любовь в отчаиньи

Семья. Что такое семья? Всю свою сознательную жизнь я воспринимал это слова только как одну из группировок мафиозной организации. В нашей стране их было только три: Каленто, Карло, Франциско. В третей же состоял мой брат поэтому я и оказался там не по своей воле.

***

В семью меня приняли, когда мне было 11. Я ничего не помню с того времени, знаю только, что мое место принадлежало брату, но его убили за утечку информации, а из меня воспитали настоящую собачку. Помочь мне никто не мог, родной отец ушел, когда мне было 5, а мать сбежала с любовником, теперь и не осталось брата, а значит выбора у меня не было. В семье ты живешь как в самых лучших мечтах: деньги, крыша над головой, изысканая еда и соответствующие светские мероприятия, но это все слишком дорого стоит. Каждый пытается убить друг друга не смотря ни на что. Если тебя приняли, значит пригласили на скотобойню. Нас делили на низших — свиньи, средних — щенки, высших — вороны. Выжить и подняться по лестнице можно было только одним способом — убийство, но при условии — никаких слабостей. Вороны — самые одинокие и непреклонные, их убийство считается признанием, поэтому щенки охотятся за нами каждый день. Я не был слаб, я был самым идеальным вороном к своим 19 годам, но именно в тот год все это треснуло, ведь я нашел личный сорт наркоты.

***

Один из щенков шайки — устроил на меня охоту, что не было удивительным, однако это был его последний день. В каждый блядский момент я умирал вместе со своей жертвой. «Домой возвращаться нельзя, только не сейчас. нет, если «отец» увидит, я потеряю свой статус и стану не лучше свиньи.» Мысли в голове мешались, запах не позволял идти дальше и буквально валил с ног. Первая попавшаяся дверь стала спасением. Я не знал, что это, но хотел зайти. В нос приятно ударило кофе и старой бумагой. Все стеллажи были заполнены книгами, а окна растениями что ползли по стенам наверх. Двухэтажное пространство было приторно уютным, что вокруг бесило абсолютно все, но идти было некуда. Упав на пол рядом со стеллажом, что я задел телом, к моим рукам выпала книга. Произведение стала тихой гаванью. С ней в руках меня уже ничего не тревожило и ничего не волновало, но счастье было не долгим. — Ремарк… Интересный выбор. Холодный и бархатный голос разнесся как гром по моему телу, я не понимал, что за чувство меня пронзило… Это заставило быстро среагировать и повалить тело на пол не в силах разобраться в ситуации. Хотелось задушить. Хотелось оставить порез на шее. Хотелось избавиться от этой удушливой агрессии. — Вам бы почитать кого-то другого. Это холоднокровие… Бесило. Никаких чувств и переживаний. Бесило. Стеклянный взгляд и полное безразличие. Бесило. Бесило. Бесило. — Ты кто такой? Голубые глаза и белые волосы раздражали еще сильнее. Все напоминало чертога старика, из-за которого я стал таким. Однако были и значительные отличия в чертах лица, длине волос и ровном носе, что несомненно начинало успокаивать. -??? Последующие слова уже не слышались, все стало туманным. Мгновения и глаза открылись. Потолок с люстрой странной формы. Часы на тумбочке, что были не менее уродливее показывающие 17:03 и чье-то теплое дыхание с боку заставляло сжиматься сердце. — Живой. На этот раз я увидел больше различий, провокации на агрессию уже не было. Черная водолазка, пиджак на плечах и очки. Казалось, что он сошел со страниц модного журнала про показ мод на недели в Париже. Я по сравнению с ним был похож на брошенного и побитого котенка… что-то заставляло меня обнять его и расплакаться, попросить защиты, но не в этой жизни. — Если бы сдох, ты бы за мою жизнь не расплатился. Подняв голову выше уровня своих колен, пульсирующая боль заставила скрючиться и почувствовать в каком херовом состоянии я нахожусь. « Блять, мне нужно успеть на мероприятие, отец будет недоволен» Через боль я встал с кровати, но сразу же почувствовал, что идти мне сложно. Рука, что была протянула мне и казалось, преграждала дорогу, на самом деле стала опорой, чтобы выйти в зал.