позитивного! Если бы на месте Тома оказался Великий Светлый волшебник Альбус Дамблдор (так его называли воспитанники гриффиндора, что вызывало смех у слизеринцев), то как бы он поступил? Заменил бы воспоминания или просто очистил память? Попытался бы вернуть к жизни магглу? Думая так, Том ехидно улыбнулся - чуть не забыл, что он "право имеет"! Зачем ему думать, как поступили бы другие, если должен поступить как Том Ри... Нет, как Лорд Волдеморт! От его оскала в коктейле эмоций связанной родни прибавилось страха. Что ж, возможно этой подсказкой стоит воспользоваться, раз уж отец с дедом сами намекают на то, как нужно поступить. В этой ситуации они лица заинтересованные и не учитывать их мнение было бы неуважительно по отношению к родственникам. Ха! - Авада Кедавра! - и Том Риддл-старший перестал загрязнять ментальный фон своими страхами, а дед перестал излучать ненависть и скорбь - остался только ужас, граничащий с безумием. - Авада Кедавра! - и вся семья в сборе. Себя Том к этой семейке гордецов не относил. Вот он Путь Зла - эгоизм высочайшей пробы. Ничья жизнь не стоит беспокойства Тома Марволо Риддла! Волшебник вышел во двор и набросил силенцио на воющих псов. День слишком прекрасный, чтобы их голоса портили его. Солнце светило сквозь редкие облака, летний ветерок приятно охлаждал кожу, а птички, испугавшиеся было выстрела, уже забыли о резком звуке и снова чирикали вовсю. Том опустился в плетёное кресло-качалку, стоящую на веранде и пару раз качнулся, скрипя сухими прутьями ивняка. - И почему стариканам это нравится? - возмутился он вставая. Здесь все дела закончены, теперь путь лежит к родственникам со стороны матери. Они-то гораздо интереснее - у рода ведущего начало от самого Слизерина должно быть что-то интересное!